Интересненько это они придумали...

- Послушайте, - взывал Леголас, - я честно довел вас до Лориэнского леса, но на большее приказ отца не распространяется! Я не подряжался идти с вами еще и к Саруману! - Да ты не понимаешь, - уговаривал Тенька. – Смотрел я на вашу карту, там владения Сарумана почти по пути к Ривенделлу, куда тебе надо. - «Почти»?! Да они в противоположной стороне! - Тем более! – не смутился колдун. - Как же мы тебя одного отпустим, да еще в противоположную сторону? Нет, дело решенное: пойдешь с нами через водяное зеркало. - Через что? - Старинный нолдорский артефакт, - тут же оскалился Майтимо. Это не прибавило принцу энтузиазма. - Ты не пугай его, - замахал руками Тенька. – Леголас, да ничего там страшного нет, я это зеркало в три дня перенастроил. Там просто засосет и отпустит… Но речи колдуна почему-то напугали Леголаса гораздо больше, чем невнятные угрозы Майтимо. - С какой стати я вообще должен идти с вами? У нас разные дороги! - Галадриэль сказала, что короткий путь к Ривенделлу отсюда лежит через какие-то заброшенные пещеры, - объяснил Тенька. – А вдоль этой стороны гор орки кишмя кишат. Так что безопаснее будет держаться вместе. Мы обогнем хребет, у Сарумана я, глядишь, новое зеркало состряпаю, и ты попадешь в свой Ривенделл даже прежде срока. Соглашайся, потому что мы уже всё решили и возражения не принимаются. …Леголас совсем иначе представлял себе знаменитое зеркало Галадриэли. По крайней мере, в его воображении не было проводов и красной кнопки, а еще не требовалось становиться на краю поляны и громко кричать «Морковка-143!». А потом несносный древний нолдо по-простому макнул его головой в чашу, мир перевернулся, пропал, а затем возродился вновь. Путешественники стояли на пригорке, чуть поодаль виднелся темный лес с вырубленной опушкой, а у горизонта в небо впивалась острая пика башни. - Недолет, - прокомментировал Тенька. – Миль на шесть. - Хорошо, что не на шестьдесят, - со знанием дела порадовался Майтимо. - Это когда я так промахивался?! – обиделся колдун. - А кто Финьо в иной мир зашвырнул? - Это же совсем другое! Леголас глядел на пеньки в отдалении, и это зрелище ему почему-то совсем не нравилось. Тенька деловито потянул носом. - Тут чувствуется повышенная концентрация достоверного искажения! - Да, где-то поблизости тьма, - кивнул Майтимо. - Вон там, - Леголас указал на башню. - В таком случае, нам туда! – беспечно подытожил Тенька. Темный Мордор. Несколькими месяцами ранее. Бесплотный дух Саурона, жуткий и бесшумный, рыскал по коридорам высокой черной башни, на крыше которой полыхало багровое всевидящее око. Как и в последние несколько тысяч лет, Саурон был зол, категорически недоволен своим положением, мечтал разорвать все, что движется, но смеет не подчиняться его воле, и отыскать-таки свое драгоценное кольцо, утерянное единственно из-за несправедливости мира к нему, Саурону. Кроме того, черный дух, несмотря на свою бесплотность, считал себя необычайно могучим, а своим долгом перед мирозданием – замучить и напугать хотя бы одно живое существо в день. Еще следовало изредка связываться с неожиданно появившимся слугой в стане светлых, втолковывать ему свои инструкции и следить, чтобы паршивец не слишком своевольничал, с него ведь станется, тоже норовит себя могучим и страшным возомнить, хотя куда ему до господина! Словом, привычный и устоявшийся распорядок. И Саурон совершенно отвык от того, что кому-то может вздуматься его нарушить. А это как раз и произошло. В одном из залов черной башни дрогнуло пространство, разверзаясь, искривляясь в коридор, связывающий измерения. Саурон почуял неладное мгновенно и метнулся в тот зал, желая понять, какой жалкой твари вздумалось шутить с ним такие шутки, и уже представляя, с каким наслаждением разорвет нарушителя порядка в клочья. Но планам его не суждено было сбыться. Потому что из межпространственного коридора вылез не человек, не орк, не гном, не эльф, и даже не слуга Саурона, а его бывший владыка собственной персоной. Вдобавок, в отличие от самого Саурона, воплощенный, полный сил, в голос клянущий эльфийских отродий скопом и какого-то человеческого колдуна персонально. Если бы у Саурона в его нынешнем положении был рот, он бы его разинул. Такого просто не могло быть! Мелькор не мог вернуться, это противоречит всем законам мироздания, включая даже искаженные! Он мертв, надолго и бесповоротно, пока не пришло время последней битвы, которая погубит этот мир. А время еще не пришло, это Саурону было прекрасно известно. Но, тем не менее, владыка был здесь. Он перестал браниться, осмотрелся, заметил своего бывшего слугу. Загадочно, очень нехорошо оскалился и хлопнул ладонью по своему колену, подзывая к себе. Как последнюю прислужку, как паршивую комнатную собачонку! И кого – его, Саурона, ужас всех на этом материке! Это был знакомый, но с такой радостью некогда забытый жест… И Саурон внезапно понял, что еще пять минут назад был абсолютно счастлив. Носился духом по коридорам, наводил ужас не по чьей-то указке, а по собственному желанию, имел множество существ в слугах и ни одного – в господах. И бездна с этим проклятым кольцом, отыскалось бы в итоге, никуда не делось. И тупость орков совсем не раздражает, а даже наоборот, есть в ней что-то… умиротворяющее. Все, решительно все было хорошо, когда Саурон считал СЕБЯ единственным в мире черным властелином. Положение дел изменилось настолько круто и неожиданно, что в глубинах сознания остался единственный вопрос, крик несуществующей души: «Предвечная Тьма, да за что же мне такая кара?!» - Так вот, каким ты стал, - даже голос у Мелькора остался прежним. – Слишком много воли взял, паршивец, куда тебе до меня! Страшным и могучим смел себя возомнить, развоплощенный. Знай свое место! В эту минуту Саурон не задумываясь отдал бы даже свое ненайденное кольцо за то, чтобы бывший хозяин сгинул туда, откуда явился. Мелькор был страшен, и Саурон его боялся, преклонялся поневоле перед его могуществом, но вместе с этим люто ненавидел. Давным-давно минули и канули в небытие те беззаботные тысячелетия, когда темный майа хоть немного уважал своего господина. Саурон обреченно подлетел к ноге Мелькора и преданно обвился вокруг его сапога. - В-владыка… как же я рад тебя в-видеть… Башня Сарумана. Наши дни. - Интересненько это он тут придумал… - протянул Тенька, созерцая из укрытия огромное орочье войско, расположившееся вокруг башни. – Леголас, а зачем вашему белому колдуну орки, да еще в таком количестве? Он ставит социальный эксперимент? - Я бы за такие эксперименты… - глухо высказался Майтимо. - Прежде лес доходил до самой башни, - сказал Леголас, неотрывно глядя на войско. – И никогда бы доброе существо не стало собирать орков вокруг своего жилища. Вывод может быть лишь один: Саруман – предатель, он сговорился с Мордором и хочет власти. Ах, если бы знать! - Похоже, предал он совсем недавно, - заметил Майтимо. – Кузина ничего не знала про это, если послала нас к нему. - А как же ваш изощренный нолдорский юмор? – съязвил Леголас. - Настоящие нолдор этим не шутят! - Как бы туда пробраться… - задумчиво произнес Тенька, ерзая. - Зачем? – ахнул Леголас. – Нужно поскорей уносить отсюда ноги и предупредить остальных! - Как – зачем? Интересненько! А вдруг мы узнаем что-нибудь нужное? Майтимо, ты со мной? - Настоящие нолдор никогда не пренебрегают разведкой! - Сумасшедшие! – схватился за голову Леголас. – Как вы надеетесь пройти туда незамеченными?! - А почему именно незамеченными? – почесал в затылке Тенька. – Как говорит моя злокозненная обда, нет ничего более тайного, чем то, что кажется явным! Пошли! - Куда? – опешил Леголас. – Как? - Туда! Ногами! Только сделайте серьезные лица. А ты, Майтимо, лучше капюшон надень. М-да. Если такая жизнь у нас пойдет и дальше, надо будет все-таки притащить тебе из дома антирегулятор и вернуть все, как было. Стало тихо. А потом до Майтимо дошло, ЧТО он сейчас услышал. - Постой-ка. Выходит, ты уже изобрел средство от балрогового колдовства и никому не сказал?! Мне не сказал?!! Да знаешь, кто ты после этого!!! - Почему – никому? Феанаро знает. И Курво. И Тьелпэ. И Турукано. И Финдарато. - Словом, знает уже половина Валинора, а я, как последний идиот, продолжаю ходить с морготовыми веснушками?! - Феанаро просил тебе не говорить, - без особого сожаления повинился Тенька. – Он сказал, что тебе это полезно. Ты должен любить себя таким, какой есть. Майтимо покосился на Леголаса и при посторонних грязно ругать педагогический образ мыслей отца не стал. Полчаса спустя. - Дорогу! – орал Тенька на весь орочий лагерь. – Дорогу важным господам, не то хуже будет! За прошедшие годы колдун успел многого нахвататься от своей обды. В том числе умения с каменной физиономией вершить противоправные дела. Поэтому орки путешественников не задерживали, а кое-кто даже недоуменно кланялся вслед. Таким манером лазутчики за кратчайшие сроки пересекли лагерь и приблизились к башне. У самого подножия орков не было, и появилась возможность перевести дух. - Это что было? – тихо и ошалело поинтересовался Леголас. – Традиционная нолдорская разведка? - Честно говоря, - поделился Майтимо, - я тоже прежде не ходил на разведку так по-дурацки. Моринготто, вот даже чувства удовлетворения нет! - Главное, оно сработало! – оптимистично заявил Тенька. – Я так сто раз ходил. Ну… два-три точно, еще дома, во время войны. С Климой куда веселее получается, перед ней даже запертые двери распахивают. А вот нам придется попотеть. Колдун кивнул на глухую стену, хотя в отдалении имелась нормальная кованая дверь. - А почему мы не идем там? – спросил Леголас. - Ну, я все-таки не Клима. Там дальше охоронки стоят и часовых полно. Будем дурить голову часовым – провороним охоронки, хозяин примчится, теряя тапочки. Станем обходить охоронки – привлечем внимание часовых. Лучше самим дверь сделать. - В камне? – недоверчиво переспросил Леголас. - Оно сильно рванет? – Майтимо уже знал, какие вопросы задавать актуальнее. - Вообще не рванет! Мы все выкопаем. - В камне?! - Да что ты заладил про свой камень! Смотри, - Тенька привычно скосил глаза, провел рукой по стене, а затем царапнул ее ногтем. Камень осыпался, словно спрессованный речной песок. – Тут материал обычный, даже в сборном справочнике веществ есть, том четвертый. И чем только Саруман думал, когда строил! - Сомневаюсь, что он читал справочники, - усмехнулся Майтимо. - Что лишний раз говорит в пользу академического образования! – назидательно сказал Тенька. «Дверь» они выкопали быстро и почти бесшумно. Правда, сквозная дыра в толстенной каменной стене с явными глубокими отметинами ладоней и пальцев смотрелась почти нереально, но это никого не волновало. Нашлись проблемы поважней. - А что будет, когда этот незапланированный вход обнаружат? – спросил Леголас. – Или ты собираешься его спрятать? - Хм, - Тенька почесал в затылке. – Интересненький вопрос. Я об этом как-то не подумал. Ладно, понадеемся, что к тому времени нас уже здесь не будет. Или потом новую дырку выроем. - Ведь так можно подкопать фундамент и вовсе разрушить башню, - прикинул Майтимо не без умысла. - Можно, - согласился Тенька. – Но на это уйдет не меньше недели, вон, башня какая здоровая. А за это время меня точно обнаружит хозяин и рассердится. - По-моему, он и без того сердитый, - хмыкнул бывший лорд Химринга невесело. Судя по количеству пыли, паутины и разномастного хлама, они оказались в местной кладовке. Майтимо ностальгически вздохнул. Леголас зажал нос, чтобы ненароком не чихнуть. Тенька тем временем разыскал дверь, приоткрыл ее и высунул наружу любопытный нос. - Что там? – почти в один голос спросили эльфы. - Лестница какая-то. Пыльная. Вот что Саурон, что Моринготто, что Саруман ваш, один дурацкий принцип по жизни: если продал душу тьме, убираться дома необязательно! Вы, аборигены, можете это объяснить? «Аборигены» покосились друг на друга и покачали головами. Лестница была винтовой и тянулась через всю башню, наверх, хотя здесь, у подножия, конца-края ей не было видно. Также она вряд ли играла роль главной, поскольку даже закоренелый пособник тьмы не будет каждый раз после прохождения насыпать на ступеньки недельный слой пыли. А то и двухнедельный. Словом, место для разведки и укрытия было идеальным. Путешественники выбрались из кладовки и начали подъем. День был пасмурный, в редкие узкие окна почти не проникал свет. Лестница все не кончалась, от постоянных поворотов начинала кружиться голова. Разведка из увлекательного занятия становилась скучным и бесперспективным. Когда путешественники уже совсем отчаялись и потихоньку начали спорить, стоит ли повернуть назад или из чистого упрямства дойти до самого верха, на очередном повороте появился выход на крохотную площадку с небольшой дверцей. Тенька по-простому подергал ручку и сообщил: - Не заперто. Чуть приоткрыл, заглянул в щелку. - И темно. Аборигены, гляньте вы, я в темноте ни крокозябры не вижу. - Хватит называть нас аборигенами! – на удивление единодушно возмутились оба эльфа. Тенька фыркнул и комментировать не стал. В щелку заглянул Майтимо и сообщил, что там ничего живого нет. Тенька достал из мешка свечку, зажег. Они открыли дверь и пролезли внутрь. Здесь располагалась гардеробная. Притом именно гардеробная Белого колдуна: вдоль стен на вешалках висели белые плащи, белые мантии, белые штаны и туники, даже одна шуба была - из белого и пушистого меха. Приятно пахло лавандой: видимо, хозяин гардероба опасался моли. - Интересно, а исподнее у него тоже белое? – полюбопытствовал Тенька вслух. - Оно у всех белое, - блеснул познаниями Майтимо. - Э, не скажи! Мне вот жена однажды подарила розовые порты с синими огурцами. Правда, я их не ношу, а она обижается и дразнит меня угрюмым консерватором, которому чужды веяния прогресса. Майтимо подумал, что не хотел бы встречаться с Тенькиной женой. - Мы вообще-то не в чужом исподнем копаться пришли, - одернул их Леголас. - А для чего ж еще? – удивился Тенька. – Между прочим, разведка – это именно копание в… - Тихо, - шепнул Майтимо из дальнего угла. – Тут еще одна дверь. И из-под щелей пробивается свет. Тенька и Леголас мигом оказались рядом. - Там есть кто-нибудь? Майтимо покачал головой. - Откуда такая уверенность? – усомнился принц. - Я немного чувствую, когда поблизости есть живое, - объяснил Майтимо. – И даже могу сказать, что именно живое. Это со мной с тех пор, как я носил Нарью, кольцо огня. Леголас потрясенно умолк. Он прекрасно знал, что эльфийские кольца не способно надеть злое и жестокое существо, которым он привык считать Майтимо. Тем более, абы с кем кольца силой не делятся. Но сейчас задумываться об этом было некогда: вторая дверь открылась так же легко, как и первая. За гардеробной оказалась спальня. Гладкие плиты пола, белая кровать под балдахином, расписной ковер – единственное яркое пятно. На прикроватной тумбочке стояли кубок вина и тарелка бутербродов с мясом, один надкусан. Тенька тут же надкусил еще один. - Ты с ума сошел? – ахнул Майтимо. - Я проголодался, - невнятно ответил колдун, расправляясь с первым бутербродом и беря второй. – А они даже не искаженные! Майтимо подумал и тоже взял бутерброд. Леголас смотрел на это квадратными глазами. Вдвоем друзья быстро уничтожили семь бутербродов и даже угостились надкусанным, только с другой стороны. Тенька еще повалялся на кровати и сообщил, что она мягкая. Третья дверь была побольше первых двух, и за ней ощущалось не только живое существо, но и изрядное количество темной силы. Путешественники осторожно приоткрыли тяжелую створку до маленькой щелочки и прикипели к ней. Они увидели просторный полупустой зал с черным блестящим полом и высоченными окнами. В центре зала стоял крепкий на вид старик в белой мантии и разговаривал по палантиру. - Это Саруман, - прошептал Леголас. - Да, мы поняли по стилю одежды, - так же шепотом усмехнулся Тенька. - Ну вот, а сестра говорила, что палантиров больше нет, - проворчал Майтимо. - Может, у него последний? Эх, как интересненько все устроено… - Да тихо вы! Дайте послушать… Неведомый голос, тихий, злобный и свистящий, вещал, как же ему все надоело, как его, несчастного, нынче шпыняет владыка, как хорошо жилось во Вторую Эпоху и какой Саруман беспросветный идиот. Саруман кивал, явно не вправе возразить. - А еще, - говорил голос, - владыка не дал мне даже крохи своих сил. Сказал, раз я сам все растратил, то пускай сам и возвращаю. Если, ты, мой союзник, найдешь Кольцо и посмеешь утаить его, то гибель твоя будет страшна! - Я не таю от тебя Кольца, - у Сарумана голос был низкий, приятный. – Мое войско почти готово выступить походом на земли Рохана. Я найду твою пропажу и доставлю тебе. Но разве владыка сам не заинтересовался Кольцом? - Заинтересовался, чтоб его, - в свистящем голосе сквозила лютая ненависть. – Как только Кольцо будет у меня, мне придется отдать его владыке, чтобы он удовлетворил свое любопытство. Я молю предвечную Тьму, чтобы Кольцо мне потом вернули или хотя бы поделились толикой сил! - Это решать владыке, - не без удовольствия сказал Саруман. Судя по всему, он терпеть не мог своего собеседника. - Жалкое слабоумное создание! Вот как ты запел? Думаешь возвыситься за мой счет? Ничего не выйдет! Владыка сотрет тебя в порошок. В отличие от тебя, я всегда был верен ему! - Ну-ну, - осклабился Саруман. – Я помню, как ты униженно сдавался в плен и отрекался от всего. - Твое слово ничего не значит, а сила сейчас на моей стороне! Но что это, постой… Я чую за твоей спиною светлую мразь. Здесь кто-то есть. Нас слушают!.. - Бежим! – сдавленно велел Тенька. Но они ничего не успели. Дверь спальни распахнулась настежь. - Лазутчики! – прошипели из палантира. Саруман поднял свой посох. Давно уже прошли те времена, когда мальчик Тенька робел перед битвой с более сильным противником. Жизнь научила колдуна быстро соображать и искать пути решения. Поэтому, пока Саруман поднимал посох, Леголас прощался с жизнью, а Майтимо доставал меч, Тенька сунул руку в свой мешок и выцепил оттуда ударную противомайаровую гранату, которую накануне, не иначе как благодаря внезапно прорезавшемуся дару предвидения, переложил на самый верх. Рвануло громко, зазвенели по полу осколки последнего в Средиземье палантира. Что-то завыло, зашипело, и через шум пробился по-колдовскому громкий приказ: - Всем ловить лазутчиков! Перекрыть лестницы! Брать живыми или мертвыми!!! - А вот теперь точно бежим! – воскликнул Майтимо. Они промчались через спальню, захлопнули за собой дверь гардеробной. В темноте раздался грохот, и Тенька раздраженно помянул крокозяброву мать. - Что? – обернулся Майтимо. Он распахнул ведущую на лестницу дверь, и в гардеробной стало светлее. - Понабросали тут! – выругался Тенька, поднимаясь. – Я о какую-то корягу споткнулся! - Да это же посох! – ахнул Леголас. – Посох Гэндальфа! - Саруман убил Гэндальфа, - сделал вывод Майтимо. - Мы должны взять его с собой! – решил Леголас. – Мы должны выбраться и рассказать! Тенька всучил ему поднятый с пола посох, и они помчались дальше. - Наверх! – велел Майтимо. - Почему? – спросил Тенька, уже поднимаясь вслед за другом по ступеням. - Внизу орки! - А наверху? - Слезем как-нибудь! - Это тебе не Тангородрим, тут выше и ветер дует, мы расшибемся! - Нам просто надо наверх! – сдался Майтимо. – Меня туда тянет! Впрочем, выбора уже не оставалось. Внизу слышался топот кованых сапог. Подъем был очень долгим, и уже казалось, что он никогда не закончится, но лестница неожиданно прервалась аркообразным проемом, и еле живые после головокружительного бега путешественники буквально вывалились в маленькую круглую комнату с низким пологим потолком. - Мы на чердаке! – сделал вывод Тенька. - Тут даже окон нет! - Леголас, пораскинь мозгами: если мы все это время перли вверх, то никак не могли прийти в подвал! - Мало ли что возможно в колдовской башне… - Не было на лестнице колдовства! - Нам нужно туда, - Майтимо без труда ткнул пальцем прямо в камень потолка. - Да зачем? – снова спросил Тенька. - Очень нужно!!! - Ладно, принимается. Кто-нибудь, поднимите меня повыше, я, в отличие от некоторых, до потолка не достаю… Скоро в камне образовалась дыра, и путешественники смогли вылезти на крышу. Впрочем, крышей это было трудно назвать: голая каменная площадка, продуваемая всеми ветрами, а из опор по краям – три узких железных зубца. Но что удивительнее всего, здесь имелся местный житель. Белобородый старик в сером плаще и серой широкополой шляпе. На шее серебрился красивый шарф. Старик стоял у одного из зубцов и с вежливым интересом глядел на новоприбывших. - Да это же Гэндальф! – радостно вскричал Леголас. – А мы думали, что тебя Саруман убил. - Не скрою, я очень рад вашей ошибке, - спокойно произнес Гэндальф, отходя от края и подавая руку Майтимо, который лез последним. – Но что привело вас сюда? - Мы удирали от орков, - объяснил Майтимо, вставая на ноги. – Ну и от Сарумана заодно. - О, да, - светлые глаза старика лукаво прищурились. – От Сарумана и правда можно бегать лишь заодно. - Гэндальф, вот твой посох… - Благодарю тебя, Леголас. Будь добр, представь мне своих спутников, ибо их имена мне неизвестны. - Это Нельяфинвэ Феанарион, - обреченно начал Леголас, уже воображая, чем это грозит. - Впавший в детство, судя по всему, - улыбнулся Гэндальф. – Ибо только в детстве у него были веснушки. - Да Моринготто вас всех задери!!! – заорал Майтимо на всю башню. – Тенька, ты говорил, что у тебя есть тональный крем! Дай мне его прямо сейчас, я больше не могу это выслушивать от каждого второго! - Да у тебя истерика… - У настоящих нолдор не бывает истерик! - Зато бывают веснушки, - вмешался Гэндальф. – И незачем из-за этого так кричать. Приношу извинения, Нельяфинвэ, я не знал, что ты потерял власть над своей внешностью и вынужден ходить в том виде, в котором тебя создала злодейка-природа. Майтимо виновато сник – в голосе старика звучала легкая ирония. - Мой второй спутник, - продолжил Леголас в миг затишья, - Артений Мавьяр, Друг Эльфов, один из величайших колдунов… - Лучше просто Тенька, - перебил колдун. – Гэндальф, а можно вопрос? - Всего один? - По обстоятельствам! Скажи, а что подвигло такое интересненькое вещество, как ты, сгенерировать подобный тип псевдоиллюзорной оболочки? - Скажем так, - Гэндальф чуть склонил голову набок. – Моя роль в этом мире предполагает определенный набор заданных условий. - Не хочу прерывать ваши ученые беседы, - подал голос Майтимо, - но скоро сюда ворвется толпа орков с Саруманом во главе. - Жаль, досок нет, - вздохнул Тенька. – Отсюда бы улететь… Гэндальф сжал в руках посох и посмотрел на небо, словно пытаясь что-то отыскать. - Сейчас, - пробормотал он. – Около двух минут… И правда, две минуты спустя в тучах заклекотали, и к верхушке башни спустились четыре огромных орла. - Раз надо улететь – мы улетим, - подытожил старик. - Никогда прежде не летал на орле! – восхищенно воскликнул Майтимо. - Как – никогда?! – удивился Леголас. – А как же легенда про… - Скорее, - поторопил Гэндальф, хотя тоже покосился на бывшего лорда Химринга очень заинтересованно. …Когда орки поднялись по лестнице и вылезли на верхушку башни, орлы были уже далеко.