Драбблы по Гарри Поттеру

Целовать Драко — это тоже самое, что есть мороженое на пляже, глядя на закат. Надо ли говорить, что Гарри больше всего в жизни любит море, закаты и мороженое? Единственное, что неудобно, так это то, что они до сих пор не открылись миру. Где-то за границей Хогвартса идёт война: сражаются с тёмными силами все волшебники и даже дети, а у Поттера временная пауза, передышка, драко-брейк. Малфой стонет в поцелуй, запрокидывает голову, обнажая бледную нежную шею, прижимается ближе, трётся. У Поттера сносит крышу мгновенно. Он подхватывает юношу под бёдра, сажает его на какую-то табуретку в Выручай-Комнате, до боли сжимает бока, оставляя синяки. Драко обвивает его ногами и прижимается ближе, подставляя лицо и шею под страстные ненасытные поцелуи Мальчика-Который-Выжил. Они могут не дожить до завтра. Темный Лорд за стенами ждёт, когда Поттер соизволит прийти, но сейчас Гарри думает только о том, какие солёные скулы у Драко, который плачет от скорого расставания. Гарри утешает блондина по-своему, шепчет, что только ради него и победит, сделает всё, чтобы они с Малфоем были счастливы. Жизни остальных жителей Магической Британии Избранного сейчас мало заботят. Рон и Гермиона, так некстати вернувшиеся из Тайной Комнаты, удивляются недолго. Честно говоря, они всегда это подозревали. Рон пожимает плечами, проявляя чудеса толерантности и слизеринцелюбия. Гермиона, ещё не отошедшая от собственного поцелуя с Уизли, сейчас несколько дезориентирована и может только сильнее впиваться ногтями в плечо Рона. У неё в голове война и собственный шок, а о друге и его парне она подумает позже. — Гарри! — шепчет девушка из-за угла, молясь, чтобы только брюнет её услышал. — Пора! Поттер отрывается от сладостных губ и заглядывает в глубокие глаза цвета расплавленного серебра. — Я вернусь, — шепчет он, держа лицо Драко в ладонях. — Обещаю. Малфой хлюпает носом и кивает. Последний невесомый поцелуй, целомудренный и нежный, и Гарри уходит с друзьями, все время оборачиваясь назад. Драко поправляет рубашку, одергивает пиджак и приводит себя в порядок. И лишь алеющий поцелуй-укус на шее напоминает о произошедшем.