Осколки космоса

Привыкать было хлопотно. Да, хлопотно и не особо приятно. Новые обязанности не приносили злому гению удовольствия: не так уж легко и увлекательно было следить за питанием пациентки, её здоровьем и тем, как она разводит на его корабле самодеятельность. Сколько бы Джамба не заглядывал к гостье — та чем-то занималась (помимо того, чтобы каждый раз сверять его недоверчивым взглядом, конечно же). В основном перебирала всякий металлолом, находящийся поблизости. Скоро её каюта преобразилась: аппаратура и запчасти не валялись грудами, а были рассортированы по размерам, форме и назначению. Далее Делма принялась изучать настенные блоки, а иногда и вовсе забредала в другие отсеки. Понарошку, ибо неважное самочувствие от акклиматизации давало о себе знать. Разумеется, злого гения это настораживало. Вообще, он пытался завязать более-менее сносное общение. Порой даже шутил по-доброму. Но видя, как пациентка отвечает надменностью и не даёт заботиться о ней, утверждая, что справится без его помощи, учёный поменял тактику: перестал докучать, цепляться за слова и оказывать хоть какое-то внимание. Попросту не трогал, занимался своими более важными делами… Правда, один раз не удержался. Расхаживая по кораблю и размышляя, как бы испытать спонтанно приготовленный спектроискажатель — вещество, способное встраиваться в любую материальную структуру и менять её цвет, — Джамба забрёл к соплеменнице и на удивление застал её спящей. Забавно она валялась, запрокинув голову и приоткрыв рот, откуда доносился сладкий сап. Едва глянув на неё, учёный невольно залюбовался. Уголки рта приподнялись, во взгляде мелькнула искра коварства. А всё-таки она такая очаровашка — когда дрыхнет. Но как-то слишком миленько это смотрится. Неправильно, не по-злодейски. Смекнув, Джукиба перевёл взгляд на колбу с заветным раствором, потом — обратно на пациентку, потом — снова на пробирку, на пациентку, на пробирку… Что ж, если подумать, не сильно он рискует, верно? Выплеснув вещество на голову пациентки и давясь смешками, Джамба отпрянул назад. Затем волосы её стали ярко-голубыми, а когда она оправилась ото сна, оценила ситуацию и уже собиралась накостылять наглецу, тот с неистовым хохотом выскочил за дверь, заперев снаружи на кодовый замок. Казалось бы, опасность миновала, однако рано он обрадовался. Прошла четверть часа. Спокойный и беззаботный, учёный хлопотал по лаборатории, бормоча под нос всякие мысли. Как вдруг что-то внутри ёкнуло: «А не проверить ли, как там пациентка? Уж не удумала чего дурного?» Действительно, как-то подозрительно всё тихо. Наведываться к ней вживую Джамба не собирался. Но вот проследить по камерам наблюдения — запросто… Законный вопрос: зачем они злому гению на его же корабле? Да чтобы не ползали тут всякие проходимцы, которые вытворят что-то непотребное (сломают ли чего, своруют) и вину на воздух спихивают. Тогда хоть можно посмотреть, что да как случилось. Немедля он активировал прямую трансляцию, отыскал нужный отсек. Но там пациентки не оказалось. Смятая и всё ещё мокрая, постель пустовала, а дверь была отперта. Замок не спас ситуацию. — Так-так, а вот это любопытно, — вглядываясь в большой экран, Джамба усерднее защёлкал по клавишам бортового компьютера, проверяя остальные помещения... Как вдруг за его спиной кто-то звучно прокашлялся. — О-оу... Злой гений аккуратно обернулся и увидел жертву своей недавней проказы. Со знакомым электро-бластером наперевес. Поразительно, как она его достала? Ведь Джукиба спрятал его на совесть — в самом надёжном из потайных блоков! А тут этот самый ЭБ-3442 снова оказывается в руках владелицы, будто по-другому и быть не может! Между тем Делма подошла, опёрлась боком об приборную панель и, пристально глядя на учёного, сняв его с прицела, приподняла одну из вычурно окрашенных прядей: — Что это за дрянь и как от неё избавиться? — Ну, стыдно не знать, — выдержав неловкую паузу, хохотнул Джамба. — Это волосы или, говоря по-нашему, убёрнум; а чтобы от них избавиться, тебе всего-то понадобится бритва. Сохранять серьёзность в подобной ситуации было бы преступлением. А что ещё делать, когда напротив тебя стоит эдакая суровая гордячка с причёской неформала и невозмутимо-раздраженно пилит глазами? Оглаживая контуры заветного ЭБ-3442, она ждала, пока подлец насмеётся, и наконец без впечатления констатировала: «Вторая попытка,»— и щёлкнула предохранителем. Честно, Джамба сомневался, что соплеменница выстрелит, хотя её настрой твердил об обратном. В итоге, подосадовав о том, какая же Ксилотто нудная и что она совсем не умеет веселиться, злой гений указал ей на формулу расщепления красителя, которую он приготовил заранее. Ради предосторожности синевласка потребовала продемонстрировать её действие. Получив доказательства, она взяла необходимую колбу, ушла, а через минуту вернулась с прежним цветом волос и наполовину опустевшей ёмкостью, поставила её на место и снова ушла, но теперь окончательно. А на следующее утро состояние Делмы резко ухудшилось. Лежала она, как мёртвая, закрыв измученные глаза и ничего не отвечая… Мда уж, всё-таки усталость, стресс и акклиматизация сказались на пациентке отнюдь не в лучшую сторону. Последнее было вполне естественным и даже неминуемым, поскольку инородные бактерии из воздуха попали в открытую рану. Придётся спасать ситуацию. Чтобы устранить стресс, злодейку нужно чем-то занять (какой-нибудь умственной деятельностью, например), усталость пройдёт сама собой, а вот в помощь акклиматизации понадобится кое-что более весомое. Над этим учёный работал последние несколько дней — и до завершения оставалось совсем немного. Под вечер он уже пришёл к пациентке со словами: — Ну, диво распрекрасное, как самочувствие? Попустило хоть чуточку или хуже стало? В ответ она только вяло подняла веки и зло зыркнула на доктора, который уселся возле неё. Закрыть глаза, погрузившись в дремоту, ей и хотелось бы; но этого она себе из последних сил не позволяла — чтобы не упустить из виду проходимца. Кто знает, что он удумал на сей раз. — Ладно, можешь не говорить. Джамба и так прекрасно видит, — ответил за неё учёный; после чего гордо представил ей принесённую колбу, где плескалась какая-то жижа. Кажется, назвал это лекарством, которое быстро поднимет Делму на ноги и облегчит её дальнейшее пребывание на Земле. Радости не последовало. Потому что вид эдаких грязно-оранжевых соплей неизвестного состава и побочного действия, мягко говоря, не внушал доверия. Впрочем, как и сам доктор с его глупыми изобретениями и неясной мотивацией. Логично, что вместо благодарностей, он получил взгляд полный отвращения. — Я справлюсь и без твоего дрянного лекарства, — блеклым, сипловатым голосом обронила Ксилотто, повернув голову к стене. Вполне ожидаемо. Оскорблённый таким заявлением, злой гений стал горячо возражать, осыпая нахалку аргументами. Заявил, что естественным путём она будет переносить акклиматизацию ещё пару месяцев; а разработанная им сыворотка сократит этот процесс до считанных суток. И всего-то надо чуть-чуть потерпеть, выпив неприятную жидкость. Ну, разве это так сложно? Очевидно, нет. Это не сложно — это принципиально. Здесь поможет только сила. Грубая, бескомпромиссная сила. Попытка №1 потерпела крах. Как и все последующие. Должно быть, кормление с ложечки — слишком унизительная процедура для злодейки. Всякий раз, когда Джукиба подносил к ней столовый прибор, приговаривая: «Открой ротик,» — он сразу же получал по рукам. Содержимое ложки раз за разом выплёскивалось на одеяло, что сопровождалось раздражённой бранью доктора. Щекотку для отвлечения задействовать тоже не получилось. А когда он попытался перехватить руку пациентки, то чуть не отделался вывихом собственной. Иных вариантов не осталось — и Джамба удалился в лабораторию, где проторчал минут десять. Вышел оттуда довольный, как слон. С компьютером на руках и ухмылкой на всю ширину лица. Уселся чуть поодаль, пристально оглядывая соплеменницу сверху вниз, мол: «Вот ты и допрыгалась, дорогуша.» Едва она почуяла неладное, как Джукиба набрал нужную комбинацию клавиш — и по отсеку разлилось умиротворённое блеяние. Во взгляде мелькнуло недоумение, прежде чем сознание помутнело, а веки слиплись. За считанные секунды Делма провалилась в сон. Торжествуя, злой гений закрыл ноутбук, вытащил из ушей затычки и подошёл к пациентке. Потормошил на всякий случай — ноль реакции. Победная ухмылка заиграла на его лице. Да, против «колыбельной» 360-го ещё никто не смог устоять. А теперь можно без помех выполнить врачебный долг. Только и нужно, что залить лекарство в рот, надавив пациентке на грудную клетку, чтобы вызвать глотательную реакцию. Плёвое дело, учитывая, что она в отключке… Хотя, с другой стороны, зачем ограничиваться этим? Ведь при таком раскладе открываются ещё некоторые возможности. Сейчас Джамба мог пощупать её тело — любую его часть. Будь то нос, пальцы или живот. А главное, она об этом никогда не узнала бы. Заманчивая мысль? Бесспорно. И всё-таки злой гений пытался отмести её, мол: «Чего я там не видел, не трогал? Хватило бывшей с её формами…» Хотя, если вдуматься, как давно это было? Уже и не помнится, а тут такой шанс освежить память. Перестав противиться соблазну, учёный приступил к желанному осмотру. Начал с того, что фактически не касалось дела, но волновало сильней всего. Да, это чёртовы механизмы. Сперва он хотел изучить те, что на руке. И тогда заинтересованность сменилась огорчением: дисплей погас, перейдя в спящий режим. Включить его не получалось, поскольку кнопки отсутствовали. Напрочь. Соответственно, управляются эти штуки через мозг владелицы и не откроют свои секреты без её позволения. Конечно, мелькнула мысль расковырять, покопаться… Но это ж не простая железяка и не мутант. Здесь — ни то, ни другое. Непостижимое сочетание, в котором Джукиба упражнялся нечасто. По сути, ничего подобного, кроме эксперимента 350, в его практике и не припомнишь. Так что если бы он и разобрал эти механизмы — не факт, что собрал бы их обратно. Ведь они буквально вживлены в организм; а значит, их трудно извлечь без опасных последствий. На смену научному интересу пришёл мужской. У куилтакуанцев одним из самых пикантных мест (если дело касается тактильных ласк) считается живот. Потому не мудрено, что «обследовать» именно эту зону соплеменницы Джамба решил в первую очередь. Но и тут поджидал сюрприз. Едва учёный закатал верх её комбеза, как сразу же замер. Поперёк живота шли странные сиреневые полосы. Их немного, но… что это? На шрамы, вроде, не похоже. Сыпь — тоже вряд ли. Цветовые переходы плавные, да и гладкость кожи одинакова везде. Скорее, эта пигментация — проявление некой болезни или генетического сбоя. Последнее, пожалуй, более вероятно. Ведь её оттенок совпадал с отметиной на носу, что для куилтакуанцев не свойственно: как правило, обонятельный орган выделялся по цвету. К тому же когда Джукиба попытался вызвать глотательную реакцию — не вышло (хорошо хоть это была пробная попытка). Далее из любопытства он стал проверять другие рефлексы. И почему-то треть из них либо не срабатывала, либо делала это как-то неправильно. Например, то же сглатывание удалось вызвать, надавив чуть ниже должного. Сделав соответствующие выводы, учёный довершил лечение пациентки. А напоследок, он всё-таки не удержался и выдернул пару волосинок (на её голове их тьма — пропажу она вряд ли заметит). Они сойдут за образец ДНК, анализ которого прольёт свет на некоторые загадки… Ещё три дня злой гений не будил Делму, чтобы дать ей хорошенько отоспаться и выздороветь, а себе — расслабиться и спокойно заниматься тем, что ему по душе. Такую идиллию не хотелось нарушать; но, увы, пришлось.