Осколки космоса

Звёз­дный ве­чер, на­по­ен­ный аро­матом бри­за, не пред­ве­щал ни­чего зна­мена­тель­но­го. На се­год­ня на­мечен лишь отлëт Ик­делма­риз Кси­лот­то… А ещё че­рез па­ру невольных осенних вы­ход­ных за­кон­чатся ка­нику­лы.* Да, так не­замет­но про­лете­ла пос­ледняя не­деля ле­та. Мож­но ска­зать, се­мей­ный ужин в по­недель­ник за­дал ей та­кой тон: он про­шёл ти­хо, без скан­да­лов. Как и на­де­ял­ся Джамба, пе­реме­ны не силь­но вско­лых­ну­ли Оха­ну — все спо­кой­но и с по­нима­ни­ем при­няли его «ку­зину» (ко­торая, прав­да, так и не по­яви­лась в их кру­гу этим ве­чером). Тем бо­лее, как заверил злой ге­ний, ско­ро она по­кинет Зем­лю. И это слу­чит­ся уже се­год­ня. Над пло­щад­кой, ку­да взби­рались де­ревян­ные сту­пень­ки, жа­лоб­но прог­нулся га­мак. По обе сто­роны от не­го — по­тух­шие фа­келы. В воз­ду­хе ви­села звон­кая ти­шина. Лишь из джун­глей до­носит­ся ехид­ный ше­лест лис­твы. Пог­ру­жён­ная в раз­мышле­ния, Дел­ма и не по­доз­ре­вала, что соп­ле­мен­ник наб­лю­дал за ней по­одаль, опер­шись спи­ной об паль­му. То­же за­думал­ся. Вро­де, так упор­но они жда­ли рас­ста­вания. Но по­чему-то те­перь обо­их оку­тыва­ли мыс­ли, на­пол­няя ос­трой без­ра­дос­тной тос­кой. На­конец-то она уле­тит — и ни­ког­да не вернëтся. А он и не вспом­нит. Да ес­ли и про­мель­кнут не­покор­ные вос­по­мина­ния, то ни­чего не вско­лых­нут они, не вы­зовут ни ра­дос­ти, ни со­жале­ния… Хо­тя, быть мо­жет, так толь­ко ка­залось. Сказать пока сложно. И че­го зло­дей­ка зап­ро­кину­ла го­лову? Не­уж­то смот­рит в без­донный не­бос­вод, что-то вы­ис­ки­вая? Пос­ле­довав еë при­меру, Джам­ба то­же при­нял­ся раз­гля­дывать ноч­ное по­лот­но в на­деж­де най­ти ту за­вет­ную звез­ду, что оза­ря­ет Ку­ил­та­ку­ан. Да­лёкую, некогда род­ную, но впредь недоступную и враждебную. До че­го же ко­вар­ной бы­ва­ет судь­ба. По фак­ту, злой ге­ний ни­чего не чувс­тво­вал к собственной Ро­дине. Ни­чего… Вплоть до из­гна­ния. По­чему-то лишь тог­да эта пла­нета пе­рес­та­ла выг­ля­деть уны­лой и омер­зи­тель­ной, рас­крыв­шись пе­ред ним сгус­тком упу­щен­ных воз­можнос­тей. Упу­щен­ных во имя глу­пых, не­яс­ных иде­алов. За­чем он зло­дей­ство­вал? Ра­ди ка­кой це­ли про­водил не­закон­ные эк­спе­римен­ты? Че­го до­бивал­ся? Ког­да-то учёный знал от­ве­ты на все ко­вар­ные воп­ро­сы, в ко­торых со вре­менем без­на­дёж­но за­путал­ся. Хо­тя всег­да по­нимал, что не ис­кал ни бо­гатс­тва, ни влас­ти… Но что слу­жило дви­гате­лем его пос­тупков? Мо­жет, же­лание най­ти по­нима­ние? Это не­лепое, наивное же­лание, ко­торо­му не суж­де­но сбыть­ся, нес­мотря ни на ка­кие усер­дия. Ник­то не по­верит. Ник­то не пой­мёт. Ни­ког­да. «…За­нял­ся бы чем-то пут­ным…» «…Джам­ба, Джам­ба — от­вра­титель­ная жа­ба! Аха-ха-ха! …» «…И что ме­ня на­до­уми­ло вый­ти за­муж за та­кого не­умё­ху, как ты? …» «…Ин­те­рес­но, ка­кая дурь приш­ла в мозг на­шего сла­бо­ум­но­го ту­пицы? …» «…Глу­пый жир­дяй! …» «…Взять это­го иди­ота-учё­ного под арест! … » «…Твои ув­ле­чения — пол­ная че­пуха…» Обид­ные сло­ва раз­да­вались го­лоса­ми дав­них од­ноклас­сни­ков, свар­ли­вой тё­туш­ки, Хо­мяк­сви­ля, быв­шей же­ны и ко­го-то ещё… Но по­чему с бран­ным хо­ром не за­пела и Дел­ма? От­че­го её ре­чи не ка­зались столь уни­зитель­ны­ми? На что злой гений сде­лал ей скид­ку? Мо­жет, на то, что де­ла с ней об­сто­ят ина­че? «…Неп­ри­ят­ность, сва­лив­ша­яся на твою пус­тую го­лову...» «… Пов­то­рить для осо­бо глу­хих?..» «… Те­бя не ка­са­ет­ся…» «… Прекращай дурью маяться…» «… Не тро­гай мои ве­щи…» «… За­пих­ни своё «ве­ли­ко­ду­шие», зна­ешь ку­да?» «…Но ты не име­ешь пра­ва за­давать мне та­кие воп­ро­сы…» Уп­рё­ки в на­ив­ности, бес­толко­вые на­ез­ды, по­хожие… да­же не­яс­но на что! Буд­то пы­талась оби­деть, бу­дучи оби­жен­ной; ра­нить, бу­дучи ра­неной. А на по­пыт­ки Джам­бы ос­мыслить про­ис­хо­дящее бро­сала гру­бо: «Не твоё де­ло.» А впро­чем, ка­кая те­перь раз­ни­ца? Всë рав­но эта на­хал­ка уле­тит. Без­воз­врат­но. В веч­ную, бес­ко­неч­ную ночь. Вглубь звёз­дно­го не­ба, под ко­торым так мир­но спал га­вай­ский ос­тро­вок, уку­тав­шись ть­мой, слов­но ог­ромным оде­ялом. Всё стих­ло, ус­по­ко­илось. При­уныв­шая лу­на оза­ряла ок­рес­тнос­ти. Глу­бокий вздох на­рушил без­молвие, пе­ренап­ра­вив раз­мышле­ния. Не­уже­ли та грусть при­над­ле­жала Дел­ме?! А ей-то к че­му пе­чалить­ся, отчего вздыхать? Раз­ве не дол­жна она ра­довать­ся, что по­кинет эту мер­зотно при­митив­ную пла­нету и ей не при­дёт­ся про­сижи­вать сре­ди не­вежес­тва? В от­ли­чие от Джу­кибы. Ведь он при­гово­рён про­вес­ти здесь ос­та­ток сво­ей жиз­ни. И впредь ни­како­го раз­но­об­ра­зия ему не све­тит. Ник­то не пригрозит, не вы­пен­дрит­ся, не займёт гениальный разум несуразными мыслями. Буд­ни об­ре­тут преж­нюю ок­раску: ти­хую, спо­кой­ную, скуч­ную… Прок­лятье! По­чему он пог­ру­жён в та­кое со­жале­ние, буд­то эта гордячка ста­ла его пу­тевод­ной звез­дой?! Той единс­твен­ной, что нуж­ней все­го? Может ли это быть взаправду? Зло­дей­ка не по­уча­ла его, как мно­гие, и не лез­ла в ду­шу, как не­кото­рые. Ни­чего не жда­ла, не тре­бова­ла, не об­ещала. Для неё кол­ле­га не был объ­ек­том вос­пи­тания, уни­жений или ма­нипу­ляций. Возможно, за это Джу­киба и це­нил соплеменницу, нев­зи­рая на её чопорность и гордыню. Счи­тал рав­ной и дос­той­ной сот­рудни­чес­тва, которое, однако, не вышло полноценным. Но теперь уже поздно сожалеть. Ти­хонь­ко Джам­ба нап­ра­вил­ся вверх по ступенькам. Как обыч­но, Делма уло­вила его ша­ги рань­ше по­ложен­но­го. Но ви­ду не по­дала и про­дол­жи­ла си­деть, не обо­рачи­ва­ясь. — Ну что ж, — обронил злой ге­ний, ос­та­новившись в паре шагов по­зади неё. — Ка­жет­ся, по­ра? — Да, — вы­дох­ну­ла она, решительно поднимаясь с гамака. Без лишних промедлений ку­ил­та­ку­ан­цы ра­зош­лись: он нап­ра­вил­ся к сво­ей Оха­не, что­бы кое-что об­су­дить напоследок, она — че­рез уг­рю­мую ча­щу к звез­до­лёту, го­тово­му ум­чать её прочь. По­думать толь­ко, бы­лое ожи­дание обер­ну­лось ил­лю­зи­ей. Сво­бода — то, че­го зло­дей­ка так страс­тно же­лала, — ста­ла чуж­дой и не­нуж­ной, а род­ной кос­мос опус­тел. Нич­то, кро­ме опас­ностей, и ник­то, кро­ме вра­гов, её там не ждёт. Лишь одиночество и бесконечное бегство в никуда... За­то здесь, на ут­лом, тихом ос­тро­воч­ке, она разглядела проблеск иной альтернативы. Что даль­ше? Как сох­ра­нить по­кой? Ос­тать­ся?! Воп­ре­ки прин­ци­пам и здра­вому смыс­лу? Нет, это бессмысленно и попросту нелепо. Ей здесь не мес­то. Она лиш­няя, и прек­расно это по­нима­ет. Но неч­то удер­жи­ва­ет, ско­выва­ет, душит. Не­ося­за­емое, не­подат­ли­вое, с этим нельзя совладать. Где же ты, не­весо­мость? Где не­выно­симое же­лание про­пус­тить сквозь те­ло Все­лен­ную? Где та кра­сота и рве­ние? Где это, где, ква­зар побери?! Вмес­то нас­лажде­ний — нез­до­ровая при­вязан­ность. К ко­му? К соп­ле­мен­ни­ку-пси­ху и… к зем­ной дев­чонке, ко­торая всё же проб­ра­лась на ко­рабль и за­гово­рила с ней единожды? Как так по­лучи­лось? По­чему та ма­лыш­ка за­пала в па­мять? Её на­ив­ные ка­рие гла­за, удив­лённо при­от­кры­тый ро­тик и хруп­кие ру­чон­ки, сло­жен­ные за­моч­ком на гру­ди. Голосок нежный и немножко робкий... Поздоровалась, стала спрашивать, откуда злодейка прилетела и как ей живётся с дядюшкой Джамбой. После такого хотелось выкинуть из головы всё отвратное: любые предубеждения и страхи. За­быть о кос­мо­се, о прес­тупной жиз­ни, по­гонях и сра­жени­ях, о неприятных случайностях, об оди­ночес­тве и пус­то­те внут­ри… и да­же о род­ном го­лосе, что раз­да­вал­ся мут­ным эхом из под­созна­ния. Не нав­сегда — хо­тя бы на короткое вре­мя, что­бы оп­ра­вить­ся, а по­том ид­ти даль­ше… Но спер­ва отыс­кать неч­то, при­та­ив­ше­еся сре­ди дре­мучих за­рос­лей. Оно сле­дит, оно прес­ле­ду­ет, оно про­реза­ет ть­му го­лод­ным взгля­дом. Не­уло­вимое, не­поко­леби­мое, оно ря­дом. Каж­дый им­пульс, каж­дое дви­жение его от­да­ёт­ся кол­кой дрожью из­нутри. Остаться страшно, но улететь — ужасней в разы. Ти­хий шо­рох вда­леке. Ша­ги. Зна­комые и от­че­го-то да­же ожидаемые. Груз­ные, но то­роп­ли­вые, с каж­дым ми­гом они до­носи­лись гром­че и от­чётли­вей, буд­то ус­по­ка­ивая Дел­му. Буд­то и не мель­ка­ло опас­ности. Буд­то поп­росту па­ранойя. Вско­ре пе­ред ней воз­ник соп­ле­мен­ник. Из мра­ка толь­ко и до­носи­лось его отя­желев­шее ды­хание. Ка­залось, так, вы­жидая мо­мент для за­готов­ленной ре­чи, мог он прос­то­ять дол­го; но воп­ро­ситель­ный взгляд лиловых глаз тре­бовал объ­яс­не­ний. Сроч­но. — Де­ло та­кое, — без пре­дис­ло­вий на­чал Джу­киба, вып­рямля­ясь, — На­ни у­ез­жа­ет на со­сед­ний ос­тров по ра­бочей на­доб­ности. Приб­ли­зитель­но на де­сять дней, что сов­па­да­ет с пос­тупле­ни­ем Ли­ло в но­вую шко­лу. Это важ­ней­ший пе­ри­од — и ма­лыш­ке нуж­на до­пол­ни­тель­ная под­дер­жка. Пред­по­лага­лось, что ты, как жен­щи­на, спра­вилась бы с по­доб­ной за­дачей. По­это­му боль­шая и ма­лень­кая де­воч­ки вмес­те с 626 про­сят те­бя ещё чу­точку по­гос­тить у нас. Нас­ту­пила ми­нут­ная па­уза. В про­ис­хо­дящее не ве­рилось. Ра­зум оку­тала глу­хая пе­лена — всё стало похожим на сно­виде­ние… — И по­чему я дол­жна сог­ла­сить­ся? Зло­вещее без­молвие нас­тигло обо­их. Все мыс­ли ра­зом от­хлы­нули.