Осколки космоса

Лекарство подействовало быстро: проснулась пациентка уже здоровой, но злой и измотанной, со слегка припухшим лицом. Типичный пересып, в общем. Хорошо хоть не спрашивала доктора о том, что он творил с её телом, пока она спала. Ему бы не хотелось отвечать, а ей, видимо, и не сильно хотелось знать. После пробуждения Делма шаталась по кораблю, как лунатик. Неясно, то ли искала что-то, то ли просто гуляла, разминая затёкшие конечности. Главное, что на улицу не выходила и бинт с руки не снимала. До этого ей дела особо и не было (пока, в принципе): она подкрепилась и ждала прилива сил, проводя время с относительной пользой. Спустя пару дней таких «прогулок» ей стало лучше. А Джамба чах над грудами исписанных, изувеченных бумаг - не доведёнными до ума проектами. Всё казалось таким обрывистым и неперспективным. Это чувство не покидало злого гения вот уже несколько месяцев. Но дабы не продолжать застой и занять себя хоть чем-то, сегодня он решил собрать супер-компактный двигатель, чертёж которого оказался готовым. Тогда же возникла проблемка с мелкими деталями. Никак учёный не мог взять своими ручищами дурацкие болтики и гаечки. То и дело они выскальзывали, звонко падая на стол, а то и вовсе скатываясь на пол. Он уже подумывал психануть и отправиться за пинцетом, как перед ним остановилась Ксилотто. Устало облокотившись о приборную панель, она с минуту оценивала злого гения. Будто говорила своим надменным взглядом: «Мда, ну ты и дилетант…» Наверно, её так задрал звук падающих деталей, что она решилась на крайние меры. — Помочь? — вдруг поинтересовалась, отчуждённо приопустив веки. — Чего-о? — соплеменник одарил её глубокомысленно шоковым взглядом. — Повторить для особо глухих? Начиная кое-что соображать на сей счёт, Джукиба беспечно хмыкнул. — Нет, попросту интересно: как ты собралась помочь, если пальчики ничуть не тоньше моих? — Думаешь, мне это помешает? — с притворным сомнением спросила Делма, на что коллега ей криво ухмыльнулся. — Что ж, смотри. Без лишних слов она приблизилась, глянула на чертёж, подняла правую руку, из которой тут же появились металлические когти, и… Погодите, что?! Когти?! Да как такое возможно? Чтобы у куилтакуанца — когти, притом что обычные ногти как раз-таки отсутствовали… Нет-нет, без искусственного вмешательства тут точно не обошлось. Учитывая прочие механизмы на теле злодейки, это и так очевидно. Тем временем Ксилотто подцепила неподатливую деталь кончиками коготков и прикрутила куда требовалось, затем вторую, третью и так далее. Давно, наверное, у неё эти причуды установлены, раз она так ловко с ними управляется. Лет 10, 15… может, и вовсе 20. Джамба не мог знать точно — лишь прикинуть навскидку. Чем, собственно, он сейчас и занимался. Взволнованный до глубины ума, учёный не сводил голодного взгляда с Делмы. Точнее, с её имплантов. И чем дольше он их разглядывал, тем сильнее ему хотелось изучить их — пощупать, понять принцип действия, всю суть до мелочей… Это желание достигло пика, когда злодейка похлопала себя по запястью и обширная прямоугольная область на её руке задвинулась вовнутрь, обнажив пять закрытых блоков. В них она хранила первые необходимости, вроде электро-бластера. Проверив целостность своего тайника, Ксилотто глянула на соплеменника. Бегло и недоверчиво. — Чего уставился? Железяк вживлённых не видел, что ли? — Если позволишь… — осторожно заговорил Джукиба, вот-вот готовый податься вперёд, — дай рассмотреть их поближе… Не сказать, чтоб злодейку такая просьба сильно удивила, — скорее, ввела в замешательство. После того, как у неё обнаружились металлические когти, этот псих хочет «рассмотреть их поближе»! Серьёзно, куда делся его рассудок? — Только не смей трогать, — сурово предупредила Делма, протянув ладонь и держа перед ним на весу. — Ни то руки оторву. Нисколько не колеблясь, учёный принялся жадно изучать доступные взору детали. А именно: фиолетовый центральный круг, отображавший время планеты Туро*; сбоку три кружочка поменьше — голубой, белый и красный, средний из которых слабо светился; а также тёмно-синяя дуга неактивного голограммного дисплея. Стоит отметить, дистанцию Джамба соблюдал, как бы сильно не хотел нарушить… Но отчего-то на миг злодейка загорелась жаждой вцепиться ему в физиономию; вонзить когти глубоко под кожу, нанося увечья и слушая панические вопли о пощаде; выцарапать глаза, чтобы он не смотрел на неё — алчно и искушённо, будто на материал для своих гнусных опытов. Ну, давай же, Икделмариз! Чего ждёшь? Почему не причиняешь боль, когда это так легко? Ведь ты не испытываешь никакой благодарности или чего-либо светлого. Ты давно уже мертва внутри, разве нет? Что же тебе мешает?.. Неужели беспокоишься, что потом этот дурень вышвырнет тебя за дверь, как паршивую тварь? Да он и без того имеет полное право… Но почему не поступил так раньше? Вместо этого приютил, вылечил и даже не поизмывался, когда представилась идеальная возможность… Зачем? Зачем он это делает? Что нужно этому психу? У него такой план? Какой-то уж совсем непоследовательный и бессмысленный. Хотя чего удивляться? Конечно, ведь Джукиба помешанный — в нём нет ничего адекватного. Никакой умеренности, никакой рациональности. Именно это злило Делму, раздражало… устрашало и привлекало одновременно. Этот безумец не из тех, чьи мысли и действия можно предугадать, оценить и расставить по полочкам в алфавитном порядке. Не из тех, кого так легко запугать… Но попытаться всё же стоит, дабы хоть как-то держать его в узде. — Часики переведи на земное время, — донеслось слегка насмешливо. — Больно уж отстают. — И что? — небрежно хмыкнула Делма, опустив руку на стол. — Всё равно я здесь не задержусь. — Советовал бы не зарекаться… Проигнорировав его замечание, она облегчённо выдохнула, думая, что разговор закончен и неприятная тема позади. Да не тут-то было. — Дай-ка угадаю, — продолжал злой гений, уже осмелев, — это дело рук Руглокса Глориана? — А что, ты знаком с этой мразью лично? Или ты, как помешанный докторишка, восхваляешь его и ставишь себе в пример? — Оу, нет… — от такого мрачного ответа он даже растерялся, но так же быстро пришёл в себя. — Всё гораздо проще, чем ты придумала: на самом деле, я не раз, хоть и вскользь, слышал о нём и хотел узнать поподробнее, но никак не доводилось… — Прекрасно. Но ты не имеешь права задавать мне такие вопросы. Всё, что ты должен знать, уже сказали те тупые жестянки. Хотя ты, видимо, совсем их не слушал. — Хорошо, а как насчёт ОЗГ? — не отступал учёный. — Сдаётся мне, ты явно злая и, стоит полагать, настолько же гениальная — ты могла бы состоять в подобного рода организации… Скажи: почему же я не слышал о тебе прежде? — А разве тебя заботило что-то, кроме своих несчастных экспериментов? — настолько резко парировала она, что Джукиба оцепенел. — Ты днями просиживал в своей грязной лаборатории, горбатился над чертежами и химией, чтобы создавать тех, у кого не было и быть не могло собственной цели для существования… Признайся: тебе нравилось манипулировать ими? Нравилось извращаться над их телами и разумом?.. Тебе наверняка приходила мысль и меня подвергнуть опытам, не так ли? Звонкая тишина в ответ. Мышцы непроизвольно свело, а слова застряли комом поперёк горла. Дерзкие вопросы били сильно и метко, заставая врасплох. На них хотелось яро возразить и в то же время не отвечать вовсе. В этих вопросах крылась правда. Уродливая и мерзкая, но всё же правда. — Манипулировать? Извращаться?! — единственное, что злой гений нашёл ошибочного. — Пф-ха! Да что ты можешь понимать в моих научных трудах? — Больше, чем ты думаешь… — она осеклась, осознав, что из её уст это звучит неоднозначно. — Можешь не верить, Джукиба, но я много знаю о твоей преступной карьере. И не только твоей. Помнишь, как вы с Хомяксвилем, Буббольмо, Роа и Гэошлиндтом каждый годовой цикл собирались в День ОЗГ на этом самом корабле и отмечали? Однажды ты так накидался радием**, что потом светился и отходил несколько дней. А ещё незадолго до этого жена свалила от тебя. Возразить было нечего. Абсолютно нечего. Ведь Делма всё правильно сказала: коллеги по преступлениям, их ежегодный праздник, радий, уход Марву́лан — это происходило взаправду… Как будто она сама там присутствовала и видела. Она помнила такие мелочи, о которых уже давно запамятовал Джукиба… Неужели его жизнь была ей важнее, чем ему самому? — Многим нравится копаться в чьём-то прошлом, но как только доходит до них самих и всплывают кое-какие подробности — это перестаёт казаться таким забавным, да? — промолвила злодейка без доли эмоций, словно удалила их из своей базы данных. — Я была кибернетиком — конструировала технику и занималась хакерством. Со временем я довела эти навыки до совершенства — и, как видишь, они сыграли в мою пользу. Некоторых прихвостней Зловредного я запугала настолько, что они словом обо мне боялись обмолвиться, чтобы я не выдала чего о них. Может, поэтому ты и не знал про меня. Не успел злой гений опомниться, как Ксилотто развернулась и уверенной поступью покинула лабораторный отсек. Похоже, она не собиралась выслушивать его мнение, комментарии и тому подобное. Попросту не нуждалась в них. Пока что Джамба не знал, но в дальнейшем его коллега часто будет уходить от неприятного разговора. Притом ещё и в буквальном смысле. А он, недоумевая от случая к случаю, будет оставаться наедине с уймой загадок и нерешенных вопросов, которые ещё долго не дадут покоя. Конкретно сейчас учёного волновало: откуда она взяла этот бред про издевательства и манипуляции? Если уж и впрямь следила за ним, то должна бы понимать, что опытами он занимается для себя, а не ради чьих-то страданий. Неужели его научный интерес Делма приняла за садизм? Как вообще можно перепутать эти понятия? Ведь они абсолютно несовместимы!.. По крайней мере, так считал Джукиба. Да, он допускал ошибки. Да, иногда приходилось перепрограммировать свои творения или, в редчайших случаях, разбирать и собирать их заново, чего злой гений практически не делал. Но и тогда всё было вполне безобидно, поскольку он всегда обезболивал подопытных. Как тут можно напридумывать всякую жуть — уму непостижимо. Должно быть, с этой особой явно что-то неладное. Либо она чего-то недоговаривает, либо чего-то не знает, либо и то, и другое. Неспроста же она так критично относится к подобным вещам. Неспроста же огрызается на любую, даже самую безобидную попытку узнать её поближе… Но Джукиба ненароком отвлёкся на собираемое устройство и, потеряв цепь мыслей, продолжил начатое. А между тем вечерело. Небо затянулось тучами, на улице стемнело раньше обыденного. Через полчаса дождь уже отбивал робкую дробь по корпусу корабля. С каждой минутой она всё усиливалась и усиливалась. Снаружи послышались угрюмые раскаты грома. Далёкие и безобидные, поначалу они ничуть не беспокоили… Как вдруг вполне отчётливо за иллюминатором сверкнула молния, разразившись звучным рокотом по округе. Непроизвольно вздрогнув, Делма очнулась от овладевших ею раздумий. Она даже не успела понять, что произошло… А проходивший мимо Джукиба, заметив её замешательство, пояснил: «Это всего лишь гроза — частое земное явление, представляющее собой колоссальные выбросы электро-энергии…» Кажется, добром это вряд ли закончится. По стеклу иллюминатора, подобно бесчисленным слезам, стекали ручьи. А где-то совсем близко слышался рёв грома, похожий на протяжные, горестные всхлипывания. Ливень барабанил как обезумевший. Вся обстановка навевала жуть, вонзая ужас глубоко под кожу… Случится что-то страшное. Вот-вот оно выползет на свет. Всё вспыхнуло жгучим заревом молнии и вновь угасло. Раздался оглушительный треск, расколовший пространство и время. Начался обратный отсчёт.