Дотянуться до тебя

Она пробиралась сквозь кусты белых роз, медленно, но почему-то спотыкаясь. В очередной раз споткнувшись о камень, упала, не удержав равновесие, на кусты. Острая боль пронзила тело: шип одного из цветов воткнулся в глаз. Кровь вперемешку со слезами хлынула, будто с силой сжали глазное яблоко, чтобы избавить его от всей жидкости. Болезненный крик застыл у горла, не вырываясь наружу, но от того, казалось, стало ещё больнее. Судорожно привстав, медленно вынимая из глаза шип, она в этот раз вскрикнула, когда смогла освободить око от острого конца растения. Кровь полилась с новой волной, пачкая левую щеку, медленно струясь по подбородку, шее. Гадкое ощущение, что девушка испытывала, всё не отходило, а левый глаз красного цвета вовсе переставал видеть, полностью окрашиваясь алой жидкостью. Под рукой не было ничего, чем можно было бы задержать кровотечение. Плотные брюки, облегавшие ноги, и не менее плотная кофта из жёсткой ткани, что нельзя было сорвать даже кусок. Не найдя нужное ни в окружении, ни на себе, она зажала ладонью раненое место, с горечью понимая всю серьёзность раны. Даже не зная, как и, главное, почему она здесь оказалась, почему она бродит по этому месту, она двинулась вперёд снова, оглядываясь в поиске неизвестного. Пасмурная погода без единого намека на появление лучей солнца холодила если не тело, то душу. Острая боль в одной маленькой части (по сравнению со всем телом) передавалась по венам, мышцам, тем самым пронизывая мучением всё. Когда что-то едва заметно блеснуло сквозь ряды клумб, забыв о боли, но всё ещё зажимая глаз рукой, которая уже окрасилась собственной кровью и чем-то серого цвета, девушка бросилась к нему и, сев на корточки, осторожно прошла правой рукой по рядам цветов, однако, как бы она не пыталась быть аккуратной, шипы всё же задевали бледную кожу запястья, а потом и локтя. Ладонь коснулась вещи; ощутив угловатый аксессуар, она некрепко сжала её. Красивый и блестящий кулон из золота. Какая-то впадина на её середине, малозаметная, но, если приглянуться… --- — Сакура Масато? — с надеждой и ноткой удивления прошептала девушка перед ней, которая была вся бледная и в ссадинах, вставая с колен. Но Сакура не ответила. Её зрачки, один из которых особенно наводил ужас, голодно и томно поблестели. Глаза становились то совершенно безэмоциональными, словно у куклы, то в них появлялись недобрые огоньки. Сжатые губы растянулись в спокойной, но в то же время пугающей улыбке. Тут же стерев её, Масато приоткрыла рот — два клыка на ряду с ровными зубами. Взгляд её потускнел. Тело было невероятно бледным, не так, как обычно. Сакура приблизилась к девушке и… Вторая отчаянно закричала. Нащупав рукой кусок какого-то сломанного ножа, она выставила его перед собой, зажмурив глаза что есть сил. Сакура Масато притихла. Она, конечно, и несколько минут назад была тихой, но сейчас не было никакого звука, даже звука шагов или дыхания. Хайзика открыла веки, из-за чего снова чуть не сорвалась на крик. Когда пришла Сакура, один из её глаз был… не в порядке, а сейчас из её правого глаза торчал маленький острый предмет. Оба глаза побагровели. Но гетерохромка не ощутила ничего. Последнее, что она увидела, была Хайзика, застывшая с глазами, полными страха. Но тело слушалось Сакуру. И она, как бы рефлекторно, не спеша подошла к жертве. Крик. Последнее, что она ощутила, была чужая кровь, которая, защекотав горло, побежала по её венам внутрь.

***

Сакура резко распахнула глаза. Холодная капля пота, щекоча висок, прошлась по щеке. Вскочив с постели, она побежала к зеркалу и в упор посмотрела на себя, дрожащими руками касаясь ресниц обеими ладонями. Рванув из комнаты, она, в пижаме и со спутавшимися волосами, побежала по лестнице и чуть не упала, съехав по ней. В глазах помутнело. Нет, повторяла она себе, не всё, что она видит, произойдёт в реальности. Молниеносно открыв двери дома, она застремилась в сад. Видение показывало его, значит, кулон точно там. Вновь споткнувшись, Масато не на шутку испугалась, глотая ком в горле. Ходила девушка медленно, но почему-то постоянно… Нога привязалась к одной из ветвей розы, и Сакура не смогла удержать равновесие. «Как так? Сейчас эти шипы!..» Она не могла даже закрыть веки, так сильно утонула в своих мыслях. Внезапно, прямо когда Масато была в сантиметре от шипов, её подхватили за талию, прижав к себе на долю секунды. — Что ты тут делаешь? — Субару?.. — Что за вид? Ты что здесь делаешь, отвечай! — повысил вампир голос. Но ему не ответили. Сакура высвободилась из рук младшего Сакамаки и начала искать глазами заветную вещь. — Субару. Кулон. Он здесь. Где-то среди роз. Спустя некоторое время, девушка всё же обнаружила «звезду». — Стой, — вампир, оказавшийся возле неё, просунул руку в клумбу. Она (рука) покрылась кровавыми шрамами, но стоило ему достать кулон, и через пару мгновений раны затянулись, будто их и не было. — Хайзика была тут. Прямо передо мной. Целых пять часов. Чёрт побери! — зло прошипела она. — Как я не заметила? Её глаза и волосы. Её аура. Я должна была… Вышедший из особняка Рейджи хмуро посмотрел на Сакуру. — Её привёл Хидэо Иши, — произнёс он, давая понять, что всё слышал. — Значит, он знает Хайзику. Позвони ему. По-другому никак её не найти.

***

Когда объявили рейс Иши, парень с лёгкой улыбкой прошёл меж толпы людей, направляясь в нужную сторону. Эти несколько недель в его доме впервые казались ему не жизнью в открытой золотой решётке, окружённой другими гнилыми клетками, а чем-то удивительным и необычным, чем-то, согревающим душу, нежно и плавно. В то же время это было что-то сумасшедшее, взрывное, не экстремальное, но какое-то… не такое. Он никогда раньше не чувствовал забаву, поддевая спокойных и гордых девушек; никогда бы не подумал, что сходит с одной из таких в дом старого знакомого или хорошего друга, никогда бы не подумал, что эта самая «она» будет его домработницей, не похожей на других, образованной, умной, которая бы язвила, даже понимая, с кем она разговаривает, но также всегда знающей своё место и не переходящей границ и, может быть, красивой и чуточку милой. Сначала Хидэо увидел в ней служанку, затем обычную девушку, с кем можно легко погрызться, потом друга и кого-то более дорогого, потому что «друг» звучал слишком тихо, а «лучший друг» совсем не подходил. Парень всегда хорошо относился к своим бедным «соседям», но друга в этом месте у него не было, и сейчас совершенно не важно: боялись другие дети его происхождения или своих статусов. Кей держала нейтральность. И когда прямо перед входом на борт самолёта ему позвонила Сакура, спрашивая адрес Кей, Иши понял, что что-то не так. Он сказал адрес, но не мог так просто оставить это дело, не узнав о связи между её давней подругой и нынешней знакомой. Парень просто повернулся спиной к двери транспорта и рванул вперёд. К месту проживания так называемой знакомой.

***

— Что это значит? — парень с неким упреком посмотрел на подругу. — Тот же вопрос, Иши, — раздраженно бросила Сакура, не отводя от него взгляд. — Да-да, — хмыкнул Аято. — Продолжайте обвинять друг друга, не желая признавать ошибку, которую оба допустили, — вампир повёл плечом и опёрся спиной о стену. Масато ничего не ответила, а Хидэо согласно кивнул. — Я начну. Кей я увидел первый раз три недели назад, когда я приехал домой. Вот, кстати, и он, — он махнул в сторону особняка. — Это твой дом? — искренне удивилась девушка, вспоминая тот голос, который она услышала тогда, но не обратила внимания. Она не обращала внимания в последнее время на слишком многое, из-за чего только усложнила всё. Забивая на всё подряд и слишком равнодушно относясь к окружающим явлениям, она пропустила многое, что поняла только сейчас. Разгадка действительно была слишком близко, а искали её где только возможно, но не в самом очевидном месте. Видения существуют, по крайней мере, у неё. Они её не обманывают, и нужно всегда слушать зов сердца в таких сверхъестественных вещах. Слишком полагаясь на разум, гетерохромка позабыла: то, что у неё есть, не подчиняется законам науки, а только чувствам. Но сожалеть о чём-либо было поздно, и пока оставался хоть один шанс найти Хайзику, нельзя было думать о крахе: он здесь был неуместен и бесполезен. Сомнения не должны были останавливать действия. Братья Сакамаки покинули их компанию, чтобы эти двое поговорили и потому что им было не очень интересно слушать одну и ту же историю дважды: история Сакуры была понятна, а то, к чему ведет Иши — ещё яснее. — Я хотел увидеться с тобой, поэтому приехал сюда. Дома работала новая служанка, забавная такая. Я услышал, что ты собираешься выйти замуж, то есть, планируешь и живёшь с шестью парнями. Я не мог прийти один. Кей подходила, и я решил пойти с ней. Вот и всё, Сакура. — Я не Сакура, — через минуту молчания произнесла девушка. — И даже не Масато. Вся моя жизнь принадлежит не мне. Не то чтобы я забрала её у кого-то, просто так получилось. Я не знаю, кто я, — странные явления: появление способности видения, резкая заострённость чувств, инстинкты — всё это не могло быть свойственно человеку. И этот привкус чужой крови на своих губах — всего лишь иллюзия, но такая сильная, тоже её пугало. Очень. Особенно, учитывая то, что ей это понравилась, будто это вовсе было не игрой воображения и она была животным. — Кей — Хайзика Масато, первая и единственная дочь этой семьи. Повисла тишина. — Каждая минута на счёту. Нужно найти, — сказал Хидэо, после нескольких минут тишины, — Кей, — поправлять себя он не стал: Кей — это всегда только она и никто другая. — Вот только где?.. — Есть кое-кто, — Сакура достала телефон. — Сейчас я верю в Бога, настолько я устала, Иши. Я надеюсь, этот человек поможет нам. Хотя нет, поможет, и мне всё равно, как он это сделает. И так был никчемен всё это время.

***

Мужчина вышел из дорогого автомобиля и, снисходительно улыбаясь шокированным редким прохожим, прошёл по самой узкой дороге. Как говорила Масато, дом пропавшей был недалеко от поворота и помечен красным крестом, и пока что в него никто не заселится. Его задачей в этом деле было заметить то, что поможет найти Хайзику, и то, чего не увидели даже глаза вампира. О последнем он, конечно, и не подозревал, но так он был более чем уверен в своих способностях. Стратфорд с загадочной улыбкой подошёл к подобию жилья и пробежался глазами по редким вещам. Ничего особенного. Можно сказать, пусто. Были заметны следы недавних прохожих, но ничего более на первый взгляд. Но мужчина всё равно был уверен. Он не спеша оглядывал каждую вещь, про себя подмечая, что маленькая спасительница явно будет не в восторге от количества времени, которое потратит он на поиск зацепки. Но Сакура как никто понимала, что найти что-то, о чём совершенно ничего не знаешь, очень трудно, да и сейчас она была абсолютно бесполезна. Почти пять часов он вглядывался в каждую щель, но, когда понял, что здесь уже нет ничего, что не осмотрел бы Стратфорд, его глаза, ранее потухшие от чувства безысходности, вновь разгорелись уверенностью, и мужчина решительно покидал маленькую территорию дома. Он искал в самых незаметных местах, но нередко истина находится близко и загадка решается легче, чем можно подумать. На западе — особняк богатой семьи — точно не там. На юге больше пятидесяти крестьянских лачуг, что говорило: забрать девушку по этому пути было невозможным, иначе бы жители, у которых мужчина спрашивал о сомнительного вида людях и девушке с темными волосами и яркими глазами, знали бы об этом. Учитывая то, что на севере — дорожная трасса, а путь до трассы через пшеничное поле (!), оставался только один вариант: проехать на восток и, свернув, на север. Идеальный вариант, чтобы приехать и уехать самым незаметным способом. Выехав на дорожную трассу, Стратфорд свернул автомобиль направо, так как слева дорога вела в оживленный город. Где-то через несколько десятков километров была замечена автозаправка. — Добрый вечер, сэр. У меня тут важное дело, поэтому не могли бы вы показать мне записи из камер наблюдения? — пожилой мужчина хотел было возмутиться и отказать, но замолчал, когда Стратфорд протянул ему конверт. Искать пришлось ещё некоторое время, внимательно осматривая происшествия каждой минуты, к тому же качество видео оставляло желать лучшего. Лишь ближе к одиннадцати часам вечера наблюдатели смогли заметить чёрный Mercedes, необычный для жителей этого округа. Из машины вышел высокий мужчина и подошёл к одному из служащих. И Стратфорд пропустил бы их, если бы не длинные тёмные волосы, на долю секунды промелькнувшие на записи. Ошибки быть не могло. Это была та самая машина. Скопировав видео на взятую на крайний случай флешку и вставив её в ноутбук, он начал восстанавливать картинку из видео, дабы увидеть максимум четким номер машины. Это заняло больше двух часов из-за плохой поддержки сети, но в конце концов мужчине это удалось. Сначала он позвонил одному из своих подчиненных, приказав найти транспорт по этому номеру, затем Масато, которая ответила на его звонок ругательствами и недовольствами, к тому же слышался и голос незнакомого Стратфорду парня. — Успокойтесь, Сакура. К утру информация о точном местонахождении будет у вас. И даже если прошло довольно долгое время с момента, как её забрали, они не могли слишком отдалиться. Я выполню свою работу с честью. Будьте спокойны.

***

Всё это время Сакура была как на иголках. Ни просьбы Иши, ни угрозы Рейджи усыпить её или выпить её кровь не заставили её прекратить ходить с угла в угол в поисках успокоения. Обычно холодно относящаяся ко всему, она была сама не своя, что пугало её не меньше, чем страх не найти-таки сестру. — Может, сядешь уже? Раздражаешь, — презрительно проговорил Аято, мирно кушающий такояки, который порядком запарился от шагов по гостиной. Можно было, конечно, пойти в свою комнату или повеселиться с вампирами-отбросами, гордо зовущимися друзьями, но такая Сакура забавляла его, однако и начинала доставать. Райто опускал колкие шуточки в адрес девушки, заставляя её злиться ещё больше, но тут же забывать об этом, думая о своём. Остальные же были абсолютно флегматичны, проживая день как обычно. Впрочем, на первый взгляд. Когда Стратфорд позвонил во второй раз, но теперь с точными данными в восемь утра, Масато всё ещё бодрствовала. Вернувшиеся со школы вампиры застали её сонной, усталой и слегка улыбающейся. — Я не могу столько ждать! — вдруг повысила она голос, изменившись в лице и сжав мобильный. — Почему ты кричишь? — задал вопрос Канато, сев на диван. — Что-то известно? — Шу последовал за ним. — Он нашёл Хайзику. Это хорошо. Но, чёрт возьми, говорит мне ждать до полуночи и только потом выезжать. Что я буду делать целых шестнадцать часов? Сидеть, сложа руки? — А что ты можешь? — голос Рейджи казался ей ледяным, как никогда. — Ничего. Если он так сказал, значит, так нужно. И ты знаешь это лучше других. Жди. Сакура его не дослушала, так как свалилась в обморок, упав на кресло. «И кто тут жаловался на безделье в течении шестнадцати часов?..» — подумал Шу, поднимаясь с свою комнату.

***