Resident Evil: Миссия — выжить

Леон Нет ада, да и смерти нет… Сколько я повторял себе эту фразу, но ни разу не придавал ей того значения, которое появилось сейчас. Нет смерти, слышите?! Нет! И не должно быть! Меня там нет! Я избежал этой участи, а она там, борется за то, чтобы не остаться на теневой стороне. Я не знаю, где ты, Эшли, но я найду тебя, обещаю. Да как я могу тебе что-то обещать, если так и не сдержал своих предыдущих обещаний? Я говорил тебе, что защищу тебя, что вернусь за тобой, что всё будет хорошо, а в итоге? Ты ранена, возможно, смертельно. Ты пожертвовала собой ради меня, хотя это я, я должен был жертвовать собой для тебя! Во всём произошедшем лежит моя вина. Я был слишком самоуверен, чтобы планировать свои действия или думать, что может быть дальше. Теперь я расплачиваюсь за свои же ошибки. Всё повторяется точно так же, как и в Торонто семь лет назад… Ты сказала, что мы увидимся, но вернулась ли и вправду?.. Жизнь ничему меня не учит… Краузер хотел убить меня. И опять же в этом виноват лишь я. Зачем я тогда решил вступить в схватку с пантерой? Почему я думал, что смогу с ней справиться? Из-за меня всё произошло и… и я действительно сломал жизнь Джеку, Луису, Вику, а теперь ломаю жизнь Эшли. Господи, что же я за человек такой?! Ударив со всей силы кулаком в стену, я остановился на месте и, закрыв глаза, прислонился к ней, холодной и каменной, лбом, пытаясь унять жар, пылающий внутри. Я опасный человек… Нет, уже не человек. Оружие. Совершенное, уникальное, но переставшее быть человеком. Отец был прав, когда в видеозаписи назвал меня так. Отец, ты бы не стал мной гордиться, если бы видел то, чем я стал. Если бы видел то, что я творю в этом мире. Но я не могу иначе. Прости… Я столько раз пересматривал ту видеозапись, что ты оставил мне. Я чувствовал себя едва ли не надеждой нового мира, слушая твои слова о том, что ты веришь в меня, что у меня всё получится. Я думал лишь об этом, полностью пропуская мимо ушей остальное. И теперь я плачу за это сполна. Да, та самая видеозапись, которую мне чудом удалось спасти, вытащив из сломанного ноутбука в полицейском участке. Они вызвали меня в тот день… чтобы предъявить мне обвинение в убийстве моего отца.

Раккун-сити 2006 год

- Я получил вашу повестку. - Это хорошо, что вы пришли, мистер Кеннеди. Пожав плечами, я побрёл вслед за толстым парнем в полицейской форме. Он изо всех сил старался выглядеть впечатляюще, но у него, по правде говоря, это хреново получалось. - Отпустите моего брата, он ни в чём не виноват! – преградив путь юному работнику полиции в квадратных очках, такая же юная девушка, ровесница Вика, сердито пилила его взглядом. Парень явно был испуган таким излишним вниманием к себе и быстро-быстро стрелял глазами по сторонам, пытаясь найти помощь, чтобы отбиться от настырной девчонки. - Совершенно ни в чём, - подтвердил из-за решётки молодой человек хулиганской внешности. Его одежда была заляпана какой-то грязью и… кровью. - В-вот сейчас приедет начальник, и мы во всём разберёмся, - попытался заверить полицейский девушку, но она упорно стояла на своём. Её звонкий голосок раздавался на весь небольшой полицейский участок. Брат девушки, облокотившись на решётку, всячески подтверждал её слова, отпуская в сторону юного приверженца закона обидные шуточки. Мысленно ухмыльнувшись про себя, я отвёл взгляд от этой картины и последовал вслед за моим проводником. Навстречу нам прошёл ещё один пухленький полицейский с чашкой кофе и пончиком с потёкшей глазурью. Наконец дверь кабинета захлопнулась за моей спиной, и я остался наедине с двумя полицейскими. Один из них молча предложил мне присесть, что я и сделал. - Что-то случилось? Вы узнали что-то новое про отца? Вы нашли убийцу? Они переглянулись. Тот самый, мой проводник, достал из стола диск и протянул мне. - Мы нашли это в лаборатории. На конверте было написано ваше имя. - Что там? - Мы не знаем, но надеемся узнать сейчас, - диск так и не попал мне в руки: полицейский вставил его в ноутбук. - Эй, а ничего, что это личная запись? – возмутился я. - С сегодняшнего дня, мистер Кеннеди, мы имеем на это право. - Это ещё почему? – я вскочил со стула, намереваясь устроить громкие разборки, однако в следующий миг на моих руках защёлкнулись наручники. - Леон Скотт Кеннеди, вы арестованы по подозрению в убийстве вашего отца… Мне было неуютно даже думать об этом. Рука сама потянулась к бедру, чтобы выхватить Блэктейл, но не нашла его там. Резко остановившись на месте, я удивлённо опустил взгляд вниз. Что за? Ах да, Эйда забрала моё оружие. Отлично! Но, в конце концов, я же теперь вроде как обладаю силой? Если оно уже закончилось… Первые часы после того, как ты очнёшься – самые опасные. Вирус будет приживаться в твоём организме, ему нужно время. Любая, даже незначительная рана легко сможет убить тебя. И тот доктор. Он ведь тоже что-то знал обо всём этом. И я даже догадываюсь от кого. Я встретил его, когда бродил по базе после своего “воскрешения” в поисках Эшли. Он сразу узнал меня, назвал полным именем. Сколько же ему успели обо мне рассказать? Сам он не лучше. Я знал его ещё с детства, пусть и косвенно. Помнил, как он ставил опыты на животных. Помню, как мучил детей, оправдывая это тем, что дети ещё не взрослые и не настоящие люди. Знаю, до чего он докатился. И я думаю, он понял, что делать с тем самым пистолетом, который я ему оставил. Интересно, как же он оказался у Эшли? Но мой Блэктейл всегда возвращался ко мне, где бы я его не оставлял. И на этот раз будет так же, я уверен. Прямо передо мной были стальные двери. Они заперты, без сомнения. Я провёл рукой по шву между ними, и они разошлись в стороны. Передо мной предстал такой же стальной коридор. На первый взгляд, всё выглядело совсем безобидным, но я знал, что это не так. Здесь было что-то, и мне предстояло выяснить что именно. Вытащив из подсумка патрон, я легко кинул его вперёд. Он звонко ударился о пол и, подскакивая, покатился. В тот же миг несколько лазеров прорезали весь коридор и, образов сетку, опустились на пол, сделав из патрона нарезную колбасу. Присвистнув, я обвёл взглядом всю комнату. Лучи были не везде, но могли передвигаться в абсолютно любом направлении. Они исходили из металлических круглых шайб, с лёгкостью катавшихся по стенам, переходившим на пол и потолок. И, судя по тому, что они без труда расправились с железным патроном, от меня останется весьма неаппетитная нарезка, попади я в ловушку. Однако необходимо двигаться вперёд. Возможно, за этими дверями спрятано нечто очень важное, не зря же помещение имеет такую совершенную и сильную охрану? А вдруг там Эшли?.. Проверив, надёжно ли закреплены все вещи на моей одежде – мне вовсе не улыбалось, чтобы из-за не вовремя отлетевшей кнопки, отколовшейся со штанов, меня поджарили за просто так – подошёл к самому краю и невольно сделал глубокий вздох. Прищурившись, пригляделся к коридору; мне показалось, что в воздухе витали маленькие красные частицы и полосы. Одна из них располагалась прямо на уровне моей шеи. Пригнувшись, я ступил на пол, на безопасную, как мне казалось, его часть. Ничего не произошло, лазеры никак не отреагировали, и я продолжил путь, стараясь держаться подальше от красной пыли. Что-то подсказывало мне, что это были датчики движения, только слишком плохо прикрытые, раз я смог их уловить. На следующем шаге плитка под ногой совсем немного провалилась вниз, но я очень хорошо это почувствовал. Датчик веса. Четыре лазера прорезали воздух передо мной: два горизонтальных и два вертикальных. Они на довольно высокой скорости начали соединяться и двигаться ко мне. У меня не оставалось выбора, как проскочить их прямо сейчас, когда они ещё не сомкнулись. Бросившись вперёд, я сильно оттолкнулся от пола и, пролетев через успевшее уменьшиться почти втрое отверстие, удачно приземлился, перекувырнулся и был вновь готов к движению. Ещё одна ярко-красная полоса собиралась подрезать мои ноги, но я переступил через неё, не забывая следить за датчиками движения. Два лазера, соединившись, словно мечи, перекрыли мне путь и мгновенно переместились вперёд так, что я едва успел отпрыгнуть и, сильно прогнувшись назад, пропустить их над собой. Мне показалось, моя спина хрустнула во время этого движения, но я быстро выпрямился и кинулся к дверям по ту сторону, где-то там должна была отключаться вся эта ловушка, но целое скопление шайб, скрывавших смертоносные лучи, преграждало мне путь. К несчастью, я поздно заметил эти кругляшки на стенах – только когда оказался между ними. Они моментально вспыхнули, а я, повинуясь рефлексам своего тела, попытался отскочить назад. В тот момент, когда эти линии полностью окружили меня, показалось, что даже время замедлилось, а моё тело внезапно стало очень послушным настолько, что я абсолютно спокойно, сгруппировавшись так, чтобы не задеть ни один луч, пролетел между ними и приземлился. Обернувшись, увидел, что вся ловушка, доползя до противоположного конца коридора, вновь направилась ко мне. И только сейчас, оказавшись с другой стороны, я увидел то, чего не смог заметить раньше. Панель управления смертоносным коридором находилась слева от входной двери. Я не удосужился осмотреть стену рядом со мной и теперь очень об этом пожалел. Конечно же, Саддлер не кувыркается по коридору каждый раз, как я, если ему понадобится это помещение. Там, скорее всего код или… та же кровавая жертва, как и в подземелье. Выхватив Каратель, я направился в противоположную сторону от стремительно приближавшейся стены лазеров. Расстояния как раз достаточно, чтобы провернуть тот самый трюк, который я задумал. Посмотрим, получится ли у меня вновь заставить своё тело слушаться меня. Разбежавшись, я подпрыгнул, ногой опёрся на ручку двери, второй выше. Ещё два толчка от потолка, и я, перевернувшись в воздухе, приземлился позади лазеров, в правой ноге что-то неприятно хрустнуло, но времени почти не было. Развернувшись, я помчался обратно и, преодолев всё расстояние буквально за пару секунд, распорол руку ножом, ударил им по крышке панели управления и провёл ладонью по печати. Лазеры, двигавшиеся ко мне, потухли. Я кинул ещё один патрон прямо между ними, чтобы проверить, не обман ли это, но всё было в порядке, ловушка уже никак не отреагировала, пропуская меня к двери. Она открылась, впустив меня, а потом захлопнулись за спиной, погрузив помещение в полную темноту. Ощупав стену рядом со входом, я нашёл выключатель и щёлкнул им. Маленький огонёк света зажёгся слева от меня, а потом последовательно стали загораться и другие лампы в виде старинных свечей, установленных в канделябрах, что были на стене по периметру всей комнаты, видимо, служившей лабораторией. Здесь стояли железные металлический столы, стеллажи с бумагами и, посередине, лаборантский столик, где, видимо, в спешке, были брошены вещи. На одном из медицинских столов лежало тело, накрытое простынёй. Я незамедлительно выхватил нож, одновременно пытаясь нащупать на поясе гранату, но не обнаружил её там. Чёрт! Я ведь потратил последнюю на троих регенераторов, пока искал Эшли, и теперь, если это и вправду одно из этих мерзких существ, сражаться с ним будет довольно-таки трудно. Стараясь ступать бесшумно, я подошёл к трупу и резким движением сдёрнул с него простыню. Отшатнувшись, опустил нож и прикрыл нос ладонью. Передо мной лежало нечто, уже совсем не похожее на человека. Старый, начавший разлагаться труп с провалившимся носом и распоротым животом, где копошились белые жирные личинки. Похоже, это лежало здесь как минимум неделю. Поскорее отойдя от трупа, я направился к лаборантскому столику, чтобы рассмотреть пробирки в подставке. Некоторые из них были наполнены чем-то, похожим на кровь. На таких пробирках надписи были неразборчивыми и состояли в основном из букв и цифр, в которых сам чёрт ногу сломит. Было здесь и ещё кое-что интересное, помеченное как “Плагас для президента”, “Лас Плагас Обыкновенный” или “Лас Плагас & Опытный образец А-Вируса” и им подобные. На некоторых были листочки с почерком Луиса, видимо, он работал здесь какое-то время. Но особое внимание привлекли две пробирки, стоящие чуть отдельно. Склонившись ближе к ним, я увидел, что на одной написано: “Образец крови с А-Вероникой” а на второй “L.S.K.”. Первой моей реакцией было удивление. Откуда? Когда они успели получить образец моей крови, причём, судя по дате на пробирке, вполне свежий? Чёрт, скорее всего, они сделали это тогда же, когда меня заразили Лас Плагас. Неважно, когда они успели это совершить, нужно избавиться от этого. Но от процесса избавления меня отвлёк странный шипящий звук, раздававшийся из-за спины. Обернувшись, я увидел, что тот самый труп недельной давности вполне себе ожил и теперь пытался подняться, опираясь на гниющие обломанные конечности, с которых сползали куски протухшего мяса. Один глаз у существа лопнул, и вместо него в глазнице находился слипшийся комок чего-то желтовато-белого, а по дырявой щеке струился жидкий белок. Наконец монстру удалось подняться и заковылять ко мне. Это удавалось ему с трудом, он то и дело заваливался на один бок, хромая. Внутренности вместе с червями выпадали у него из живота, и оно, останавливаясь, начинало подбирать свои кишки и засовывать их обратно. Быстро оглядевшись по сторонам, я бросился к соседнему столу и схватил с него тяжёлый железный поднос, на котором стояло несколько пробирок, тем самым смахнув их на пол. Подскочив к существу, размахнулся и со всей силы нанёс удар подносом по голове. На правой её стороне, на которую и пришёлся удар, появились вмятины; существо не то захрипело, не то зарычало. Я ударил ещё раз, ногой пытаясь подломить ему колени. Это удалось, и существо упало на пол. Я опять ударил его подносом по голове, из которой брызнула отвратительно пахнущая смесь, а потом отскочил и, взяв капельницу, прислоненную к стене, сорвал с неё пустые пакеты и вогнал железный штырь монстру в грудь, пригвоздив его к полу. Он вновь захрипел, из уголков рта показалась зеленоватая густая жидкость; махая руками, он хрипел, пытаясь привлечь внимание. Решив, что мне лучше поскорее убраться отсюда и начать поиски Эшли в другой части базы, я подошёл к подставке с пробирками и поднял её над полом. - На твоём месте я бы не стал этого делать. Обернувшись, я увидел Краузера, стоящего у входа. В руке он держал пистолет, целясь прямо в меня. - Я не слушаюсь чужих советов. Тем более полученных от неудачников. Лицо Джека исказилось от ярости. Я знал, что наступил на его самую больную мозоль, напомнив о происшествии в лагере. - Я смотрю, тут одни неудачники и собрались, - его бровь удивлённо поползла вверх, но потом лицо вновь приняло свой каменный вид. Взведя курок, Краузер подошёл ближе. – Поставь это на место, Леон. - Конечно, сейчас, - пробормотал я, поудобнее перехватывая подставку. – В Аду этому всему самое место! – и, подняв её выше, швырнул на пол. Пробирки разбились, разлетевшись на множество осколков, один даже оцарапал мой локоть. Отпрыгнув в сторону, я зацепил рукой стол, повалив его, словно щит, чтобы защититься от выстрелов Джека, открывшего по мне огонь. - А вот хрен тебе, а не вирус, - пробормотал я, обводя взглядом комнату. Выхватив Каратель, прокрутил его в руке и чуть приподнялся над столом, отыскивая Краузера. Он обнаружился позади меня и, схватив за футболку, приподнял над полом, словно котёнка за шкирку. - Зачем ты работаешь на Саддлера? – прохрипел я, пытаясь оттянуть ворот футболки, ужасно давивший мне на горло. – Ты ведь говорил, что у тебя другие планы. - В любом случае, ты в них явно не фигурируешь, - произнёс он. - Что такое Феникс? - Я уже говорил, что ты задаёшь слишком много вопросов? – прошипел Джек. - А я уже говорил тебе, что ты слишком много болтаешь и перестаёшь следить за врагом? - Нет. - А жаль, - хмыкнул я, разжав руку. Граната выпала из моей руки и подкатилась прямо под особенно ядовитый стеллаж, на котором стояло множество колб с химией. – Не храни их на груди, так доставать удобнее. Краузер отшвырнул меня к стене. Перевернувшись в воздухе, я попытался успешно приземлиться на пол, но раздавшийся в этот момент взрыв буквально впечатал меня в один из стеллажей. - Ах ты, сукин сын! - Поешь тротилу! Часть стены смело вместе с третью лаборатории; взрыв был такой силы, что образовал в стене дыру. Поднявшись, я подбежал к ней и выпрыгнул во внутренний двор. Похоже, это была другая сторона острова: под ногами шуршал песок и мелкие камешки, а само ущелье окружали низкие песчаные скалы. Я стоял на краю парапета рядом с небольшой дозорной башней. Быстро перепрыгнув на неё, обернулся и увидел Краузера, выбиравшегося из дыры в стене; он весь был в каменной крошке. Увидев меня, он прищурился, а потом провёл пальцем по горлу. - Мы это уже проходили, - отозвался я. - Неуспешно для тебя. - Я пока ещё жив и здоров, в отличие от тебя, - если не считать того, что из оружия у меня всего один нож, то всё просто отлично. – Чего же ты хочешь Джек? Почему помогаешь Фениксу? - Мы сможем привести этот мир в настоящий порядок! Я покачал головой. Чёртовы утописты. У каждых, конечно, свои безумные цели, но при этом настолько глупые и несбыточные… Краузер вытащил нож и подошёл ближе; прищурившись, он взглянул на меня. - А за что сражаешься ты, Леон? Неужто за своего нерадивого братца, который сам перешёл на нашу сторону? Я, уже было поднявший свой Каратель в боевой стойке, медленно опустил его. - Что ты сказал? Тот ухмыльнулся и медленно прошёлся по карнизу передо мной, вертя нож в руке. - Вижу, ты не осведомлён, что он, в отличие от тебя, совсем уже безнадёжного, понял, что сможет выиграть больше, находясь на стороне победителя. Он умный мальчик, несмотря на то, что младший. Опустив голову, я смотрел в песок под ногами. Нет, он явно несёт какой-то бред. Вик бы никогда не сделал этого добровольно. Конечно, нет! Они заставили его, промыли ему мозги, но добровольно? Никогда! - Что вы с ним сделали? - Мы? – Краузер удивился. – Совершенно ничего. Он сам перешёл на нашу сторону. - Так ты определись на кого ты работаешь: на Вескера или на Саддлера, - прищурился я. - Это не имеет значения. - Где Эшли? Краузер в ответ усмехнулся. - Ты думаешь, я так просто отвечу тебе на этот вопрос? – и метнул в меня нож. Это произошло так внезапно, что в первую секунду я оторопел, но успел уклониться, и лезвие прошло всего в каком-то сантиметре от моей головы, срезав несколько волосков. - Ты не собирался убивать меня? – не поверил я, потому что метнуть нож в голову врагу было одним из самых глупейших приёмов. Ладно бы в шею, но прямо в голову, тем более мне. - Ты прав. Но он мне больше и не нужен, - Джек поднял вверх свою левую руку. – У меня есть такая сила, которая тебе только снилась. Спасибо твоему отцу. - А-Вероника? Так вот куда пропала четвёртая капсула с вирусом! Он сжал пальцы в кулак и нахмурился. Рука Краузера начала преображаться, она увеличивалась в размерах, мускулы раздувались, вены выступали под кожей. Что-то огромное вырывалось из неё, разрывая кожу и искажая облик конечности. Рука превращалась во что-то зеленоватое, пульсирующее с тёмными когтями. Наконец, окончательно извратив свой облик, она приняла вид чего-то большого, похожее то ли на крыло, то ли на что-то более худшее, имеющее длинный коготь, словно гарпун. - Посмотрим, чем ты ответишь на это, Леон. А теперь умри! Он, совершив большой прыжок, перелетел через пропасть и приземлился на краю башни. Я подхватил его нож и выставил его вперёд, во второй руке у меня был Каратель. Сколько же шансов у меня на победу в битве с ним? Один к миллиону? Но сдаваться мне всё равно нельзя. Если сдамся я, то кто же сможет продолжить мой путь и мою борьбу? Да, у него А-Вероника, способная принимать любые невероятные формы, но и у меня тоже. У меня ведь должно быть преимущество! Этот вирус часть меня с рождения, чёрт побери, но я никакого понятия не имею, что мне сделать, чтобы научиться управлять этим. Глубоко вдохнув, я освободил голову от всех лишних мыслей. Мне предстоит бой, тяжёлый бой, но я должен выйти из него победителем. Если я научусь побеждать без вируса, то могу и не пользоваться им. Так будет лучше. Я отступил на пару шагов назад, прицениваясь к нашим силам. Краузер бросился в атаку, собираясь ударить меня мутировавшей конечностью, но я ушёл от удара и успел чуть задеть его бедро лезвием ножа. Перекатившись, быстро поднялся на ноги и побежал вниз по каменной лестнице. Нужно попытаться использовать окружение под меня! Может, мне удастся столкнуть его в пропасть? Посмотрим, как его новоприобретённое крылышко поможет ему выжить! Краузер, перепрыгнув почти десяток метров, приземлился впереди меня, преграждая путь вниз. Пришлось отойти к деревянному настилу, идущему по краю башни. - Ты убегаешь, словно трус, - произнёс он и вновь попытался ударить меня, я отпрыгнул назад. Мне-то, в отличие от него, терять больше нечего. Крепко сжав рукоять ножа, я бросился к нему, пригнувшись, проскользнул под его руку и ударил ножом в живот, но он перехватил лезвие и сломал его. Ударив меня по лицу, отшвырнул от себя к краю. Я быстро поднялся, утирая рукой кровь, текущую из разбитого носа; на губах отчётливо ощущался её солоноватый вкус. Одного ножа у меня уже нет; хорошо, что Каратель уцелел. Нужно избрать другую тактику. Медленно отходя назад, я попытался обойти Джека, но он опять поднял мутировавшую конечность для атаки. Перехватив его вторую руку, я пнул его в колено, а потом попытался достать Карателем до живота, Краузер сердито зарычал и прикрылся своим крылом. Я замахнулся для ещё одного удара, но Джек с разворота толкнул меня ногой в грудь, откинув назад. Перекувырнувшись в воздухе, я не рассчитал расстояние и всё, что смог сделать, падая с башни – ухватиться рукой за край доски. Джек, подойдя ближе, посмотрел на меня сверху вниз, и его губы исказила кривая усмешка. - Приятно ли сознавать себя побеждённым а, Леон? - Не знаю, тебе виднее, - процедил я сквозь зубы, пытаясь схватиться и левой рукой, но Краузер пнул её носком сапога, а потом поставил ногу на мои пальцы. Было больно, но я, стиснув зубы, продолжал держаться. Внизу, подо мной, на дне ущелья, острые камни, пусть и заметённые песком по самые макушки, но упасть на них мало приятного. - Всё ещё держишься? – прищурился Джек. – Это ненадолго, - и он придавил ногой мои пальцы. По руке острой молнией пролетела сильная боль, от которой даже потемнело в глазах на пару секунд, раздался неприятный хруст, а потом я понял, что не чувствую двух пальцев. Большой и указательный неестественно торчали вбок, а второй рукой я ухватиться не мог – Краузер не давал мне этого сделать. - Неужели ты всё ещё борешься? – наигранно удивился он, поднимая Каратель, валявшийся на песке, и провёл по нему пальцем. – Неплохой выбор, Леон, а ты, оказывается, знаешь толк в холодном оружии. Посмотрим, насколько он крепок, - и, размахнувшись, Краузер ударил меня по руке. Этот раз был пределом. Отцепившись, я полетел вниз, но, изогнувшись в воздухе, упал на нижний ярус, каменный настил которого выбил из меня весь воздух. Перевернувшись, я встал на колени, прижимая к себе раненую конечность, ставшую совсем негодной. Кровь заливала все мои джинсы и песок; попытавшись как-то вытереть её, я согнулся пополам от боли и посмотрел на руку. На ней не было трёх пальцев. Тех самых, которыми я держался за край. Краузер отрубил их моим собственным ножом, моим Карателем. Боже, какая ирония судьбы! Но если я не остановлю кровь, то рискую потерять слишком много, чтобы потом восстановиться. Краузер спрыгнул на помост передо мной. В одной руке он держал мой нож, а второй прикрывался, словно щитом. - Знаешь, даже как-то слишком подло оставлять тебя совсем без оружия. Я же не убийца беззащитных, - и он швырнул Каратель мне под ноги, я поднял его левой рукой. Ею я владел ножом хуже, чем правой, но она сейчас была единственной возможностью защититься. Правая рука дико горела от боли, словно её окунули в огонь. Её состояние чем-то напомнило мне состояние моего тела во время моего перерождения. Стараясь не обращать на боль никакого внимания, я поднялся на ноги и выпрямился.* Это далось мне тяжело, но нельзя было показывать врагу своей слабости. Вытянув Каратель перед собой, как мою единственную защиту, я отвёл раненую руку назад, сейчас она ужасно мешала мне. Конечность буквально пульсировала от боли. Краузер кинулся вперёд, я попытался ударить его ножом, но он легко отклонил мою руку и швырнул меня на песок. Падая, я рефлекторно выставил вперёд правую руку и упал прямо на неё; судорога прошла по сломанным пальцам, которые повисли, словно лишние, и чем-то горячим растеклась по руке. В висках застучало, зрение сузилось, но я, пересилив себя, встал. Потому что не мог позволить себе умереть. Потому что, как бы странно это сейчас ни звучало, мне необходимо было спасти мир. И, как минимум, мой собственный. Джек ещё пару раз ударил меня, но мне удалось каким-то чудом увернуться. Кажется, я начал понимать своё тело, уклоняясь от точно нацеленных ударов, легко управляясь с самим собой. Но и он был таким же, как и я. Он перехватывал все мои слабые атаки, отражая их с двойной силой. Когда я поскользнулся, он пнул меня в живот, откидывая от себя. Перевернувшись в воздухе, я сумел сохранить равновесие и опуститься на песок. Но что-то было не так. Медленно подняв правую руку, я потрясённо смотрел на совершенно целые пальцы, и лишь следы крови на ладони напоминали о чудовищной ране. Не веря своим глазам, я сгибал и разгибал пальцы, которые были, как новенькие. Никакой боли. Никаких неудобств. Переложив Каратель в правую руку, я повернулся к Краузеру, наблюдавшему за мной издалека. Если у него получается заставлять свою руку мутировать, а у меня получается отращивать новые пальцы, залечивая раны, то, может, и я смогу придумать что-то дельное? А-Вероника безупречно гибкий вирус. Поселившись во всём твоём теле, в каждой его клетке, он берёт его под контроль. Чиня. Помогая. Изменяя его на твой вкус. Делая неуязвимым. Постигни его, и тебе не будет равных. Сжав левую руку в кулак, я поднял её, пристально смотря на свою кожу. Что же я должен делать, чтобы изменить её? - Пожалуйста, мне очень нужна помощь, - прошептал я. Закрыв глаза, мысленно представил, как моя рука становится сильнее, такой сильной, что сломать Краузера не составит труда. Но только не что-то ужасное, как его крыло. По конечности быстро пробежал электрический ток, заставивший меня открыть глаза. Моя рука, увеличившись в размере, покрывалась чем-то оранжевым, похожим на броню, а пальцы росли и обзаводились когтями вместо ногтей. Всё наполнялась теплом, а, дойдя до плеча, мутация остановилась. Пошевелив пальцами, я остался доволен тем, как конечность слушалась меня, и усмехнулся, взглянув на Краузера, лицо которого перекосилось от ярости. - Не люблю убивать беззащитных, - крикнул ему я. – Это для меня неприемлемо. Так что ты всё ещё можешь сбежать. Выругавшись, Краузер кинулся ко мне, замахнувшись мутировавшей конечностью. Он обрушил на меня удар огромной силы, но я, с лёгкостью перехватив его “гарпун”, сжал в пальцах, а потом оттолкнул. Джек чуть отлетел назад и тут же вновь пошёл в атаку, стараясь ударить меня, но я отбивал все его нападки. Моя новая рука ужасно мне нравилась, она была очень сильной – одним ударом в живот я откинул Краузера к краю площадки – и, казалось, неуязвимой – когти не оставляли на ней ни царапинки. В тот миг я начал по-настоящему понимать вирус, не только слившийся с моим телом, но и ставший его генетической основой. Я легко направлял свои действия, совершая самые невероятные движения, которых от себя не ожидал. Мог почти предугадывать движения Краузера. Он был интересным противником, трудным. Если бы он был человеком, сражаться стало бы неинтересно, но он, обладая почти таким же потенциалом, как и я, мог и обыграть меня в этой игре, стоило мне отвлечься. Не спуская с Джека глаз, я медленно переступал с одной ноги на другую, двигаясь по кругу. Он повторял мои движения. - Боишься подойти? – насмешливо спросил он, как бы невзначай поигрывая пульсирующими мускулами на своей лапе. - Боюсь, что если я подойду, то от тебя ничего не останется, - парировал я, проводя ладонью правой руки по приятно тёплой броне на левой. - Когда же ты успел стать таким смелым, Леон? Твоё безрассудство, как и в прошлый раз, тебя погубит. Ты действуешь слишком непродуманно, без плана. А я знаю, что делаю. - И я знаю, что делаю, - упрямо повторил я, досадливо морщась от того, что он вот так легко раскрывает мои мысли. – Довольно ходить по кругу, Джек. Мы должны покончить с этим! – и я первым кинулся на него, не забыв выхватить из ножен Каратель. Мой удар был нацелен в голову, но он отклонил его лапой, а здоровой рукой ударил меня по лицу, вновь вызвав кровотечение из носа. И хотя я знал, что оно само залечится через пару минут, это было довольно-таки неприятно. Отойдя на пару шагов, я пнул его по ноге, одновременно пырнув Карателем в правый бок. Он, не успев заслониться, вскрикнул от неожиданности и упал на колени. Тогда я левой рукой несколько раз ударил его по лицу, повалив на песок, а потом отскочил. Чёрт, я совсем забыл, что пропасть в другой стороне, нужно было заманить его к краю или… Он мог и выжить от падения, поэтому я подошёл ближе и, замахнувшись, несколько раз ударил Краузера Карателем в грудь. Красное пятно начало расплываться по футболке, весь песок вокруг уже и так был залит кровью, пропитанный ею, наверное, до самой земли. Тяжело дыша, я отступил назад, и нож выпал из моей руки. Чёрт, кажется, я действительно убил его. Пусть даже это был и Краузер, но я убил человека. Я потряс головой, стараясь справиться с наваждением. Да что со мной такое? Что я раньше, что ли, не убивал? “Нелюдей” – подсказал голос разума. “Но не тогда” – поспешила добить воспоминаниями память. Быстро развернувшись, я, подхватив Каратель, побежал прочь, к лестнице. Нужно было избавиться от руки, хотя она и отлично помогла мне, не могу больше на неё смотреть. Облокотившись о песчаную стену, я пристально посмотрел на конечность, больше напоминавшую лапу какого-нибудь ящера. Все пальцы, раза в три увеличившиеся в размерах, заканчивались чёрными когтями. - Хочу, чтобы ты исчезла, - прошептал я, до конца ещё не веря, что это сработает, но она, словно послушавшись меня, принялась уменьшаться в размерах, а броня растворилась, и вскоре моя левая рука приняла обычный вид. * Саундтрек битвы Леона и Краузера: Globus - Doomsday