Ветер дальних странствий

POV Рыжика. Корабль под названием «Жена моряка» был действительно красив. Чувствовалось, что он не так уж давно начал выходить в море – такой он был новенький. Я до этого не видел настоящих парусных кораблей и смотрел на это чудо с неподдельным восхищением. Капитан же рассказал нам, что новый корабль он приобрёл не так давно, а до этого ходил в море на паруснике отца. Лиланд тут же мысленно пояснил мне, что приставку Ле перед фамилией имеют только те, чьи семьи связаны с морем не менее четырёх поколений, и все были не простыми матросами, а капитанами, или, к примеру, штурманами. Такой вот своеобразный знак качества. Если я восхищался красотой корабля молча, то Солнышку было не заткнуть рот. Он задал всем окружающим не менее тысячи вопросов, а больше всего досталось бедняге капитану. Но тому, видно, даже нравилось отвечать на вопросы малыша. Похоже гадина Нерисса и её мерзкий сообщник оказались единственными людьми, на которых не подействовало обаяние Солнышка. Капитана же и его первого помощника он просто покорил. Самое интересное, что первым помощником капитана оказалась женщина, судя по тому, что её звали Марча Ле Гри, тоже из старинной морской семьи. На моё недоумение Лиланд удивился не меньше и ответил, что в матросы, конечно, никто женщину не возьмёт – труд слишком тяжёлый, а вот среди штурманов, помощников капитана и даже капитанов довольно много женщин, и никто им это занятие и не думает запрещать, особенно если девушка происходит из семьи, чья фамилия начинается с Ле. Хотя, конечно, кто спорит – мужчин в морской профессии гораздо больше, чем женщин. М-да, своеобразное у них равноправие… В это время первый помощник капитана Марча уже показала Солнышку весь корабль и даже угостила чем-то вкусненьким на камбузе, а потом, вернувшись, женщина сказала нам, что хорошо, что у нас есть свой кузус, обидно, если крысы напугают малыша. Я только вздохнул. Крыс и я в своей прошлой жизни боялся до поросячьего визга. Тут Марча свистнула, и на палубу выплыла самка кузуса необычной жёлто-чёрной окраски в полосочку. То ли шмель, то ли тигр… Нет, местную живность явно творили в сильном подпитии. Иначе как объяснить, что вместе с насквозь привычными лошадьми и козами здесь встречаются такие создания, как кузусы, пырры и рары. Что же касается Кузи, то он мгновенно метнул красавице пламенный взгляд, на что последовало презрительное «Уф-ф!», но я нисколько не сомневался, что за время плавания Кузя своё наверстает, и что помимо оплаты на «Жене моряка» будет прибавление самой оригинальной расцветки. Лиланд тем временем обговорил с капитаном Азелем все подробности нашей поездки и оплаты, затем был заключён договор, чтобы засвидетельствовать который, юнга сбегал за портовым нотариусом. В присутствии этой важной персоны Лиланд выплатил немалый задаток, после чего к договору была приложена официальная печать. Но до этого Лиланд и капитан Азель внимательно перечитали и сверили каждый пункт, после чего поставили под каждой из трёх копий свои подписи. Третья копия будет храниться у портового нотариуса, дабы исключить несправедливые обвинения той или другой стороны в случае неудачи. Долго, конечно, но я не скучал, присматривая за резвящимся Солнышком и разглядывая оживлённую панораму порта. Неожиданно кое-какие люди в толпе показались мне знакомыми, и я мысленно позвал Сая. Тот подошёл ко мне и спросил таким же образом: - «Что случилось, Рыжик?» - «Погляди-ка, Сай, это не те люди, которые пытались затеять с нами ссору, а потом выяснилось, что они зачарованы?» - «Похоже, они. Лиланд, кажется, упоминал, что они приятели Зирана, и даже как-то называл их…Рест и Глосс, кажется…» Упомянутые мной личности целенаправленно продвигались в людском потоке по направлению к Бирже капитанов, и это мне определённо не понравилось. Мне вообще в последнее время не нравятся совпадения. POV Лиланда. Мне понравились и корабль, и капитан. И надеюсь я не слишком сглупил, заключая договор. После того, как всё было подписано, мы договорились c капитаном Азелем о том, что отплываем из Осанны послезавтра на рассвете. Завтрашний день он намеревался посвятить подготовке к длительному плаванию и, как он выразился, работе с командой. Что ж, судя по его ехидной улыбке, команду ожидал весёлый денёк, и расстались мы взаимно довольные друг другом. Не менее тепло распрощалась с нами и помощник капитана Марча, которая явно была рада, что у неё будет такой милый пассажир, как Солнышко. Доволен был даже Кузя, ибо на корабле нашёлся достойный его внимания объект ухаживаний. Вот только тревога Рыжика и Сая и меня заставила беспокоиться. А после того, как они рассказали мне о том, кого видели в порту, я забеспокоился ещё больше. Мне тоже, как и Рыжику, не нравятся совпадения. Тем более такие совпадения. Но я решил посоветоваться обо всём с отцом и учителем и постарался успокоить Рыжика и Сая. На обратном пути мы купили Солнышку сладостей – ведь в тот, первый раз, он их так и не попробовал. Малыш с удовольствием уплёл половину кулька, перед этим угостив каждого из нас и не забыв подсунуть кусочек Кузе. Так мы и добрались до гостиницы, хотя Рыжик и ворчал, что теперь дитё наелось сладостей, и ужин есть не будет. Как выяснилось, зря опасался. Ужин тоже отправился по назначению, а с чем не справился Солнышко – то доел верный Кузя. После этого Солнышко был выкупан и отправлен в постель, где мгновенно заснул от обилия впечатлений. Мы же все, включая отдохнувших отца и Галля, собрались в соседней комнате на совет. Учитель и отец проглядели заключённый мною договор с капитаном и одобрительно кивнули. Уф-ф, а я боялся, что нанял судно за слишком высокую цену и на невыгодных условиях. Затем учитель Зелал рассказал нам о том, какие новые сведения он почерпнул из беседы с Магистром Никилой. Уже несколько месяцев подряд Пирамида буквально выбивалась из сил, пытаясь бороться с проявлениями чужой враждебной магии. Началось это форменное безобразие с приграничной деревушки с поэтическим названием Кривые Колёса, где ни с того ни с сего полезли из земли мертвецы на разных стадиях разложения, причём даже не все с местного кладбища. Прежде чем народ успел сообразить что к чему, незваные гости успели растерзать семью кузнеца. Но остальные селяне успели вовремя понять степень опасности и организовать оборону. Женщины же и подростки, схватив в охапку малых детей, кинулись в храм Безымянной матери, где по слухам хранился некий артефакт, принадлежавший ещё первому Императору, и где две служительницы по очереди читали молитву Неустанного Поклонения, не прерываясь ни на миг уже несколько лет. Служительницы быстро впустили женщин и детей, взяли артефакт, по виду более всего напоминавший серебряное ведро, и, продолжая читать молитву, отправились навстречу толпе мертвецов, ни на минуту не сомневаясь, что Безымянная Мать Богов их защитит. И чудо, как ни странно, произошло. Неизвестно, что помогло больше – вилы и топоры крестьян, горячая молитва Безымянной Матери или удары серебряным ведром по пустым головам особо нахальных мертвецов, но к рассвету совместными усилиями удалось упокоить всех. Спешно вызванный адепт Пирамиды составил отчёт, отметив необычность атаки мертвецов, и хорошенько заклял местное кладбище, так, чтобы никто больше и носа из-под земли не высунул. Но успокаиваться было рано. Через день подобная атака повторилась в другой деревне, ещё через три дня - в третьей, затем в четвёртой, пятой, восьмой. Поскольку бесстрашные служительницы и серебряные вёдра были далеко не везде, то и жертв там было в разы больше, чем в Кривых Колёсах. После двенадцатого случая нападения прекратились так же внезапно, как и начались. Но тут подступила новая напасть – внезапно вполне благополучные, несклонные к буйству люди начинали впадать в страшное безумие, требующее уничтожать всех и вся. Не сразу адепты поняли, что это некий новый вид чар, и распознать их было крайне сложно, тем более, что все зачарованные, кроме тех, кого спасли мы, погибали, натворив перед этим энное количество кровавых дел. А когда в один прекрасный день впал в буйство телохранитель Императора и чуть было не зарубил во время прогулки Самого Императора и наследную принцессу, Магистр Никила понял, что кто-то очень серьёзно играет против него на его же поле. И это очень сильный маг, если учесть, что в телохранители Императору специально отбирали людей с естественной невосприимчивостью к любому виду магии. История с внезапным воскрешением Иртая тоже не добавила ясности, зато ещё больше запутала всё. А уж когда в рядах адептов объявилась Перерождённая, даже невозмутимый Никила начал паниковать. Поэтому он и попросил помощи у своего старого друга Зелала, надеясь таким образом прояснить, что за таинственная фигура столь явно хочет всеобщей погибели.