Пластик

Провести почти год в сундуке — так себе развлечение. Год под Непростительным — совсем другое дело. Славная проверка на прочность. Протезы ведут себя как новые. Если бы кто предупредил, что так будет, дело, верно, кончилось бы дракой. Когда волшебный глаз застревает зрачком в потолок, как у паралитика, аж руки чешутся на ком-нибудь отыграться. Жаль, что нога кажется неподъёмно тяжёлой. Нет ничего хуже новых протезов. Уйму времени проваляться без сил, подчиняясь тому, кто умней и круче, а к жизни вернуться слабей, чем когда-либо. Справедливость опять наизнанку? Вопрос застрял между задней дверью и узким окном чулана: тихо звякнула магическая сигнализация. В четвёртый раз, что ли. Голова, к счастью, в норме, но Империус вышел не до конца. Приступы безразличного бессилия не дают уцепиться за цифры и размышления поважней. Защита после нападения гадёныша на доме осталась вообще? Память всё же повреждена: смята в гармошку там, где всё началось и кончилось. Разобраться, как сильно, не помешало бы, когда время будет. Попытка вломиться в дом, да так скоро — лихо даже для Волан-де-Морта. Особенно для него. Змей всегда тянет время. Оказалось, он вправду умеет ждать. А не умеет кто? Фадж или Альбус. В гостиной темно, душно и тихо, как в склепе. Шторы лениво шатаются, но не от сквозняка. Докси, пикси или другая какая дрянь… Немудрено. Смотреть вверх не хочется. Как и на улицу. Что Фадж, что Альбус навязываться не станут, раз явились без приглашения, только лучше бы все оставили его в покое. Колокольчик жалобно брякнул и затих. Свист заклинаний в полуденной тишине кажется знакомым. Хорошо, что защита есть: пусть видят, что всё в порядке. Грюм упал на диван, вцепившись в палочку. Ждать осталось недолго. Дамблдор уже стоял бы в гостиной, а Фадж не справится и пошлёт за помощью. Хотя лучше бы убрался восвояси и обошёлся совой. Что за дурацкая привычка встречаться лично? Очень нужно обновлять заклинания после визита шута в полосатом колпаке. Свист кончился, и в дверь постучали. Грюм удивлённо покосился на улицу и встал, опираясь на трость. Коридор кажется длинным. Лучше, чем Хогвартс, но всё равно ужасно. Поппи сказала, нужно тренироваться: через полгода всё придёт в норму. — Тут не министерство. Срезала защиту — входи сразу! Домовиков не держу. Случилось чего? — Мистер Грюм, я… — Тонкс взмахнула розовыми кудряшками и свела брови, собирая слова в кучу. — Нам сказали, что вам нужна помощь, а потом мы решили, что лучше послать меня, и… — ДА ИЛИ НЕТ? Она вздрогнула, выхватывая палочку, и крутанулась на месте. Опасный мракоборец в цветастом сарафане. Хотя реакция и впрямь неплохая. Не ребёнок уже. А в бою как, интересно? — Нет, всё в порядке. Только не рычите так, ладно? — Входи уже, — проворчал Грюм. — Мистер Грюм, а как вы наколдовали призраков? Отталкивающее снимается быстро, но эти жуткие рожи… — Тонкс выпучила глаза, как когда-то Фенвик, и нахмурилась, — гадость какая! Никогда раньше не встречала. — Научить тебя? Только зови меня Грозный Глаз. Тонкс стряхнула с ног туфли и пристроила их в густой траве лужайки. — Отставить, — буркнул Грюм, закрывая собой проход. — Босиком драться будешь? — С кем это драться? У тебя что здесь, военный штаб? — проворчала Тонкс. — Думаешь, я рад этому? — отозвался Грюм, и, не дожидаясь ответа, вернулся в гостиную. Тонкс вошла следом, громко хлопнув дверью и с любопытством оглядываясь. — С Альбусом дружишь? — Э-э… с профессором Дамблдором? — удивилась Тонкс. — Не очень, если честно. — А кто прислал? — перебил Грюм, плюхаясь на диван. — Неужто Фадж? — Вообще-то мадам Боунс, — призналась Тонкс. — Фадж был против, но я взяла отпуск. Почти весь отдел разъехался, а Гавейн улетел в Африку на те же числа, так что вряд ли кто-нибудь догадается… — Да, Фадж не поймёт, с какой стати ты променяла законный отдых на помощь какому-то старику, — хмыкнул Грюм. — А где сама Боунс? — Сидит с племянницей. Если я вас не устраиваю, скажите сразу! — надменно фыркнула Тонкс, отворачиваясь к окну. — Лучше защищать от дементоров Сьюзи, чем торчать здесь месяц неизвестно зачем. От грубости уши вянут! — Можешь уйти сейчас. Помощи я не выпрашивал, — буркнул Грюм, — но лучше тебе остаться. Хоть один мракоборец будет в курсе, что Волан-де-Морт ожил. Тонкс хихикнула. — Может, ты и вправду спятил? Тот-кого-нельзя-называть погиб лет сто назад! — А куда, по-твоему, делись Бартемиус Крауч и Амос Диггори? — Тонкс резко обернулась, кинув на него любопытный взгляд. — Первый убит ещё весной, а второй скорбит по погибшему сыну. — Что за чушь! — нахмурилась Тонкс. — Ты совсем шутить не умеешь? — Присядь. Мрачнея с каждым шагом, она всё же подошла и легко опустилась рядом, пересчитывая беспокойным взглядом книжки на старом шкафу. — Исчез и погиб — не одно и то же! — рыкнул Грюм. — Не научишься различать — быстро увидишься с Краучем! — Нет-нет, — помотала головой Тонкс. — Грозный Глаз, может, ты что-то путаешь? Вид у тебя кошмарный, и несёшь ты какую-то чепуху. Крауч, говорят, просто уволился: заболел, не выдержав Кубка по квиддичу и Турнира, да решил, что с него хватит. А Диггори — очень обеспеченные люди. Амос уже не так молод и может позволить себе пораньше уйти на пенсию, заняться чем-нибудь поспокойней… — голос постепенно слабел, пока не сошёл на нет. Грюм предпочёл промолчать, пристально наблюдая за её лицом. Тонкс сморщилась, как от боли, но встряхнулась и вновь приняла задумчивый вид. — Совпадений не многовато? — невесело хмыкнул Грюм. — Целиком не проглотишь, а? — Подожди, — отмахнулась Тонкс. — Но Волан-де-Морт не объявлялся уже столько лет… И где он тогда был? Как он добрался до Крауча? А сын Амоса… Седрик? Седрик Диггори? Грюм кивнул, пресекая внутри желание отвести взгляд. Глаза Тонкс впервые наполнились слезами, но она только оскалилась, как от удара. Даже не всхлипнула. — Малыш Седрик… Я же его помню! Когда он пришёл в факультетскую команду, сначала летал на моей метле. Ловцу она нужней, чем загонщику, так что… Но почему его? Ладно — Крауч, но чем он-то мог помешать! — Маловато знаешь о Волан-де-Морте, — буркнул Грюм. — Помешать! — И когда? — выдохнула Тонкс. Потёрла переносицу, поражая мстительно-серым цветом глаз и сходством с погибшим другом. — В тот день… когда всё началось. Правильно? — Началось? — Перси Уизли перевели в помощники министра, а Амбридж — в заместители. Фадж был сам не свой. Я ещё обзавидовалась: год в министерстве, и уже помощник министра! Не думаю, что меня через год выберут главой мракоборцев. — Не выберут, — кивнул Грюм. — И что делает эта Амбридж? — Да ничего такого! Уселась менять образовательную программу, часто захаживает в издательство «Пророка»… Я почти не вижу её. Постоянно трётся на первом уровне. Мадам Боунс от неё, похоже, не в восторге. Она попросила дополнительную защиту для своего дома, а та выделила ей пару дементоров… Они напугали Сьюзи до чёртиков. Не думаю, что она выучится патронусу за пару недель. После смерти Диггори… — Почему же не мракоборцев? Теперь-то веселье кончилось. — Грюм поднял с пола трость и погладил пальцами древесину, отполированную ладонями за много лет. — «Я не вижу смысла тратить время наших драгоценных работников на неоправданную защиту. Позвольте, Амелия, но нет никакой опасности!» — пропищала Тонкс странно высоким голосом. — И чем вы заняты? — хмыкнул Грозный Глаз. История не повторилась. Может, Крауч не зря помер? — О, всяким разным. Кингсли до сих пор ищет Сириуса Блэка, а мы гоняемся за оборотнями в последнее время. После запрета трудоустройства они как с цепи сорвались! Негодяя, что пошёл в Хогвартс преподавать детишкам, своими руками бы удушила! — фыркнула Тонкс. — Сколько теперь проблем! — Не по душе работёнка? Думала, вы броситесь в бой с Волан-де-Мортом с первого дня? — ухмыльнулся Грюм. Тонкс обиженно покосилась на него и пожала плечами. — Министерству умники не нужны. Хочешь усидеть там — помалкивай! — Все и так молчат! — буркнула Тонкс. — О Крауче ни слова, о Седрике тоже… А дальше что? Это не продлится вечно. Сам-знаешь-кто опасен. Он начнёт убивать: магов, магглов… без разбору, как в тот раз. Пострадают простые люди! Не может же быть так! — она уставилась на Грюма так, будто он и есть Волан-де-Морт. — Не может, — согласился Грюм. — И не будет. Дамблдор собрал Орден Феникса. — А, тот самый! — улыбнулась Тонкс. Взгляд прояснился и пожелтел. — Наслышана о нём… — ОТКУДА?! — рявкнул Грюм вскакивая. Волшебная палочка сама прыгнула в руку. — Не лгать! Тонкс поёжилась, прикрываясь руками, и обронила улыбку. — Полегче, Грозный Глаз! Ты же сам только что сказал, вот я и… — Палочка отодвинулась от лица. — Решила выведать. Так что за Орден? Никогда о нём не слышала. Честно-честно! — Не твоё дело! — рыкнул Грюм отворачиваясь.       Торговаться с Амелией всегда сложно. Цену даёт справедливую, а возражения просто не слушает. Тонкс тоже вскочила с дивана, пригладив юбку, и зачарованно уставилась на книжки. — Не надоели ещё? — ухмыльнулся Грюм. — Можешь полюбопытствовать. Нижнюю полку не трожь — рано тебе. Я отлучусь ненадолго. — Да, помыться тебе не помешает. А окошко открыть можно? — прищурилась Тонкс. — Как-то здесь душно. Да и темно… — Те, что выходят на улицу, заколочены. Дверь тоже, — махнул рукой Грюм. — Шторы не дёргай — там докси. Возьмёшь свечи. — Он кивнул в сторону сундука, вставшего на привычное место. — Второй ящик. — Второй ящик? — протянула Тонкс. — Разберёшься. Мутная желтоватая вода загрохотала по чугунной ванне, и от той быстро повалил пар. Кое-где с потолка свисала паутина, зато никакая нечисть не завелась. Тонкс шумела в гостиной, что-то бормотала и возилась с ключами. Надо было сказать, чтоб не сводила с двери глаз. А если явится Фадж или Дамблдор? Лучше бы им не видеть её здесь. Избавление от ремней выше колена всегда добавляет паники. Хуже только простое зрение, но глазу в кипятке не место. Тонкс права: нельзя попадаться никому в таком виде. О Крауче забудут, и лучше бы это случилось побыстрей. Бледный свет из высокого окошка напомнил сундук и славные вечера, что они провели вместе. Названый сынишка Волан-де-Морта, чёрт бы его побрал. Умудрился добиться своего, и как! Одолжил на годик жизнь, репутацию и друзей лучшего мракоборца Англии! Гениальный ход, и, оказалось, совсем простой. Грюм опустился в воду, сжав зубы, и вытянулся во весь рост. Тонкс затихла. Тишину гнал только плеск воды, стук капель и стеклянное бряцанье глаза, что крутится в стакане волчком.