За кадром

- Ну, что, старший лейтенант Дунаева, поздравляю с первым раскрытым делом! – Лисицын слегка приподнимает кружку с темным «Крушовице». Девушка, сидящая рядом с ним за барной стойкой, пытается скрыть смущение, крутит в руке бокал – вино глубокого рубинового оттенка, с яркими бликами от светильников. Хмыкнув что-то неопределенное себе под нос, Костя делает несколько больших глотков, жмурится от удовольствия – пиво холодное, с правильной невысокой пеной, насыщенный карамельный вкус: сладкий, но с легкой горчинкой, ярко выраженными тонами поджаренного солода, хмеля и мускатного ореха. Идеально. Ополовинив стакан за один присест, мужчина подцепляет вилкой пару кусочков рыбного филе, предварительно выжав на них лимон. - Интересное было дело, - задумчиво протягивает он. - Я слышала, что у ФЭС не бывает неинтересных дел, - улыбается Ольга. Лисицын усмехается и снова прикладывается к пиву – давненько он уже вот так никуда не выбирался. - Всякое бывало, - отвечает мужчина, вспоминая, как несколько лет назад подозреваемая, в прошлом титульная каратистка, двинула ему, а он, не ожидая отпора, потерял равновесие и свалился в бассейн. Юлька потом еще долго житья не давала – ехидничала. Да, скучно у них никогда не бывало. В баре людно, в воздухе стоит терпкий густой аромат кальянного дыма, в глубине играет живая музыка. Молодой парень с татуировкой дракона на предплечье неплохо поставленным голосом перепевает «Странников в ночи» несравненного Френка Синатры. Бармен услужливо обновляет пиво, после приносит еще триста сухого в одном бокале для Дунаевой. - Я столько всего слышала про ФЭС, но даже не надеялась, что меня выберут! И тут! – уже немного протягивая слова, возбужденно рассказывает лейтенант. - Могу себе представить, - усмехается Костя, слушает в пол-уха, прокалывает шпажкой кожуру дольки лимона, задумчиво пережевывает, даже не поморщившись. Признаться, он был удивлен, когда Круглов представил ему новую оперативницу. Чуть было не ляпнул, а в курсе ли полковник такого выбора, но вовремя прикусил язык. Правда, Горохова, чью кандидатуру со скрипом, но одобрила сама полковник, ушла очень быстро. Ходили слухи, что не без содействия Антоновой. Ситуация, по мнению Лисицына, была темной, никто только не знал сути, а спрашивать у Рогозиной сумасшедших не было. Сейчас же Галина Николаевна отсутствовала уже третий месяц. Вначале подзатянувшаяся командировка, а потом внезапный отпуск, больше похожий на похищение. И как Антоновой только это удалось? Ну, а про ФЭС действительно говорили всякое: восхищались и проклинали, причем одинаково яростно. – Знаешь, Ольга Вадимовна, что я скажу, - наконец решает кое-что сказать Константин Львович. – Да, скучно у нас не бывает. Но если ты действительно хочешь у нас работать… Надо запомнить три правила! – майор демонстрирует три пальца, затем сжимает их в кулак и оттопыривает указательный, которым размахивает в такт своим словам: - Главное и основное: полковник Рогозина всегда права. Даже если тебе кажется, что это не так – ты ошибаешься, рано или поздно выяснится, что полковник была права. – К указательному присоединяется средний: - Второе: самодеятельность сурово наказывается, но прощается – правда, придется попотеть. Галина Николаевна не выносит самодеятельности. Тихонов – любимчик… - на удивление во взгляде Дунаевой Лисицын лишь неопределенно ведет плечами: - Это знают все, ему прощается больше чем другим. Антоновой, наш второй патологоанатом, прощается все. И третье… - Костя, бросив счет на пальцах, допивает пиво, крутит стакан, с задумчивостью рассматривает лого, изображенное на нем. - Третье, третье, - повторяет он. - Так вот, третье… Антонова… Удивительная женщина, профессионал, красива и цинична, и я советую тебе – никогда, ни при каких обстоятельствах не выводить ее из себя, это плохо заканчивается для всех… И еще… - Ты же сказал, только три правила, - Дунаева наклоняет голову. - Это так, для общего сведения, - отмахивается майор. – Официально Валентина разведена, но любые поползновения в ее сторону опять-таки плохо заканчиваются для всех, - Костя руками сигнализирует бармену, что им уже можно нести счет. Ольга смотрит на него в полном недоумении: - А мне-то ты зачем это говоришь? - Мало ли… Мало ли… - пожимает плечами Константин.