Энвирон: Чужое сердце

      Карта Энвирона в Зеркальном зале Опрокинутого замка пестрела крупными алыми и небольшими зелеными пятнами. Весь юг до самого Иллира будто полыхал огнем. Элиа обмакнул тупым кончиком в окрашенный зеленой краской воск очередную иглу, простую, не зачарованную, и аккуратно воткнул её в то место, которое соответствовало небольшому хуторку под Сондаром. Там встал на отдых в ожидании вестей отряд Инниса. Игла, воткнутая в Сондар, была помечена красным. Рядом с Элиа бесшумно остановился Тай-Тон, один из четверых командиров возвращенных. Он не сказал ни слова, просто смотрел на карту, но по его замедленному дыханию Элиа понял, что он о чем-то очень крепко думает.       Когда-то лицо эльфа-полукровки Тай-Тона было очень улыбчивым, а с губ то и дело слетали раздражающие шуточки, но возвращенный Тай-Тон был молчалив. Элиа осторожно, искоса, взглянул на него – три дня назад он возглавил оставшийся без лидеров отряд, остановил ярость сородичей, запретил крушить замок, вместе с товарищами попытался наладить некое подобие жизни, а позавчера отдал всю власть Аркленнару и поддержал его. Про его товарища Миро говорили, что он пытался лечить раненого Лэрила Аррена, когда другие решили, что их эльфийский предводитель уже не жилец. Не очень умело, в меру своих сил, но он все-таки старался. Лорин и Кай, покопавшись в памяти своих эльфов, придумали, как можно помочь княгине А-Тиэ вернуть замок, и уже собрали и повели туда небольшой отряд. Это было совсем не похоже на авонцев, совсем.       - Ты хотел о чем-то спросить? – проговорил Тай-Тон, не пошевелившись.       Элиа хотел бы, но еще не понял, как именно должен звучать вопрос, и потому помотал головой. Вышло неловко, потому что не было правдой, но возвращенный принял ответ и кивнул. Что же, и это можно было отложить на потом.       Аркленнар завершил разговор с одним из северных замков и, устало откинувшись в кресле, потер уголки глаз. Элиа уже даже не прислушивался к тому, о чем говорил его лорд с эльфийскими владыками. Разговоры были похожи один на другой, меняясь лишь в деталях.       Бесшумно отворилась дверь, и в зал вошла Агда с подносом, на котором стояли кофейник и чашки. Первую чашку она, разумеется, поставила перед Леннаром.       - Еще двое погибших эльфов вернулось из смерти, - сказала она негромко. – Вы найдете время поговорить с ними вечером?       - Да, конечно, я скоро приду, - Леннар с улыбкой принял чашку. – Благодарю вас, леди Агдара. Как там ваш брат? Я свалил на вас слишком много.       Элиа усмехнулся, не поднимая головы. Агда, за всю свою короткую авонскую жизнь палец о палец не ударившая, не умевшая не то, что еду приготовить, но даже огня развести, тем не менее, отлично справилась с задачей наладить быт. Она расписала меню и очередность дежурства на кухне с не меньшей тщательностью, чем Арджин – караулы. С ней сразу отыскались все продукты, вся нужная одежда, белье, посуда. И при этом она опять же только командовала и ни к чему не прикасалась сама. Возвращенные Опрокинутого преисполнились к ней уважением и называли «миледи».       Айари поначалу занимался только прибывающими пленными, а потом стали возвращаться из смерти убитые эльфы Опрокинутого, и это тоже требовало внимания. Встречать их и говорить с ними было делом Леннара, но его то и дело отвлекали: то звали в Зеркальный зал, то приходили из Маргрима…       - Теперь полегче, милорд. Из Заречья пришли лекари, Теос и его дочь Тирина, они помогают с теми, кто только что вернулся. А из Серебряного вместе с пленными пришел Ксид… Идрик Аруну. Он взялся лечить отца и присматривать за другими ранеными. Думаю, вы пока можете не спешить. Ужин будет через полчаса, вас позовут.       Агда поставила чашки перед Элиа и Тай-Тоном, но оба почти одинаковыми движениями отодвинули их подальше от карты. На одну минуту девушка задержалась над картой, рассматривая её, а потом вдруг спросила:       - А наш замок - где он, кстати? – он считается красный или зеленый?       Элиа удивленно вскинул глаза и выронил иглу. Та откатилась и упала на пол. Наклониться за ней сейчас было все равно, что уйти от ответа, было бы ложью, и Элиа не смог. Вопрос был так глуп, что на ум пришло сразу несколько ответов, и не все они были вежливыми. Элиа посмотрел на Леннара, ожидая, что тот ответит за него, но он как будто и не собирался делать этого. Он усмехался, прикрывая губы чашкой с кофе.       Тай-Тон наклонился, поднял иглу и воткнул её в пробковую вершину Эльстары, примерно туда, где должен был располагаться Опрокинутый.       - Опрокинутый считается красным, миледи, - уверенно сказал он.       Элиа не возразил, хотя его ответ был иным. Он подумал – в самом деле. Здесь говорят по-авонски. Здесь лорд Леннар носит авонское имя Эррат. Здесь собираются жить всего десять лет, и не дольше. Так какой же еще тут может быть цвет?       - А ты что думаешь? – Агда требовательно заглянула в глаза Элиа.       - Я думаю, что когда ты молчишь, то очень милая.       Агда вышла, слишком резко закрыв двери. Элиа досадливо поморщился и виновато взглянул на лорда Леннара, но тот уже отвлекся на мелодичный сигнал зеркала. Перед ними появилась красивая, но очень измученная, женщина, в которой Элиа не сразу, только когда она заговорила, узнал леди Эрмину, княгиню А-Тиэ. Она была очень бледна даже для белокожей эльфийки водной стихии, её лицо и белые волосы, казалось, были слеплены из одного куска белой глины. Бледны были искусанные губы, глубокая ссадина над бровью сочилась кровью.       - Приветствую тебя. Благодарю за помощь, - отрывисто проговорила она. – Мне удалось вернуть контроль над замком. Но, боюсь, ответить тебе любезностью я смогу не скоро, мои силы истощены.       - Ничего не нужно, Эрмина, я рад был помочь тебе. Просто верни мне моих воинов и отправь с ними всех возвращенных, захваченных в плен. Сколько их?       - Мне некого возвращать тебе, Лаар. Твои воины все мертвы, как и те, что некогда были моими.       Аркленнар вскинул голову, будто от удара по лицу. Не по лицу, почувствовал Элиа, прямо по сердцу. Улыбка погасла, уголки губ опустились.       - Сколько их? – повторил он настойчиво, не меняя ни позы, ни тона.       - Три с половиной сотни, - неохотно и нетерпеливо ответила княгиня.       - Три с половиной сотни эльфов, - поправил Леннар. – В последней битве за Серебряный погибло меньше.       Казалось, невозможно было побледнеть еще больше, но княгиня заметно поблекла. Только ярко-синие глаза смотрели на собеседника все так же прямо и решительно. Ответила она не сразу.       - Это три с половиной сотни рабов, Лаар. Или же три с половиной сотни мертвяков из Авона. Мне тоже больно от этого, но такая жизнь хуже любой смерти. Я на их месте предпочла бы смерть.       - Как они умерли?       И снова княгиня помедлила, запнулась перед ответом.       - Ты мне союзник, а не сюзерен, Лаар, не забывай. Дня через три-четыре, я смогу быть тебе полезна. Обращайся, но не требуй слишком многого.       Зеркало погасло. Леннар сжал руку в кулак и постучал по подлокотнику. Раз, и еще, и еще…       - Княгиня соврала, - проговорил Элиа не очень уверенно. Насколько он знал леди А-Тиэ, она всегда была очень решительна. Подумал и добавил. – Убить столько мыслящих за раз у неё одной силы не хватит.       Леннар медленно кивнул – он тоже почувствовал ложь, может быть, даже яснее, чем Элиа. Потому и задавал вопросы, чтоб эльфийке становилось все труднее врать.       - Так что теперь, - прервал его задумчивое молчание Тай-Тон. В его голосе Элиа услышал тяжелую, очень темную, иронию. – Меняем иголочку на замке А-Тиэ с красной на зеленую?       Леннар, усмехнувшись, кивнул – конечно. Черные глаза остались темны.