За кадром

Воздух пахнет дымом и мокрой листвой. Сегодня осень не золотая – понурая и неприветливая. Небо серое и обиженное, укутывает небоскребы и шпили высоток, лежит на крышах домов. А сам город вместе со своими обитателями страдает депрессией и предается унынию. Увязшие в трясине заторов машины мокнут под моросящим дождем. И вы тоже застряли между белым, невозможно чистым в такую погоду «х-пятым» и забрызганной грязью «девяткой» с запрещенной тонировкой всех стекол. Рогозина молчит, курит в чуть приоткрытое окно, ты снова и снова переводишь на нее взгляд, смотришь пристально, внимательно, запоминаешь заново. - Не могу вспомнить, когда ты курила последний раз? - вопрос звучит непроизвольно, сам собой. - Давно, - сухо отвечает она. Машина продвигается на пару метров и снова застывает. Ты обречено вздыхаешь: после этих невозможно растянутых дней и бесконечного дела – дорога домой тоже будет длинной. Полковник выбрасывает окурок, задумчиво проводит рукой по боковой стойке, упирается ладонями в пыльную панель и пристально всматривается вперед. Но вряд ли ее так интересуют модные зеркальные номера на «БМВ», вряд ли она вообще что-то видит из мокнущей под дождем реальности – мысли далеко. Она измотана, это читается в осунувшемся бледном лице и синеватых до черноты глубоких тенях под глазами – но при этом все еще напряжена. Ты физически ощущаешь этот плотный кокон вокруг нее. Машина не двигается, и ты дотягиваешься до ее руки, ледяной, несмотря на работающую печку, и накрываешь своей. - Знаешь, мы были готовы на все… Даже если бы вы с Кругловым действительно были виновны, мы бы сделали все, чтобы вас вытащить, - начинаешь шептать, ты помнишь опустевшую лабораторию и ваше молчаливое абсолютное согласие друг с другом: мы докажем, что их подставили… даже если это не так… мы докажем, что они невиновны. - Я могла обеспечить тебе алиби на все вечера перевода денег… Я проверила, про половину дней мне не пришлось бы даже лгать, а остальные… - пожимаешь плечами, тебе было все равно, главное вытащить ее. Вытащить Галю любой ценой. - У нас был план… - ты не знаешь, зачем рассказываешь все, ей не нужно это знать. На что вы были готовы пойти… У вас ведь действительно был план, сырой и рискованный, не хватало времени. Пришлось привлечь находившегося в отпуске Тихонова, работали сразу в двух направлениях – искали реальные доказательства тщательно продуманной подставы и фабриковали ложные об их непричастности, подтасовывали факты, готовили липовые улики, доказывающие их невиновность. – Мы бы вас вытащили, несмотря ни на что… - вы встречаетесь взглядами, ее глаза кажутся темнее, и ты, умеющая читать их, теряешься – эмоции на дне не поддаются определению – понимание, принятие? - Я знаю… Все эти дни в камере я боялась именно этого, на что вы можете пойти, чтобы вытащить нас…