Истории моей тетушки Эви, рассказанные однажды дождливым вечером у ка

Мы добрались до Норрикоуэла раньше, чем солнце покинуло зенит. В замке нам подали обед и предложили лечь спать. Но я волновалась за Глэда и, не смотря на то, что спать хотелось ужасно, осталась ждать его возвращения. Но усталость взяла свое – я уснула прямо в кресле. Проснулась я только поздним вечером и обнаружила в гостиной мрачного Гарра. - Из Рокдейра вернулись все… - Как чувствует себя Глэд? – встревоженная озабоченным видом управляющего, я не дала ему договорить. - Господин Ван Роу не вернулся. - Как это не вернулся?! А что говорят те, кто с ним оставался? - Он отослал их. - Он был ранен? - По словам воинов – он был весь в крови. Голова точно разбита. Но он еще сражался. - Когда они расстались? – не унималась я. - До рассвета. С тех пор от него никаких вестей. - Но можно же как-то с ним связаться? Гарр, нужно что-то придумать! - Миледи, я не маг. Я могу собрать воинов и отправиться в Рокдейр, но это ничего не даст. Нам не удастся даже войти в страну без ведома Лорда Ардра. Он уничтожит нас раньше, чем мы сможем узнать что-либо о нашем правителе. - А где Дериран, Леди Лайл и Маррик? - Они в тронном зале. Я поспешила туда. Маррик, стоя у портретов родителей, что-то рассказывал Лайл и Дери. - Маррик, почему Вы так спокойны, когда Глэд, спасая Вас, возможно, уже попал в плен к Лорду Ардру? Ваш отец может быть ранен, а то и мертв! - Ой, Эви, Эви, – сын Глэда с улыбкой театрально замахал на меня руками. – Не надо так трагично! Во-первых, я не просил меня «спасать». Во-вторых, собственно, мне ничего не грозило, так что спасать меня и не требовалось. В-третьих, Лорд Ардр не дикарь какой-нибудь. Так что отцу также ничего не угрожает. Если он ранен, ему окажут помощь. А убивать его властитель Рокдейра не станет. Я опешила. А Леди Лайл и Дериран удивленно и как-то печально переглянулись. Мне показалось, что я снова «села в лужу». Но тут же, вспомнив встревоженное лицо Гарра, поняла, что мое беспокойство не беспочвенно. Впрочем, Дери и Лайл не были так беспечно настроены, как Маррик. - Все-таки, с ним необходимо связаться, – сказала дочь Ардра, – только как? - Эвелин, - Дери задумался, – Ван Роу говорил, что дал тебе перстень, чтобы он мог поговорить с сыном. Где этот перстень? Я достала из мешочка, притороченного к поясу, перстень с оранжево-желтым камнем и протянула его Маррику. Но тот не взял. - Я же сказал, отцу в Рокдейре ничего не грозит, – упрямо фыркнул он. Лайл молча взяла у меня перстень и с помощью магии позвала через него Ван Роу. Ничего не произошло. Тогда ее руки, держащие перстень, обхватил своими Дери. И они повторили попытку. Камень в талисмане покрылся сетью трещин и покраснел. По залу прокатился громкий двухголосый вой, слышанный мною уже однажды в Рокдейре. Из перстня вырвалась серебряная молния. Мы едва успели увернуться от нее. - Я же говорил, не надо туда лезть. Без вас разберутся, – нервно выпалил Маррик. - Смотри, так разберутся, что станешь сиротой! – вдруг вспыхнула Лайл. Она уже не в первый раз демонстрировала вспышки бурных эмоций, так не вязавшихся с ее происхождением. Пожалуй, для темного мага эта девушка обладала слишком горячим сердцем. Она и Дери снова склонились над перстнем. Я также поспешила к ним присоединиться. Сквозь вой и грохот мы услышали: «Помоги выбррраться…». Но протянуть коридор в Рокдейр силы нам не хватало. И тут опомнился или устыдился Маррик. Он обхватил наши руки сверху и снизу, и сам позвал отца. Не прошло и пары минут, как под нашими ладонями в камне перстня образовалась воронка, которая все увеличивалась, пока из нее не высунулась когтистая рыжая лапа. Маррик ухватился за нее и потянул. Когти прочертили на его запястье кровавые полосы, но молодой Ван Роу руку не разжал. И в следующее мгновение перстень словно взорвался изнутри. Нас швырнуло в разные стороны, а там, где мы только что стояли, на полу распластался пустынный кот с разбитой головой и окровавленным телом. Он лежал молча, с закрытыми глазами, и не шевелился. А мы боялись к нему подойти. Но тут в зал быстрым шагом вошел Гарр с большим блюдом, наполненным водой. Он, бесцеремонно подняв голову кота за загривок и окунул ее в жидкость мордой. Зверь шумно фыркнул и затряс головой из стороны в сторону, разбрасывая окровавленные брызги. Потом кот уронил ее снова в воду, и повторилось фырканье и брызганье. Затем еще раз. И еще. Когда же он вознамерился мокнуться мордой в воду раз, эдак, в шестой, Гарр блюдо убрал. И голова плюхнулась на пол, звонко клацнув зубами. Мне такое обращение показалось весьма жестоким. Но управляющий, видимо, хорошо знал, что делал. Так как после сей процедуры кот зашевелился и даже попытался встать. - Нет, нет. Не вставай, – остановил его Гарр. – Лучше вернись в человеческий облик. Так проще будет тебя лечить. Слышишь? - Угу, – ответил Глэд в мокрые кошачьи усы и начал превращение.