Ревность матери

- Все, я дальше, наверное, сама, - Ирка вздохнула и пошевелила ногами. - Уверена? – Айт бережно опустил ее на землю. - Ты мне доверяешь? – девушка обхватила руками лицо змея. Он своими легонько сжал ее запястья. Ответ не требовался, он и так был ясен. Ирка отняла ладони от щек Айта и повернулась к калитке. - Удачи. Ирка улыбнулась и мимолетно коснулась платинового дракончика на груди, скрытого под одеждой. - Она всегда со мной. Ирка посмотрела в сторону своего дома, и ее улыбка вмиг превратилась в горькую усмешку. - С одного поля битвы на другое, - тихо сказала девушка, но, не дав Айту и слова вставить, решительно встряхнула волосами и расправила плечи. – Не время жалеть себя. Нужно просто довести дело до конца. Отсечь и не мучиться. Взглянув на Айта, Ирка получила обнадеживающий уверенный кивок и, решившись, вошла в калитку, прошла по двору и скрылась за дверью. - Ба, я дома, - крикнула Ирка. - А, то есть мать ты игнорируешь? – донеслось откуда-то со стороны гостиной. Видимо, мама собирала вещи. – Ну конечно, после всего произошедшего… Ирка задумалась: поставить жалкую человечку, пусть и ее собственную мать, на место, или промолчать? Все же решила пока не ухудшать и так напряженную обстановку и, до поры до времени, на маму не огрызаться. Пусть просто собирает вещи и выметается. Век бы ее не видеть. Девушка привалилась спиной к косяку и сжала ладонями виски. Не видеть, не видеть. Не увидит. До конца ее дней. После всего, что между ними произошло, надеяться, что все будет хорошо не приходится. Нужно смотреть правде в глаза: они перерубили все связующие их нити. Как прежде уже никогда не будет. Ирка прошла в комнату. - У тебя деньги на билет есть? – сухо спросила она у Ларисы, которая и вправду собирала вещи в лежащий на полу чемодан. - Есть, не беспокойся, заботливая ты наша, - Лорхен соизволила взглянуть на дочь. – Не знала, что ты можешь быть… такой. - Какой? – холодно-вопросительно подняла бровь Ирка. - Надменность тебе к лицу, Ирочка. Ой, или как мне тебя называть? «Ваше превосходительство Хортицкая ведьма»? – желчно процедила Лариса. - Надо же, запомнила. А впрочем, называй, как хочешь. Это все я. И Хортицкая ведьма, и ведьма-хозяйка, и Ирка Хортица. И твоя дочь в том числе. Хотя, какие мы после этого мать с дочерью? – бесстрастно откликнулась девушка. - Ирочка, а может ты могла… мы могли бы… - жалобно начала Лорхен. - Нет, не можем, - резко оборвала мать Ирка. – Ты и сама это прекрасно понимаешь. Ты сама сказала, что ничего не забудешь, а я не смогу тебя простить. Да и в робленные во второй раз не берут. На этом, видимо, наши дороги совсем разойдутся. - Да, ты действительно выросла, - прищурилась Лариса. - Я давно выросла, а ты все не можешь. Собирай вещи быстрее и уезжай. С бабушкой хоть попрощайся. Я ухожу к себе, чтобы тебя не видеть. Ирка развернулась и вышла, оставив раздраженную, но беспомощную Лорхен плеваться ядом в одиночестве. Ирка тихонько притворила дверь в своей комнате. Опустилась на кровать, бессильно запустив тонкие пальцы в волосы. Она, можно сказать, всю свою жизнь ждала маму. Но в каждый свой приезд та только и делала, что губила их с дочерью отношения. А Ирка, наступая все на те же грабли, пыталась что-то сохранить, собирая мельчайшие крупицы. В этот раз осталась лишь пыль. - Яринка, - дверь открылась и вошла Елизавета Григорьевна. - Ох, бабушка, - Ирка бросилась к ней и крепко обняла. - Тише, тише, девочка. Все, что было, все пройдет, все будет хорошо. Ты у меня сильная, Яринка, справишься, - успокаивающе гладила внучку по спине Елизавета. - Мы просто не имеем права быть другими, верно? – шепотом выдохнула Ирка. – Мы сам выбрали себе такую судьбу и теперь обязаны выполнить предначертанное. Две ведьмы просто крепче сжали плечи друг друга. Они обе знали, что просто не могут иначе. Отстранившись, Ирка посмотрела своими изумрудными глазами в точно такие же зеленые глаза Елизаветы Григорьевны. Странно, Ирка раньше не замечала, насколько они с бабкой похожи. Те же высокие скулы, темные волосы. Елизавета провела сухой ладонью по щеке внучки. - Ты больше похожа на отца, Яриночка. - Ты же раньше вроде мысли не читала, ба, - фыркнула Ирка. - А тут и читать ничего не нужно. Ты так меня разглядывала, что все понятно было само собой. В этот момент дверь Иркиной комнаты громко стукнулась об косяк. - Вижу, вам и без меня неплохо, - презрительно процедила Лариса. - Пришла сообщить, что я готова и уезжаю немедленно. Может, хоть ради приличия проводите? Все трое спустились в прихожую. У порога уже стояли чемодан и сумка Лорхен. Быстро она, однако, собралась. Накинув легкий плащ, Лариса повернулась и тяжело вздохнула. - Ну что ж, давайте прощаться. Она обнялась сначала со своей матерью, а потом повернулась к Ирке с теми же намерениями. Но та выставила вперед руку и, отстранив от себя Лорхен, покачала головой. Лариса вспыхнула. Схватив сумку и чемодан, она выбежала на крыльцо и, обернувшись, едко бросила: - До свидания. - Прощай, - тихий холодный шепот Ирки в ответ. Елизавета Григорьевна лишь перекрестила напоследок свою непутевую дочь. Стук тонких каблуков по садовой дорожке, жалобный скрип калитки, и Лариса скрывается за поворотом. Теперь уже навсегда.