Тайный друг

Игорь Игоревич кинул мне на стол черную папку и, даже не взглянув, вышел, медленно размахивая накаченными плечами из стороны в сторону. Я недоуменно открыла папку, чтобы посмотреть содержимое. Видимо, это и был тот самый раздаточный материал, о котором говорил Илья. Блокноты, ручки, небольшая книжка в тонком переплете, какие-то визитки, очевидно, от спонсоров, бейдж, где было указано мое — то есть Настино — имя, выбранная секция, а также — «ШЭМ: бально-спортивные танцы». Пока я все это рассматривала, мои немногочисленные соседи начали знакомиться. Ну, или попытались сделать это. — Здесь так здорово, правда? — искренне улыбалась дальняя от меня девочка. Та, которая показалась мне самой активной из нас. Даже внешность у нее была отличительной: рыжие волосы и зеленые глаза, а улыбка такая яркая и греющая, несмотря на чересчур худое, как будто немножко болезненное лицо. — Особенно вожатый здоровый, — тихонько усмехнулась сидящая рядом со мной, которая предлагала выпить прямо перед Игорем Игоревичем. Как ей удавалось так тихо шептаться? Рыженькая ее не услышала — только я и сидящий справа от нее парень. — Мне еще с ним комнату делить, — сказал он, вновь поправляя свои очки. Ничего примечательного в нем, кроме этих самых очков, не было. Ну и, может, пола — в конце концов, единственный представитель сильной половины населения в нашей скромной секции (Игоря Игоревича вряд ли стоит брать в счет). Вот везет же мне на мужское окружение: в группе университета всего двое мальчиков, на потоке тоже по пальцам пересчитать можно, да и на всем факультете, в принципе, немного — экономический же, как-никак. А тут хоть и строительство, все равно одни девушки. Напасть какая-то… Я не то чтобы жалуюсь, мне, в целом, все равно, просто смешно чуточку. — Может, познакомимся? — продолжала радоваться рыженькая. — Я Олеся. — Ну, вообще-то, мы все уже познакомились еще на площади, перед отправкой автобусов. Это вы, опоздавшие, можете знакомиться, — самодовольно сказала Злата. А я думала, она только ко мне так плохо относится — оказывается, и к ни в чем неповинной девочке тоже может. Впрочем, вполне возможно, это замечание все-таки предназначалось мне, а не ей. Несколько секунд длилось молчание, я уже хотела познакомиться с Олесей, а то жалко ее как-то стало, но меня снова одолели сомнения — как представляться-то?! — Зашибись компания, — прошептала та, что сидела рядом со мной, и встала, отодвинув стул. — Походу, даже не побухать нормально. — А-а, Света, подожди, давай сфоткаемся! Мои подписчики в инстаграме должны знать, что я поселилась, — схватила ее за рукав толстовки Злата. Оу, так это и есть Света, вторая подруга Насти? Я ее по-другому представляла… — Ой, давай потом, — отмахнулась она и побежала вон. Наверное, знакомиться с более веселыми людьми… Злата горько вздохнула, достала планшет и начала прихорашиваться, глядя на себя в отражении передней камеры. — И с кем же мне фотаться? — надув губки, обиженно промямлила она. Парень пристально и робко смотрел на нее все это время. Когда она это заметила, перевела на него презрительный взгляд. — Чего пялишься, очкарик? — И недовольно встала, тоже направившись прочь, только не из корпуса, а, очевидно, в комнату для сна. Парнишка опустил голову, чуть покраснев. Бедный… За Златой сидела еще одна девушка, я ее даже не заметила: маленькая, худощавая, с короткой стрижкой, в очках. Она небрежно встала и, опустив голову, тоже засеменила в комнату. Ее плечи были сильно подняты от напряжения или смущения, и передвигалась она вплотную к стенке. Это выглядело как минимум странно. Мда, и вправду, «зашибись компания»… — Я Таня, — протянула руку Олесе сидящая рядом с ней девочка. На кухне-прихожей осталось лишь четверо: я, парень в очках и, вот, Таня с Олесей. Таня выглядела угрюмой и хмурой, крепко сложенной с широкими плечами и вообще довольно большой. Даже голос ее был немного басовитый, но было в ней что-то милое; у меня, правда, сложилось ощущение, что она стеснялась своей внешности. — Очень приятно, Таня! — радостно улыбалась Олеся. Какая хорошая девочка. — Кто бросил свой мешок, синий такой, рядом с моей кроватью? — недовольно закричала Злата, появившись в дверном проеме. Таня грузно приподнялась — она еще и высокая довольно… — У меня синяя сумка, — сказала она. Злата захлопала глазками, как будто испугалась такой грозной девушки, а Таня, кажется, из-за этого смутилась. — Будь добра, убери, а, — заправив прядку светлых волос, сказала Злата и развернулась. Таня пошла за ней. — А я, кстати, Саша, — представилась я остальным, если двух людей можно назвать остальными. — А разве не Настя? — посмеялась Олеся. — Ну, на самом деле, нет. Я поехала по чужой путевке, такие дела. И танцевать я не умею, естественно… — Не завидую тебе, выступать-то придется, — покивал головой парень и тоже встал. — Я отдуваться за тебя не буду, и не проси. Да я и не думала… Ну, ладно, думала, конечно, но не прямо о тебе, а чтоб хоть кто-нибудь. Я вздохнула и упала головой на стол. — Что же мне делать?.. — Ну, хочешь, я помогу? — услышала я спасительный голос рыжего ангела. — Правда? — тут же подняла голову, взглянув с надеждой и благодарностью на Олесю. Она и вправду такая хорошая. — Ну, можем спеть что-нибудь вдвоем, это несло… — Ой, не-не-не, я не умею петь. — Да это не так сложно, как кажется. От нас же не требуют концертного уровня. Все здесь люди обыкновенные. — Не сказала бы… Хотя в нашей секции люди "необыкновенные" в другую сторону. Я-то представляла, что все присутствующие — настоящие звезды. Наверняка в других секциях так и было. А мы, строители... просто «зашибись компания», в двух словах. — Да ладно, не бойся, для репетиций есть еще предостаточно времени. Главное — максимально соответствовать оригиналу, сами же сочинять не будем. У нее смех как колокольный звон, и сама она такая яркая, почти как Настя. Я бы залюбовалась ей, если б не страх с волнением. — Даже не уговаривай, я боюсь сцены, забуду слова, упаду в обморок, и… Ооо, от одной мысли, что нужно выступать перед толпой, мне уже страшно… Выглядело так, будто я жалуюсь, но я и вправду трусиха и неумеха! Несколько секунд Олеся молчала, а потом вновь улыбнулась, только уже не так солнечно. — Ладно, я могу и одна спеть, если ты так боишься. — Правда? — Она кивнула. — Ты такая добрая… Спасибо тебе большое! Ох, как камень с души! Оставалось только спросить разрешения у Игоря Игоревича, но не думаю, что он будет против — ему вроде совсем плевать на нас, лишь бы хоть какой-то номер был с секции. Я правда почувствовала облегчение и решила наконец заселиться в комнату, оставить свои сумки и позвонить подругам. Хотелось послушать Алин смех и троллинг, рассказать Жене об Олеге, просто поболтать еще с двумя: одна из них тихая, очень добрая и приятная собеседница, а вторая смешная и милая, хоть и немного улетевшая, она всегда может подбодрить. Эх, как было бы здорово, если б и они были здесь. — А ты не могла бы помочь мне? — сказала Олеся, когда я проходила мимо. — Конечно. С чем? — Я, улыбнувшись, повернула голову и… растерялась. — Можешь, пожалуйста, подать сумку, а то я не дотягиваюсь. Наш руководитель помог донести ее, а потом просто бросил на пол, спешил очень. Я мялась и заикалась. И из-за этого ощущала стыд… Олеся, очевидно, немножко расстроилась, что я так отреагировала. Она была инвалидкой, на коляске. Мне и самой стало чертовски неловко — так мило беседовала, а тут, стоило увидеть, вся замялась. Как некрасиво! Я просто совсем не ожидала… — К-конечно, извини, — наконец взяла себя в руки я и подняла ее сумку с пола. — Давай помогу? — я встала сзади и, взявшись за ручки коляски, покатила ее в комнату. — Спасибо, Саша, — улыбнулась она. — У тебя такая маленькая и легкая сумка. Тебе хватит столько вещей аж на месяц? — Я здесь ненадолго, всего на несколько дней. — А да?! А… так можно? — Угу, мы сумели договориться. Я просто очень мечтала попасть сюда! Хотя бы ненадолго. Потом мне нужно будет кое-куда уехать. — Оу, понятно… — Я постеснялась спрашивать что-то еще. В нашей комнате было довольно просторно. Около десяти кроватей стояли в два ряда, возле каждой — тумбочки, также имелся большой шкаф, зеркало, стол со стульями в центре комнаты — в общем, все самое необходимое, но вид у комнаты был богатый: красивые шторы, новая мебель, картинки на стенах и все в этом роде. Почти как гостиничный номер, только на очень большое количество людей. — Какую кровать себе хочешь? — спросила я Олесю. — Ой, мне бы самую ближайшую к двери, а то неудобно. — Как скажешь. Слава богу, что одну из ближайших никто не занял. Ну, я сама хотела бы подальше, но самые дальние уже были заняты. Кровать в углу забила та худая девочка-мышка в очках, а напротив нее… непонятно, там просто лежала сумка. Скорее всего, это Света — рядом с ней как раз пристроилась Злата, бесконечно фотающая себя на планшет. Напротив выбранной Олесей кровати расположилась Таня. Я решила пристроиться рядом с Олесей, чтобы на случай чего помочь ей. Да и там, ближе к Злате, как-то не улыбалось жить… — Спасибо, больше ничего не нужно, я сама, — сказала Олеся. Я не стала настаивать и плюхнулась на свою кроватку. Она оказалась довольно мягкой. И что дальше? Посидев несколько секунд, я вдруг поняла, что стоило бы ознакомиться с раздаточным материалом. Илья говорил ведь, что там расписан режим дня и программа на ближайший месяц. Стоило вспомнить его слова, как зазвонил телефон, где высвечивалось… «Илья». Я опешила. У меня был лишь один знакомый Илья, с которым я познакомилась вот-вот! И он ведь не записывал мой номер! Так как?.. Я недоуменно нажала на кнопку ответа, приставила телефон к уху и неуверенно ответила. — А… Алло. — По ту сторону слышалось мерное дыхание, но никто ничего не говорил. — Это… Саша, которая Настя? — наконец сказал Илья. Да, это точно был он. — Д-да. Откуда у тебя мой номер, я же… — Хах, видимо, это судьба. — Ч-что?.. Не говори только, что ты угадал мой номер! — Было бы очень занимательно, но такие чудеса все же случаются редко. Ты мне сама только что звонила и молчала в трубку. — Я прямо чувствовала, как он улыбается сейчас, почти смеется. — А, видимо, случайно нажала в кармане… — Видимо, — согласился он. — И все-таки это тоже почти чудо, теперь я знаю твой номер. Я смутилась. Интересно, со многими девушками он так мил? Учитывая то, что мы едва знакомы, и вообще учитывая меня, такую обыкновенную девчонку без каких-либо достоинств, думается, что со всеми. Но в любом случае было приятно. — Ну как, ты заселилась? — продолжал он. Я уселась удобней, обняв колени руками и опершись о спинку кровати. — Угу, здесь очень здорово, такие красивые корпуса, комнаты. У нас тут даже кухня есть. И свои душевые с благоустроенным туалетом. Сказка просто. — Да, у лагеря уровень выше стандартных, конечно. А как соседи? — Ну, пока не могу однозначно сказать, еще не познакомилась, как следует. — Вас там, наверное, немного. — Да, всего семь человек. И вроде бы еще один должен быть… Нам только китайца до полного "зашибись" не хватало. — Да уж, на секции строительства и ЖКХ всегда мало участников. Я вообще удивляюсь, что кто-то выбирает эту секцию… — А ты уже давно организатор? — Нет, только в этом году, но я приезжал сюда раньше как отдыхающий и достаточно хорошо все знаю. — О, вот как. И ты был на строительстве? — К сожалению, как-то не привлекло. Организаторы думают, что эту секцию стоит вообще снять, тут и руководителям нет большого резона проводить лекции: мало слушателей — малый заработок. Тем более, что цены сбавили. — Цены сбавили? — Да, ты не в курсе? — Ну, так вышло, что я не платила за путевку и, если честно, секцию даже не выбирала. — Оу, неожиданно… Ну, тогда знай, что из-за малой посещаемости в прошлом году решили снизить цены именно на вашу секцию. И все равно мало кто выбирает ее. Вполне возможно, со следующего года секцию снимут. Теперь стало немножечко понятней. Богатенькими у нас тут и не пахнет. А зачем Настя выбрала строительство, если у нее бесплатная путевка? Ладно, я вряд ли пойму Настю и ее подруг. — Что ж, тебе уже пора на обед, — сказал Илья. — Если что, звони, хорошо? — Хорошо. Спасибо большое, так мило с твоей стороны разъяснить мне все. Может, не стоило так говорить? Я еще смутилась и улыбнулась при этом... Он, конечно, не видел, но вдруг почувствовал? Черт возьми, он слишком мило беседовал со мной, и я тоже начала в ответ. Но он правда такой хороший... Кормили здесь тоже хорошо. Более того, накрывали и убирали за нами, как за царями. С каждой минутой я убеждалась, что высокая цена путевки себя оправдывает. Сегодня подали суп с фрикадельками и лапшой, винегрет и куриное филе с рисом. — Блин, как много… — озвучила мои мысли Злата, правда, лишь наполовину. — Обойдусь только салатом. — Боишься располнеть? — посмеялась Света, ковыряясь вилкой в рисе. — Конечно! Вот тебе везет: ты не полнеешь, сколько бы ни ела. А мне каждый раз страдать. Все еще выглядит так соблазнительно… — Ой, да забей, наслаждайся и плюй на свой вес. — Тебе легко говорить! Извечная женская проблема… — Кушать нужно хорошо, — улыбалась Олеся. — Тут все-таки свежий воздух, нужно много сил. Злата опустила взгляд в тарелку и ничего не ответила. Все остальные тоже примолкли. Мне стало ясно: Олеся их смущает… Я не была исключением, хоть и понимала, что она нуждается в нормальном отношении, таком же, как и у всех нас между собой. Она немного обиженно поджала губы и тоже опустила голову, понимая, что заставляет всех чувствовать неловкость. А как же иначе? Ей всегда нужно помогать, за ней нужно присматривать… Я старалась не смотреть на нее с жалостью, относиться просто, как к нормальному человеку, но всегда казалось, что не выходит. Казалось, что она чувствует мое плохо скрываемое смущение. А вообще, она поразительная девушка. Как ярко она улыбалась, так искренне и по-настоящему! Наверняка ей тоже было тяжело от всех этих взглядов, от постоянных просьб помощи, но она улыбалась и казалась такой сильной. Глядя на нее, я понимала, что сама ужасно жалкая. Боюсь выступать на сцене, тогда как она ежедневно встречает миллионы косых взглядов в свою сторону и продолжает улыбаться. Мы покидали столовую одни из самых последних. Первой ушла Злата, за ней тут же выбежала девчушка, чье имя я так и не узнала пока что, — в очках, что передвигается по стенке. Она почти ничего не съела, сидела в самом конце, молча ковыряя тарелку, а затем небрежно встала и ушла. Потом ушла Света, которая съела только второе. С ее-то даром есть и не толстеть, по словам Златы, могла бы и побольше. А впрочем, она худая сама по себе. Это видно, хоть и носит она мешковатую одежду. Не высокая, не тощая, но очень стройная. Следующим ушел парень в очках (почему я не знаю имен только у очкариков?), а за ним и Таня. Олеся ела не спеша, задавала мне вопросы, мы немножко болтали, а потом медленно пошли обратно. Тропинки все же были не совсем ровные, а также из земли торчали корни деревьев, из-за этого катить коляску было совсем неудобно. — Давай помогу, — подошел кто-то сзади неслышно и тихим голосом предложил помощи. Я обернулась и увидела Олега. — О, привет. — Я убрала руки неловко и наверняка залилась краской. — С-спасибо. — Куда вам? — Седьмой корпус. Вон тот. — Спасибо большое, добрый человек, — улыбалась Олеся, пытаясь взглянуть на Олега. Он едва заметно улыбнулся ей. — Не за что. Больше мы не разговаривали до самого корпуса. Я всю дорогу смущенно пялилась в землю, думая о том, какой же он хороший. По прибытии вновь поблагодарила его за помощь, назвав по имени. Он просто кивнул и ушел в свой корпус. Может, я параноик, но мне казалось, что он не очень хочет общаться со мной. — Вы знакомы, что ли? — спросила Олеся. — Ну, немножко… — Ммм, — она улыбалась, глядя на меня, с каплей хитринки. — Он тебе нравится? Я чуть не упала. — Это так заметно? — в испуге спросила, оглядываясь по сторонам. — Да нет, я просто предположила, но ты себя выдала. — Она посмеялась, а я смущенно отвела взгляд. — Да ладно, я никому не скажу, не волнуйся. Далее я изучала режим дня и программу, немного прогулялась по лагерю с Олесей. Тут была библиотека! Книги старенькие и в основном детские, но все равно замечательно. Там я еще нашла ватманы, цветные карандаши, маркеры, краски и много другой канцелярии. На корпусах висели таблички с названием секций. Здесь были иностранные языки, модельная школа, IT-технологии, рукоделие и другие, всех я не запомнила. Самой многочисленной была секция предпринимательства, они жили аж в двух, если не трех корпусах. И корпуса эти, должна сказать, были много больше нашего домика. Вернувшись в корпус, мы застали Илью, который принес несколько вестей. — Как вы видели по программе, завтра вечером нужно будет представить вашу секцию. Название и девиз, большего не нужно, а также обязательно какой-нибудь номер, хотя бы один. Так-с, ну вроде пока все. Вообще, я взял вас под свою опеку. Если есть что-то непонятное, спрашивайте, не стесняйтесь. — Я не совсем понял, что за тренинги во второй половине дня? Ах да, я что-то такое видела и тоже не совсем уловила. — Это только для тех, кто приехал по бесплатным путевкам: лучшие спортсмены, музыканты, танцоры и так далее. У вас вроде бы это только один человек. Настя Быкова. — А это обязательно посещать? — робко спросила я, чувствуя, как меня нагоняет угнетение. — Насколько знаю, да, — улыбнулся он мне в ответ. — А… это ты, да, Настя? — Ну… Если у него есть наши списки, и там написано, что Настя Быкова — лучшая танцовщица с университета, то он мог бы догадаться, что вряд ли я — это она… Я же совсем не похожа на ту, кто лучше всех танцует. — А остальным что в это время делать? — спросил парень в очках, не дав мне до конца ответить. — Можно поспать, отдохнуть, сходить на озеро искупаться. Свободное время, в общем. Ну, обычно люди просто спят, — посмеялся Илья. Далее к нам зашла молодая женщина с двумя небольшими коробочками, в которых лежали маленькие бумажечки. — О, вы уже пошли? — пошел к ней навстречу Илья, а затем взял коробочки. — Да, решили не тянуть с этим делом, — ответила она. — Слушай, ты пока раздавай, мне там нужно кое-что сделать, проблемы с постельным бельем в пятом корпусе. Я потом помогу тебе. — Конечно, без проблем. — Илья повернулся к нам, когда она убежала. — Слышали о такой игре «Тайный друг»? — Это что-то с подарочками? — поправил очки наш паренек. — Абсолютно верно. Тому, чье имя вы вытянули, вы должны делать подарки в течение сезона. Вам тоже кто-то делает подарки. Вот две коробочки со всеми именами находящихся в лагере; здесь юноши, здесь девушки. — А в конце мы будем вскрываться? — Мы с организаторами пока не решили, вполне возможно. Что ж, прошу вас. Он подходил к нам по очереди, начиная слева, то есть мы с Олесей тянули последними. — Оу, прямо с отчеством… — покрутила в руках бумажечку Света. — Если с отчеством, то это, скорее всего, кто-то из старших, — пояснил Илья. — Значит, играют не только... студенты? — Так и есть, руководители и организаторы тоже будут дарить и получать подарки. — О, так получается, и вы играете? — кокетливо подперев щеку рукой, спросила Злата, строя ему глазки. Илья кивнул с улыбкой на лице. — Хм, а как вообще узнать, кому я должна делать подарки-то? — нахмурилась Света. — Народу тут немало. — Для этого все присутствующие носят бейджы, которые вы должны были получить в папках. — Он подергал за тонкую веревочку на шее. На его груди висел прямоугольный яркий бейдж. Я своим тоннельным зрением кое-как разглядела написанное — Тверской Илья, организатор. Подошла моя очередь, Илья улыбнулся мне, протянув коробочку. Бумажек было еще предостаточно. Я, не особо раздумывая или выбирая, опустила руку и достала первый попавшийся листочек. Развернула, даже не надеясь увидеть знакомые имя и фамилию, и прочитала раза три, пытаясь утихомирить биение сердца: Доронин Олег. Я не особо верю в приметы или гороскопы, но… что это, если не судьба? Конечно, многого это не значит, просто… из стольких людей я вытянула именно его имя! Случайность, совпадение, небольшое чудо? Я сжала листочек и смущенно улыбнулась. Значит, я тайный друг Олега? Мило. Быть может, иронично. А может, все-таки чудесно...