Гостиница Глории. Тайна Глории. Наследие Глории.

На следующее утро Адриан помогла мне принять душ. Моя лодыжка ныла от боли, и это делало меня немножко сварливой. - Почему нельзя было в больнице написать этот чертов рецепт, когда они выпихивали нас на улицу посередине ночи? - Мы можем послать человека на луну, но не можем сделать водонепроницаемый гипс. - И почему нельзя… - Погоди, дорогая, - Адриан подняла руки в знак капитуляции и попятилась назад, как будто я могла взорваться. – Я думаю, что тебе нужно что-нибудь съесть и выпить несколько… возможно, дюжину чашек кофе. Позволь мне спустить тебя вниз и самой принять душ. Я игриво вцепилась в ее руку. - Я впечатлена твоей заботой, дорогая. Ты посылаешь меня одну в логово моей мамочки, а сама хочешь спрятаться в душе. - Да, давай уже, прыгай отсюда! И я, вся такая покорная, вошла на кухню и увидела там маму с Вандой, сидящих за столом. Мама быстро вытащила стул для меня и пригласила сесть. Больную ногу она помогла мне положить на другой стул. - Сегодня утром я приготовила вафли, но не уверена, что хочу поделиться ими с тобой, - сказала мама. Ванда посмотрела на меня с улыбкой, но ничего не сказала в мою защиту. - Я сожалею, мама. Я просто не хотела спать на диване, особенно с ногой, которая стала фунтов на пятьдесят тяжелее. Мама поставила передо мной тарелку и потрепала мои волосы. - Я понимаю, но в будущем позволь нам помочь тебе прежде, чем ты снова что-нибудь сломаешь. - Я думаю, что магазины отменяются, - сказала Ванда. - Почему это? Я могу делать покупки и с костылями. - Как ты собираешься ходить по торговому центру на костылях? – спросила мама, когда вернулась к нам за стол. - У меня уже есть опыт работы с ними, - я показала на костыли. – Я раньше уже ломала ногу. - Мы могли бы посадить ее в инвалидное кресло, - предложила Ванда. – Они есть в каждом торговом центре. - Я и без коляски справлюсь. Мама не обратила на мои слова никакого внимания. - С коляской мы могли бы. Мы могли бы? - Нет, я не могла бы. Со мной все будет хорошо и на костылях. - Это не обсуждается, Хайден, - сказала мама. – Если мы идем в магазин, то ты будешь ездить на коляске. И не думай, что я забыла, как ты обманула меня прошлой ночью и полностью игнорировала то, что я сказала тебе о лестнице. Я перестала спорить, но про себя решила, что все равно буду ходить на костылях. Чуть позже Адриан присоединилась к нам, и я заметила, что мама дала ей горячие вафли прямо со сковороды. Не раньше, чем она закончила свой завтрак, зазвонил телефон. Мама ответила и посмотрела на нас обеих. - Это Ирис, желает поговорить с одной из вас. Адриан взяла трубку и пошла в гостиную, чтобы поговорить в тишине. Мама и Ванда пошли переодеваться, а я отправилась на крыльцо. Сев на качели, я закурила. Через некоторое время Адриан присоединилась ко мне. Ее лицо выглядело очень странным. - Что-то не так в гостинице? - Нет, там все хорошо, взломов больше не было. - Но? - Ирис сегодня утром в баре нашла другую куклу. Она была одета в ткань от твоей рубашки… - И? - Ее нога была сломана. - Какая нога? - Я спросила у Ирис то же самое, - ухмыльнулась Адриан. – Это была левая нога. - Ха! У меня правая нога сломана, и кукла здесь не причем. Адриан закатила глаза: - Тем не менее твоя нога сломана. - Правильно, но это не имеет никакого отношения к кукле пупу. - Кукле вуду, - исправила Адриан. - Нет, пупу, потому что эти куклы не что иное, как фигня, если ты не веришь в ее власть. - Ты права, - сказала Адриан, но я могла бы, глядя на ее лицо, сказать, что мой аргумент не очень-то ее успокоил. - Это совпадение, любовь моя. Кроме того, ты прекрасно знаешь - насколько я тупа, рано или поздно это обязательно произошло бы. - Это реально обнадеживает. Мы собрались вокруг минивэна, а мама и Ванда спорили – кто из них поведет машину. - Давайте, я поведу, - предложила я. Они повернулись ко мне и посмотрели на мои ноги, а затем возобновили спор. Мама четко заявила, что это ее машина и она ее поведет. Мы с Адриан забрались на заднее сиденье машины. Ванда, которая не была католиком, перекрестилась и села вперед на пассажирское сидение. Я наклонилась к Адриан и прошептала ей на ухо: - Пристегни ремни, и тебе, возможно, захочется закрыть глаза, - мы выехали из гаража и поехали вниз по подъездной дорожке, а я уже чувствовала себя как в Mach – 5 (гоночный автомобиль из фильма «Спиди Гонщик») Поскольку Новый Орлеан находится ниже уровня моря, его дороги – одни из самых худших в стране. Но что еще хуже – так это дубы. Они растут здесь веками, и их корни растут под дорогами, добавляя им деформации. Большинство водителей проявляют осторожность при движении по таким дорогам, но моя мама – не большинство. Мы пролетели в воздухе по крайней мере три раза, прежде чем добраться до главной дороги. Подвеска фургона скрипела и стонала от таких злоупотреблений. - Мама, полегче. Помни, что моя нога уже сломана! Она повернулась, посмотрела на меня и извинилась. Мы все трое закричали от ужаса, потому что она отвернулась от дороги. А когда мама выехала на окружное шоссе, Адриан вспомнила о данном мной совете и спрятала свою голову на моем плече. Рассказывая и показывая местные достопримечательности, мама поворачивала голову в их сторону, и колеса от машины тоже поворачивались в ту же сторону. Машина хаотично меняла полосы, заставляя другие автомобили сворачивать в стороны, чтобы не врезаться в нас. Сигналы гудели, шины визжали, Ванда молилась вслух, а мама ехала дальше, не обращая ни на кого никакого внимания. Когда мы приехали в торговый центр, Ванда вышла из машины на шатающихся ногах и взглянула на меня. - Когда мы начнем спорить о том, кто повезет нас домой, вы поддержите меня, или у тебя будет сломано больше, чем одна нога. Я не поняла: или она угрожала мне сломать еще что-то, или предупреждала меня, что мама убьет нас всех? Войдя внутрь торгового центра, мама и Ванда отправились искать информационный центр, где хранились коляски. - Эй, Адриан, посмотри на это! Я побрела к ближайшему магазину, надеясь, что они отвлекутся и забудут о коляске. Уловка сработала, но очень ненадолго, а потом мама как собака, унюхала их, и моя задница тут же оказалась прикована к одной из этих колясок. Я ехала с угрюмо-капризным выражением на лице. Лишенная независимости, я стала предметом прихоти моего водителя. Этим водителем была Маргарет Тейт. Коляску она вела так же, как водила машину. Мы врезались во все стены, двери, скамейки и глупых пешеходов, которые имели неосторожность оказаться возле нас. Но самым худшим было то, что она завалила меня одеждой, которая по ее мнению выглядела бы на мне замечательно. Адриан – моя любовь, мое сердце и мой конченый предатель - с удовольствием наблюдала за всем этим и, судя по ухмылке, наслаждалась моим нескончаемым спором с мамой. - Я ненавижу розовый! Мама поднесла мне еще один свитер для оценки. - Ненавижу свитера под горло! Она не поняла моих намеков и подняла перед моим носом еще один. - Ненавижу цветочные принты! - Хайден! - Мама! - Ладно! – сдалась мама, драматически выдохнув. – Есть ли здесь что-то, что ты не ненавидишь? - Ты видишь на столе лежат полосатые свитера, вот они больше в моем стиле. - Да, но они же такие мужественные на вид? – сказала она, нахмурившись. - Мама, посмотри на меня, - я указала на себя пальцем. Я одета была в старый растянутый свитер и обрезанные джинсы, штанины которых были мне до колен. - Ты видишь что-нибудь на этом теле, что говорило бы, что я Принцесса В Розовом С Цветочным Принтом? Я не хочу выглядеть, как дровосек, но я не собираюсь выглядеть, как Барби. Мама выпустила еще один длинный выдох. - Хорошо. Я попыталась сама подъехать к одежде, которую хотела посмотреть, но костыли, лежащие у меня на коленях, цеплялись за все. В отчаянии я зарычала и посмотрела на маму, улыбающуюся мне мило и фальшиво. - Мама, ты бы подтолкнула меня к тем мужественным свитерам, которые ты так ненавидишь! - Ты не будешь мешать мне делать покупки! – предупредила она. Следующая битва воплей произошла возле кассы. Мы с Адриан выбрали свитера друг для друга, а мама решила, что она должна заплатить за них. - Мама, мы сами заплатим, - сказала я так вежливо, как смогла. - Я хочу сделать это для вас обеих, - ответила она и, отпихнув Адриан с ее картой, подала продавцу свою собственную. - Ну, тогда я покупаю обед, - сказала я. Мама закончила оплату и повернулась ко мне. - Хайден Мэри, я буду платить за то, за что считаю нужным, и я не хочу больше слышать твоих споров о деньгах. Я вжалась в кресло настолько, насколько оно позволило мне. - Мама, я просто не хочу, чтобы ты тратила на нас много денег. Ты редко что покупаешь для себя. - Я не могла тратить на тебя деньги, когда ты училась в начальных классах, - с грустью сказала она. – Позволь мне сделать это сейчас. - Ладно, я хочу стейк на обед. Теперь на повестке дня были брюки. Мы отправились в один из крупнейших универмагов на поиски джинсов, которые, как я поняла после, невозможно надеть на мой гипс. Я выбрала себе двое брюк карго с широкими штанинами, а Адриан несколько джинсов. У каждой из нас было по два наряда от мамы, и их нам должно хватить на пять ближайших дней, если погода останется такой же прохладной. Мы с Адриан были весьма довольны этим, а мама – нет. - Хайден, если ты собираешься стирать их каждый день, то до конца недели изорвешь их на куски, - сказала она. Адриан вмешалась, пытаясь спасти меня. - Эта одежда не потребуется нам на острове, там всегда тепло. Вы и так были щедры к нам. Мы не можем позволить себе и дальше пользоваться вашей щедростью. Мамины глаза смягчились, когда она рассматривала Адриан. - Вы можете оставить эту одежду здесь в доме и пользоваться ей, когда снова вернетесь сюда в холодную погоду, - она коснулась руки Адриан и сказала, - ты же вернешься сюда, не так ли? - Да, мэм. - Тогда мы должны посетить еще несколько магазинов, - сказала мама. – Считайте, что это ранние рождественские подарки от меня. Наш шопинг продолжился, и я боялась, что где-нибудь мама и Адриан обязательно сцепятся рогами. Адриан увидела свитер, который ей понравился, но когда она увидела ценник, то сразу передумала. Мама пыталась уговорить ее, я даже предложила оплатить его, когда подумала, что Адриан неудобно от того, что мама платит за нее. Но Адриан топнула ногой и все дебаты прекратились. Так я и моя мама узнали, что у Адриан были свои границы, и в отличии от моих, мама не собиралась нарушать их. Мы покинули торговый центр с большой охапкой теплой одежды, с которой могли продолжать наш визит. Хотя здесь сегодня могло быть +5С, а завтра + 25С; тем не менее, мы были хорошо снабжены зимней одеждой, теплыми носками и сапогами, даже при том, что снега в Новом Орлеане почти никогда не бывает. После того как мы загрузили наши покупки в фургон, Ванда подарила мне намекающий взгляд. Я просто сломала свой мозг, пока придумывала, как удержать маньячку Маргарет от вождения машины. - Маргарет, почему бы тебе не сесть рядом со мной и Хайден? – сказала Адриан, прежде чем я смогла что-то придумать. – Ты могла бы без помех показать мне местные достопримечательности. Видимо такое вежливое обращение помогло моей маме отказаться от ключей. Ванда улыбнулась мне хитро, но благодарно и села за руль. Передвигаться по площади Джексона на костылях было страшно, но мне удалось справиться. Все ворчали на меня, что я двигалась очень медленно, и, взяв меня под руки, потащили вперед. Пока я медленно и с перерывами на отдых двигалась вдоль рядов магазинов, мама и Ванда успевали затащить Адриан во все магазины, которые выстроились у основания собора. Мы насладились обедом в одном из кафе на улице Бурбон, а Адриан получила хорошую порцию того, что могла предложить улица с таким названием, в том числе "Ураган" - фирменный коктейль. Пока мы бродили по кварталу, я выкупила в аптеке обезболивающее лекарство и проглотила половинку таблетки. Если смешать ее с ураганом, то я тут же улетела бы под стол, поэтому я потягивала кока-колу, пока мама и девушки наслаждались напитками у Пэт О’Брайен. По моим оценкам, они выпили уже по три очень крепких коктейля. Я не поделилась своими подсчетами с Адриан, которая прекрасно проводила время со своими новыми лучшими друзьями. - Мы должны делать такие коктейли у нас в гостинице, - Адриан смотрела на меня стеклянными глазами. - Да, они настоящий хит. Подожди, когда ты проснешься завтра утром, ты поймешь, что я имела ввиду. Мама опустилась в кресло и испустила довольный выдох. - Я ни разу не пробовала ураганы до тех пор, пока не встретилась с твоим отцом. - Да ты шутишь! – сказала Ванда. - До Блейка у меня был круг друзей, но они не были поклонниками Французского Квартала, - мама подняла бокал. – Ты можешь получить ураган в любой точке земного шара, но он никогда не сравнится с ураганом от Пэт О'Брайен. - Тогда я рада, что мы можем насладиться ими здесь, - Адриан подняла свой стакан и чёкнулась им со стаканом мамы. - Я не позволяла себе такого вот уже много лет. Вот почему я с нетерпением жду путешествия на ваш остров. - Ты, правда, приедешь? – спросила я. - Я действительно хочу этого, - ответила мама, а затем гордо выставила свой подбородок вперед, - и знаешь что? Я собираюсь сделать это! - Когда? – взволнованно спросила Ванда. - Сможешь ли ты отпроситься с работы весной? - Я работаю неполный рабочий день и смогу отпроситься в любое время, когда захочу этого. - А может быть нам и не ждать весну? – подмигнула мама. - Мама, а ты когда-нибудь куда-нибудь уезжала без папы? – спросила я. - Никогда. Но это не убьет его, если я уеду сейчас, - сказала она с хитрой улыбкой. – Нет ничего, что удерживало бы меня сейчас привязанной к дому, - мама посмотрела на меня. - Я прошу прощения, если это прозвучало как-то плохо. Я никогда не была единомышленниками с тобой и твоим братом. Но самые сладкие воспоминания моей жизни связаны с вами двумя, - мама печально улыбнулась. - Тебе не нужно это уточнять, мама. Я поняла, что ты имеешь в виду. И я помню день, в который ты хотела бы оказаться подальше от нас и от дома. Надо ли мне напоминать о побеге песчанок? Мама застонала и сделала глоток из своего стакана: - Я никогда этого не забуду! - У нас с Джефом были две песчанки – Джимми и Джерри, но вскоре мы узнали, что должны были назвать их Джимми и Дженни. За очень короткое время у нас оказалось стадо песчанок. Руки Ванды покрылись гусиной кожей. - Ёуу, я знаю, что произошло! - Ёуу, ты права, - сказала мама и ткнула локтем Адриан. – Они выглядят, как мыши. От них у меня мурашки на коже. - Они были очаровательные, - сказала я, - ты просто не познакомилась с ними поближе. - Зато я очень даже хорошо познакомилась с одной из них, - ответила мне мама. - Я думаю, что должна услышать эту историю, - усмехнувшись, сказала Адриан. - Их главной средой обитания была комната Джефа, но он не позволял мне играть с ними так часто, как я хотела. Поэтому мы разделили их на две части. - Их количество было огромным, - сказала мама. – Каждый раз, когда у Дженни были дети, они начинали новый раздел. У каждого было уже десятка по два песчанок. - Могу предположить, что при очередном разделе они сбежали, - сказала Ванда. - Да, - подтвердила я с улыбкой, - когда мы открыли одну из коробок, то случился массовый исход. Песчанки вылетали оттуда как попкорн. Ладно у Джефа хватило ума быстро закрыть дверь. Нам потребовалось два часа, чтобы собрать их обратно. Мама подняла палец вверх. - За исключением одного. - Видимо он решил стать самоубийцей, - смеялась я, вспоминая. – Следующей ночью он нашел дорогу в мамину спальню и по одеялу взобрался на постель. - Я почувствовала его у себя на шее, - мама вздрогнула. – Я почти спала, поэтому просто протянула руку и взяла его, но он укусил меня. - О, боже мой! – волоски на коже Ванды стояли дыбом. - Это не похоже на самоубийство, - рассмеялась Адриан, - здесь попахивает убийством! - Это было самоубийство, потому что из всех людей в доме он выбрал того, кто мгновенно прихлопнет его, – и она это сделала. - Остальные из них - минус два – были отправлены в зоомагазин, но только после того, как мы точно убедились, что те двое одного пола, - сказала мама. - Как я уже говорила, у меня много хороших воспоминаний о моих детях и несколько кошмарных. Просто то, что вы выросли, не означает, что мы должны перестать делать глупости. Вот почему я с нетерпением жду приезда в вашу гостиницу. Я смотрела на маму и удивлялась переменам, произошедшим с ней с тех пор, как я уехала на остров. Я не была полностью уверена, что знаю ее. Проведя свои подростковые и несколько взрослых лет в попытке дистанцироваться от нее, теперь я жалела, что через несколько дней оставлю ее. Я полагаю, что не только она изменилась за это время, потому что мой рот открылся и оттуда выпали слова: - Я с нетерпением буду ждать тебя. - Все, я больше не могу пить это, - сказала Ванда, отодвигая свой стакан. Я была рада увидеть, что стакан был почти полон, значит это она повезет нас домой, если мы сможем отобрать у мамы ключи от машины. - Вы все должны съесть что-то, что нейтрализует алкоголь, выпитый вами. И ничего лучше для этого нет, чем бенье, - сказала я, пользуясь их ослабленной умственной способностью, чтобы съесть свой любимый пончик. - Кафе Du Monde находится всего в нескольких кварталах отсюда. Наше путешествие в знаменитое кафе было задержано несколькими остановками в магазинах. Я наблюдала, как моя любимая возглавляет этот поход. Мама взяла Адриан под ручку, и они прогуливались по бульвару как две давние подружки. Я даже не была уверена в том, что она понимала, с кем она тут гуляет. Я думала, что никогда не увижу ничего подобного, и это глубоко тронуло меня. - Я купила подарок для Ирис, - сказала Адриан, выходя из магазина. – А для Коула я купила бусы Марди Гра (жирный вторник, праздник похожий на Масленицу) с черепами на бусинах. Я рассмеялась, глядя на ее полупьяные покупки. - Уверена, что они будут в восторге от них, - сказала я, глядя в ее сверкающие голубые глаза. – Я люблю тебя, ты же знаешь об этом! - Я тоже люблю тебя, и я слишком привязываюсь к твоей маме. Мама и Ванда присоединились к нам, и мы продолжили путь в кафе Du Monde. К тому времени, когда мы подошли туда, я просто захлебывалась слюной. Мы сели за столом в патио и слушали мужчину, играющего на саксофоне, пока к нам не подошел официант, чтобы взять у нас заказ. - Мы можем разделить между собой несколько заказов (в заказе 3 пончика или бенье), - сказала мама. - Нет, мне нужен мой собственный набор, шоколадное молоко и кофе, - сказала я официанту, и он что-то нацарапал в своем блокноте. - Маргарет, я могу разделить заказ с тобой, - предложила Адриан. – Я все еще не проголодалась. Ванда повторила мой заказ, минус молоко. Когда тарелка с французскими пончиками была установлена на столе передо мной, я почти заплакала от радости. Я начала рвать дырки в каждом из них, чтобы выпустить жар. Когда я начала есть, то совсем не планировала останавливаться. Первый укус был блаженством, последний – агонией. Я была так наполнена, что мне захотелось найти теплое местечко и вздремнуть как кошка. Очевидно, что мама и Адриан не знали, как правильно есть пончики, так что нам с Вандой пришлось терпеливо ждать, пока они культурно кусали свои пончики и запивали их кофе. Возможно, это и было более цивилизованно - поесть в такой манере, но я уверена, что они не получили столько удовольствия, сколько я. Моя рука лежала на спинке стула Адриан, и я иногда гладила ее по спине и играла с ее волосами. Мое скромное любовное шоу не было по достоинству оценено женщиной, сидящей позади нас, и она сообщила об этом всем, когда собралась уходить. - В этом городе нельзя повернуть за угол, чтобы не натолкнуться на геев, - достаточно громко сказала она своей спутнице, чтобы это смогли услышать все. При этом она так двинула своим стулом по моему, что у меня застучали зубы. - Тогда ты должна чувствовать себя, как дома, - сказала я ей через плечо. - Это вы мне? Я повернула свой стул и улыбнулась. - Похоже, что у тебя огромный гей-радар, если ты определяешь геев на каждом углу. Знаешь, как говорят, – рыбак рыбака видит… - Адриан толкнула меня в бок, заставляя заткнуться. - Я не гомик, - сказала незнакомка, и яд закапал с ее языка. - Как скажешь, - сказала я небрежно и, отпив свой кофе, посмотрела на нее. Женщина помедлила, как будто хотела сказать больше, и посмотрела на Ванду и маму, которые сидели рядышком. Ванда положила руку на плечи маме и похлопала ресницами. Я полагаю, что узколобая женщина и ее подруга почувствовали себя в меньшинстве и быстро ушли. С минуту потребовалось маме, чтобы понять, на что намекала Ванда своими действиями. Она посмотрела на нас с обидой, а я расхохоталась, сдувая сахарную пудру с тарелки прямо маме на коленки. - Ванда, я понятия не имела, что ты такая остроумная, - смеялась я. – Все эти годы ты была замужем за моим братом, а я практически не знаю тебя! - Видимо, я тоже не знаю ее достаточно хорошо, - сказала мама с притворно-сердитым видом. - Лучше поздно, чем никогда, - сказала Ванда. – Я уверена, что у мужчин Тейт теперь возникнут неприятности от того, что женщины Тейт так дружны. Мама протянула руку и погладила ладонь Адриан. – Я уверена, что возникнут. Мы вернулись домой, съели остатки ужина и лежали в гостиной, пока не устали настолько, что не было сил держать глаза открытыми. Когда, наконец, мы с Адриан добрались до своей кровати, то долго еще лежали в постели и смеялись над событиями дня. - Два дня прошло, осталось еще пять, - сказала я. – Я думаю, что мы пройдем через это. - Я действительно наслаждалась сегодняшним днем, - сказала Адриан и сплела свои пальцы с моими. - И я тоже. Но это только потому, что ты была рядом, и разделила этот день со мной. Она повернулась и посмотрела мне в глаза. - Я рада, что ты привезла меня сюда. - Ну, у нас есть еще пять дней. За это время ты можешь изменить свое мнение. Просто смешно - насколько эти слова оказались пророческими.