Lost in the sun. Осколки памяти

Дитр ухмылялся под нос, глядя в пламя. Каждый божий день этот забавный, самонадеянный и, в общем-то, неплохой мальчик Ферунг устраивал что-то, чтобы их повеселить, и наблюдать за его горячностью было одно удовольствие. Так много в нем было жизни, так много света и глупости юности. Он был похож на молодого задорного щенка, что подпрыгивает высоко вверх на глазах у взрослых собак, хватая зубами бабочек и пытаясь доказать, что он тоже уже взрослый и достаточно храбрый, чтобы охотиться вместе с ними. Или сует нос как можно ближе к горящему костру, демонстрируя свою храбрость. И даже не замечает, насколько глупыми выглядят его поступки. Если бы Дитр был на месте Сына Неба, он бы давно уже позволил ему обжечь свой глупый нос, чтобы усвоить урок. Только Дитр Тьярдом не был. - Позволь мне отыскать его, Тьярд, - в голосе Бьерна звучала усталость, перемешанная с раздражением, но он упрямо нагнул голову и говорил напористо, сопровождая свои слова ударом кулака по ладони. – Я больше чем уверен, что он просто психанул и решил разобраться с этой носатой анатиай. Она и сама не святая, ты же не раз видел, как она косится в нашу сторону. Пусть себе подерутся. Вряд ли они убьют друг друга. Не будем привлекать к этому шума. А я найду их и верну дурака. - Я дал слово, Бьерн, - угрюмо проговорил Тьярд. – Я поклялся, что драк не будет. Если он игнорирует мое слово, он игнорирует мою власть. А ты знаешь закон. - Иртан! – едва не вскричал Бьерн. – Не собираешься же ты ссылать его за его собственную глупость? И куда ссылать? Мы в лесу на другой стороне Роура от дома! Его нельзя отпускать обратно одного, он не переживет дороги. - Глупый избалованный мальчишка! – проворчал сидящий рядом с Дитром Кирх. – Только и может, что создавать другим неприятности. - Я не буду его ссылать, - покачал головой Тьярд, и в голосе его прорезались тяжелые нотки. – Но на этот раз он доигрался. И пощады больше не будет. - Делай с ним все, что угодно, Сын Неба, только позволь мне привести этого идиота обратно, - Бьерн устало вздохнул. Тьярд не ответил. Дитр повернул голову и взглянул на него. Царевич сильно изменился за последнее время, став задумчивым и тихим. Тревожная морщина залегла между бровей, он все больше молчал и все время раздумывал о чем-то, бессознательно поглаживая рукоять ятагана Ярто Основателя. Дитру оставалось только гадать, что у него в голове. То ли царевич уже озверел от общества дуралея Лейва, то ли принял какое-то решение, о котором остальным своим спутникам не говорил. Возможно, об этом решении знал Кирх, потому как внешне он не проявлял никаких признаков беспокойства, поглядывая на Тьярда, словно доверял ему целиком и полностью. Что ж, однажды нам всем придется научиться это делать, и сейчас как раз самое подходящее время. Дитр поворошил прутиком угли в костре, прищурившись на пламя. Он был вельдом и присягал царской семье, как и любой другой Черноглазый. Его делом было следовать, не рассуждая. Даже если тот, кто его вел, был младше и неопытнее его. Ничего, еще научится. Жизнь всему научит, нужно только не мешать ей. Со стороны лагеря анатиай послышалось какое-то оживление. Дитр взглянул туда. Темноволосая жилистая волчица поднялась с бревна, на котором сидела, и быстрым шагом направилась в сторону зарослей, за которыми укрылся ручей. - Боюсь, теперь уже тихо не получится, - нахмурившись, проговорил Тьярд. - Вот ведь придурок-то! – поморщился сидящий у костра Кирх. Бьерн тоже взглянул в сторону, куда ушла анатиай. Лицо его потемнело, и он решительно обернулся к Тьярду. - Это ничего не меняет. Ссору еще вполне можно предотвратить. Анатиай не хотят ссориться с нами. Им тоже нужно увидеть Кренен. Вполне возможно, что я смогу убедить Лэйк дель Каэрос не придавать дело огласке. Тогда никто и не узнает, что эти два дурака сцепились. Она ведь сама постоянно страдает из-за этой носатой и ее выходок, ты же сам видел. - Так и было до того момента, как они начали спать вместе, - еще более мрачно проговорил Тьярд, не сводя глаз с севера. – И если раньше еще был какой-то шанс рассчитывать на помощь волчицы, то теперь она за эту носатую горой. - Она не выглядит настолько глупой, чтобы потерять голову из-за женщины, - недоверчиво заметил Бьерн. - Мы не знаем их, - задумчиво отозвался Тьярд. – Наверное, в этом-то и состоит самая большая проблема. Мы совсем не знаем их и не успели изучить за целых два тысячелетия, что сражались с ними. Возможно, если бы мы попытались их понять и взглянуть на мир их глазами, то нашли бы способ их победить. Дитр вновь улыбнулся, глядя в пламя. Он не слишком хорошо знал Хранителя Памяти Верго, но прямо сейчас в голосе молодого Сына Неба звучали его нотки. Вот и хорошо. Наступит день, когда этот мальчик положит начало новой династии. И если все пойдет такими темпами, как шло сейчас, то Эрнальд ждет совершенно иное будущее, новый мир, в котором сможет наконец воплотиться мечта его Основателей. Вельды перестанут быть изгнанниками, покинувшими Божью Страну, и станут чем-то большим, чем-то гораздо более прекрасным. - Боюсь, мы не сможем этого сделать, если Лейв сейчас дерется с их носатой, - Бьерн умоляюще взглянул на Тьярда. Он едва не перетаптывался на месте от нетерпения. – Ну позволь ты мне пойти туда и привести его. Если он увидит тебя, то сразу же взбесится и начнет пыжиться, словно макто перед своим первым полетом. А меня он послушает. - Мне надоело уговаривать его, Бьерн, - устало проговорил Тьярд. – Мне надоело следить за каждым его шагом, за каждым взглядом. Прав был Хранитель Памяти, не стоило ни при каких обстоятельствах брать этого дурака с собой. - Ну, наконец-то! – всплеснул руками Кирх. – Я уж думал, что никогда этого не услышу! - С другой стороны, - негромко заметил Дитр, - раз Лейв Ферунг с нами, значит, он тоже часть узора Единоглазых Марн. И он тоже здесь зачем-то нужен. - Только поэтому я до сих пор его и не прогнал, - пробормотал под нос Тьярд, тяжело кивнув, потом вскинул голову и проговорил: - Я видел эту женщину в бою. Пусть намнет бока Лейву хоть раз, вряд ли он сможет противопоставить ей что-то серьезное. Хоть раз получит свой урок, может, потише станет. - Ты так уверен, что она сможет его победить? – с сомнением вздернул бровь Бьерн. - Ты же сам видел, как они дерутся, - взгляд Тьярда стал тяжелым, но в голосе проскользнуло восхищение. – У меня такое ощущение, что они уже рождаются с оружием в руках. А это значит, что она положит Лейва. И поделом ему, больше не полезет. Надеюсь, его поражения будет достаточно для того, чтобы анатиай не посчитали драку нарушением договора. Видит Иртан, я все сделал для того, чтобы предотвратить это. - Но он же вельд, Тьярд! – брови Бьерна поползли к переносице, а плечи напряглись. Теперь он еще больше походил на медведя, причем на медведя, который начал злиться. – Ты позволишь нашему кровному врагу избить его? Отступнице? - Я еще раз повторяю, Бьерн, он сам напросился, - Тьярд тяжело взглянул на парня. – Был бы умнее, не полез бы. Ладонь Сына Неба вновь легла на рукоять ятагана, и он отвернулся, глядя на разбитый рядом с ними лагерь Анкана. Взгляд у него при этом был напряженный и ищущий, и Дитр вдруг поежился. Не хотелось бы ему сейчас оказаться в шкуре Тьярда. Идти против всего своего народа и всех вековых устоев ради не совсем внятной цели, идти против собственных друзей, заключая союз с врагом. Насколько же сильно царевич верил в то, что он делал! И сколько воли ему нужно было для того, чтобы удержать своих спутников от необдуманных действий и заставить их следовать выбранному им пути! Дитр еще раз присмотрелся к Сыну Неба. Судя по всему, решение это давалось Тьярду тяжело. Вид у него был усталый и хмурый, под глазами залегли темные круги, кожа посерела, да и стоял он как-то нескладно, слегка сгорбившись. Долг не коромысло, с плеч не снимешь, - вспомнил Дитр старую поговорку, которую часто любил повторять его отец. Теперь царевич на собственной шкуре прочувствовал смысл этих слов. Бьерн насупился и открыл было рот, чтобы вновь возразить, но тут Тьярд резко вскинул руку, вглядываясь в сторону костра анатиай. Дитр тоже посмотрел туда. Беловолосая зеленоглазая нимфа с серебристыми крыльями, которую анатиай считали за свою, вдруг резко вскочила с бревна и что-то жарко заговорила своим сестрам. А потом бегом сорвалась с места к костру Анкана. - Что это с ней? – прищурился Кирх, вглядываясь в ночь. - Наверное, что-то случилось, - пробормотал Тьярд. - Это Лейв, - Бьерн уверенно кивнул головой, глядя на Сына Неба. – Скорее всего, что-то произошло между Лейвом и этой носатой. Я говорил тебе, Тьярд, что нужно идти выручать его. - Я понимаю, что ты любишь его, Бьерн, но сейчас это несущественно. – После этих слов царевича Бьерн вспыхнул, будто маков цвет, и опустил глаза. В этом тоже было отличие Тьярда от всех остальных вельдов: он никогда не боялся говорить правду о чувствах, которые не поощрялись и скрывались среди народа. Тьярд был счастлив, и ему было плевать на то, что и кто по этому поводу думает. Это импонировало в нем Дитру. Сын Неба же не обратил на реакцию Бьерна никакого внимания, все так же вглядываясь в то, что происходило у костра Анкана. – Сейчас важнее, чем все это кончится. Судя по встревоженному виду беловолосой нимфы, случилось что-то плохое, потому что даже Дети Ночи сразу же поднялись со своих мест. Рольх повернулся к вельдам и кивнул головой Тьярду, приглашая того подойти. - Мог бы проявить и побольше почтения, - проворчал под нос Кирх. - Сейчас сила на его стороне, - пожал плечами Тьярд. – Он знает больше нас, потому и может позволить себе грубость. Пойдемте послушаем, что он скажет. Что-то такое было в голосе царевича, что даже Бьерн не стал спорить, хоть желваки на его щеках и ходили ходуном. Он неохотно кивнул и пристроился следом за направившимся вперед Сыном Неба, которого неотступно сопровождал Кирх. Дитр тоже нехотя поднялся с бревна. После долгого дневного перехода ноги гудели и требовали отдыха, но игнорировать приказ царевича он не собирался, не говоря уже о том, что ему и самому было любопытно, что там происходит. Лица Анкана были спокойны, но в темных глаза поблескивало напряжение. Что касается нимфы, то у нее вид был решительнее некуда, и скрывать свои чувства она вовсе не планировала. Дитр взглянул ей через плечо: ее сестры быстро и методично сворачивали лагерь. - Что случилось, Дети Ночи? – негромко спросил Тьярд. - Лэйк дель Каэрос передала сообщение, - ответила Истель'Кан. – К северу от лагеря замечены дермаки. Судя по всему, они следили за нами, и на их следы наткнулись ваш спутник Лейв и Саира дель Лаэрт. Они ушли на север за дермаками, а Лэйк вызвалась их догнать. Так что, боюсь, нам придется сниматься с места и идти следом за ней. - Я так понимаю, вряд ли у нас есть шанс дождаться их здесь, не так ли? – негромко произнес Сын Неба. Анкана отрицательно покачали головами, а Дитр услышал, как рядом тихо сквозь зубы выругался Кирх, помянув глупость Лейва. Тьярд утвердительно кивнул и спросил: - В таком случае, в какую сторону нам нужно двигаться? Задайте направление хотя бы. Тогда я смогу отослать макто в небо, пока темно, чтобы они не мешали нам во время погони. - Следы ведут на север, - энергично потерла руки Истель. – Мы будем немного отставать по времени из-за того, что придется сворачивать лагерь. Но я думаю, что мы все равно достаточно быстро нагоним их. - Вряд ли, - покачал головой Бьерн. – Лейв ушел уже около часа назад, если не больше. У него ноги длинные, он за это время уже прилично отмахал, так что может быть где угодно. - Но есть же и другой способ, - проговорила нимфа, выразительно глядя на Анкана. – Мы можем создать несколько этих дыр в пространстве и с их помощью преодолеть расстояние гораздо быстрее. - Это можно сделать только в том случае, если мы уверены, что след идет четко на север, - поджала губы Истель. – Если они где-то свернули, мы рискуем ошибиться точкой выхода и заблудиться в лесу. Или, того хуже, угодить прямо в лагерь стахов. - Не говоря уже о том, что ведуны стахов могут почувствовать, что мы используем Источники, - добавил Рольх. - Мы можем передвигаться на небольшие расстояния, - не сдавалась нимфа. – Двигаться прыжками по пятьдесят метров. Это в любом случае будет быстрее, да и стахов собьет с толку, если они тут есть. Такую траекторию сложно будет отследить. - Вряд ли это возможно, - вновь повторила Истель. Вид у нее был такой, словно из нее слова клещами драли. – У нас с Рольхом хватит сил только на то, чтобы пройти самим вместе с лошадьми. А вы пройти уже не сможете. - Я тоже Боевая Целительница, как и вы, - пожала плечами нимфа. – Если вы покажете мне рисунок, я проведу остальных. Дитр вновь ухмыльнулся в кулак. А девчонка-то оказалась бхарски умна. Он уже давно заметил, как она любыми правдами и неправдами пытается выведать у Анкана секрет перемещения сквозь отверстия в пространстве, и догадывался, что они забросили этот способ передвижения только для того, чтобы не показывать ей рисунок. И сейчас Детям Ночи оставалось либо признаться, что они малодушно не желают делиться своими знаниями, либо дать ей увидеть то, чего она так хотела. - Я уже говорила тебе, что твой потенциал еще недостаточно развит для такого рисунка, - безмятежным голосом проговорила Истель, но Дитр прекрасно видел, как кривились уголки ее губ. – Подожди еще некоторое время, и тогда… - Что тогда? – нимфа прищурилась, и опасный огонек зажегся в ее зеленых глазах. – Сейчас речь идет о безопасности двух моих сестер, ушедших в кишащий дермаками лес. И я не собираюсь ждать вообще. Или вы сейчас же показываете мне рисунок, и мы отправляемся следом за Лэйк, или наше соглашение аннулируется. - Ты не можешь разорвать это соглашение, не ты его заключала, - покачала головой Истель. - Да, его заключала первая нашего отряда, Лэйк. Но в отсутствие первой любого воинского подразделения, а также офицеров, что могут ее заменить, по законам всех кланов анай командование переходит к Боевой Целительнице подразделения. А это значит, что сейчас все решаю я, - в голосе нимфы звенело плохо сдерживаемое нетерпение. Дитр с интересом взглянул на анатиай. Он уже давно заметил в ней твердый характер и неукротимую волю, а также то, с каким уважением остальные сестры прислушиваются к ее мнению. Для него до сих пор оставалось странным то, какую большую роль в обществе анатиай играли ведьмы, способные касаться обоих Источников. Не говоря уже о том, что им дозволялось сражаться. Как и всегда от этой мысли внутри зашевелилось что-то неприятное, похожее то ли на стыд, то ли на обиду. Дитр передернул плечами, прогоняя это чувство. Он дал клятвы не применять своей силы в качестве оружия, и он эту клятву не нарушит. Что бы там вокруг него ни происходило. Судя по всему, слова нимфы проняли-таки Анкана. Истель посмотрела на нее ничего не выражающим взглядом, поджав узкие губы, взглянула на Рольха. И они оба застыли, глядя друг другу в лицо, словно общаясь при этом мысленно. Дитр подозревал, что его предположение было не слишком далеко от правды. Во всех рассказах Анкана фигурировали по двое, всегда мужчина и женщина, работающие в паре. И Трон Ночей тоже представлял собой пару: Мать и Отца Ночей, осуществляющих совместное управление орденом Анкана. Между Истель и Рольхом тоже было установлено некое равновесие, основанное на взаимном уважении и общих интересах. Они никогда не ссорились прилюдно, часто уступали друг другу право голоса при решении тех или иных вопросов. Но и личной привязанности не демонстрировали: то ли хорошо скрывали, то ли ее просто не было. Больше всего эти двое походили на родителей самого Дитра: заключивших брак ради укрепления своих домов и не питающих друг к другу никаких теплых чувств, но при этом уважающих свободу и личное пространство друг друга. Судя по всему, у Анкана все же существовала определенная иерархия и какая-то внутренняя связь между Сыновьями и Дочерьми Ночи, но ее природы он пока еще понять не смог. Вот и сейчас они смотрели друг другу в лица так напряженно, будто вели между собой жаркий беззвучный спор. Рольх первым угрюмо кивнул, Истель зыркнула на него, нахмурилась и вздохнула. - Хорошо, мы покажем тебе рисунок, но всю ответственность за людей, которых ты поведешь за Грань, ты берешь на себя. И знай, что если что-то там с вами случится, мы вам помочь уже не сможем, - голос у нее звенел от нежелания. – Тот, кто входит за Грань, соприкасается с такими силами, какие тебе и не снились. Там – другой мир, мир чистых энергий и сущностей, полностью правящих ими. И если ты достаточно сильна, то ты выйдешь оттуда такой же, как и вошла. А вот если нет, то даже я не смогу тебе сказать, где ты окажешься, и что с тобой произойдет. - Во время обучения часть адептов навсегда пропадает, вступая за Грань, - разомкнул губы Рольх, тяжело глядя на нимфу. – Да и среди полноправных Анкана тоже такое случается, хоть и очень редко. Так что ответственность за себя и тех, кого ты за собой поведешь, целиком и полностью лежит на тебе, дочь гор. - Я понимаю это, Рольх'Кан, - теперь голос нимфы звучал тише, но уверенности в нем не убавилось. – Я готова рискнуть. - Хорошо, - кивнул Рольх. Дитр заметил, как дрогнули ресницы нимфы. Больше она себя ничем не выдала, но теперь ему стало понятно, что девчонка вовсе не была уверена в том, что ведуны согласятся. Что ж, сыграно было хорошо и красиво. Ему, правда, теперь было любопытно, чего это будет в дальнейшем стоить наглой и самонадеянной нимфе. - Но перед тем, как идти, нам придется обсудить дальнейший путь, - безмятежность вновь поплыла в голосе Истель топленым молоком, но взгляд оставался таким же острым. – Как только мы создадим целую череду проходов за Грань, ведуны стахов нас почувствуют. Выброс энергии из Источников будет достаточно сильным для того, чтобы они ощутили нас и на другой стороне леса. А это значит, что нам нельзя будет больше здесь оставаться, и нужно будет продвигаться в сторону Кренена как можно быстрее. - Так это же замечательные новости, Истель'Кан, - в голосе Сына Неба звучал сарказм. Он сложил на груди руки и смотрел на женщину сверху вниз. – Кажется, мы уже почти месяц просим вас сделать это чересчур длинное путешествие короче. - Спешка не всегда бывает на пользу, Сын Неба, - сухо заметил Рольх. – Вам это известно гораздо лучше, чем кому-либо другому. - Но не тогда, когда моя родина подвергается серьезной опасности, Сын Ночи, - жестко взглянул в ответ Тьярд. – Возможно, если бы у вас была родина, вы бы смогли это прочувствовать, как и я. - Моя родина – весь мир, Тьярд, - Рольх усмехнулся углом рта, тяжело глядя на вельда. – Поверьте, я испытываю не меньшую тревогу за ее существование, чем ваша. Тьярд сжал челюсти так, что на щеках заиграли желваки. Дитр присмотрелся к нему и вдруг охнул: вокруг Сына Неба вновь появилось свечение, только теперь иное. Прямо сквозь его голову он видел другого Тьярда, который был гораздо старше нынешнего. Волосы его поседели, а лицо обветрилось и покрылось сетью глубоких морщин. Заострились его черты, глаза стали тяжелыми и глубокими, почти такими же холодными, как у его отца. Дитр видел Тьярда стоящим на самом краю пропасти, в которой бесновались огненные валы. Эти валы становились все выше и выше. Вот они хлестнули по краю скалы у ног Тьярда, перелились через край и хлынули широкой волной лавы, огибая его сапоги, поднимаясь еще выше. А Сын Неба только стоял и напряженно вглядывался вперед, сжав зубы и не обращая внимания на то, как тлеет на нем одежда, как трескается от жара мясо, как начинает гореть его тело. Что-то шевелилось на плечах Тьярда, что-то, что поначалу Дитр принял за плащ. Он пригляделся внимательнее и увидел тысячи тысяч крохотных фигурок. Там были мужчины, и женщины, и дети, десятки тысяч крохотных человечков, сидящих у Сына Неба на плечах. А огонь уже перехлестнул поясницу, подбираясь все выше к его груди. Тьярд намертво сжал зубы и поднял руки, вытягивая их все выше к сумрачному небу, в котором мелькнула серебристая полоса. Дитр молча смотрел, как эта полоса раздвигается в прямоугольные врата, сотканные из самого света, и за ними не было ничего, кроме ослепительного золотистого сияния. Тьярд потянулся изо всех сил и почти что коснулся кончиками пальцев золотых врат. И все крохотные фигурки людей устремились по его рукам, как по мостам, к сияющему свету над его головой. Огненные валы пенились и выплескивали искры, швыряя их вверх. Огонь брызгал в лицо Тьярду, выжигая на его коже глубокие почерневшие раны. Одежда на нем горела, и все вокруг начал заволакивать едкий черный дым. А Сын Неба внезапно раздвинул губы в улыбке и совсем по-мальчишески засмеялся, вытягивая ладони к золотым вратам, и морщины на его лице на миг разгладились, почти вернув ему нынешний облик. Почти. Он смеялся до самого конца, пока огненные валы поднимались вдоль его плеч, поглощая сантиметр за сантиметром его тело, выше, к шее и подбородку. Он тянул руки к золотому дверному проему, и тысячи людей спасались бегством от огненной напасти. И только когда последний из них переступил через золотой порог, Тьярд откинул голову и закрыл глаза. И в следующий миг огненный вал поглотил его. Видение исчезло так же резко, как и пришло. Дитр сморгнул, чувствуя невыносимую свежесть и одновременно с этим – почти смертельную усталость. Он втянул носом холодный мокрый воздух, полный срывающихся с неба капель, и переступил с ноги на ногу, чтобы хоть как-то прийти в себя. Его движение привлекло внимание Сына Неба, и тот бросил на него короткий взгляд, но ничего не сказал. Я еще успею рассказать ему об этом, подумал Дитр, глубоко дыша, чтобы взять себя в руки. Рассказать ему о том, что я видел истинный Час Бога. Видение постепенно отпускало его, но, чтобы полностью оправиться, ему еще требовалось время. - Что ж, тогда мы сделаем так, - Рольх серьезно взглянул на Сына Неба. – Вы поднимете макто над облаками, чтобы их не было видно снизу, и поведете на запад. Встретимся на опушке леса. - Нам нужно будет искать какое-то конкретное место? – уточнил Тьярд. – Есть ли особые ориентиры? - Лес начинается прямо у городской черты. Там мы найдем вас, - взглянула на него Истель. - И будьте очень осторожны. Я не знаю, что нас ждет в развалинах, но думаю, что где-то там должно быть основное место дислокации войск дермаков. Так что постарайтесь не привлекать внимания. - Хорошо, Дочь Ночи, - кивнул Тьярд и обернулся к друзьям. – Сворачивайте лагерь. Кирх, ты поведешь макто. Дитр, Бьерн, вы пойдете со мной и Анкана. - Прошу прощения, Сын Неба, но вряд ли мы сможем провести с собой столько людей, - заметил Рольх. – Боюсь, даже учитывая высокий потенциал Боевой Целительницы, ей будет не под силу создать проход за Гранью достаточной величины. - Мы пойдем не с ней, а с вами, - Тьярд пристально взглянул на Рольха. - Я уже говорил, что мы вряд ли сможем провести кого-то с собой, - голос Рольха звучал спокойно, но в нем проскользнула раздраженная нотка. - У нас есть ведун, - Тьярд не смотрел на Дитра, но тот услышал в его голосе невысказанный вопрос. – Я так понимаю, что сам принцип создания перехода примерно одинаков для всех Источников. Покажите ему, как вы это делаете. Он сможет разобраться. - Это невозможно! – отрезала Истель. – Это будет еще опаснее, чем если проход откроет Необузданная Анкана! - Необузданная? – прищурилась нимфа, но на нее никто не обратил внимания. Разве что Истель метнула на нее быстрый взгляд и сразу же отвернулась. - Мы готовы рискнуть, - пожал плечами Тьярд. – Так ведь, Дитр? - Да, Сын Неба, - кивнул Дитр, складывая руки за спиной и выпрямляясь. Ощущения были странными. С одной стороны перспектива создания столь сложного рисунка пугала: он краем глаза видел, как Анкана создают проходы за Грань, и даже этого достаточно было для того, чтобы оценить всю сложность процесса. Пожалуй, только один-два ведуна из Черного Дома Эрнальда смогли бы справиться с поставленной задачей. Дитр искренне надеялся, что входит в их число. С другой стороны, одна мысль о возможностях, которые открывало знание необходимого рисунка, завораживала его. Они могли столько всего совершить при помощи перехода за Грань. И не только в военных целях. Судя по всему, это понимал не только он один. Рольх пристально смотрел в глаза Сыну Неба, и тот отвечал на это твердым, уверенным взглядом. В последние дни отношения между этими двоими только ухудшались. Тьярд никак не мог справиться с неприязнью к Сероглазым, не говоря уже о том, что Рольх был вельдом, воспитанным вдали от дома в совершенно иной культуре, и никакого особого уважения или преклонения перед Тьярдом не испытывал. С другой стороны, Рольха бесили попытки Тьярда указать ему его место. В конце концов, став одним из Анкана, он отказался от всех своих обязательств перед царской семьей, не говоря уже о том, что задолго до этого вельды сами изгнали его из своих рядов, отдав эльфам. И все же, заложенное в глубоком детстве чувство уважения и благоговения перед царской семьей никуда не делось, и он, судя по всему, еще не до конца определился со своим отношением к Сыну Неба. Вот и сейчас они таращились друг на друга так, словно собирались дырки друг в друге протереть, и ни один не хотел отступать. Решив сгладить напряженную атмосферу, Дитр переступил с ноги на ногу и заговорил: - Метод работы с Источником у Черноглазых и Сероглазых ведунов, естественно, сильно отличается, но я достаточно хорошо обучен, чтобы ухватить суть рисунка, Дети Ночи. Рольх с трудом оторвал глаза от Тьярда и взглянул на него. - Срок обучения у Анкана варьируется от сорока пяти до шестидесяти лет. Это количество времени считается оптимальным для того, чтобы обучить адепта не причинить вреда ни себе, ни другим при помощи своих сил. Я не сомневаюсь в компетентности учителей Эрнальда, как и ведьм анай, но создание перехода за Грань является крайне сложным рисунком. Его не освоить с первого раза. - После окончания учебы я проводил и свои исследования по изучению свойств стихий, - негромко проговорил Дитр. – Мои прежние учителя отмечали у меня способность к быстрому обучению и усвоению рисунков. Так что попробовать нам никто не мешает. Теперь Рольх уже пристально и тяжело смотрел на него, но Дитру было уже все равно. Любопытство перед изучением нового рисунка было слишком сильным, чтобы отступать. В конце концов, он прекрасно умел уничтожать неудавшиеся рисунки до того, как те превращались во что-то неконтролируемое и опасное. В этом у него был настоящий дар, это признавали все. - Марны выразили свою волю, арайне, - приглушенно проговорила Истель, и Рольх хмуро взглянул на нее. – Пусть идут все. - Они могут погубить себя, и тогда все будет зря, - проворчал он. - Вряд ли Марны завели бы их так далеко, чтобы убить, - устало покачала головой Истель. – Все в руках Создателя. Потому покажи им рисунок. Рольх ничего не сказал, только молча глядел на нее. Воспользовавшись моментом, Тьярд кивнул головой Дитру и увел за собой Бьерна и Кирха. Теперь они с нимфой стояли между двух Анкана, что хмуро буравили друг друга взглядами. Дитр ощутил что-то вроде удовлетворения: не все же этим двум выбешивать всех остальных своим вечным молчанием. Пусть и друг с другом погрызутся немного, от этого никому хуже не будет. - Я предупреждал, арико, - проворчал Рольх и повернулся к Дитру с нимфой. – Смотрите внимательно и постарайтесь понять, что я делаю. Дитр вывернул глаза, чтобы видеть энергетические потоки, и ощутил, как обращаются к Источникам все остальные. Сам он не спешил открываться энергии. Для того, чтобы не сойти с ума от мощи, когда-то сотворившей весь мир и пронизывающей его насквозь, требовалось выработать в себе умеренность и сдержанность, и в этом он достиг настоящих высот. Наверное, поэтому до сих пор еще и оставался в живых. Сейчас ему достаточно было внутреннего зрения, а впустить в себя энергию он и так в любое время сможет. Рольх расслабился и уставился в пространство перед собой. Дитр ясно видел, как посеребрели белки его глаз, а по коже побежали темно-серые танцующие языки пламени. От ауры Рольха отделилось несколько толстых нитей, имеющих почти прозрачную структуру и слегка сияющих изнутри белизной. - Сначала Дух для того, чтобы очертить размеры прохода, - сосредоточенно сообщил Рольх. В голосе его больше не было никаких эмоций, словно и не злился он несколько мгновений назад. Работа с таким колоссальным количеством энергии требовала высочайшей концентрации, малейшая ошибка могла привести к непредсказуемым последствиям, а потому от ведуна требовалось находиться в состоянии абсолютного покоя. Нить Духа вычертила в пространстве большой прямоугольник и словно впиталась в воздух. Дитр внимательно смотрел, запоминая мельчайшие подробности. - Анкана путешествуют по Грани света и тени, - негромко заговорила Истель. – То место, где они сливаются, легче всего открыть для того, чтобы перемещаться по нему. Это объясняется в том числе и структурой нашей силы. Что касается тебя, Черноглазый, то для тебя все проще. Ты можешь использовать только крайне густую тень. На свету рисунок перехода просто распадется на нити и исчезнет без следа. - Теперь необходимо создать то, что склеит два мира: тот, что за Гранью, и наш, - Рольх, кажется, даже не моргал, глядя на создаваемый узор. От его тела отделились жгуты красноватого Огня, голубой Воды и коричневой Земли. Они сплелись в странную многолучевую звезду, которая зависла прямо в середине прохода, будто еж, резко развернулась изнутри наружу, словно наизнанку вывернулась, и затянула весь проем. Теперь для глаз Дитра он походил на тонкую серую пленку, сквозь которую смутно виднелись очертания того, что было за ней. - Рисунок понятен? – спросил Рольх. - Да, - напряженно кивнула нимфа. Вид у нее был крайне сосредоточенный. Дитр тоже кивнул. Рисунок был одновременно и простым, и крайне сложным для него. Нити стихий выглядели и так же, и по-другому. Он привык к более тусклому цвету нитей и более густой структуре. К тому же, жгуты в руках Рольха двигались плавно и легко, словно хотели, чтобы их сплетали, в то время, как при работе только с Черным Источником каждую нить приходилось с силой удерживать на месте из-за нестабильной природы энергии. Это будет интересно! Дитр улыбнулся, уже предвкушая тот момент, когда начнет выводить рисунок. Он был почти уверен, что получится транспонировать узор из серого в черный с максимальной точностью. Почти. - В данный момент мы задали лишь точку входа, - напряженно проговорил Рольх. Дитр понимал, почему ему тяжело. Чем дольше по времени создавался рисунок, тем сложнее было удерживать на месте отдельные составляющие его нити. Но Сын Ночи пока справлялся хорошо. – Точка выхода создается точно так же, только в обратном порядке прядения нитей. Запомните это очень хорошо. Когда мы пойдем за Гранью, меня с вами не будет, и я не смогу показать вам изнутри, как это делается. Еще раз. Точка выхода прядется в обратном порядке. Сначала вы залепляете пространство, потом создаете врата. Плюс, все нити должны быть вывернуты наизнанку изначально, чтобы потом принять первоначальное положение. Все понятно? Дитр нахмурился, но кивнул, внимательно наблюдая за рисунком. Работа с вывернутыми изначально нитями при использовании Черного Источника была крайне сложна. Нестабильные изначально по своей природе жгуты энергии в вывернутом состоянии так и норовили выскользнуть из рук, дрожа не наружу, как обычно, а внутрь. Потому ведуну приходилось использовать гораздо больше сил и концентрации, чтобы продержать их хотя бы несколько мгновений. Оставалось только надеяться, что ему хватит сил и умения сделать все правильно. Иртан, помоги! Все это для благого дела и процветания твоих детей! - Для того, чтобы открыть проход, его необходимо проткнуть, - продолжил Рольх. – Создайте нож из Воздуха и прорежьте его. Рисунок распадется по центру, открывая дорогу. Но за собой его необходимо также и закрыть, иначе ткань реальности может прорваться, и то, что обитает за Гранью, получит прямой доступ в этот мир. Будьте очень внимательны при закрытии прохода. Вы должны наложить стежки из Воздуха достаточно часто, чтобы удержать разрез пространства, но ровно и не громоздко, чтобы не получилось кривого шва. Любая кривизна может создать слабую точку в пространстве, и этим также воспользуются сущности по ту сторону. – Он внимательно оглядел их обоих и повторил: - Очень аккуратный шов, не больше и не меньше. Если он будет правильным, то быстро рассосется. Если нет, ждите беды. - Это все? – напряженно спросила нимфа, глядя на получившийся перед Рольхом узор. - Нет, не все, - покачал головой Сын Ночи. – Если бы вы шли одни, без сопровождения, моих инструкций было бы достаточно. Но вы ведете с собой других людей. Поэтому запомните: необходим физический контакт. Вступая за Грань, вы должны держаться за руки и ни в коем случае не отпускать друг друга. Если контакт прервется, бедолагу моментально засосет внутрь Грани, и вы никогда не сможете его найти, насколько бы сильным ведуном вы ни были. Поэтому держите своих спутников крепко. - Все, кто входит туда, должны находиться в стабильном эмоциональном состоянии, - добавила Истель. – Любая эмоция, любое волнение создает вибрацию, которая моментально зажигает над вами сигнальный огонь для сущностей любого рода. Не знаю, отбивали ли вы когда-нибудь ментальные атаки сущностей из иных миров, но скажу вам сразу, что за Гранью это сделать в тысячу раз сложнее, чем здесь. Дитр нахмурился еще больше. Любой ведун во время своего обучения сталкивался с огромным количеством сущностей, часть из которых была настроена вполне мирно, а другая – крайне негативно по отношению к человеку. Человеческий мозг, умеющий структурировать пространство и перерабатывать простые идеи, разбивая их на более мелкие и понятные на физическом уровне, а также человеческое сердце, способное удерживать и перерабатывать энергию Источников, давая ей правильное направление, были для этих сущностей настоящим лакомством. А потому, стоило лишь на несколько мгновений зазеваться, и к тебе уже намертво приклеивался какой-нибудь паразит, высасывая тебя и доводя до полного истощения, если его сразу же не снять. И это еще очень везло, если паразит был маленьким и просто подпитывался. Когда-то Дитру встречались и такие сущности, от которых веяло первобытной лютой жутью, огнем тупого голода в безразличных черных глазах, еще более лишенных мысли, чем змеиные. С такими сущностями не рисковали тягаться волей даже самые сильные ведуны. От них нужно было просто бежать, и Дитр всегда бежал обратно в тело, обрывая контакт с Источниками и лишая их связующей нити, по которой они могли его найти. За Гранью сделать это будет физически невозможно. Темные глаза Истель заглянули ему прямо в душу, и Дитр невольно передернул плечами. Он был благодарен ей хотя бы за то, что она не насмехалась над его страхом, утверждаясь в своей правоте. Анкана честно предупреждали их, что рисунок прохода будет сложным, а дальнейшая дорога за Гранью, - еще сложнее. Теперь Дитр наконец понял, что они имели ввиду. Вот только дороги назад не было. Неожиданно для самого себя он взглянул на Найрин, и та медленно кивнула ему. В ее глазах стоял тот же вопрос: пройдут или нет? Смогут ли? Я смогу, - твердо сказал себе Дитр, прогоняя прочь сомнения, ведь именно они и могли стать причиной их гибели. Я смогу пройти сам и провести остальных. Помоги мне, Иртан! - Движение за Гранью осуществляется обычным способом за исключением одного: запомните, что каждый ваш шаг там – это перемещение ровно на сто и один шаг здесь, не больше и не меньше. Помните об этом, когда будете шагать. Иначе мы рискуем потерять друг друга на очень долгое время, - добавила Истель. - Поняла, зрячая, - кивнула нимфа, выдыхая и собираясь. Дитр тоже кивнул и взглянул на свои руки. Нужно просто запомнить то, что ему сказали. И сделать в точности то же самое. Глубоко выдохнув и вздохнув вновь, он открылся Соединению.