Энвирон: Чужое сердце

      - Мы с Арренами не враждуем, - заметил Леннар, все так же глядя на Лэрила долгим и задумчивым взглядом. – Сейчас – нет. Раньше было, до того, как был заключен союз с Эрнсом, и мы отогнали и Арренов, и Тэнрисов, и авонцев. Сейчас в Заречье почти мир и почти тишина.       Хиннэ кивнул, принимая к сведению. Он все так же сидел на корточках рядом, обхватив колени руками, и мог так просидеть, кажется, еще полвека. Он не стал спрашивать, поможет ли им этот лидиэ. Зачем спрашивать, когда видно и так – не оставит, не отмахнется, все сделает, как для своего.       - Аркленнар, - впервые назвал по имени, окликая тихо.       - Лен, - бросил тот эхом и поднялся на ноги, распрямляясь.       - Ладно. – Хиннэ остался сидеть, и теперь смотрел на него снизу вверх. Хотел спросить у него, как живет сейчас его отец, Алар, сын Аранара и Арниры, вспоминает ли их хоть иногда, но смутился, оробел, сказал себе: не важно, потом. – Лен, что теперь? Ты знаешь, что делать дальше?       Тот не спешил отвечать. Хотя слова он произносил по-южному быстро, сильно, но не разбрасывался ими, берег, как северяне берегут свои слова.       - Ты сделал, что мог, Хиннэ. Больше не под силу ни тебе, ни мне. Теперь тут нужен лекарь. Я постараюсь его позвать. Если у тебя есть зеркало…       - Извини, нет. – Хиннэ даже улыбнулся. Откуда бы у них зеркало?       - Отполированный металл тоже подойдет.       Хиннэ подал ему свой кинжал. Леннар вынул его из ножен и осмотрел. Бархатистая рукоять из черного мореного дуба удобно и приветливо легла в ладонь, согрела кожу ласковым теплом, умела бы мурлыкать – непременно мурлыкнула бы. Леннар полюбовался совершенными линиями, оценил заточку и вернул кинжал хозяину.       - Зачарованный. Я не умею заговаривать зачарованное оружие.       - Вода в миске – подойдет?       Леннар с сожалением покачал головой. Были умельцы, которые превращали в волшебные зеркала все, что может отражать, но не он, увы.       - Я могу попробовать пройти Дорогой снов. Но сейчас день, и вряд ли кто-то спит, чтоб выйти мне навстречу. Ночью. Я честно постараюсь уснуть       Хиннэ фыркнул. Он слышал о мирийской Дороге снов, но сейчас это показалось забавным – уснуть, чтоб позвать на помощь. Лен улыбнулся в ответ, и оглянулся.       - Ладно, давай-ка, пока не стемнело, подумаем об ужине.       - Что о нем думать? – пожал плечами Хиннэ. – Пока вы оба кверху брюшками валялись, я обо всем подумал.       Он будто бы стряхнул с себя неподвижность, отмер, вскинулся, но не засуетился. Его точные движения и снисходительно-заботливый тон выдавали привычку заботиться о себе и о других, и Леннару показалось что из двух эльфов, обитающих под кроной этого дерева, именно младший чаще всего занимается простыми хозяйственными делами, в то время как старший как правило где-то пропадает и забывает о таких пустяках, как еда.       Металлический котелок с крышкой Хиннэ достал из выемки между корней, поставил на плоский камень, чуть возвышающийся над землей и по бокам обросший мхом. Потянулся туда же за глиняными мисками. Костра разводить не стал, просто разлил варево по двум емкостям и немного подержал каждую из них в ладонях, пока не заклубился дымок и не запахло съедобным.       Ели оба молча, сосредоточенно, очень одинаково подогнув под себя ноги и с одинаковым выражением лица. Хиннэ иногда с удивлением взглядывал на Леннара, Леннар тоже бросал на эльфа короткие взгляды, будто оба сравнивали другого с кем-то еще, но благоразумно молчали, храня не свою тайну.       - Ты застал войну? – спросил вдруг Лен.       Хиннэ помолчал, пристально глядя на него. Тонкие губы сжались, прочертили неуместную на таком юном лице морщинку. Леннару показалось, мальчик парирует вопрос дерзостью, но тот неохотно ответил:       - Я был маленьким, - и свел руки, показывая размеры младенца. А потом поднялся, собрал миски и ушел к ручью, уходя от расспросов.       В принципе, этого было довольно, главное Леннар уже узнал и продолжать этот разговор не собирался, но Хиннэ, вернувшись, выглядел уже по-прежнему и сам же легкомысленно заметил:       - Ну что же, мой возраст ты знаешь. А я твой – нет. Вы, лидиэ, взрослеете так быстро, будто бы куда-то спешите. На вид тебе от восьмиста до тысячи наших лет, значит, ваших – около восьмидесяти. – Он приложил ко лбу смуглую руку, еще мокрую после ручья, и драматическим голосом заключил: - Кошмар, совсем ребенок.       - Девяносто два, - с усмешкой подтвердил Леннар, и оба снова сдержанно фыркнули.       Хиннэ снова налил из котелка в миску, на этот раз стараясь, чтоб в миске оказалось побольше бульона и поменьше гущи – для Лэрила.       - Я когда-то видел, как эльфы говорят через стихии. Ты так умеешь?       - Умею, - пожал плечами Хиннэ. – А толку-то? Старший меня не слышит, ему там, похоже, не до посиделок у костра. Можно было бы связаться с Шиа Аррен, но пока из Серебряного помощь придет, как раз Старший и вернется.       - Ты мог бы связаться с моим отцом, Араларом. Из Алагоса помощь придет быстро.       Хиннэ замер на середине движения, на полувздохе. Вскинул голову, резко обернулся. Посмотрел серьезно и строго. Опустил взгляд, подумал. Это была хорошая мысль, очень хорошая, и Хиннэ не собирался её отвергать. Но чтоб принять её, все равно нужно было найти силы.       Хиннэ поднял взгляд и улыбнулся, пряча волнение.       - В самом деле. Я так и сделаю.       И вдруг насторожился, прислушался, забеспокоился. Сунул Леннару потеплевшую миску в руки, а сам проверил свой кинжал, быстро натянул тетиву на лук, подхватил из травы колчан.       - Оставайся тут и присматривай за ним. Я скоро вернусь.       - Не вернется, - шепнула Леннару Будущее.       А за эльфом уже сомкнулась листва.       - Нет уж, вернется, - отставляя миску на камень, пробормотал Леннар Будущему, хотя мнение Леннара, кажется, её никогда не интересовало.