Lost in the sun. Осколки памяти

Порывы ветра несли с собой сильный запах свернувшейся крови. Лэйк пристально вглядывалась в темную громаду леса впереди. Ее не покидало ощущение, что оттуда за ней наблюдают. Да и запах этот неприятный тоже исходил оттуда. Она слегка приподняла голову, втягивая его полной грудью. Ощущение было такое, словно под деревьями зарезали пару сотен быков, а тела унесли. Запаха гнилого мяса или смерти не было, только четкая, стойкая вонь запекшейся крови. Что бы это значило? Лэйк внимательно взглянула вниз. Анкана скакали почти прямо под ней, где-то в семидесяти метрах, не больше, и выглядели они вполне спокойно и уверено в себе. Возможно, они с такого расстояния еще не чуяли, что в лесу что-то не так. Лэйк подняла голову и вновь посмотрела вперед. Верхушки особенно высоких деревьев покачивались под ветром, и с них сорвалась стая птиц. Лэйк задумчиво разглядывала их, пытаясь понять, что это за птицы. Большая часть ведь давно уже улетела на юг, зимовать в более теплые края. Пока они шли к Железному Лесу, над их головами в обратном направлении тянулись целые косяки диких уток и гусей. Так кто же остался здесь?.. - Лэйк! – вдруг громко закричала сестра, но она уже увидела. Это были не птицы. Со стороны леса к ним навстречу направлялись странные создания, издали похожие на людей. Лэйк моментально перевела часть звериной силы в глаза, чтобы разглядеть их, и нахмурилась. Твари были высокими, возможно даже, чуть выше анай. Их тела были сухими и поджарыми, словно засохший тростник, а на спине виднелись большие черные кожистые крылья, как у летучей мыши, с загнутыми на самом краю каждого крыла шипами. У тварей были черные густые волосы, больше похожие на гриву, и узкие длинные лица с большими черными раскосыми глазами. Лэйк обратила внимание на почти не выделяющийся на лице нос с двумя тонкими прорезями вместо ноздрей, на тонкие темные губы, из-под которых виднелись клыки. Одеты твари были в черные кольчуги и куртки, на поясах у них в ножнах висели искривленные ятаганы. Их было чуть больше двух десятков, и они направлялись навстречу анай слишком быстро, с явным намерением напасть. - К оружию! – Лэйк постаралась крикнуть это как можно громче, чтобы и Анкана внизу услышали. – Роксана с нами! Одним движением вытянув нагинату из крепления за плечами, она сорвала с лезвия длинный чехол и заткнула его на место оружия. Слева и справа уже подлетали Эрис с Найрин и Саира. - Лэйк! Это тоже что-то вроде ондов! – напряженно прокричала Эрис. В ее руках уже опасно посверкивали горящими лезвиями две катаны. – Только они гораздо, гораздо сильнее! - Они могут использовать Источники? – Лэйк взглянула на Найрин. Нимфа заколебалась, нахмурив брови. - Я не уверена… С такого расстояния сложно… Вдруг она с криком резко выбросила вперед руки. Лэйк не поняла, что произошло, только прямо перед ними в воздухе взорвалась появившаяся буквально из ниоткуда большая прозрачная черная сфера, полная черного пламени, и ее осколки брызнули прочь, минуя анай. Судя по всему, Найрин успела в последний момент укрыть их щитом от вражеской атаки. - Да! С ними ведун! – голос Найрин стал сосредоточенным и напряженным. – Его я беру на себя. Вы убейте остальных. - Роксана! – выкрикнула Лэйк, и лезвие нагинаты полыхнуло огнем. Прямо перед ними взорвалась вторая черная сфера, вновь не задев и лишь разлетевшись осколками. Найрин резко вздохнула и сложила на груди руки крестом. Воздух вокруг нее сразу же уплотнился, и вперед полетело… что-то. Это было похоже на камень из воздуха, который рассекал пространство со скоростью выпущенной из лука стрелы, и от него в стороны шли прозрачные воздушные волны. Только этот камень цели не достиг. Ему навстречу метнулась еще одна черная сфера, они столкнулись, взорвались в воздухе, разлетевшись тысячами тонких серебристых змеек крохотных молний, хлынувших вокруг. - Разойтись! – скомандовала Лэйк, ныряя вниз. Краем глаза она приметила, что летящие в облаках корты тоже зашевелились. Один из них так и остался между небом и землей, трое других ящеров резко сложились в стрелы и спикировали вниз, вращаясь по спирали. От отряда нападающих отделилась примерно треть, сразу же бросившаяся им наперерез. Снизу вверх с земли в небо взмыло сразу несколько огненных шаров: это в бой вступили Анкана. Только и шары тоже не возымели успеха. Лэйк напрягла зрение, пытаясь понять, кто из нападавших был ведуном. Почти сразу же на глаза попались двое. Один напряженно завис в воздухе, глядя в сторону Найрин, другой левее и ниже его обратился лицом к Анкана. Это не моя забота. Пусть ведуны дерутся с ведунами. Мое дело – воины. Ей навстречу на разной высоте летело четырнадцать тварей, и Лэйк смогла получше разглядеть их. Эти твари были гораздо больше похожи на людей, чем онды, но запах запекшейся крови и знакомое ощущение отвращения, которое они вызывали у зверя в голове Лэйк, говорили об их общей природе. Кожа у тварей была темная, как ночь, черные глаза смотрели цепко и пристально: судя по всему, они обладали высоким интеллектом. Лэйк убедилась в этом, когда летящий в центре высокий крылатый человек вскинул руку с копьем, и по его команде остальные резко рассыпались в стороны, пытаясь подрезать анай снизу и с боков. Вот как! Будете биться, используя нашу тактику! Лэйк едва не заурчала от удовольствия. Анай крайне редко сражались в воздухе друг с другом, и она всегда считала, что у нее недостаточно практической подготовки в этом виде боевого искусства. Что ж, сейчас она сможет как следует наверстать упущенное. Раздался грохот, и невидимая волна вновь покатилась от Найрин в сторону ведунов. Следом за ней параллельно земле ударили две горизонтальные молнии, пробив небо насквозь и заставив все волоски на теле Лэйк подняться дыбом. Только ведун выставил вперед руку, и молнии ушли прямо в его ладонь, исчезнув в ней, словно платок в рукаве фокусницы, что выступали на День Весны, чтобы потешить малышей. Потом ведун размахнулся и швырнул в ответ огненный шар, с ревом закручивающийся в воздухе и мчащийся в сторону Найрин. Впрочем, у Лэйк уже не было времени на то, чтобы смотреть, что будет дальше: трое врагов стремительно бросились ей навстречу снизу и сверху, пытаясь окружить. Резко упав на бок, она отправила тело в свободный полет, не давая им завершить маневр, раскрутилась в волчок, используя силу вращения и жаркий огонь своих крыльев, и вытолкнула себя штопором прямо в брюхо первой твари, метя наконечником нагинаты ему в голову. Но не тут-то было. С глухим щелчком нагината наткнулась на изогнутое черное лезвие, бритвенно острое с одной стороны, дополненное тремя острыми шипами с другой. Лэйк вложила в удар всю свою силу, но тварь, сжимающая копье, лишь едва заметно просела назад. К Лэйк повернулось бледное лицо с узкими прорезями чернильно-черных глаз почти без белков. Узкие губы изогнулись в хищной улыбке, обнажая торчащие из-под них иглы-клыки, и тварь с насмешкой произнесла слегка надтреснутым низким голосом: - Удза вазат! Дахари кар дзан фрух, анай! Враг засмеялся низко и угрожающе. Лэйк не знала значения этих слов, но четко услышала лишь название своего народа, правда, ударение он сделал на первый слог, а не на последний, как было правильно. Впрочем, ей плевать было, что там прорычала на своем языке поганая бхара. Лэйк поднатужилась, еще раз нажала на нагинату, и резко рванулась вниз. Где-то ведь сзади были еще двое. Не хватало только подставлять под их удары незащищенную спину. Вот только враг оказался гораздо умнее и проворнее, чем она рассчитывала. Он резко упал вниз следом за ней и вновь ударил копьем, метя ей в ногу, а его черные крылья забились сильно и тяжело, создавая воздушные потоки, мешающие ей лететь. Сжав зубы, Лэйк принялась отражать удары один за одним. Они теперь падали вниз головой к земле, до которой оставалось не больше пятидесяти метров, и ей нужно было как можно быстрее выйти из пике. Улучив момент, когда враг делал замах, Лэйк на одном дыхании скрутилась в мяч и резко толкнула себя крыльями в сторону. Копье свистнуло мимо виска, срезав прядь волос, зато она ушла вбок и вверх, начав быстро подниматься. Почти сразу же на правое плечо обрушился удар кривого ятагана из темной матовой стали. Лэйк перехватила его на железное древко нагинаты, резко отбила и по наитию выставила клинок оружия, прикрывая и левое плечо. В следующий миг сильный удар по лезвию едва не выбил оружие из рук. Кувыркнувшись в воздухе, она оказалась лицом к лицу с двумя противниками, неприятно скалившимися сквозь узкогубые рты, а третий как раз сильными взмахами крыльев поднимался с земли к ней. С такими противниками Лэйк еще никогда не сталкивалась. Это были не тупые онды, едва умевшие наносить удары сложнее, чем по касательной сверху вниз и сбоку. Эти враги чувствовали себя в воздухе так же уверено, как и анай, да и дрались отменно, не давая ей вздохнуть. Один за другим на Лэйк сыпались удары тяжелых клинков, и древко нагинаты едва-едва упруго пружинило в руках, принимая их на плоскость, защищая тело Лэйк. О том, чтобы атаковать в ответ, сейчас речи вообще не шло. Она едва успевала отбиваться сразу от трех врагов, и это стоило ей каждой крупицы накопленного за долгие годы тренировок мастерства. Главное: не дать им окружить себя. Лэйк двигалась в воздухе проворно, как никогда, постоянно меняя положение и направление, оборачивая крылья вокруг себя и распахивая их так широко, как только могла, резко взлетая вверх и камнем падая вниз, уходя в сторону. Она никогда еще не летала так, даже во время тяжелейших тренировок с Онге, где проклятущая Кошка гоняла их без жалости в холодном небе. Сейчас была вовсе не тренировка и не дополнительная практика воздушного боя, как она считала вначале, а один из самых сложных боев в ее жизни. Лэйк почти и не замечала, как взрывались в небе по обе стороны от нее огненные заряды, как били молнии и содрогался сам воздух. Ветра вели себя странно: то ускоряясь бешеными порывами, словно пытаясь выломать ей руки, то совсем пропадая в полное безветрие. Мимо нее с ревом проносились громадные огненные сферы, похожие на сам щит Грозной, упавший с небес на землю или, наоборот, взлетающий к небесам. Ветер сносил в сторону крики людей и гортанное рычание врагов. Сильный удар бросил ее вперед. Лэйк зазевалась лишь на миг, и этого мига врагу хватило для того, чтобы попытаться перерубить ей спину. Спас только чехол от лезвия нагинаты, что она убрала в крепежные петли на спине. Правда, удар все равно был так силен, что спина взорвалась болью, а Лэйк едва не потеряла равновесие. Вскинув нагинату, она перекрыла врагам возможность попасть себе по плечам и кувыркнулась через голову, сразу же встречая град ударов по обоим концам нагинаты. Дольше нескольких секунд задерживаться на одном месте было нельзя. Стоило лишь на миг зазеваться, и кто-то из этих уродов сразу же стремился сбить ее на землю. Тяжелейший удар крылом обрушился на плечо, но Лэйк ответила толчком огненного крыла, моментально затвердевшего и превратившегося почти что в расплавленную лаву. Враг зарычал и отшатнулся прочь, в воздухе отчетливо запахло жжеными когтями. Впрочем, радоваться тут было нечему. Это был всего лишь первый удар Лэйк, который достиг цели и попал по врагу. Твари были слишком проворными, читали каждый ее удар и уходили в сторону, уворачиваясь от лезвия нагинаты, не давая себя даже задеть. К тому же, руки у них были бхарски сильные, и Лэйк едва отбивала прямые удары клинков, принимая их на крепкое древко оружия. Если ничего не изменится, боюсь, я проиграю, - мелькнула в голове мысль. Лэйк сжала зубы, запрещая себе думать об этом. Ута всегда говорила, что одна мысль о проигрыше – первый шаг к смерти. Потому она резко обернулась в крылья, загустив их до прочности камня. Ее сразу же потянуло вниз, будто на дно реки. Твари не ожидали, что она упадет так резко, а потому та, что была слева от нее, так и не успела закрыться ятаганом. Лезвие нагинаты со свистом обрубило ей ногу ниже колена. Кровавый обрубок пролетел мимо Лэйк вниз, следом за ним хлынули темные капли крови, и тварь громко зарычала, уходя в сторону. Лэйк развернула крылья за спиной и вышла из пике, отлетая вправо. Теперь перед ней было двое, третий, едва поддерживая равновесие, все еще висел в воздухе рядом, но судя по его гортанным воплям, ему уже было не до сражения. С двоими дело пойдет легче, только вот она уже подустала. С такими врагами биться нужно было на свежую голову, отоспавшейся и полной сил, а не после полусуточного перелета да еще и на голодный желудок. Не смей жаловаться! Лэйк сжала зубы. Просто убей их! У нее был миг на то, чтобы изменить баланс сил в теле. Запустив зверя внутрь ровно настолько, чтобы он не мешал ей летать, Лэйк перевела его силу в руки. Под кожей моментально вздулись жилы, затрещала ткань формы, когда заметно увеличились мышцы плеч. Нападающие оторопело уставились на нее, когда из-под верхней губы Лэйк показались два клыка, и она громко зарычала, оскалившись в ответ. Замешательство их длилось недолго. Подняв мечи, они вновь бросились на Лэйк, и она принялась отчаянно работать нагинатой, отражая удар за ударом, вертясь на месте волчком, не давая им оказаться у себя за спиной или сбить себя с воздушных потоков. Теперь дыхание всех троих было тяжелым, с хрипами вырывалось изо рта. Приходилось бороться не только друг с другом, но и с сильными воздушными потоками. Ветер разбушевался не на шутку и теперь не утихал ни на миг, швыряя их, словно осенние листья, не давая найти в воздухе опору для крыльев и нанести сильный удар. Обливаясь потом и задыхаясь, Лэйк сражалась за свою жизнь, упрямо сжав зубы. Оба врага в отдельности были почти что равны ей, а вместе явно превосходили ее по силам. Но у нее было одно единственное преимущество, перевешивающее всю их силу: она была анай. Кожистые крылья тварей не способны были менять свою форму и плотность, а потому они зависели от плотности и силы воздушных потоков, на которых держались. У Лэйк таких ограничений не было. Чтобы добиться как можно более высокой маневренности, она сделала крылья плотными и горячими, почти тяжелыми. Теперь ее меньше бросало в воздухе из стороны в сторону, но и к земле тянуло сильнее, а плечи выламывало так, будто у нее на ногах болтался пудовый вес. Зато и контролировать собственное тело в сильных воздушных потоках стало гораздо легче, в отличие от врагов, которых все так же немилосердно швыряло вверх-вниз. Потом был один четкий и удачный удар нагинаты, и лезвие рассекло черное крыло левой твари, с громким треском отрубив почти половину. Из расщепы показалась белая кость, хлынула кровь, крыло обвисло, а сам враг с рычанием рухнул вниз, глухо ударившись о мерзлую землю. Правда, Лэйк тоже долго радоваться не пришлось. Последнему оставшемуся врагу повезло: воздушный поток высоко подкинул его вверх, как мячик, и пока он пролетал мимо, его ятаган в последний миг по чистой случайности изменил направление и чиркнул Лэйк по плечу. Боль ожгла руку, в стороны брызнул фонтан красных капель, и Лэйк не сдержала стона. Лезвие вспороло предплечье снизу вверх, рана была неглубокой, но длинной и болезненной. От злости помутилось перед глазами. - Роксана! – зарычала Лэйк, в ярости наседая на врага. Она была уже достаточно измотана для всех этих игр в прятки, потому просто давила и давила, перестав менять местоположение. Один удар за другим сыпались и сыпались на врага, и тот едва успевал принимать их на лезвие ятагана, отбивать тычки древка нагинаты свободной рукой и кончиками крыльев. В его глазах мелькнул страх, губы плотно сжались от натуги, а Лэйк била и била словно кузнечным молотом по твердой наковальне. Раздался хорошо знакомый характерный звон, и толстое лезвие ятагана в руке твари раскололось словно сосулька, упавшая на землю. А в следующий миг Лэйк нанесла три быстрых удара тупым концом нагинаты: в голову, в шею, под дых. Враг сложился пополам, потеряв равновесие и открыв шею. Еще один резкий взмах, и обезглавленное тело рухнуло на землю. Лэйк вскинула голову, оглядываясь и тяжело дыша. Пот бежал по лицу, заливая в глаза, его соленый привкус чувствовался во рту. Левый рукав формы был порезан и промок от крови, но она только отбросила это от себя прочь. По-настоящему важным сейчас было другое. Небо кипело в жестокой битве. Под самыми облаками бились корты, показывая чудеса управления ящерами, то исчезая, то вновь появляясь среди серых валов. Вокруг них мелькали черные фигурки, подныривающие под брюха их ящеров и стремящиеся подрезать им крылья. Лэйк обратила внимание, что в небе было видно только трех ящеров, четвертого она разглядеть не смогла. Впрочем, он быстро отыскался на земле. Здоровенная зверюга лежала на боку, растянувшись на сухой траве, а возле него суетились два корта. Судя по всему, это был царевич и его любовник. Лэйк скривилась. Лучше бы разбились оба об землю, меньше проблем было бы. На земле же были и Анкана. Они просто стояли друг возле друга, напряженно глядя в небо, но вокруг них разливалась аура силы. Лэйк почти физически ощущала как дрожит и уплотняется вокруг них воздух. Метрах в пятидесяти от них над землей висел ведун нападающих. В воздухе между ними метались огненные и черные сферы, взрывающиеся разноцветными молниями, бесновались ветра, и сам воздух шел волнами в стороны, словно его прорезали летящие с невероятной скоростью стрелы. Еще выше анай дрались с остатками врагов. Эрис и Саира сошлись в поединке на холодном оружии с двумя высокими тварями, а Найрин, уже успевшая сбить своего соперника-ведуна, была окружена семерыми врагами, изо всех сил пытавшимися добраться до нее на расстояние удара. Впрочем, нимфа им такой возможности не дала. Она висела, запрокинув голову и разбросав в стороны руки, и ее тело сияло, будто солнце. Эти ослепительно белые лучи разлетались в стороны, жаля врагов. Наконец, те оставили попытки достать нимфу. Один из них поднял к губам небольшой рожок и протрубил в него. Развернувшись, не участвующие в драке твари быстро полетели на северо-восток, в сторону леса. Из густой массы облаков следом за ними вынырнуло еще трое. Последним летел ведун, вывернув голову, чтобы видеть своих врагов, и выставив назад подрагивающую от напряжения руку. Лэйк догадалась, что он держал невидимый для ее глаз щит, охраняющий отступление его товарищей, потому что воздух перед ведуном дрожал и взрывался от сфер огня и невидимых ударов, сыпавшихся на него градом. Он бы, наверное, так и ушел, если бы не Найрин. Лэйк перевела на нее взгляд и непроизвольно сглотнула. Нимфа сияла будто солнце, но еще ярче горело что-то в ее правой руке, что-то длинное и острое, похожее на огромное копье. Найрин замахнулась, далеко отведя назад руку и выставив плечо, и со всей силы метнула копье вслед ведуну. Это была даже не молния, это был сам расплавленный свет. Ведун еще успел что-то гортанно выкрикнуть и попытаться закрыться руками, только молния прошила насквозь выставленный им щит и его самого, заставив на один миг его тело полыхнуть ослепительной вспышкой и рассыпаться в пепел. Молния исчезла, а вместе с ней и тело ведуна. Остальные враги быстро улетали, превратившись в черные точки на горизонте. Лэйк отдышалась и вскинула голову. По широкой дуге снижались из-под облаков корты верхом на ящерах, следом за ними медленно летели анай. Глаза отыскали Саиру: лицо той было перекошено от ярости и залито кровью, но держалась она в воздухе вполне сносно, значит, рана была несерьезной. Лэйк ощутила облегчение и разозлилась на себя за это. Не хватало еще волноваться за эту бхару! Она мне столько крови попортила в последнее время! Да лучше бы эти твари ее живьем сожрали! Правда, радость от этого все равно никуда не исчезла. Следом за Саирой спускались Эрис и Найрин. Вид у обеих был усталый, потрепанный, но вроде бы сильно никто ранен не был. У Боевой Целительницы вообще ни царапинки не было, даже белоснежная форма не помялась, а у Эрис виднелся кровоподтек чуть выше колена на левом бедре, но крови было немного. Лэйк махнула им нагинатой, приказывая снижаться, и первая направилась в сторону стоящих внизу Анкана. Плохо, конечно, что враги ушли. Но тут уж ничего не поделаешь. В этот раз они столкнулись с достойными соперниками, хорошо обученными, умными и неплохо вооруженными. Оставалось только гадать, почему анай не видели этих крылатых тварей еще ни разу до сегодняшнего дня. Она приземлилась и вложила нагинату в ножны. Неподалеку садились на землю наездники кортов. Первый из них, тот, что был ведуном, почти скатился со спины своего ящера и бегом бросился к поверженному животному царевича. Лэйк пристально наблюдала за ним. По какой-то странной причине этот ведун совсем не принимал участия в битвах, которые вели корты. Мог ли у них существовать какой-то запрет на сражения для ведунов? Если так подумать, то среди кортов очень редко против анай дрались ведуны, да и те только ветром управляли, и ни один из них не использовал свои способности в боевых целях. Может, что-то вроде запрета, какой есть у наших Способных Слышать? Впрочем, рассуждать об этом долго смысла не имело. Лэйк заметила, как оба Анкана склоняются над чем-то в траве, нахмурилась и поспешила туда. Среди сухих стеблей прошлогодней травы подыхал последний из нападавших. Его грудь неровно вздымалась, слышались громкие булькающие звуки и хрипы. Лэйк кивнула приземлившимся за ее спиной анай идти следом и подошла к Анкана. Рольх сидел на корточках возле твари, Истель стояла рядом. У врага была отрублена правая рука, левая не двигалась. Судя по всему, при ударе о землю он повредил позвоночник и сейчас умирал от попавшей в легкие крови. Она пузырилась и на тонких губах, бурунчиками вытекая изо рта на темную щеку, глаза с ненавистью смотрели на Анкана. - Дарах звихар гро цафир? – требовательно проговорил Рольх, нагибаясь над ним. Тварь только хрипела и молча глядела на него. Рольх повторил еще раз, громче, в голосе его звучала сталь: - Дарах звихар гро стах градзо цафир? - Дахари… кар дзо… анай… - с трудом проговорила тварь, давясь собственной кровью. – Дахари… во дзу… Брахтаг! По телу прошла сильнейшая конвульсия, и оно обмякло. Черные остекленевшие глаза смотрели в небо. Смерть слегка смягчила черты лица твари, сделав их почти человеческими. Лэйк очень внимательно пригляделась к твари и прищурилась: враг был смутно похож чертами лица на кортов-наездников. Если бы не кустистые брови, спускающиеся почти что до середины щеки, этот впалый нос и странный разрез глаз, издали его можно было бы принять за корта. Лэйк пристально посмотрела на Рольха, и он взглянул ей в ответ. - Что он сказал? – требовательно спросила она, кивнув на тело врага. - Что пришел убить анай во славу Брахтага, - без тени эмоций в голосе ответил Рольх. - Так они называют Неназываемого, - рассеяно добавила Истель, разглядывая тело. - Но откуда они знали, что мы пройдем здесь? – Лэйк принюхивалась к запаху Анкана. От них пахло лишь удивлением и сосредоточенностью, но не попыткой обмануть. И все равно она добавила: – Они поджидали нас? Дети Ночи не успели ответить ни слова: вперед из-за спины Лэйк выскочила Саира. Глаза ее метали молнии, а голова была чуть наклонена, словно у оскалившейся сумеречной кошки. - Ты спрашиваешь, откуда, первая? Ты еще спрашиваешь?! – прошипела Саира. – Да это они нас сюда привели! – ее палец ткнул в Рольха и Истель. - На этих тварей вывели! Это засада, спланированная засада, а не случайность! - Саира, - собрав все свое терпение, предупреждающе процедила Лэйк, но та не слушала. - Откуда вы знаете их язык, а?! – Саира склонила голову набок, испепеляя взглядом Рольха. – Уж не потому ли вы говорите на нем, что с ними заодно? - Саира! – настойчивее одернула ее Лэйк. - Это было частью моего обучения, - спокойно ответил Рольх. – Изучение языка Страны Мрака входит в программу обучения Детей Ночи, как и изучение других распространенных в Этлане языков. - Вот как! – рука Саиры легла на рукоять долора. – У вас на все есть ответ, а? Кроме того, зачем мы идем на развалины Кренена? - Я уже объясняла и не раз, - с ледяным спокойствием в голосе проговорила Истель. – Вы все увидите в свое время. Когда вы окажетесь там, вы сможете получить информацию о тех, кто угрожает вашему народу. - Это не ответ! – зарычала Саира. – Это только треп! Очередная размытая фраза, не значащая ничего! - Саира дель Лаэрт! – рявкнула Лэйк так, что та даже вздрогнула всем телом. Впрочем, она сразу же пришла в себя и резко развернулась к Лэйк. Глаза ее сощурились. Лэйк твердо добавила, уже более тихим голосом. – Возьми себя в руки и прекрати истерику. Чем тише ты будешь, тем проще будет понять, что здесь происходит. - Первая… - Я сказала, заткнись, Саира! – зарычала Лэйк, чувствуя, как во рту увеличиваются клыки. Сдерживать себя больше она просто физически не могла. – Если ты сейчас же не уймешься, мне придется применить силу! Ты – не первая пера, ты - никто, просто разведчица, и не самая лучшая при этом! Потому закрой рот и дай мне вести переговоры. А если хочешь оспорить мое право, так вперед, я только рада буду тебя здесь зарезать, чтобы твой поганый скулеж больше не слышать! С минуту они с Саирой смотрели друг другу в глаза, и дель Лаэрт выглядела так, будто сейчас кинется на нее. Ярость билась в глотке Лэйк пойманной в клетку птицей. Ей хотелось схватить эту бхару за загривок и бить лицом об землю до тех пор, пока в ее бестолковую, пустую башку не вобьется мысль о том, кто здесь главный. И сейчас она уже почти созрела для того, чтобы так и поступить. Саира ожгла ее разъяренным взглядом, резко развернулась на каблуках и зашагала прочь в степь с таким видом, будто собралась прямо сейчас же пешком возвращаться на северный фронт. Лэйк проводила ее взглядом, пока ее спина не отдалилась достаточно, чтобы не хотеть кинуть ей в между лопаток булыжником, и повернулась к Анкана, чувствуя, как конвульсивно дергается правый глаз. - Я требую объяснений, Дети Ночи, - Лэйк постаралась говорить так, чтобы зубы от ярости не клацали друг о друга. – Почему эти твари ждали нас здесь? Откуда они вообще узнали, в какую сторону мы движемся? Истель взглянула на Рольха. Они смотрели друг на друга несколько секунд без какого-либо выражения на лицах, даже не моргая, и у Лэйк возникло странное ощущение, что они каким-то образом умудряются общаться без слов. Потом Истель повернулась к Лэйк и проговорила: - Эти твари называются – стахи. Так же, как и дермаки, и Псари, и Свора, они имеют извращенную суть, искусственно измененную и усиленную прикосновениями Неназываемого природу. Стахи разумны, в отличие от большинства подопечных Сети'Агона. Они населяют острова в южной оконечности Северного Материка, держат там каменоломни, на которых работают рабы из числа людей и всех, кого они могут захватить. – Истель вновь повернулась, разглядывая труп. – Обычно Сети'Агон использует их лишь в самых крайних случаях. Воспроизводятся они не так легко, как дермаки, например, к тому же, они прекрасно обучены и очень сильны, а на их выращивание тратится очень много времени и ресурсов. Увидеть стахов так далеко к югу… - Она покачала головой, и в ее запахе Лэйк почудилось стойкое удивление. – Я не ожидала, что мы встретимся с ними. Видимо, анай очень сильно заинтересовали Неназываемого, раз он потратил множество времени и ресурсов на то, чтобы перевести отряд стахов на Западный Материк. - Что они здесь делают? – вновь повторила Лэйк. Ярость медленно отступала, но говорить все еще было трудно. Клянусь, однажды я убью проклятую носатую бхару! Справившись с собой, она добавила: - Все это выглядит так, будто они ждали именно нас. - Я бы сказал, что это не совсем так, - Рольх задумчиво разглядывал изрубленный труп, затем подался вперед и оторвал что-то от кольчуги на груди твари и бросил это Лэйк. Она механически поймала вещь и развернула кулак. На ладони лежал маленький красный значок с изображением крыла летучей мыши и двух молний, нарисованных у него по центру. – Это знак офицерского чина стахов, - продолжил Рольх. – Его наличие означает, что у находящихся здесь стахов есть иерархия, как и присутствие среди них двух черных ведунов. В таком случае, на мой взгляд, имеет смысл говорить о крупном воинском формировании стахов, возможно даже, об армии, которую переправили сюда для поддержки пеших войск с воздуха. То, что мы встретили, всего лишь пограничный отряд, небольшой, выставленный на тот случай, что в этой глухомани все-таки может быть кто-то живой. - Это только доказывает их присутствие здесь в большом количестве, - кивнула Истель, хмурясь и глядя на восток. – Если они отряжают солдат, чтобы стеречь абсолютно пустынную опушку леса, значит, перестраховываются, чтобы об их присутствии здесь точно не стало никому известно. - Теперь это известно нам, - подытожил Рольх. – Так как мы убили не всех, придется соблюдать крайнюю осторожность. Нас будут искать. - Значит, пойдем по ночам под сводами леса, - Истель тревожно взглянула на него. – По ночам же эти твари спят, как все остальные расы. Они будут менее бдительны. Только что делать с макто? Они же не смогут протискиваться между древесных стволов, особенно если мы в чащу зайдем. - Могут лететь выше облаков, - задумчиво сказал Рольх. – Риск большой, но выбора-то у нас все равно нет. Они разговаривали друг с другом так, будто совсем забыли о существовании Лэйк, и от этого ярость снова заворочалась внутри растревоженным зверем. - То есть вы хотите сказать, что все это – просто совпадение? – вздернула бровь она, оглядывая обоих Детей Ночи. – Что эти твари случайно оказались здесь, а вовсе не поджидали нас? И сразу же решили напасть? - Они увидели всего-то четырех анай и четырех вельдов на ящерах, ну, может еще двух конников. Откуда им было знать, что мы Анкана? – пожал плечами Рольх. – На таком расстоянии они вряд ли смогли бы ощутить в нас способность соединяться с Источниками. - Стахи – одни из сильнейших воинов Сети'Агона, - кивнула Истель. – Им нет равных в воздушном бою. Возможно, они решили, что с легкостью одолеют вас, тем более с двумя ведунами в придачу. Все их объяснения звучали правдоподобно, но уж слишком гладко. Лэйк внимательно переводила взгляд с лица Дочери Ночи на лицо Сына Ночи и обратно, принюхиваясь к ним и стремясь уловить ложь в их запахе. Но ее там не было: только спокойная уверенность, легкое удивление и тревога. Но никакой лжи. Видимо, Саира тебя довела своими подозрениями. Впрочем, до конца доверять этим людям тоже не следовало. - Я поверю вам в последний раз, - негромко предупредила Лэйк. – Если нам встретится еще одно такое «совпадение», боюсь, нам придется пересмотреть условия, на которых все мы согласились на ваше предложение. - Все в руках Создателя, Лэйк дель Каэрос, - темные глаза Истель не выражали ничего. – И на все – его воля. Лэйк тяжело посмотрела в ответ. Ей уже обрыдли все эти ничего не значащие фразы, не несущие в себе никакой конкретики. Но тут издали послышался громкий голос: - Рольх'Кан! Сидящий у костра Сын Ночи вскинул голову, и Лэйк тоже обернулась, наблюдая за тем, как к ним быстро направляется ведун кортов. Все его лицо пересекали тонкие полоски шрамов, похожих на следы от еловой хвои. Его звали Дитр, и из всех кортов он был, пожалуй, менее всего неприятен Лэйк. Во всяком случае, когда ей приходилось встречаться с ним у костра Анкана, Дитр всегда вел себя спокойно и уважительно, не нарывался, не хамил и не пытался завуалировано оскорблять анай, как все остальные. Он только сидел и слушал. Сейчас вид у него был взволнованный, и морщина тревоги пересекла иссеченный шрамами лоб. - Рольх'Кан, нам нужна ваша помощь! – проговорил Дитр, подойдя к ним. Несмотря на то что почти бежал, он даже не запыхался. Все корты были в отличной физической форме. Только им это не поможет, - мрачно подумала Лэйк. - Что случилось, Черноглазый Дитр? – Рольх поднялся на ноги и взглянул на ведуна. - Эти твари зацепили Вильхе, макто Сына Неба. Он смог приземлиться, но от удара о землю рана разошлась. Я не могу исцелять, да и сшить края раны тоже не в моих силах. Сын Неба просит вас об услуге, - на последних словах от Дитра запахло удивлением и радостью, и Лэйк подозрительно уставилась на него. Чего это его так обрадовало? Что его царевич, наконец, нагнул свою упрямую гордую шею? Значит, даже среди его ближайших соратников существовал раскол. - Я осмотрю макто, но вряд ли мы с Истель сможем что-то сделать, - голос Рольха звучал устало, да и пахло от него разочарованием. – Сил осталось слишком мало, да к тому же, я не очень хорош в исцелении животных. Тем не менее, он запахнул свой плащ и пошел следом за Дитром в сторону макто, а за ним направилась и Истель. Лэйк проводила их взглядом, как вдруг подала голос и Найрин: - Пойдем-ка, посмотрим, что они там будут делать, - нимфа слегка подтолкнула ее вперед. - Зачем? – удивленно взглянула на нее Лэйк. – Тебе есть дело до того, что одного из этих ящеров подбили? Нам же лучше, меньше работы потом останется! - Я хочу посмотреть, какие потоки они будут использовать для исцеления, а если я одна туда пойду, боюсь, это будет неправильно воспринято, - быстро зашептала Найрин, настойчиво подталкивая Лэйк в сторону лагеря кортов. – Так что давай, пойдем, посмотрим. Лэйк вопросительно взглянула на Эрис, и та только пожала плечами, видимо, не имея ничего против. Втроем они направились по пятам за Анкана. Ящер (макто?) лежал на боку и тяжело дышал. Большая лужа крови натекла на землю из его полуотрубленного крыла, красные капли срывались вниз и капали в эту лужу. Возле его головы на корточках сидел Сын Неба, прижимаясь лбом ко лбу громадного ящера и прикрыв глаза. Рядом неуклюже топтались еще двое парней: здоровенный кучерявый Бьерн, которого Саира прозвала Медведем, и Лейв, что все время задирался и петушился по любому поводу. Любовник царевича Кирх сидел на корточках в стороне, хмурился и колдовал над целым рядком каких-то банок и склянок, подготавливая целебные припарки. Только судя по виду макто, помочь ему могло лишь чудо. Пасть ящера приоткрылась, из уголка стекала уже начавшая пениться слюна, он тяжело дышал, а глаза заволокла полупрозрачная пленка, за которой плавал закатившийся зрачок. Проще было бы добить тварь, чтобы не мучилась. Вряд ли ее сейчас спас бы и самый искусный целитель. Но поведение царевича было любопытно. Он сжимал голову своего питомца так, будто пытался передать ему собственные силы. Руки его мелко подрагивали, а лицо было напряженным. Лэйк на секунду ради интереса взглянула на него волчьим взглядом: аура царевича пылала ярко-голубым светом, словно весеннее небо в середине дня. - А они что тут делают? – сразу же взвился Лейв, когда анай подошли вслед за Детьми Ночи к распростертому на земле телу ящера. – Поглумиться пришли над нашим горем?! Проклятые… - Замолчи, Лейв, - беззлобно толкнул его в плечо Медведь. – И без твоих воплей тошно. Лейв захлопнул рот, но смотрел на анай исподлобья и тяжело дышал. Лэйк только ухмыльнулась про себя. Та же Саира, только повыше и не такая округлая. А мозгов столько же. - Вы сможете помочь ему? – с надеждой в голосе спросил Медведь у подошедших Детей Ночи. – Может, есть какой-то шанс… Царевич не шевелился, но Лэйк ощутила, как он весь обратился в слух. От него доносился запах нечеловеческого напряжения, сквозь которое прорывались острые красные шипы боли. Лэйк сморгнула. Неужели корт мог испытывать такую глубокую привязанность к чешуйчатой твари, на которой летает? - Дай нам минутку, - тихо ответила Истель. Анкана застыли, протянув ладони в сторону тяжело дышащего ящера и прикрыв глаза. Лэйк с интересом наблюдала за ними, ожидая исхода. Рядом только тихонько вздохнула Эрис. Лэйк повернула голову: вид у сестры был каким-то возбужденным. Она бросила на Лэйк выразительный взгляд и указала кивком головы на Найрин. Лэйк приподняла бровь, пытаясь понять, что та от нее хочет. Найрин тоже вопросительно взглянула на Эрис, а та только глаза закатила от раздражения и вновь мотнула головой на Найрин. - Боюсь, здесь мы ничего не сможем сделать, - тихим голосом проговорил Рольх, в нем слышалось неподдельное сочувствие. – Макто нужно добить, чтобы он не страдал. - Да не может быть! – разъяренно заорал Лейв. – Вы же ведуны! Эрис подхватила Лэйк и Найрин за локти, развернула к себе и быстро заговорила: - Пусть Найрин исцелит эту зверюгу, тогда их царевич окажется у нас в долгу. - И что нам это даст? – недоверчиво выгнула бровь Лэйк. – Я все равно убью его, когда все это закончится. Тот факт, что он будет мне должником, вряд ли как-то на это повлияет. - Наставница Ия на своих лекциях говорила, что мы должны использовать любую возможность, которая дает нам стратегическое преимущество, - еще настойчивее зашептала Эрис. – Если Найрин исцелит эту бестию, к которой царевич так сильно привязан, он окажется в наших руках. Судя по всему, его слово все-таки что-то значит для него, учитывая тот факт, что они до сих пор не нападают на нас, как он и поклялся, хоть этот молодой придурок Лейв и пытается все время спровоцировать ссору. А коли тебе будет должен царевич кортов, мы сможем извлечь из этого пользу. Просто сделай так и все! - С чего вы взяли, что я вообще смогу исцелить эту тварь? – еще яростнее зашептала Найрин. Весь ее вид изображал праведное негодование. – Я устала, как собака! Зачем мне тратить последние крохи сил на это? - Ты что, не слушала все то, что я говорила до этого? – ощетинилась Эрис. – Мне двадцать раз одно и то же повторять? Лэйк поверх плеча сестры взглянула на стоящих вокруг тела людей. Лейв орал, размахивая руками, Медведь пытался его успокоить. Бормотали Анкана, отделываясь фразами соболезнования. Упрямо толок в ступках лекарство, закусив губы, любовник царевича, только все это было бесполезно. А сам царевич и не думал двигаться. Он сидел на земле и сжимал голову своего макто двумя руками, приникнув своим лбом к его лбу так, будто хотел, чтобы их головы срослись. Его аура сияла, словно весеннее небо, а пахло от него стремлением. Лэйк прищурилась. Ничего не осталось в этом в его запахе, кроме стремления, нечеловеческого надрыва, стремящегося удержать ящера в живых. Она прищурилась, глядя внимательнее. Не везде на теле Тьярда аура была голубой. Прямо посреди его груди, в том месте, где у анай располагался золотой клубочек крыльев Богини, у Тьярда пылала ослепительно белым светом точка, больше похожая на крохотную звездочку, упавшую с неба. Ей вспомнились все разговоры у костра Детей Ночи, его слова, его обещание. И это невероятное желание спасти макто. Он сдержит свое слово, внезапно поняла Лэйк. Не просто головой поняла, а ощутила всем своим телом. И если я сейчас позволю Найрин исцелить этого ящера, он окажется целиком в моей власти. - Давай! – резко кивнула она, поворачиваясь к приглушенно спорящим разведчицам. - Лэйк? – удивленно заморгала Найрин. - Эрис права, - твердо кивнула Лэйк. – Лечи его. Не знаю зачем, но нам это еще пригодится. С минуту Найрин недоверчиво разглядывала их с Эрис лица, а потом медленно кивнула: - Раз вы говорите, что это необходимо, я сделаю. Лэйк кивнула, наблюдая за тем, как нимфа расправляет плечи и идет к Детям Ночи и кортам. Лейв продолжал что-то выкрикивать, но все взгляды уже обратились на нее. В темных глазах Анкана был вопрос, корты смотрели с надеждой и удивлением. - Я могу помочь, - просто сказала Найрин. Лейв захлопнул рот, и над степью воцарилась тишина. Все смотрели на Найрин. Корты молчали, пораженные до глубины души, не зная, что и сказать. Даже руки любовника царевича замерли над ступкой, и он во все глаза смотрел на облаченную в белое Боевую Целительницу. Царевич очень медленно поднял голову ото лба макто. Он взглянул в глаза Найрин, хоть на лице его и было написано усилие. Судя по всему, он продолжал каким-то странным образом бороться за жизнь твари: Лэйк видела, как пульсирует белоснежная капелька в его груди. Разомкнув губы, царевич тихо произнес: - Зачем тебе это? Он обращался к Найрин напрямую, не через кого-то. Уже второй раз корт обратился напрямую к одной из анай, хоть это и было строжайше запрещено по закону. Найрин устало вздохнула: - Ты хочешь спасти своего макто или нет? Не мигая, царевич переместил взгляд с лица Найрин в глаза Лэйк. Теперь они молча смотрели друг на друга, без слов понимая, что сейчас происходило. Впервые в истории анай протянула руку помощи корту, впервые в истории тот добровольно становился ее должником. Губы Тьярда дрожали от напряжения, морщины избороздили лоб. Лэйк с удивлением поняла, что это был уже совсем не тот мальчик, которого они встретили пару недель назад у Железного Леса. Он менялся, и менялся пугающе быстро. Оставалось только понять, к чему эти изменения приведут в итоге. В конце концов, царевич отчетливо проговорил, глядя Лэйк в глаза: - Я приму любую помощь, которую вы сможете мне оказать. И если Вильхе выживет, я ваш должник. - Что?!.. – задохнулся от возмущения Лейв. – Ты в своем уме, Тьярд?! - Лэйк! – прозвучал издали голос Саиры. – Да что же ты делаешь, бхара проклятущая?! - Не смей! Ты позоришь своего отца! – вопил Лейв, и Медведь вдруг с неожиданной силой отвесил ему тяжеленную затрещину и сердито крикнул: - Заткнись, Лейв! Просто заткнись и не лезь в дела Сына Неба! Напряженные голоса звенели в холодном предзимнем воздухе. Заговорили и Анкана, увещевая Лейва с Бьерном, едва не сцепившихся возле раненого макто. К этому добавилось раздраженное фырканье любовника царевича, ровный голос Дитра, вопли Саиры откуда-то издали. И только царевич и Лэйк молча смотрели друг на друга. Найрин обернулась, вздернув бровь в молчаливом вопросе, и Лэйк медленно кивнула ей. Нимфа шагнула к макто, осторожно положила руку ему на брюхо и прикрыла глаза. Царевич задержался еще взглядом на Лэйк, а потом отвернулся от нее и стал внимательно наблюдать за тем, что делает Боевая Целительница. - Мне кажется, сейчас произошло что-то важное, - тихо-тихо проговорила Эрис, сжимая плечо Лэйк. - Мне тоже, - хрипло ответила она.