Никто меня не заметит.

Астрид открыла глаза и посмотрела на часы: они показывали пол девятого. Сегодня не надо было идти в школу, поэтому она надела только футболку и джинсы. Блондинка увидела среди вещей разорванный бюстгальтер. Она была сначала шокирована, но потом вспомнила вчерашний день. Она спустилась на первый этаж. Завтрак был готов, мать собиралась на работу. - Астри, там отец тебя что-то хотел попросить сделать. Помоги ему. Удачного дня, я побежала. - Спасибо, мам. Девушка быстро съела бутерброд с чаем. С момента пробуждения прошло не более десяти минут, она уже собиралась подняться к себе в комнату, но услышала хлопок двери. На кухню вошёл отец, вытирая грязные руки тряпкой. - Астри, доброе утро. - Доброе утро, пап. - Помнишь, ты вчера вечером сказала, что тебе фильтр нужно заменить? - Да, помню. - Ну и вот, я заменил. - А что тебе нужно было помочь? - Я не нашёл наши инструменты и поэтому спросил у одного полицейского, он здесь, неподалёку живёт. Отнесёшь их ему, а то я на работу уже опаздываю. - Хорошо, а где он живёт? - От перекрёстка у магазина повернёшь направо, и через три дома. По правой стороне, будет дом с зелёной крышей, перед домом с таким интересным забором из кустов. Вот туда. - Ты не мог где-нибудь ближе найти? - Я поехал за ними в магазин, но он был закрыт так рано. Я увидел мужчину, возвращавшегося с работы, и решил спросить у него. Он не отказал. - Ладно, я схожу.

***

Она вспомнила, что забыла переодеться, когда холодный ветер пронзил её в квартале от дома. Но возвращаться уже не было смысла. До магазина оставалось не более двухсот метров, начался дождь. - Чтоб тебя! Промокнуть ещё не хватало. Она побежала в сторону нужного дома, но поскользнулась, боль пронзила ногу. Ящик с инструментами упал и раскрылся, инструменты разлетелись по земле. Девушка ползала по асфальту, собирая инструменты. Дождь усилился. Астрид встала – правая нога болела. Бежать теперь не было возможности. Она доковыляла до нужного дома, но уже вся промокла и замёрзла от продувающего ветра. Звонок в дверь разбудил Иккинга, спящего на боку в обнимку с подушкой. Именно, не головой на подушке. Не известно, что ему снилось, но, наверняка, что-то очень приятное. Рыжий поднялся, но веки не слушались и не хотели открываться. - Чтоб вас там кирпичами придавило! Кому там надо? Папа, открой! Ответа не последовало. Парень посмотрел на стол – там лежала записка, в которой было написано:

«Иккинг, я приехал домой, но меня вызвали снова. Меня не будет до завтра. И ещё, тут у меня один мужик с нашего района инструменты одолжил, он их должен принести».

Если бы он спал чуть побольше, а значит, и выспался лучше, то он бы вспомнил, что существуют некие правила этикета, на основании которых не приемлемо появляться на людях в одних трусах, и натянул какую-нибудь одежду. Но не сейчас, когда он две ночи подряд спал не больше четырёх часов. С трудом открывая глаза на несколько мгновений и перебирая в своей голове все знакомые бранные слова, Хэддок, расталкивая стены, добрался до двери. Задев вешалку у самой двери, он пошатнул футболку, лежащую сверху, которая упала ему на голову. Не убирая её, он на ощупь открыл входную дверь. Астрид была немного шокирована человеком, открывшим дверь. Молодой парень с небольшими, но рельефными мышцами, в одних трусах и с футболкой на голове, закрывающей лицо. Это нечто что-то пробубнило. Хофферсон не поняла ни слова. Да и не до этого ей было – она не отрывала глаз от мышц, каждая из которых выделялась. Это не были накачанные куски мяса, но он явно не был каким-то хлюпиком. Не дождавшись ответа, юноша снял футболку. - Хэддок?! – девушка была в шоке. - Аст… ох… э-э-э. Что ты здесь делаешь? Увидев лицо, девушка в миг забыла, что ещё несколько мгновений назад любовалась его телом. - Ты вообще дебил? К тебе люди пришли, а ты в одних труселях! - Имей совесть, не кричи, на голову давит. Я почти не спал последние ночи. - Конечно, - голубоглазая блондинка снизила громкость, - ночью ещё дольше ходи. Стоп, ты же говорил, что живешь не далеко… - Я быстро хожу, и считаю, что это не далеко. - Ладно, - она переминулась с ноги на ногу. – Ау! Нога… Я тебе инструменты принесла. - А отец говорил, что у него какой-то мужчина брал. – Он улыбнулся. – Хотя, зная тебя, и с учётом одежды, которая сейчас на тебе… - Астрид ударила его по рёбрам. – Ай! - Шутник, чтоб тебя. – Иккингу показалось странным, что в этих словах не было злости. Она передала ему чемодан. – Он треснул тут случайно… Я пойду, ладно. - Хромая и промокшая? Ну-ну. Не, я бы предложил остаться и переждать дождь, но не хочешь, как хочешь. - Ну, я пойду. - Да ты шутишь, что ли? – Он силой затянул девушку в дом и улыбнулся. – К тому же надо отработать за чемодан. Шутка. Хофферсон неприятно удивилась его наглости и хотела накричать, но, ступив на больную ногу, только зашипела и поняла, что дождаться окончания дождя было бы лучшим вариантом, нежели мокнуть и терпеть боль в ноге. - Змея, я так и знал. – Хэддок не задумывался о том, что неудачной шуткой может обидеть гостью. – Осторожно, не укуси меня. – Да, сегодня он был в угаре. Ей, конечно, было неприятно, но ссориться она уже не хотела. Иккинг, обхватив её руками за талию, помог добраться до дивана в гостиной, и, когда она села, он, не убрав руки и стоя напротив неё, перебрал пальцами вверх по её рёбрам. Он смутился, когда понял, что это движение было лишним, и быстро убрал руки. Девушка увидела на груди парня какую-то соринку. Она хотела стряхнуть, но, когда она коснулась его, мышца маняще сократилась… - Эм… тебе бы переодеться, вещи надо высушить. Только, это, у меня нет женской одежды. - Не важно. Давай свою. - Сейчас, подожди. Астрид услышала возвышающийся топот шагов, затем – шорох вещей на втором этаже. Она осмотрелась – по обстановке было видно, что женщины в этом доме не живут. Вещи валялись на спинках кресел и дивана, висели на дверках шкафа. На полках под телевизором кривыми стопками лежали диски, на тумбочке лежали какие-то папки, бумаги. Но пыль убиралась, крошек и мусора не было. Мебель и техника – не дорогая, но новая. «Убила бы за такой бардак. И куда смотрит его мать вообще? Ну и семейка» - девушка стала относиться ко всему с презрением. Её раздумья прервал топот шагов со стороны входа. - Вот, принёс. Иккинг, уже надевший штаны, принёс ей широкие джинсы и футболку. - Я выйду, чтобы не мешать. Он вышел на кухню и поставил чайник, но услышал своё имя. - Иккинг, помоги, пожалуйста. Парень вернулся в гостиную, он был ошарашен увиденной сценой: Астрид стояла голая выше пояса спиной ко входу, держа в руках лифчик. На этот раз – обычный. - Помоги, я застегнуть не могу. Он пытался зацепить эту непознанную для него вещь гардероба, но она не поддавалась. «Я слишком часто за последнее время имею дело с её лифонами. Как это вообще?!» После нескольких безрезультатных щелчков Хэддок присмотрелся: застёжка была разогнута. Он взял её зубами и напряг челюсть, металл поддался. - Руки подними. Девушка послушалась, Иккинг посмотрел на неё. Линии обнажённого тела заворожили его, так хотелось обхватить ладонями эту талию, ощутить слегка торчащие рёбра… Но его прервал голос владельца тела: - Ты чего там? Щелчок, и бюстгальтер закреплён. - Тут застёжка разогнулась. Я исправил. Он взял мокрые вещи Хофферсон и отнёс их в комнату, где стояла сушилка. В этой же комнате была аптечка. Рыжий порылся в ящичках и достал какую-то мазь. Вернувшись в гостиную, он увидел, что Астрид надела его школьную толстовку. - А, это… - он указал на свою вещь. - У тебя тут холодно, ты не против? - Эм, нет. - Слушай, а твоя мама на работе сильно, видимо, занята. - Ты о чём? - Ну, эм, не обижайся, но в этом доме нет, э-э-э, женского внимания. - У меня нет мамы. - А что с ней? - Она умерла, когда мне был год. Я её помню только по фотографиям. - Ой, прости. Я не знала. - Действительно. Мои одноклассники не сильно интересуются мной. Кому нужен этот неудачник? Хофферсон была дезориентирована. Она смутилась, она не знала, что ответить. Астрид не знала, почему так, но и почему она должна отчитываться, но так вопрос не звучал, но… Столько но! - Я должна… должна пойти. Иккинг сунул ей тюбик в руку со словами: - Держи, поможет. - Спасибо. – Она придвинулась к нему ближе, но перерасчитала силы так, что их лица оказались на неприлично близком расстоянии. – Спасибо за всё. – Она выбежала. Дождь уже кончился, девушка, слегка прихрамывая, хлопала тапочками по лужам. Она уже видела свой дом, когда услышала знакомый голос: - Привет, подруга. - О, привет, Гунвор. Ты что здесь делаешь? - Я? Шла к тебе в гости, не могла тебе дозвониться. Ты не отвечала. Но, я вижу, ты была занята. - Ну я относила инструменты и забыла телефон дома. - Куда? В мужской отдел магазина секонд-хенда? – Забияка окинула взглядом собеседницу. Та тоже посмотрела на себя. Она забыла, что она в одежде Хэддока, а её вещи у него. – Астри, кстати, знакомый стиль. Только не могу вспомнить, где же я видела эту толстовку? Стоп. Только не… Хэддок?! Что ты делала у этого, блин, даже слова для него нет, у него?! - Ну я же говорю – она виновато опустила глаза – относила инструменты. Ты помнишь, что я вчера сошла с трассы? - Да. - Там был фильтр сломан, я попросила отца починить, но инструменты он не нашёл. Он поехал в магазин, но забыл, что в времени шесть часов утра. Магазин, естественно, был закрыт, но папа увидел мужчину, подъехавшего к дому невдалеке от него. И попросил у него инструменты. Это был отец Хэддока. – Она намеренно скрыла, что именно Иккинг помог ей обнаружить поломку. - А как ты оказалась в его одежде? Или у тебя самой что-то сломалось, для чего ты последовала примеру отца и одолжила у Хэддоков одежду? – Торстон, с улыбкой, но не меняя напряжённости в голосе, осмотрела Астрид, обойдя её. – Да вроде вся целая. Или нет? – она игриво подёргала бровями. – Это так не ремонтируется. Это вообще не ремонтируется. Только не говори, что это Хэддок сломал. Так, а это что? – Гун показала на тюбик с кремом в руке у Астрид. – Я надеюсь, это не… не, фух, хорошо, это от вывихов и растяжений. Стоп, не хорошо. Что вы вытворяли? - Ахаха, прям умиряю от смеха. Подруги уже дошли до дома Хофферсонов. Астрид открыла дверь, Забияка, проходя дверной проём, продолжила: - Не, а серьёзно, как ты оказалась в его одежде? Хофферсон захлопнула дверь: - Проходи в гостиную. Я легко оделась, но попала под дождь. Ну а он предложил высушить. - Тебя? – Торстон получила ударь в бок. – Ач! Обычно после этого процесса все довольные. - Одежду высушить. И переждать дождь. И он дал мне свою. - А крем зачем? - Вот, подруга. Не заметила, что я хромаю. - Ну, знать бы из-за чего? – она хихикнула. - Прям смешно. Нет, здесь ничего, на что ты намекаешь. - Значит, он тебя сломал, но в приличном смысле этого слова. - Нет, не он. Я, когда начался дождь, побежала, но тапок провернулся на скользкой дороге вместе со ступнёй. Она взяла тюбик и выдавила немного себе на ладонь. Подняв ногу на колено другой, Астрид стала втирать крем в больное место. Закончив с процедурой, она поднялась в комнату, подруга пошла за ней. Хофферсон взяла одежду из шкафа и переоделась. После завернула одежду Иккинга в пакет и протянула его Забияке. - Отнесёшь его Хэддоку? - А сама? Я не хочу у него появляться. - У меня нога болит. Ты что, забыла? - Ах, точно. А где он живёт? - От магазина направо, через три дома. Дом перед участком с забором из кустов. - Хорошо. А почему ты вчера не доехала? Мы волновались. - Я же говорю, фильтр пробит. Я увидела, что топливо бежит, но не могла понять, откуда. - А как ты узнала, что случилось? - Мне помог Хэ… Прохожий один. - Ночью. Прохожий. Подпольной гонщице. - Ну да, странно звучит, но это так. - Может, ты сейчас пойдёшь? Я собиралась прибраться, или ты мне хочешь помочь? - Нет! Ну пойти, так пойти. Пока, подруга. А ты с Хэддоком точно не это? - Нет, ты чего? - Ну и хорошо, что тебя с этим хлюпиком… - Он не хлюпик. Мы мало о нём знаем. Ну, только он не извинился за то, что встретил меня в одних трусах… - Что?! - Ой, я не так мысли выразила, стой! Забияка выбежала из дома Хофферсон и побежала в сторону магазина. Её распирало любопытство, ей хотелось всё разузнать. «Так, три дома направо, значит» - она осмотрелась. Увидев то самое зелёное ограждение, она определила, в какой дом ей нужно зайти. Она позвонила в дверной звонок. Иккинг так и не одел на верхнюю часть тела какую-нибудь одежду. В этот момент он залипал в какую-то компьютерную игрушку. Услышав звонок, он нажал на паузу. Парень открыл дверь, он был слегка ошарашен: - Гунвор, тебе чего? Она посмотрела на него. Увидев его с голым торсом, Торстон поняла, почему её подруга так напряглась, когда Гунвор оскорбила Хэддока. Парню даже на уроках физической культуры удавалось скрывать свой рельеф мышц. Она постучала костяшкой указательного пальца по ключице: - Молодой человек, почему вы нацепили голову Хэддока? - Оч смешно. Тебе чего? - Тут твоя новая подружка передавала тебе твои вещи. Я надеюсь, ты мне ничего не сломаешь? – она начала смеяться, но, посмотрев на удивлённое лицо собеседника, вспомнила, что тот не в курсе хохмы. – Не важно. - Не понимаю. - Я от Астрид. Она передавал тебе твои вещи. - Ты передай, что застёжка на бюстгальтере долго не продержится. Я её всё-таки зубами погнул, а не инструментом. - Что?! – она зашагала вперёд, вынуждая Иккинга отойти в дом, и сама перешагнула за порог. – Она не хочет, но ты мне расскажешь, что вы тут вытворяли? Ты в одних трусах ремонтируешь её лифчик. – По ней было видно, что она пыталась выдать любопытство за беспокойство за подругу. - Ну, лифчик я ремонтировал уже одетый. - Уже? - Ну, в смысле, не в трусах. - Так. У вас что-то было? - Да. – На лице Забияки выступила шокированная гримаса. – Шучу. У неё просто застёжка сломалась. А в трусах я её встретил, потому что забыл одеться, когда она позвонила в дверь. И ничего! Ничего не было! Он забрал пакет, ушёл в одну из комнат и через несколько секунд вышел, протягивая пакет Забияке: - Вот её вещи, правда, они мокрые. Да, и где мой телефон? - Какой телефон? - В кармане толстовки лежал мой телефон. Его сейчас нет. Скажи Астрид, чтобы посмотрела у себя, хорошо? Завтра в школе отдаст. - Ладно, передам. – сказала Гунвор уже за порогом. Иккинг захлопнул дверь. Торстон, без спешки, пошла обратно к Хофферсон. В голове была каша – столько интересных новостей за одно утро! Надо бы всё упорядочить. Дорога до дома подруги заняла больше времени, чем обычно. Девушка зашла без стука, она знала, что Астрид одна дома и убирается. Но шума, обычно образуемого процессом уборки, он не услышала. Она поднялась к Астри в комнату – та сидела в телефоне. Не в своём. - Решила прикарманить трубку Хэддока? - Нет, я его на кровати у себя обнаружила. Видимо, выпал из кармана толстовки. - И что интересного? - Пока ничего. Что? Что он тут? Вот придурок! - Чего ты? - Вот, смотри! – она протянула телефон. Забияка посмотрела на экран – там была переписка из социальной сети. Переписка Хэддока с каким-то парнем.

«Привет, Иккинг». «Привет, брат!» «Что, всё ещё сохнешь по своей Астрид?» «А что, свобода мыслей, кого хочу, того люблю». «Вот и дурак же ты». «Ты не писал мне месяц, и решил написать из-за этого только?» «Она же тебя в упор не видит». «Чувства сильнее меня. К тому же, сегодня у меня появился шанс! Я её видел без лифчика и она меня почти поцеловала». «Ладно, не будем о твоих неудачах. Я вот чего тебе пишу – нам в тиму нужен ещё один. Ты, надеюсь, играть не разучился?..»

- Гун, ты видишь, что этот придурок тут это? – ей было обидно, что он расхвастался, как только появился шанс, даже не подумав, а вдруг ничего бы не получилось. Гунвор, рассмеявшись, ответила: - Хах, он сделал мой день! - Да он не достоин меня! Лучше уж с тупицей Сморкалой, чем с ним! - И что ты собираешься делать? - Мстить, пока этот урод не заметил пропажу. - Вообще-то, уже заметил. Но не расстраивайся, он сказал, что аппарат подождёт до завтра. А что ты будешь делать? – у Торстон загорелись глаза. - Не знаю, хотя, нет. Мы же собирались встретиться сегодня вечером нашей компанией, так? - Ну да. - Я не смогу пойти с больной ногой, а вот ты бери телефон и развлекитесь там. - Класс, а я думала, что ты не способна на такое. - Способна! И, - она опустила глаза и понизила громкость голоса – соври ребятам про то, как телефон оказался у нас.

***

Было почти шесть вечера, Иккинг решил посидеть за компьютером. Открыв страницу соцсети, он набрал логин и пароль.

«Аккаунт авторизован с другого устройства».

«Что? Я вроде только с телефона… Точно! Он же могла прочитать… Нда, я везучий». Иккинг попробовал зайти минут через десять. Сработало. Он сразу же поменял пароль. Страница шокировала его – от его имени были написаны правдоподобные признания в гомосексуализме, знакомым девушкам, не знакомых с Хэддоком в реале, были отправлены порнографиечские кадры или грубые предложения. Так же якобы Хэддок поссорился со своими друзьями, с которыми тот общался через сеть. Повеселились, конечно, примитивно, как школота, но друзей у него поубавилоь больше, чем на половину. Никому не нужен пошлый неадекватный друг в интернете. - Мразь! Уроды, школота недобитая! – парень продолжал ругаться на монитор. Не переставая сыпать проклятиями, он отправил немногим оставшимся и догадавшимся о взломе страницы друзьям контакты в малоизвестной соцсети, в которую он точно не заходил с телефона.

«Вы подтверждаете удаление страницы?» «Да». «Страница пользователя Иккинг Хэддок была успешно удалена».