Их жизнь

В свои неполные четырнадцать лет Эрик Леншерр мог похвастаться биографией куда более богатой, чем у большинства стариков. Он выжил в концлагере, под бдительным оком психопата, ставившего над ним эксперименты, словно на лабораторной крысе. Когда война закончилась, Эрик сам, без денег и документов, совершил путешествие из разрушенной войной Европы в Америку. Правда, быстро выяснил, что более сытая жизнь не делает людей добрее, и здесь за свой кусок хлеба приходилось бороться чуть ли не яростнее, чем в родной Германии. Впрочем, тут у Леншерра имелось преимущество перед конкурентами – они управлять металлом не умели. Не могли силой мысли вскрыть самый изощрённый замок или отразить, летящую в них, пулю. Очень быстро подросток с живым умом, быстрыми ногами, сильным характером и с почти мистическими воровскими способностями превратился в одного из самых успешных воров Нью-Йорка. Поэтому получив заказ пробраться в огромный дом, внешне больше напоминавший дворец, Эрик лишь поинтересовался, сколько ему заплатят, чем сильно взбесил человекоподобную гориллу, которую к нему прислали. На самом деле он действовал так на большинство людей, зачастую намеренно. Однако дурной характер не умалял выдающихся способностей Эрика. Именно благодаря этому сейчас Леншерр находился рядом с Особняком Ксавьеров. По словам заказчиков, всё семейство уехало на выходные, отпустив прислугу, и дом абсолютно пуст. В задачу подростка входила одна лишь разведка – ему требовалось разузнать расположение всех комнат и ценностей в них. Простая работа с хорошей оплатой. Поначалу всё действительно шло просто. Эрик легко открыл замок главных ворот, а потом, также просто, закрыл их за собой. Никаких следов, никаких отпечатков пальцев. Впрочем, расслабляться он не стал. Ему сказали, что сегодня особняк пуст, но по своему опыту Леншерр прекрасно знал – можно доверять только себе. Поэтому мальчишка предпочитал держаться около деревьев, которые могли служить укрытием от псов или охранников. Несмотря на свои опасения, Эрик спокойно добрался до крыльца и вошёл без всяких проблем. Там воришка расслабился настолько, что достал из сумки на своём плече фонарик. Внутри дом выглядел ещё абсурднее, чем снаружи. Леншерру, провёдшему большую часть в жизни в полной нищете, было невозможно понять, зачем строить такой огромный дом, если в нём живут лишь четыре человека. И зачем наполнять его безделушками, стоящими целое состояние. Ну, по крайней мере, он не зря добыл план здания и взял его с собой, даже его впечатляющей памяти не хватит, чтобы точно запомнить все комнаты. Всё шло идеально, почти скучно ровно до того момента, как Эрик не поднялся на третий этаж. Там прямо посреди коридора стоял мальчик в полосатой пижаме и смотрел на Леншерра испуганными голубыми глазами, в свете фонаря, казавшимися просто огромными. Чёрт! Знал ведь, что не следует доверять тем идиотам! Дома никого не будет, сказали они, а теперь лицо Эрика засветится в полиции. Просто великолепно! - Я тоже должен был уехать, но плохо себя почувствовал, – взволнованно сказал мальчик, словно отвечая на мысли вора. – Мама с отчимом хотели отменить поездку, я убедил их уехать. - Ага, – кивнул Леншерр, отчаянно пытающийся сообразить, как выбраться из ситуации. Раньше он так не прокалывался, и сейчас в голову лезла только одна идея: вырубить пацана и надеяться, что ему память отшибёт. - Не надо меня вырубать. – Насупился мальчишка. – Я никому не скажу. - С чего я должен тебе верить? – Хмыкнул Эрик, пытаясь почувствовать предмет, подходящий для удара. К сожалению, в коридоре лишь ручки дверей и люстры были сделаны из металла. В комнатах были металлические вещи, но достать их было слишком сложно. - Потому что я такой же, как ты. - Сомневаюсь, – засмеялся Леншерр столь абсурдной фразе, прозвучавшей из уст богатенького ребёнка. - Посмотри на моё лицо, – настоятельно попросил мальчик. – Посмотри. - И зачем мне это нужно? – Спросил вор, направляя луч фонарика на лицо хозяйского сынка. – Что я увижу? - Что мы одинаковые, – произнёс малыш. И его губы не шевелились. Только теперь Эрик сообразил, что голос незнакомца звучал странно, будто раздавался в голове Леншерра. И мальчик отвечал на то, что Леншерр не произносил вслух. Как? - Я не знаю, просто умею, – пожал плечами мальчик, подходя ближе к подростку. – Меня зовут Чарльз, Чарльз Ксавьер. Приятно познакомиться. Малыш протянул вору руку, которую тот с опасением пожал. - Эрик Леншерр, – с лёгкой заминкой поздоровался подросток. – Я думал, что один такой. - Ты не один, – Чарльз широко улыбнулся. – Мы не одни. *** Утром Эрик просыпался непривычно медленно. Обычно переход из режима сна в режим бодрствования занимал у него считанные секунды, ведь зачастую от скорости реакции зависела его жизнь. Сегодня же, подросток уже минут пятнадцать лежал с закрытыми глазами, будучи не в силах заставить себя встать или, хотя бы, разомкнуть веки. Возможно, причина крылась в самой мягкой постели, в которой когда-либо доводилось спать Леншерру. Или в шоке, пережитом вчера. Всё-таки не каждый день узнаёшь, что ты не единственный представитель своего вида. А может причина крылась в малёньких ручках, крепко сомкнувшихся на талии подростка и в хозяине этих самых рук, прижимающегося к гостю. Больше того, маленькая обезьянка обнаглела настолько, что положила голову на грудь лежащего на спине Леншерра. - Если хочешь, могу отпустить, – судя по голосу, Чарльз тоже только просыпался. - Желательно, иначе я не смогу встать, – хмыкнул Эрик, заставляя себя открыть глаза. – Зачем ты вообще меня схватил? - Ты кричал во сне, - Ксавьер послушно отпустил нового друга, - когда я обнял тебя, ты немного успокоился. - Я не кричу во сне. – Уверенно возразил Леншерр. Ночные кошмары являлись для него неотъемлемой частью жизни, он уже давно научился контролировать свою реакцию на них. - Не в голос, - пояснил мальчик, садясь и потягиваясь, - но твой разум бился в агонии. - Агонии? Откуда ты знаешь такое слово? – С лёгким раздражением переспросил Эрик. – Девятилеткам его знать не положено. - Мне одиннадцать, –прошипел мальчик, утратив схожесть с обезьянкой, зато стал напоминать разозлённого котёнка. - Выглядишь младше, - без всякой жалости констатировал вор. - Просто мой скачок роста ещё не настал, – гордо заявил Чарльз и с этими словами удалился из спальни. Похоже вору невольно удалось наступить на больную мозоль, но как же забавно выглядела обида Ксавьера! Глядя на него, Эрик не смог удержаться от веселого, совершенно искреннего смеха. Но быстро замолчал, поняв, что подобный звук не вырывался из его горла очень долго. Подросток даже не мог точно сказать, когда в последний раз хохотал над шуткой или просто забавной ситуацией. Странно. К спальне прилагалась ванная комната, где Леншерр привёл себя в порядок, попутно удивляясь столь бессмысленной роскоши. Заодно прикинул, что ему делать дальше. Честно говоря, никогда ещё он не чувствовал такого смятения. Вчера он был настолько шокирован встречей с маленьким телепатом, что позволил уложить себя в кровать, и заснул там. Сейчас же, пытаясь на свежую голову разобраться в своих чувствах, Эрик понимал, насколько опрометчиво поступил. Ему не следовало оставаться в столь шикарном, совершенно неподходящем для него месте. Да, Леншерру повезло встретить мутанта, но это не значило, что он… нашёл дом. У таких, как он не бывает дома. - Это не значит, что не следует попробовать. Эрик резко повернулся, маленький хозяин дома стоял на пороге ванны, положа руки в карманы, уже полностью одетый и причёсанный. Он внимательно смотрел на гостя своими серьёзными голубыми глазами. - Где ты мылся? - В другой ванной, их пять на этаже, – улыбнулся Ксавьер. – Так что, попробуешь? - Дворец с пятью спальнями на этаже вряд ли сможет стать подходящим местом для такого, как я. К тому же, сомневаюсь, что твои родители обрадуются неучтённому подростку в своём доме, – хмыкнул Леншерр. И только тут до него дошло, что все Ксавьеры уехали, даже прислуга получила заслуженные выходные, а Чарльз остался. Одиннадцатилетних детей, даже самых смышленых, даже тех, кто говорит и ведёт себя как взрослый, не запирают в абсолютно пустом доме. - Они не плохие, - вступился малыш за родственников, - на самом деле я обманул их, сказав, что плохо себя чувствую. Мне просто хотелось избавиться от голосов хотя бы на пару дней. На последних словах, в его голос прорвалось настоящее отчаяние, хорошо знакомое Эрику. - Не можешь контролировать дар? - Дар? Это ты управляешь железом, а я слышу голоса – это больше похоже на проклятие. – Чарльз покачал головой. – Но сейчас уже лучше, мне удаётся приглушить голоса. - Это дар, не верь тем, кто говорит иначе, – уверенно произнёс Эрик. - Тогда останься, чтобы напоминать мне об этом, – лукаво улыбнулся мальчик. Леншер не ответил, только закатил глаза, про себя подумав, что пара дней погоды не сделают, и он вполне может задержаться тут, пока остальные члены богатого семейства не вернутся в свой дворец. Да, именно так он сделает, а потом уедет отсюда. - Отлично, - подвел итог его размышлениям Чарльз, - тогда пойдём в библиотеку, научу тебя играть в шахматы. - Хватит лазить по моей голове, – молодой вор послушно отправился вслед за маленьким тираном.