Аномальная активность

На крышу завода забрались по пожарной лестнице – нижний этаж здания представлял собой бесполезный вход с разрушенной лестницей и фактически отсутствовал, приподнимая над землей четыре верхних этажа с помощью бетонных перекрытий. Сами перекрытия тоже доверия не внушали: в нескольких местах от них остались только местами обвалившиеся, ощетинившиеся арматурой куски – следы не таких уж и давних войн группировок за новые территории. Через небрежно прикрытый тяжелой крышкой люк забрались внутрь, чуть не вляпавшись в поджидавшее внизу скопление «электр». Этой искрящей едва заметными голубоватыми разрядами радости было полно и на крыше, но Снежок со своим детектором шел впереди и, ступая за ним след в след, получалось нет-нет, да избежать смертельной опасности, постоянно норовящей поджарить тебя за каждое неосторожное движение. Руку понемногу выкручивало от дергающей боли, но отвлекаться на нее было некогда. Это, если подумать, еще ничего, да и обезболивающее начинало действовать. Терпеть можно. Спускаясь, Снежок все же умудрился навернуться и, если бы напарник вовремя не ухватил его за запястье, известно, чем могло дело кончиться. Его вообще шатало слегка… бедняга. И ведь пришлось лезть. Ну, только дай бог выбраться… Шли медленно, дабы все не внушающие доверия темные углы по возможности находились в зоне обстрела. Напарник каждый шаг сверял с детектором, в другой руке сжимая свою неизменную «Фору-12» - сравнительно легкий и удобный пистолет. Но едва ли, занятый детектором, мужчина смог бы вовремя им воспользоваться, поэтому по умолчанию задача следить за обстановкой снова легла на плечи Ветрова. Под ногами то и дело глухо похрустывали куски всякого мелкого мусора, вперемежку с обвалившейся побелкой покрывавшие пол. Голые стены провалами выбитых оконных стекол открывали отличный вид на болото и остатки деревеньки, серевшей мрачными развалинами ветхих хаток вдали на холме. Правда, подходы к ней были отрезаны таким высоким уровнем радиации, что не каждая защита потянет. Казалось даже, около одного из тех самых островков под деревом что-то все время сновало, то появляясь, то снова пропадая; что-то достаточно крупное, чтобы заметить издалека. Скорее всего, кровосос. И повезло же по пути на него не нарваться… Возвращаться лучше другой дорогой. Внезапно Снежок замер, сделав знак рукой, – велел остановиться. Коридор верхнего этажа почти подошел к концу, впереди был только вход в помещение, по всей видимости, некогда служившее туалетом, отвалившаяся дверь которого валялась здесь же, на полу. В глубине что-то тускло светилось, слегка приламливаясь сквозь характерно искаженный воздух, будто плавивший края стен, сглаживавший неровности и искажавший прямые линии мелкой дрожью. Похоже на артефакт. Но… Снежок полез за болтами в небольшую сумку на поясе. Детектор, может, аномалии примерно и обнаруживает, но с достаточной для такого небольшого пространства точностью, естественно, их расположение определить не может. А коридор действительно узковат. - «Жарка», - бегло прокомментировал тяжелый взгляд напарника мужчина, - кажется. Отступили на несколько шагов. Болт полетел вперед и прямо по курсу в потолок ударил мощный огненный столб. Во все стороны ощутимо пахнуло горячим воздухом и желто-оранжевые блики тревожным всполохом окрасили стены. «Большая, гадина, - с досадой подумал Ветров. – Как бы обойти, не зацепив?» - Может, ну его? – в итоге с сомнением предложил он. - Пойду, – после короткой паузы настоял Снежок. Ну да, как же. Пойдет он! И так на ногах едва держится. Герой. - Лучше не надо. Вдруг это вообще не артефакт... не похож что-то. Задаром загнешься, если что. Сталкер призадумался, но, все же, остался при своем мнении: - Прикрой. Ветров понимал, что состроенная им то ли страдальческая, то ли скептическая мина не будет оценена хотя бы из-за плотно закупоренного костюма, но смотреть на то, как товарищ спокойно себя гробит… Наверное, он уже привык. Пролезет, куда денется – всегда пролезал, да в такие места, куда и контролер кабанов не гонял. Должен пролезть. И все же… Слишком большая аномалия для слишком маленького коридора, ощутимо задетый бюрером напарник, который как назло нарывается на подвиги, драный костюм, понятно как теперь защищающий от излучения, и раскроенная рука. Прикрывай его, значит. Ну, это можно, Ветров-то, в принципе, не жалуется, так оно спокойней будет, только вот долго ли он так протянет? Измотанный донельзя, раненый… Да и на счетчик теперь каждые две секунды поглядывать придется. Н-да, нехорошо получается. И ведь должно дьявольски повезти, чтоб при таком раскладе относительно целым вылезти. Снежок снова швырнул в «жарку» болт, подождал, пока разрядка не прекратится и, глядя на экран детектора, медленно пошел вдоль стены, прижимаясь к ней спиной. Жар от сработавшей аномалии чувствовался даже сквозь костюм. Ветров стиснул зубы, не оборачиваясь, чтобы не смотреть на то, что творит этот мужик, и сосредоточенно наблюдал за затерявшимся в полумраке лестничным пролетом. Может, все-таки стоило дать ему в морду, чтоб в себя пришел? Не поможет, конечно, если сам еще на отдачу не нарвешься, но силой ведь оттащить его было можно, в крайнем случае. Чего пустил, спрашивается?.. Может, потому, что за другого думать негоже, может, деньги нужны – это всегда аргумент, а, может, и потому, что после случившегося сил на возражения не осталось. Хотелось просто лечь. Растянуться посреди всего этого смертоносного, черт знает как упорядоченного хаоса и закрыть глаза. Всего на минуту… Одну. Или две. Но приходилось действовать, следить, анализировать, соображать еще что-то. Выдавливать из своего измученного сознания хотя бы ту мизерную мотивацию, которой должно, просто обязано хватить, чтобы даже при самом мерзком раскладе как-то доползти до Янова. Одну простую задачу выполнить всегда легче. Даже если она на деле не является таковой. Главное, цель перед собой поставить четко. Прилечь, да?.. Мысли сумасшедшего. Как же он устал... Все из-за бюрера… Нет. Сам виноват. Нужно держаться, и держать оружие тоже нужно. Ведь если бог милует и в аномалии не поджарит, так твари сожрут. Поэтому Ветров заставил себя стиснуть зубы и терпеть, пока это физически возможно. А вот не покоситься с опаской в сторону напарника напоследок он, все же, не смог. Снежок, медленно двигаясь вдоль стены, миновал уже полпути, когда раздались выстрелы и по полу растянулись два тушкана, выскочивших из-за приоткрытой двери соседнего помещения. Но это не заставило сталкера остановиться. Он видел как Ветров, чертыхнувшись, тяжело убрал автомат и достал ПМм. Пистолет хороший, надежный. Но сейчас, пожалуй, главное – очевидно меньший в сравнении с автоматом вес. Снежок снова осторожно сделал шаг, затем еще один. Воздух зловеще искажался, казалось, перед самым его лицом, защищенным не лучшим для таких вылазок образом – протяни руку, да просто дернись как-нибудь не так, и все. А будет это «все» быстро, медленно, насмерть, или еще не дай боже как, наперед ведь не угадаешь. И не стоит угадывать. Тем более, об этом думать. Примета плохая. Еще выстрелы. С "Макаровым" Ветров управлялся мастерски, даже в таком состоянии. Может, потому, что знал – напарник ему доверяет, а доверие, как известно, стоит многого, если не всего. И больше он человека не подведет. Сдохнет от усталости, но не подведет. Если бы Снежок мог, слился бы со стеной. Тепло чувствовалось, но это было ничто по сравнению с жаром от аномалии в момент активации. Сама мысль об этом должна была заставлять сердце колотиться в два раза чаще и, может, так оно и было, но сталкер шел все так же медленно и целенаправленно, не обращая внимания на время от времени разносящиеся по коридору хлопки выстрелов. Потому что сейчас правильнее сосредоточиться на какой-нибудь одной задаче. С остальным Ветров обязательно разберется. Сквозь горячий воздух в разбитом окне причудливо перемешивалось с краями облаков небо, казавшееся подвижным и удивительно живым. Было что-то ненормальное в этом движении. И в том, как мягко, но торопливо подрагивали края прогнившей оконной рамы, словно пламя свечи, потревоженное ветром. На секунду, должно быть, перехватило дыхание. Не от опасности, нет – от пугающей подчас красоты, которой можно было восхититься только здесь, в Зоне… А потом еще шаг, и контуры предметов выровнялись, а истошно пищавший последние минуты детектор подавал сигналы все реже, что свидетельствовало об отдалении опасности. Все, прошел? Так ведь назад еще… Артефакт лежал как раз на провалившейся внутрь двери, и Снежок включил фонарик, на всякий случай бегло осмотрев помещение. Ничего нового: обшарпанные стены с обвалившейся местами плиткой, засохшие следы каких-то подтеков на полу, мусор, подгнившие местами деревяшки от дверей кабинок, сами кабинки… И странным во всем этом было только то, что на детекторе артефакта не видно, притом что обнаруживался он легко и без приборов. Чтобы окончательно в этом убедиться, сталкер выключил и снова включил детектор. На видимость артефакта такая манипуляция никак не повлияла. Сам он выглядел, кстати, интересно: почти правильной шарообразной формы, испускающий тусклое рыжеватое свечение, сравнительно небольшого размера, легко поместится в ладони. При этом шар был полностью черный, неровно-матовый, шершавый, словно старательно сплющенный шлак. Такого сталкер еще не встречал. Пару секунд поразмыслив, является ли идея положить это в свой рюкзак хорошей, Снежок пришел к выводу, что объект все-таки стоит забрать. Даже не потому, что он, определенно, подлежит исследованию, но и потому, что задаром сюда действительно было как-то обидно лезть. Прежде чем взяться за дело, сталкер проверил уровень радиации около артефакта. Как и большинство аномальных порождений Зоны, этот вполне ожидаемо фонил. Не зашкаливало, конечно, но при неосторожном обращении все равно можно схлопотать приличную дозу, если это, конечно, единственное негативное воздействие, которое он может оказывать на организм. Осторожно уложив артефакт в изолированный отдел рюкзака, мужчина потихоньку, чтобы опять не причинить себе боль, надел его, после чего снова замерил уровень радиации, который сразу снизился в несколько раз. Что и следовало ожидать, в принципе. А Ветров уже начинал оглядываться, прикидывая, когда Снежок закончит там копаться. Он уже успел отстрелять с десяток тушканов. Возможно, всех на этом этаже – последние пару минут было тихо. Но точно не скажешь. Снежок вышел из помещения и, снова прижавшись спиной к стене, медленно пошел мимо аномалии назад. Ветров приготовился: выскочи сейчас хоть одна эта бестия и попади, к примеру, не под пулю, а в эту самую «жарку», активировав ее, пока напарник находится так близко… В общем, угольки собирать придется. А руки-то опускались. Один бог знает, каких усилий Ветрову стоило пушку ровно держать. Это еще обезболивающему спасибо. Но ведь какой силой воли ни обладает человек, много ли он сможет из себя выжать в таком состоянии?.. И тут, как назло, выскочила, гнида. Худая, злющая. А когда сталкер пальнул в нее, в сторону отскочила, как ошпаренная, и ведь попал бы, если бы она так внезапно не дернулась! Так ведь рванула, сбитая с толку, прямо к напарнику, проскочив мимо. Тут по-настоящему все внутри и подвело. Выстрелил с разворота, почти не целясь… Мутант обмяк сантиметрах в двадцати от зоны поражения аномалии. Несколько секунд Ветров не шевелился, так и замерев с вытянутой рукой, сжимающей пистолет, уставившись пустым взглядом куда-то сквозь окровавленную тушку. Еще бы чуть-чуть… - Ювелир… - нервно усмехнувшись, прошептал Снежок. Мужчина не ответил. Только многозначительно кивнул в направлении пролета, мол, выбирайся скорей. И то не сразу. В горле как-то совсем пересохло. Слишком быстро все произошло. Может, оно и к лучшему. Все равно некогда сейчас вдумываться. Да и не хочется… Тем временем, делая последние пару шагов, уже фактически минуя аномалию, Снежок даже не попытался идти быстрей. А вот, к примеру, новичок, или хотя бы любой сталкер, не до конца привыкший к местным особенностям, уже пулей бы оттуда летел. Да что там: нервы ж не стальные, они у кого угодно после такого сдать могут, будь ты трижды бывалый и опытный. Так что за самообладание людей уважать тоже стоило. Оно в непостоянной Зоне, быть может, самый ценный опыт. - Куда теперь? Снежок кивнул в сторону ближайшей приоткрытой двери, за которой виднелись деревянные полки. Ветров пошел первым. Кое-где еще лежали остатки выцветших, пожелтевших бумаг, местами покрытые россыпью едва заметной плесени, и картонные папки с еще заметными надписями. Мятые листы скопились и в углах у стен, покрытые пылью, а местами щебнем раскрошенного пола, в самой середине которого зияла внушительная дыра. На этом провале виднелись и следы воздействия высокой температуры: обычно острые сколы бетона по краям были сглажены, словно подтаявший воск. Почти без копоти или сажи. Ветров почувствовал, как Снежок тяжело опустил руку на его плечо, то ли предостерегая, то ли просто опираясь на него, чтобы слегка передохнуть, и сталкер остановился, наблюдая как напарник, чуток отдышавшись, привязывает к веревочке очередной извлеченный из сумки болт. Разумно, если учесть, что этого добра у них с собой не так уж и много осталось, а еще назад возвращаться, если повезет. В принципе, можно было по дороге всякого металлолома набрать, но Снежок так никогда не делал, предпочитая по возможности то, что долгое время валялось на просторах Зоны, без крайней необходимости не подбирать. Болт полетел и беззвучно скрылся в провале, повиснув где-то между четвертым и третьим этажами. Сталкер, немного помедлив, как будто ожидал совсем другого исхода, потянул за веревочку, и болт, прочертив дорожку в каменной крошке и пыли, вернулся к нему. - Здесь была аномалия, - пояснил Снежок, - тоже "жарка". Долго не исчезала, хоть на детектор не смотри. - Неплохо ориентируешься, ты ведь бывал тут раньше? - отметил Ветров, возможно, рассчитывая на продолжение рассказа. - Пару раз. Давно уже. Ветров кивнул, мол, ясно. Ну, бывал, а толку? В Зоне ведь каждый раз что-то меняется. Планировку здания он, может, и помнит – тоже, в принципе, неплохо. Интересно только, в прошлый раз он сюда один, что ли, лазил?.. Теснясь к полкам, почти задевая их края, обошли дыру и завернули в небольшую смежную комнату, вполне возможно, использовавшуюся в качестве кладовки. Повсюду валялись куски потемневших коробок, сами коробки, сломанный стул и не слишком ценные детали приборов сомнительной исправности, брошенные впопыхах, когда выносили что поценней. Здесь для материалов самое место. А если совсем повезет, могут еще инструменты какие-нибудь найтись, в чем Ветров был заинтересован уже лично, особенно в свете последних событий. Нет уж, лучше он сам что умеет починит, руки откуда надо растут, да и навык какой-никакой имеется, а там видно будет. Снежок жестом указал на вход и сталкер кивнул, став на стреме так, чтобы просматривалась дверь в коридор и чтобы при этом иметь возможность наблюдать за напарником. На всякий случай. Было тяжело стоять и даже перенос веса с ноги на ногу не помогал, хотя спустя какое-то время после нападения твари стало понемногу отпускать. И все же, привалиться спиной к стене казалось неплохой идеей, и ракурс для обзора получился хороший. Напарник начал перебирать коробки, предварительно проверив их детектором. Слишком долго, как казалось Ветрову, извлекал из кучи потенциально опасного мусора всякие не слишком полезные вещи, без особого интереса их осматривал и откладывал в сторону. Не выбрасывал, зная, что они уже, скорее всего, никому никогда не пригодятся, а именно клал. Не было в его движениях ни дерганости, ни нервозности, только легкий след усталости, придававший действиям оттенок небрежной размеренности. Почти сразу он присел на корточки и, будь возможность, тоже, наверное, растянулся бы тут и полежал немного, глядя в серый потолок, зияющий язвами отставшей краски, раскрошившейся на тусклые разноцветные слои разных эпох, молчаливо хранившие свои воспоминания. Некогда белые, розовые, голубые обрывки истории мертвого города, навсегда ушедших в небытие голосов, звуков, запахов… Время текло как-то странно, словно секунды могли растянуться до часов, а часы, должно быть, укладывались в секунды, потому, что напарник вроде бы и недолго копошился во всем этом мусоре, а казалось, что они уже полчаса тут торчат. С другой стороны, задумавшись вместо того, чтобы потихонечку прикорнуть, сталкер почти не заметил, как пролетело большинство этих невыносимо долгих, нагоняющих предательскую дремоту секунд. Наконец, переворошив кучу хлама, Снежок продемонстрировал круглую металлическую коробочку. Эта находка, по сравнению с парой других вещиц весьма среднего уровня годности, явно заставила его оживиться. - Канифоль, - немного даже удивленно прокомментировал он. - Да ладно, - усмехнулся Ветров. Снежок вручил трофей напарнику для осмотра. Сталкер повертел коробочку в руках, открыл – и правда, канифоль. Только полустертая дата на потемневшей этикетке на мгновение вызвала легкую усмешку: - Сделана еще при Союзе. - Тогда все на совесть делали, - назидательно отметил Снежок. - Странно, что ее раньше отсюда не вынесли. Где теперь такое в Зоне найдешь. - Кстати, я эту кучу приметил еще в прошлый раз, но тут «электра» была от входа и до самых коробок. Тоже долго не исчезала. Ну да, логично. Ради старого заводского мусора никто не стал бы лезть на рожон, особенно если детектор ничего ценного не регистрирует, а шансы обойти аномалию навскидку ниже среднего. Оно и к лучшему. Немного, конечно, но уже будет, чем от этого нелюдя откупиться. Так жалко же отдавать… С другой стороны, за то, что долговцы хотя бы ненадолго отстанут, можно и с чем-нибудь поценнее расстаться. - Еще чего нашел? – без особой надежды спросил Ветров. - По мелочи. - Годится? - Нет, – Снежок повернулся спиной к напарнику и тот положил припой ему в рюкзак. – Сейчас идем к выходу, по дороге еще поищем. - Ему ж детали какие-то были нужны, - на всякий случай напомнил сталкер. - Разберемся. Уже направились к выходу, как вдруг Снежок негромко шикнул и, облокотившись о дверной косяк, тяжело, прерывисто задышал, крепко зажав рукой бок. Как будто кровь остановить пытался. Скрутило его, а плохо стало Ветрову. Вдруг его бюрер и правда сильнее цепонул, а тогда товарищ просто не успел отойти от шока, вот только теперь и прочувствовал? Идиот. И он, и Ветров, который его послушал и потащился в здание. А что делать было? Калугин, сволочь… Только бы все обошлось. Ветров положил руку напарнику на плечо и просто ждал, поддерживая под локоть, пока тот понемногу не отдышался. Ну, чем он еще мог помочь, что сказать? И совесть мучила, и досада, и тревога вперемежку со злостью и черт знает чем еще, а где-то внутри опять подвело, почти болезненно. Наконец, мужчина понемногу разогнулся и, тяжело выдохнув, процедил: - Нормально. - Уверен?.. Снежок вымученно кивнул. А у него выбора нет. Как бы хреново ни сделалось, пока можешь ноги волочь – порядок. Потихоньку вышли в коридор и по лестнице с раскрошившимися местами ступенями и погнутыми, а кое-где вовсе отсутствующими периллами стали спускаться вниз. Окна в пролетах были заколочены. Тревожный тихий полумрак разрезали своими лезвиями только редкие, приникавшие сквозь зазоры между деревяшками и кусками фанеры лучи. Если приглядеться, можно увидеть, как в этих резких полосах света танцует пыль, медленно поднимаясь, опускаясь и кружась в стоячем воздухе. Невозможно было одновременно следить за уровнем радиации, обманчиво спокойной обстановкой и, на всякий случай, за Снежком, который вроде бы на ногах держится, но кто знает, когда его в следующий раз прихватит. В итоге сфокусироваться на чем-то конкретном не получалось. По дороге Снежок нашел-таки артефакт. Он валялся на ступеньках, видимо, скатившись вниз из электрических аномалий этажом выше. Яркое мертвенно-голубоватое свечение мягкими всполохами почти ровно вырывалось из углублений небольшого серебристого шара, тускло подсвечивая угол пролета. «Вспышка». Нервы, потраченные во время вылазки, конечно, не окупит, но уже неплохо, да и продать за нормальную цену можно. А помнится, Ветров, хоть наивностью не отличался, все же надеялся, что этим добром можно будет поживиться еще на крыше. Как же. Жизнь снова поспешила напомнить с какой скоростью обычно развеиваются подобные иллюзии. На следующем этаже никаких аномалий, кроме «жгучего пуха», не обнаружилось. Только пустое место, на котором в свое время, по словам напарника, находилась «жарка» и проломленный над ней потолок, рядом с которым тоже свисала длинная серая паутина, напоминавшая старые тряпичные лохмотья. К слову, пух этот почти не опасен, но, как и любую аномалию, лучше его обходить стороной, потому что без нормальной защиты все открытые участки кожи обожжет, как будто кислотой плеснули. Снова было неправдоподобно тихо, что нервировало Ветрова намного больше явной угрозы, которую хотя бы можно услышать, если не взять на прицел. Среди мелкого металлолома Снежок набрал кое-какого добра, заверив, что оно должно пригодиться Калугину, а даже если нет, он сам или, что вероятнее, Ветров найдет этому применение. Сталкер не спорил – пусть гребет все, что хоть как-то сгодится, лишь бы поскорей отсюда свалить и заштопать, мягко говоря, беспокоившую руку. Когда с осмотром этажа было покончено и они потихоньку начали спускаться на последний, где, опять же со слов Снежка, должно было сохраниться больше ценного, чем на предыдущих, напарник внезапно остановился посреди лестницы и сделал рукой короткий предупреждающий знак, глядя на детектор. - Чего там? – спросил Ветров, уже предвкушая очередную гребаную порцию проблем. Они, собственно, здесь и так почти на каждом шагу, поэтому предвкушал с досадливым раздражением, но, в целом, спокойно. - Фонит, – тоном, заставившим напрячься, уточнил напарник, – уровень излучения слишком высокий. Не пройдем. - И что делать? – руки опускались уже при мысли, что придется топать обратно той же дорогой, снова пробираясь через крышу с «электрами». - Прыгать через перила. – Легко, как будто действительно издевался, ответил Снежок. - Ага, башкой вниз, - съязвил сталкер, но вышло как-то грустно. - Предлагаешь переть обратно? Ветров попытался представить, как они с напарником в таком состоянии, в тяжелой экипировке будут прыгать на раздолбаную лестницу с торчащими из общей груды довольно острыми сколами цемента. И было бы еще ничего, если бы они дотащились сюда целые, а из-за размеров опасного участка не пришлось прыгать с самой высокой точки, что в совокупности предвещало еще большие травмы. Повезет, если удачно приземлишься, а если пятой точкой на такую вот дуру угораздит сесть со всего размаха? Обычно он считал себя в большей степени реалистом, чем пессимистом, но став перед таким, вроде, на сей раз не смертоносным выбором, еще раз убедился, что реальность часто сама по себе не оставляет шансов на ее позитивное восприятие. Попытаться пройти, а потом выводить радиацию тоже дело гиблое – просто не успеют. Если уж этот ученый-любитель сказал, что уровень слишком высокий, лучше о таком варианте забыть сразу, да и дыра в костюме шансов не оставляет. Ну, допустим, у него получится нормально спрыгнуть, он-то человек подготовленный и задело его не так сильно, а что Снежок? С другой стороны, возвращаться гораздо опасней, чем рискнуть. Поэтому Ветров сам не заметил, как перешел к обдумыванию того, куда лучше прыгать и даже примерно прикинул как. - Ладно, - сокрушенно согласился он и пошел вверх, к началу пролета, тихо бубня себе под нос: - Черт бы побрал все это… Снежок тоже подошел и Ветров почти швырнул ему в руки рюкзак, никак свои действия не комментируя, но явно собираясь прыгать первым. Вышло грубовато, напарник-то ни в чем не виноват, но накопившийся негатив уже требовал выхода, а он единственный, кто оказался поблизости. Поэтому когда перелазил через нехорошо скрипнувшие перила, стало немного совестно. Вроде, не высоко, но проблема в том, куда он собрался прыгать. Покалечиться еще больше в таком завале – раз плюнуть. Сталкер еще раз попробовал, прочно ли держатся металлические прутья и, ухватившись за них, повис над грудой бетона. Тут же левое плечо скрутило адски, и Ветров, негромко матюкнувшись, разжал руки. Приземлился не так, чтобы очень ровно, но на зад тоже не сел, чем, в общем, остался доволен. - Рюкзак, - скомандовал все еще резковато и, поймав свою поклажу, добавил: - Теперь свой. Разобравшись с нелегкими после сбора материалов вещами товарища, он подождал, пока Снежок, двигаясь осторожно и как-то совсем неуверенно, не повторил его путь, замерев у перилл, а потом, может быть, оценив насколько все печально, подошел поближе и протянул руки, уже мягче пояснив: - Страховка. - Нет, – слегка растерянно выдал напарник. - Дурак. Не бойся, поймаю. Ветров предполагал, что они оба могут покатиться по остаткам ступенек в дыру, ведущую наружу, после такого жеста доброй воли, но если Снежок хотя бы просто подвернет ногу, шансы добраться до Янова вместе резко снизятся. К тому же, раз уж он предложил, от своих слов отказываться не намерен. Ничего, выдержит. Упертость иногда, все-таки, полезное качество. - А рука? – колебался сталкер. - Сказал – поймаю. Вышло уверенно. Дело было не столько в обоснованных опасениях, сколько в доверии. Хотя, в данной ситуации лучший вариант для Снежка придумать сложно. И он это знал. Видимо, мужчину немного мутило, но даже если так, Ветров не до конца понял, зачем тот снял противогаз. Посмотрел пристально, своими глубокими черными глазами, выделявшимися на фоне бледной кожи, под которыми залегли тени из-за боли и усталости, как будто он уже решился, но, наверное, все еще немного чудно выглядел напарник, доверительно протянувший к нему испачканные в подсохшей крови руки. Глядя на него, Ветров судорожно сглотнул, во рту почему-то пересохло. Снежок, уже стоявший спиной к перилам, сделал тяжелый глубокий вдох и кивнул, как будто под ним не пара метров, с которыми он бы и сам справился, будучи в норме, а какая-нибудь пропасть. А потом отпустил перила, сделав шаг. И Ветров поймал. Стиснул зубы, тихо зашипел от боли, но удержал. Всего пара секунд. Они чуть не потеряли равновесие, все-таки устояв на ногах, но сталкер все еще придерживал напарника за шмотки, чувствуя, как колотится в груди его сердце, почти прижимая к себе, чтобы оба могли опереться и отдышаться. Тяжелый, сволочь… Несколько длинных черных прядей по бокам челки прилипли к щеке рядом с блестевшими на коже капельками пота. Наверное, это мешало, и Ветров, почему-то нервно сглотнув, убрал их тяжело дышавшему Снежку за ухо, чтобы встретиться с его непонимающим взглядом. Чуть более пристальным, чем обычно. Почему-то сделалось неловко, хотя, казалось бы, ничего странного не произошло. - Ну как, порядок? – спросил Ветров, прежде чем отстраниться от напарника. И только после того, как Снежок рассеянно кивнул, он немного поспешней, чем стоило, отошел и вместо своего схватил рюкзак товарища, не сразу это заметив, и только ощутив разницу в весе, немного пришел в себя от только что овладевшего им минутного транса, торопливо взявшись уже за свои вещи. Неловко получилось, но Снежок, похоже, вообще не заметил… или сделал вид, что не заметил, отточенными движениями натягивая противогаз. И что на него нашло?.. Не важно. Главное, что оба целы. Тут Ветров глянул на плечо: сквозь почти не запачканные бинты начало проступать насыщенное красное пятно. Хреново. Значит, все-таки перестарался. Ничего, повязка тугая, кровью истечь не должен. Снежок справился со своим рюкзаком, приготовив детектор, и тоже заметил проблему, но ничего не сказал. Видимо, рассуждая так же, как напарник. Оставалось только подняться и повернуть направо. Теперь, даже если по всей площадке будет зашкаливать, и они не смогут пройти, можно спокойно спуститься с раздолбанной лестницы в ту самую дыру, ведущую наружу. Вопреки ожиданиям уровень излучения оказался приемлемым, и сталкеры без проблем обогнули поворот, за которым располагался зал, уставленный ржавыми цистернами, в которых раньше, по-видимому, и смешивали цемент. Из-за больших пыльных окон вокруг было достаточно светло, наверное, поэтому под затертыми напольными решетками не наблюдалось «холодцов», зато «пух» свисал почти отовсюду, поэтому стоило двигаться помедленней, чтобы ненароком резко его не задеть и не вызвать агрессивную реакцию. Эта единственная аномалия органического происхождения, достаточно распространенная в Зоне, вызывала противоречивые чувства, воспринимаясь не как остальные подобные искажения реальности, а, скорее, как нечто среднее между этим самым искажением и мутантом. И, вроде, если лишний раз не трогать, вполне мирная такая паутина, а как задумаешься, так сразу не по себе становится. В общем, между цистерн шли не спеша, обходя особо разросшиеся серые клочья. В дальней стене оказалось несколько ниш, в одной из которых поместился стол с разбросанными на нем старыми приборами и кучей всякого ненужного хлама. Его и начал перебирать Снежок, пока напарник наблюдал за относительно спокойной обстановкой и, краем глаза, за ним. - Вот же… - вслух подумал Ветров, глядя на уцепившиеся по всему потолку аномалии, - чё его тут столько развелось? - Кого? – не отвлекаясь от своего занятия, уточнил сталкер. - Пуха. Его же, вроде, ветром переносит… а тут тихо. Сквозняк? - Может быть. Но ученые все равно не до конца понимают, как он распространяется. Есть, например, версия, что артефакты, которые он порождает, на самом деле семена. Но, насколько я в курсе, в лабораторных условиях это не удалось доказать. Так что, возможно, и ветром, и артефактами… или чем-то одним. - Ясно, - заключил Ветров, недружелюбно поглядывая на потолок, еще раз убедившись, что, как бы там эта дрянь ни разрасталась, главное – держаться от нее подальше. Подумав так, сталкер в очередной раз скосил взгляд на напарника, традиционно собираясь спросить, долго ли он там еще будет копаться, но осекся, заметив, что от бокового отдела рюкзака, предназначенного для артефактов, исходит слабое красноватое свечение. Изоляция внутри нормальная, они всегда проверяют, прежде чем на вылазку идти… Такого быть не должно. Порвалось после встречи с бюрером? Да и что там может так излучать? Уж точно ни одна из недавних находок, разве что… И тут сталкеру сделалось не по себе. - Снежок, - напористо позвал он, - у тебя рюкзак светится… - Что?! Напарник отреагировал мгновенно, так быстро сбросив поклажу, как будто не почувствовал при этом боли, и тут же пинком отшвырнул ее подальше, попав сапогом аккурат по слабо подсвеченному карману. Глухо звякнув, застежка отлетела, рюкзак с гулким стуком ударился о цистерну, а неизвестный черный артефакт выпал, излучая то самое свечение, и так легко покатился дальше по проходу, как будто не весил совершенно ничего. Он замер только у стены, возле выхода, и начал медленно приподниматься, зависнув примерно посередине между полом и потолком.