Ветер дальних странствий

POV Рыжика. Следующие двое суток пути прошли вполне спокойно и обычно. Лиланд, Кари и Сай тренировались с учителем Зелалом, я помогал им восстанавливать магический заряд в боевых артефактах, возился с Солнышком и дочитывал книги из библиотеки капитана. Погода стояла солнечная, море было спокойным, дул попутный ветер. Словом, создавалось полное впечатление, что кто-то или что-то даёт нам короткую передышку перед очередными приключениями. И это напрягало. Мне порой казалось, что я нахожусь в тёмной комнате и не вижу, с какой стороны ждать удара от таинственного противника. А ещё, пользуясь свободным временем, я вдоль и поперёк изучил карту материка Барб, так что теперь мог хотя бы приблизительно восстановить её по памяти даже в случае утери. Лиланд и капитан Азель так же внимательно изучили её и пришли к выводу, что высадиться нам нужно в удобной бухте на северо-западной оконечности материка. Надпись рядом с ней так и гласила: «Удобная стоянка». Оттуда до значка с надписью «Поселение эрхов и храм» было чуть больше суток пути. Значит, если всё пройдёт гладко, я получу некую таинственную силу? И уже скоро смогу говорить? Мысленно общаться, конечно, здорово, но так порой хочется почувствовать себя нормальным. Ну, почти нормальным… «Не смеши… - неожиданно гаденько прошептал внутренний голос. – Ты уже не будешь нормальным… Никогда». Я вскинулся. Чьи это мысли? Мои? «Твои, твои… - продолжил внутренний голос, – ты ведь боишься… Боишься, что тебя разлюбят… Что у вас ничего не получится… Что победит Господин и сделает тебя своим рабом… Ведь так? Ты просто слабое и неуверенное в себе существо. Ты даже не человек. Ты даже не из этого мира. Разве тебе под силу исполнить пророчество?» Я отчаянно схватился руками за голову. Что это? Книга, лежащая у меня на коленях, соскользнула на палубу, и стук привлёк внимание Солнышка. Он тут же подбежал ко мне. - Братик? – неуверенно произнёс он – Братик? А у меня внутри вдруг всё так заболело, словно кто-то водил осколком стекла по открытой кровавой ране. И это была не физическая боль, и даже не душевная, а какая-то совершенно невероятная, глубинная боль. Словно из меня с корнем выдирали что-то очень нужное. И тут я разозлился. Моя жизнь – это моя жизнь. И мои чувства – это мои чувства. И пусть я не человек – это меня не лишает ни любви, ни веры, ни надежды на счастье. Неожиданно для себя я сосредоточился и словно отбросил от себя липкий горячий ком. Мысленно. Далеко в море. И тут же мне стало на удивление легко. Я обнял Солнышко, аккуратно поднял упавшую книгу, и очень удивился, когда в море неожиданно что-то громко и злобно булькнуло. Как будто я отбросил от себя что-то материальное, живое и злобное. Что же это было? И тут учитель Зелал, Лиланд, Сай и Кари прервали тренировку и подошли ко мне. - Рыжик, что случилось? – спросил Лиланд. Я попытался было изобразить удивление, но… - Братику было плохо… - вмешался Солнышко, – а сейчас всё в порядке! Что тут скажешь? Я вздохнул и мысленно воспроизвёл всё, что со мной только что творилось, заметив, какими встревоженными стала лица Лиланда и Сая. Кари тоже погрустнел, а учитель Зелал неожиданно улыбнулся: - А ведь это были не твои мысли, Рыжик! Помнишь ментального паразита? Вероятно, это была магическая атака Господина. И ты сам сумел отразить её. Ты просто молодец! Лиланд и Сай облегчённо выдохнули. И тут же раздался крик вперёдсмотрящего: - Земля! Вижу землю! POV Лиланда. - Земля! Вижу землю! – раздался крик вперёдсмотрящего. Неужели это Барб? Мы… мы добрались? Может это просто какой-нибудь остров? Но капитан Азель громко крикнул: - Право руля! К берегу! – и он обратился ко мне: - Дошли, ваша милость. Вот он, дикий материк Барб. И уже через пару часов «Жена моряка» бросила якорь в указанной на карте бухте. Всё было на удивление красиво, мирно, и безопасно – и ровный песок пляжа, и яркая зелень начинающегося невдалеке негустого леса, и безоблачное небо. Но это был Барб, а значит расслабляться нам не следовало ни в коем случае. Но пока следовало выпустить лошадей – бедным животным наверняка до смерти надоел трюм. И хотя на Гестане у них была возможность размяться, но здесь гораздо просторнее. Ух, как радовались лошади! Они тут же стали носиться по берегу и громко, заливисто ржать, пока окрик Галля не заставил их отойти к ближайшей группе деревьев, где были тень, вода и много сочной травы, на которую бедные животные тут же набросились, как голодный Солнышко на медовый коржик. Что же касается Кузи, то он от избытка чувств тоже носился по берегу, громко уффал на многочисленные раковины тирсов и, радостно подпрыгивая, норовил облизать Солнышку лицо, а нам руки. Уже привыкшая к путешествиям Упа снисходительно наблюдала за ужимками своего мохнатого кавалера, больше внимания уделяя разводимому моряками костру и вкусному запаху принесённого с камбуза копчёного мяса. Помимо этого мяса, моряки быстро набрали на берегу много тирсов, накопали яиц морских черепах и обнаружили в ближайшей рощице съедобные фрукты. Так что обед, плавно переходящий в ужин, получился отменный. А наутро мы отправились в путь, а капитан Азель должен был дожидаться нас в течение месяца, как и было указано в нашем с ним договоре. По истечении этого срока он должен был вернуться и поставить в известность о нашем исчезновении магов Пирамиды. Ну, и мою семью конечно. Надеюсь, что ему не придётся этого делать… Мы сели на коней, получив на дорогу множество благословений от моряков. Галль же и Марча поцеловались, вызвав дружное беззлобное подначивание со стороны экипажа. Марча в ответ свирепо сверкнула глазами, и нам стало понятным, что месяц её подчинённые проведут отнюдь не в безделье. Упа тоже весьма трогательно лизнула Кузю в нос, неуверенно взмахнула двумя хвостами и грустно уркнула: - Урр? Уо? - Уфф!!! – гордо ответил ей Кузя, облизал ей морду и занял своё место рядом с лошадью, на которой ехали Рыжик и Солнышко. Утешил, так сказать, девушку. POV Рыжика. Нет, всё-таки верховая езда – это не моё! Хотя я вроде бы и привык к ней, пока мы добирались до Осанны – сейчас моё тело начало бурно протестовать уже через полчаса неторопливой рыси по негустому лесу. Но я стиснул зубы и заставил себя терпеть – ещё не хватало превращаться в обузу. К моему удивлению, ещё минут через пятнадцать мне стало ощутимо легче, а ещё через полчаса я чувствовал себя уже не хуже моих спутников – видно тело вспомнило полученный навык, и само приняло наиболее удобную позу. Так что я смог и разговор поддержать, и осмотреться. В общем, смотреть было особо не на что – лес, как лес, практически ничем не отличавшийся от того, что окружал замок Лиланда. Солнышко то сидел впереди меня, то умудрялся прямо на ходу перепрыгивать в седло к Лиланду, Саю, или Кари, а поскольку все мы слышали друг друга мысленно, то и с общением никаких проблем не возникало. Сначала Кари рассказал парочку сказаний, потом Галль познакомил нас с очередной порцией похождений полусотника Купыра Кривого, а потом я решился рассказать сказку про Али-Бабу и сорок разбойников, слегка адаптировав её к местным реалиям. Солнышку сказка очень понравилась, у Галля вызвало бурное одобрение то, как Марджина расправилась с разбойниками с помощью кипящего масла, Кари с особым интересом выслушал про пещеру Сим-Сим, Лиланд и Сай не сговариваясь, назвали меня великим сказочником и потребовали ещё. Пришлось вспомнить про волшебную лампу Аладдина, которая тоже пошла «на ура». Так, за мысленной беседой мы и провели почти весь день, а когда стало смеркаться, остановились на ночлег на подходящей поляне. Сай быстро развёл костёр, Лиланд с Галлем исчезли в ближайших кустах и очень скоро вернулись, неся тушки каких-то местных толстых зверьков, напоминающих сурков, но только в полосочку. Я помогал Кари устанавливать полог для ночлега, а учитель Зелал чертил на земле защитный круг. Солнышко взобрался на верхушку высокого дерева и вернулся оттуда с подолом рубашки, полным крупных орехов. В общем, все были при деле. На лошадей учитель Зелал наложил магические путы, и они, рассёдланные, паслись неподалёку, тоже внутри защитного круга. Хищник к ним не приблизится, как объяснил мне Лиланд, а магические путы не дадут покинуть защитный круг. Так что и вечер, и ночь прошли мирно. А вот утро началось с испуганного вопля Солнышка: - Братик, помоги! Бра-а-тик!!!