Лесная фея в "плену" у короля

***

Она почуяла его за версту, как волчица, ожидающая своего волка. Луна освещала небольшую просеку перед её избушкой, где высокая фигура, в отсвечивающим сиянием серебра плаще с капюшоном, медленно, но уверенно двигалась в направлении заветного жилища. Диаваля не было. Малефисента заметила, что проказливый помощник стал частенько пропадать по вечерам. Она улыбнулась про себя. Мудрецу понравилось его человеческое обличие? Наконец-то! Она лёгким щелчком пальцев заставила входную дверь отвориться перед самым носом вновь влюблённого короля. Он приостановился, опасливо заглянув внутрь, но вошёл. Скинув перчатки и плащ, удачно маскирующий его лицо и фигуру, Трандуил осмелился присесть на кресло против феи. — Не знаю даже стоит ли принимать от тебя напитки? — намекнув на желание смочить горло и вальяжно закинув ногу на ногу, молвил эльф. — Велика опасность отравления. Малефисента приняла его игривый тон. Откинула тяжёлый чёрный локон, изящно покачнув рогатой головой. Её благородный профиль внезапно по-детски смягчился. — Так поздно? Что за дело привело моего короля в мои болота? — король пропустил дерзкое «мои» мимо ушей. Его целью стало не пререкаться с девой, а приручить к себе её разуверившуюся в любви душу. — Твой ворон повадился каркать у меня на террасе вторую луну подряд. Подозреваю, его хищные лапы жаждут вырвать мою дочь из отцовского гнезда. Ты подучила? — Выпей, — непринуждённо передёрнув плечиком, подала она ему стакан с ароматным отваром. — Он просто влюблён. Я не могу этого запрещать своим подданным. Король, не ожидая от себя такого порыва, перехватил чашу и поставил на столик, одновременно схватив деву за руку. Покрывая её короткими поцелуями, его губы неумолимо продвигались к белоснежной шее феи. На своё удивление она тоже не находила в себе сил пресечь подобное хулиганство. Вот он уже горячо дышит у её щеки. Надо бы остановить наглеца, но ей почему-то этого не хотелось. Будто чувствуя её беспомощность перед собой, король приник к её приоткрытым губам в нежном поцелуе. Чётко понимая, что его могут осадить в любой момент, он жадно ловил каждое мгновение обладанием обескураженной девой. Ошеломив его своим ответным чувственным движением навстречу ласкам, Малефисента стала терять контроль над собой. Такого с нею ещё не случалось. Лёгкая туника свалилась на струганный пол вместе с камзолом владыки лесного. Батистовая, тонкая рубашка его присоединилась позже. Дева усилием воли оторвалась от поцелуев и испуганно скрыла себя крыльями, удивляясь своей девчоночьей беспечности. Трандуил досадливо сморщил лоб, понимая, что сейчас его просто вышвырнут, если не надумают в отместку превратить в мотылька. — Ты так прекрасна нагая и с крыльями, — пытался он выровнять своё дыхание, лихорадочно поддерживая свои штаны из тонкого зелёного сукна. Его обнажённый живот и крупная, мускулистая, с множеством шрамов от когтей варгов, вздымающаяся грудь, а особенно тёмная поросль от пупка к паху, вызвала в ней ещё большее замешательство. — Позволь мне насладится твоим дивным видом. Она осторожно ретировалась назад, то и дело невзначай показывая свои длинные, крепкие ножки. Которые не могли укрыться от взгляда короля. — Всё это неправильно. Вожделение — человеческое чувство. Мы — не люди, — пыталась она унять в нём огонь страсти, подхваченный невесть где. Но, споткнувшись о звериную шкуру, распластанную на полу, оступилась и упала. Трандуил довольно улыбнувшись, неотрывно созерцая своим нахальным, бирюзовым взором, пару её, обнажившихся, грудей, присел рядом. — Может люди потому такие жизнерадостные, что отдаются утехам любви без стеснения и оглядок на прошлые неудачи? — шепнул он ей, соблазнительно коснувшись губами ушка. Она не смогла противиться и окутав, приблизившегося к ней на непозволительно неприличное расстояние, эльфа, прижала ими его к себе ещё крепче. Мягкая, белая шкура неведанного животного нежно приняла на себя роль брачного ложа двух сильных и древних существ. Малефисента, не ожидала от себя такой покорности. Требовательные и нежные прикосновения эльфа заставляли её трепетать. Они ненасытно отдавались неге, поочерёдно терзая ласками тела друг друга. Наконец, после любовной агонии распластавшись на шкурах, не в силах шелохнуться, оба услышали знакомый шелест крыльев, раздававшийся за несколько миль от домика. Впопыхах отыскивая свои одеяния, они давили в себе ребяческий смех. Ситуация и вправду казалась комичной. Но, тем не менее, Диаваль влетел в дом, когда пара владык уже сосредоточенно играли в кости. Хозяйка, раскрасневшаяся и с необычно алеющими губами, с огоньком в глазах, приветливо ему кивнула. Ворон приземлился на стол, свалив при этом пару кубиков на пол. Трандуил, на удивление резонно промолчал в ответ такому нахальству. Но его спутанные волосы на широком плече и прилипшая ко лбу прядь вселили в помощника феи определённые подозрения. — Ну… я был рад приятно провести вечер с Вами, соседка. Пора и честь знать, — король поднялся из-за игрального стола и, избегая встречаться взглядом с вороном, расстегнул, и так уже распахнутый на шее, ворот. — Жарковато сегодня, полнолуние. Кхм! Он долго путался в своём плаще и, наконец надев его, неуклюже подошёл к хозяйке дома и вместо протянутой ему руки, поцеловал даму в губы. Фея не ожидала такого хоть и неуклюжего, но признания их близости. Диаваль же проворчал у неё за спиной, мгновенно приняв образ человека: — Влюблённый эльф мало отличается от мальчишки. — А ты кого сегодня обольщал, любезный? — резко развернулась на пятках к нему лицом грозная хозяйка. — И не говори, что она — птица. Не поверю!