Походные трудности

Просыпался Мерлин тяжко. Голова гудела, а при малейшем движении продолжала плыть, будто не находя под собой твердую землю. В горле пересохло, и дико хотелось пить. Инстинктивно сглотнув, чтобы избавиться от неприятного ощущения, Мерлин почувствовал, как у его губ оказалась фляга с водой, и он смог утолить жажду. Открыв глаза, первое, что он увидел было обеспокоенное лицо Персиваля. - Хэй! Мерлин проснулся! - пробасил рыцарь. Только сейчас он понял, что находится не посреди леса, где по идее и должен был остаться, а в лагере у костра. И, судя по всему, уже давно, поскольку уже по всей стоянке витал приятный аромат пшенной каши. Слегка пригоревшей, судя по запаху, но Леон, следивший за котелком, и так старался изо всех сил. Мерлин хотел было встать, но мощная рука рыцаря без особых усилий пришпилила его обратно к импровизированной подушке из сложенного алого плаща. - Лучше лежи, друг. Принц Артур рассказал, что случилось, так что не переживай. Не вполне понимая, о чем говорит Персиваль, парень огляделся по сторонам. Все вроде бы было как прежде. Разве что Леон, а не Мерлин сидел у котелка. Ну и, судя по приглушенным выкрикам и ржанию, Гвейн воевал с лошадьми в попытке их почистить. Остальные же расположились кто у костра, начищая доспехи, кто по краю периметра, присматривая за территорией. Вот только Артура, обычно руководившего всеми передвижениями в лагере, не было видно. - Персиваль, а где.. - хотел было спросить парень, но в этот момент пустовавший уже несколько дней желудок скрутило такой судорогой и урчанием, что, кажется, его услышал бы даже Гвейн на другом конце лагеря. - Где твоя миска? - шутливо продолжил рыцарь. - Кажется, самый мелкий из нас еще и самый прожорливый! - по сидевшим рядом рыцарям прошел одобрительный смешок. - Леон, я тебя умоляю, хватит обжаривать кашу. Сколь бы зажаристой она ни была - пахнуть мясом не начнет! И далее в том же духе. А бедный Мерлин мог в это время лишь надеяться, что его уши не залило краской от подобного конфуза. Что, конечно же, было не так. Держа в руках еще дымящуюся миску с кашей, Мерлин знал, что даже если из ближайших кустов выглянет дракон, то ему придется подождать, пока он не закончит есть. Даже если Моргана, Моргауза и прочие демоны темных миров восстанут сейчас для войны, они будут ждать вон за тем орешником. Мерлин даже мысленно отметил, за каким именно. Потому что сейчас у него в руках самое драгоценное из всех походных сокровищ. И никто, н-и-к-т-о не мог оторвать от него. Никто, кроме подошедшего Артура. Он, казалось, даже не взглянул в сторону своего слуги и молча присоединился к сидящим у костра рыцарям, уже начавшим трапезу. И все вновь пошло своим чередом: Персиваль и Леон вместе с Артуром обсуждали дальнейший маршрут до Камелота, сэр Элиан в который раз за последние дни описывал то, как он наконец выспится на нормальной кровати по приезде в замок, а Гвейн, примчавшийся на запах быстрее выпущенной стрелы, уже искал, чем бы сдобрить "эту похлебку, а то, честное слово, в следующий раз я с тобой, сэр Леон, на патрулирование не пойду. Поучился бы готовить у нашего Мерлина! У него это хотя бы получается съедобным." Постепенно котелок опустел, разговоры стихли, и все стали ложиться спать. И опять, на удивление Мерлина, Артур первым в эту ночь встал на дежурство. Он так же молча поднялся и, не задерживаясь больше у костра, ушел в тень деревьев, до куда свет огня не мог дотянуться. А Мерлин остался один, среди мерного посапывания уже задремавших рыцарей и треска поленьев. Казалось бы, наконец-то появилась возможность выспаться. Хотя бы раз за весь этот чертов поход. Но именно сейчас сна не было ни в одном глазу. Парень ворочался, пытаясь удобнее устроить саднящее плечо, на которое он, видимо, упал, когда потерял сознание. И вообще - потерять сознание. Старые и новые боги, ему было так стыдно смотреть сейчас на Артура. Тот и без того был зол бесцельностью похода, так еще достаточно представить картину, как он, неся охапку хвороста в одной руке, в другой тащит своего бесполезного слугу, а по совместительству последнего Повелителя Драконов и величайшего мага текущей эпохи, за загривок в лагерь. Парень со вздохом закрыл лицо рукой. "Жалко, Мерлин. Это было жалко.." - Все в порядке? - мысли прервал тихий голос Артура, вернувшегося, как оказалось, к костру. Видимо Мерлин так ушел в свои мысли, что не услышал приближающиеся шаги. - Мерлин, все в порядке? - повторил парень чуть громче. - Да.. Да, все в порядке. Пробурчав что-то схожее с "Ага, конечно. Так тебе и поверили", Артур поднялся и сел рядом с лежанкой Мерлина. Повисло неловкое молчание. Еще минуту назад он даже возможно немного сожалел, что рядом нет Артура. Теперь нет. Определенно. Не зная куда себя деть, Мерлин хотел было уверить, что все действительно в порядке, и что уже завтра он будет в норме, но как только он решился сказать об этом, Артур снова, пусть и не осознанно, прервал его. - Сир, все в.. - начал было Мерлин. - Надо обработать рану. - "Рану?" Мерлин подумал было про плечо, но хоть оно и саднило, одежда была, пусть и не самой чистой, но целой и без каких-либо кровоподтеков. - На лбу. - по интонации можно было догадаться, что "идиот" Артур с большим трудом сдержал в своих мыслях. Мерлин прикоснулся к виску и понял, что головная боль, с которой он очнулся, была результатом нехилой такой ссадины. - Только.. - замешкался Артур. - Я не знаю, что именно из этого подойдет.. Лишь сейчас он заметил, что Артур вернулся, неся в одной руке его, Мерлинову, сумку, в которую он еще перед началом похода скинул несколько флаконов с зельями на случай непредвиденных обстоятельств. "Непредвиденных обстоятельств.. ну, конечно.." В который раз порадовавшись тому, что несколько дней назад в ручье ни один из флаконов не пострадал - "Только моя несчастная выпечка и гордость" - Мерлин выбрал флакон с прозрачной настойкой крепкого вина и протянул её Артуру. Тот, достав чистую перевязочную тряпицу, хотел было начать, но, взглянув на Мерлина, негромко сказал: - Сядь ближе. Мерлин молча пересел. Теперь их лица находились совсем близко. При желании, он мог бы различить, как в золотых волосах, будто корона, играют и переливаются отсверки костра. Он бы мог увидеть, как его сполохи отражаются в голубых глазах принца, делая его радужку почти такой же, какой она становилась у самого мага во время колдовства. Он мог бы, но Мерлин упорно смотрел вниз, не отрывая взгляда от собственных коленей. - Так ничего не видно, Мерлин. - Артур аккуратно, почти невесомо прикоснулся к подбородку парня, поворачивая его лицо к свету. Теперь Мерлин мог только надеяться, что его покрасневшее лицо сочтут результатом недомогания, отблесков костра, начавшейся лихорадки, чем угодно, но никак не стыда и.. смущения? Но Артур, как ни в чем не бывало, смочил тряпицу настойкой и начал обрабатывать ссадину. Мерлин тут же непроизвольно дернулся в сторону - настойка обжигала поврежденную кожу, оставляя после себя пульсирующую боль. - Извини. - взгляд Артура был полностью сосредоточен на ссадине. - Чего уж там. Бывало и похуже. - попытался отшутиться Мерлин. Но принц только тяжело вздохнул. - Как ты.. - после некоторой паузы начал Артур, продолжая обрабатывать лоб. - Как ты вообще себя чувствуешь? - Неплохо. Завтра.. Ау! - Мерлин не удержался от тихого шипения из-за прикосновения к особенно глубокой царапине. - Завтра буду уже в порядке. Артур остановился и внимательно посмотрел парню в глаза. - Никогда.. больше так не делай. Ясно? - Мерлин, порядком ошалевший от подобного серьезного тона, смог только молча кивнуть. - Я не всегда.. Я не могу постоянно присматривать за тобой, Мерлин. Поэтому постарайся не попадать больше в неприятности, если это вообще возможно. - Кто? Я? - парень широко улыбнулся. - К тому же, еще одного такого, как я, вам будет крайне сложно найти. - Поняв, что сказал он несколько больше, чем стоило, Мерлин заливается краской и поспешно продолжает. - В смысле.. слугу. На что Артур только облегченно вздыхает и улыбается. Казалось, что эта беседа далась ему куда тяжелее, чем весь прошедший поход. Куда тяжелее, чем обычный разговор должен был быть. За Мерлина переживали. И, возможно, даже сильнее, чем должны были.. Закончив обрабатывать лоб, принц взял новый бинт, чтобы перевязать голову. Мерлин хотел было возразить, но когда противник тяжелее, сильнее и куда более подготовленный к бою, чем ты, желание спорить куда-то обычно пропадает. Поэтому Мерлин так и сидел перед Артуром, наблюдая, как тот накладывает бинт, и стараясь всей своей природной магией согнать краску с лица. Что, конечно же, ему не удавалось. - Все. - сказал Артур, закончив с закреплением повязки. - Ложись спать. Все еще улыбаясь, он потрепал Мерлина по голове, будто тот был домашним псом, на что последний смог лишь устало отмахнуться, и возвратился к костру. Уже в легкой дреме, Мерлин наконец смог понять, что было не так в фигуре сидящего у костра принца. Алого плаща, символа Рыцарства Камелота, крепящегося на плечи, у него не было. Решив было спросить о нем, Мерлин вдруг понял, что его голова покоится не на сумке, как это было в течение всего похода, а на куда более приятном материале. Повернувшись на бок, парень по привычке, как делал это дома, зарылся носом в сложенный под головой плащ и провалился в объятья Морфея.