Дьявол живёт среди принцев

Уставший человек наиболее уязвим. Он не может сконцентрировать своё внимание хотя бы на чём-то, слаб, так и хочет прилечь и поспать. А знать, что человек находится в таком состоянии из-за тебя, очень приятно, это знание тешит самолюбие и поднимает настроение. Приятнее знания может быть только живой результат, находящийся на расстоянии вытянутой руки. Он совсем не ожидал меня увидеть, однако, немного поиграв со мной в гляделки, уснул, как ни в чём не бывало. Вид такого слабого существа возбуждал, хотелось воспользоваться этой слабостью, разорвать на части, уничтожить, насладиться вытекающей из тела кровью. Увы, у меня были несколько другие планы на это удивительно слабое, замученное тяжёлыми переговорами создание. Знал бы он, что Принц сегодня щадил его? Возьмись я за него как следует, беднягу пришлось бы выносить из зала. А так сам ушёл, довольно бодро встал и пошёл. Отчего-то возникла мысль, что ему действительно подошёл бы кроваво-красный цвет. Захотелось это увидеть, превосходное сочетание белого лика Дьявола на кровавом фоне. Недолго думая, я снял мантию и накрыл его ей. Как и предполагал. Восхитительно! Разве что Дьявол слишком беззащитен. Дьявол устал, хех. Последний раз кинув взгляд на спящего посла, я поспешил уйти из библиотеки, потому что в голове совершенно внезапно появилась из ряда вон выходящая, но довольно интересная идея.

* * *

Мне казалось, что я скачу на лошади. Чётко отстукивал ритм стук копыт, волосы развевал ветер. Я скакал на лошади куда-то в никуда, не думая о последствиях, переговорах, вообще ни о чём. Приятное чувство лёгкости в голове дарило умиротворение. Через некоторое время тучи начали сгущаться, издалека слышались приглушённые раскаты грома, а лошадь будто бы пыталась сбросить меня со своей спины. В конце концов, ей это удалось, и вот я уже на полной скорости падал лицом вниз навстречу земле. Открыв глаза, я увидел перед собой уже знакомую ухмылку, принадлежащую маньяку с хаосом пшеничного цвета на голове. Такое раздражающее шипение начало вносить ясность в ум. Я спал. Я уснул, и меня вынесли из библиотеки, а сделал это не кто иной, как Бельфегор. К слову, мы действительно скакали на лошади, путь наш лежал куда-то в никуда, а кругом было слишком темно, чтобы пытаться что-либо разглядеть. Где-то на уровне подсознания мелькала надежда на то, что он везёт меня в тёмный лес, да и то потому, что там легче будет спрятать мой изувеченный труп. — Проснулся? Ши-ши-ши, — одно слово, и меня будто обухом по голове огрели. — Вы что себе позволяете, господин Бельфегор? — поморщившись, возмутился, стараясь не выдавать голосом того, что оскорбить меня этому принцу удалось. — О чём вы, господин посол? — удивился тот. Мне показалось, что сделал он это как-то наигранно, но это могла быть лишь моя подозрительность. Рядом с этим человеком нельзя быть уверенным ни в чём. — О вашей фамильярности, о чём же ещё! — Вероятно, вам показалось спросонья, — вот так вот просто он отмахнулся и замолчал. Потихоньку приходя в себя, я замечал всё новые и новые детали. Например, я сидел на лошади впереди принца, ещё и боком. Видимо, у него не хватило сил посадить моё бессознательное тело как следует, из-за чего сейчас мне приходилось сидеть будто бы какой-то барышне. В этом, уверен, подвоха не было, потому что понимаю, что затруднительно нормально усадить на лошади именно тело. Не хотелось даже спрашивать, куда мы направляемся, потому что это как-то не имело смысла, да и не хотелось. Сейчас я всецело доверяю Бельфегору. Замыслил ли он убить меня где-то вдалеке от цивилизации или же у него более гуманные планы? Голова совсем не хотела думать, и я был солидарен со своей же головой. Хех, спросонья всегда всякий бред в мыслях. Так мы доехали до какого-то небольшого, но явно небедного посёлка. Мы были не одними такими, кто въезжал туда, кругом сновали люди, ходили лошади. Все к чему-то готовились. — Могу я спросить, по какому поводу мы прибыли сюда? — спросил я у принца, который оглядывал улицы, наверняка на предмет какой-либо гостиницы. — Развлекаться, и только, ши-ши-ши. А специально вам предстоит снять всё накопившееся напряжение. Я хотел что-либо возразить, но этот маньяк, будто мысли читая, прибавил своей коронной вкрадчивой интонацией: — Думаете, я не вижу, как вас извело пребывание в замке? Ни о чём не думайте, просто получайте удовольствие от жизни. Ответить на это мне было совершенно нечего. В молчании мы всё же нашли себе ночлег. Оплачивая комнаты, Бельфегор удивил меня тем, что не кричал, что ему нужны покои, достойные будущего короля, он вообще ни разу не заикнулся о своей голубой крови. Весьма разумно, должен признать. Забавно было, что мы совсем не привлекали к себе внимания. Бельфегор был одет без свойственной ему пышности. Простая льняная серая рубаха, затянутая поясом на бёдрах и штаны из кожи. Скорее всего, она оленья. По нему сейчас и не скажешь, что сам принц приехал. Простой парень, каких полно. Он не расплачивался золотом, а только серебром. Что ж, это тоже разумно. Нечего золотом светить. Конечно, даже сейчас я привлекал внимание больше, чем принц. Не каждый день увидишь человека с зелёными волосами. Хорошо, что одежда моя не сильно отличается от одеяний бедного дворянина, который хоть и беден, но не хочет терять лица. — А вы, никак, путники, да? — крупный мужчина перегнулся через барную стойку и с интересом посмотрел на меня. Скорее всего, владелец гостиницы. Он был высок и отлично сложен. Смуглая кожа, скорее загар из-за работы на свежем воздухе. Несмотря на общую массивность, мужчина не пугал, а скорее располагал к себе. Он казался человеком вовсе не злым и простодушным, потому мысленно поставил ему плюс в пункте «абсолютно никакой угрозы». Не знаю даже, что меня зацепило, раз я так пристально его рассматриваю. — Да, мы путешествуем, — довольно приятно улыбнулся Бельфегор, — просто у моего друга украли лошадь, вот и решили тут остановиться, — он слабо кивнул в мою сторону, а хозяин гостиницы кивнул в ответ. — Понимаю, понимаю. Сейчас ярмарка и разбойников на дороге больше обычного. Хорошо ещё, что не убили, так? — он упёр руки в бока и внимательно осмотрел нас с принцем. Не знаю, о чём мужчина думал, но его лицо внезапно изменилось, словно в голову пришла удачная мысль. — Знаете что? Моя дочь, Мари, может показать вам город завтра, а сейчас проводит до комнат. — Был бы очень признателен, — Бельфегор обнял меня, словно мы добрые друзья, — нам не помешает знающий человек. Хозяин кивнул и громко, очень громко для меня, позвал свою дочь. Почти сразу же послышались быстрые шаги, и со второго этажа спустилась довольно милая девушка. На вид ей было лет шестнадцать, худая, но не тощая. С миловидным лицом и серыми глазами она была полной противоположностью своему грубому на вид отцу. Наверняка копия матери. — Мари, познакомься, этих людей завтра ты проведёшь по городу, — сделав пригласительный жест рукой, мужчина рассмеялся, явно довольный своей идеей. Девушка покраснела и потупила взгляд, когда увидела Бельфегора. Я, конечно, сразу понял, что отец дочке уже и жениха насмотрел. И выбрал на эту роль именно этого несносного и высокомерного принца. Даже не знаю, стоит ли разочаровывать их? Настала моя очередь веселиться с забавной ситуации. Девушка старательно строила глазки совершенно невозмутимому принцу, в её голосе, позе, жестах было желание заинтересовать и угодить. Я её ни в коем случае не виню, ведь наслышан о реакции слабого пола на эту особу. — Позвольте показать вам ваши комнаты, — просияла девушка и, дождавшись наших согласных кивков, повела нас наверх. — Вот, в вашем распоряжении эта и эта, — она указала на нужные двери, — комнаты. С нетерпением жду завтрашней встречи! — Спокойной ночи, Мари, — улыбнулся Бельфегор, чем заставил девушку залиться краской. — Спокойной ночи, господин... — Бел. Моего друга зовут Фран. Надеюсь, мы поладим. — Спокойной ночи, господа... — кинув на меня мимолётный взгляд, она поспешила ретироваться, смутившись слишком сильно. Несомненно, есть в принце что-то такое, что буквально скашивает с ног девушек и женщин. Я уже развернулся к своей комнате, как Бельфегор с маньячным удовлетворением протянул: — Ну вы уж потерпите эту фамильярность, мой друг Фран. Пусть злорадствует. Так и не обернувшись к нему, я кинул: — Спокойной ночи, мой друг Бел. Кажется, нормально отдохнуть от происходящего и от самого принца я смогу не раньше как в следующей жизни. Лишь плотно задёрнув шторы и заперев дверь на ключ, я почувствовал себя в относительной безопасности. Сняв маску, наконец почувствовал некое облегчение. Ведь тяжело прятаться, находясь на виду у всех. Иногда хочется побыть собой. Неказистым, странным, но именно собой. Жаль, что такой шанс выпадает лишь перед самым сном. К слову, этот самый сон никак не желал приходить. Я устал постоянно ворочаться и искать наиболее комфортную позу для сна. Но стоило наконец успокоиться, как в голову снова полезли мысли. Мне в последние дни всё чаще кажется, что я попал в какой-то погорелый театр, в котором специально для меня разыгрывается дешёвая драма. Именно в этот момент, сейчас, мне казалось, что всё, что окружает меня, слишком фальшиво, чересчур искусственно. Каждое слово, каждый жест совершенно каждого пропитан фальшью насквозь. Руководил постановкой, конечно же, именно Бельфегор, и никто другой, в этом я не сомневался ни секунды. Этот чёрт умеет управлять людьми, а заставить их плясать под свою дудку ему вообще ничего не стоит. Ведь я уже успел на себе прочувствовать, каково это — быть полностью подчинённым воле чёртового принца. Маска дьявола подошла бы ему куда больше, нежели мне. Думаю, даже в ней он казался бы привлекательным каждому встречному. Была в нём некая харизма. А девушки вообще как только завидят, сразу же записывают его в потенциальные любовники или, что ещё хуже, мужья. Признаться, я бы побоялся находиться в одной комнате с той, которая собралась меня захомутать. Но это только я настолько неудачник, который думает о девушках как о чём-то страшном. Бельфегор же активно пользуется их вниманием, если верить рассказам придворных дам. Ни с того ни с сего вспомнились его руки. Единственное, что мне в нём действительно нравится. Ничего особенного, кроме рук, в этом совершенно обычном принце нет. Мысли разбежались в разные стороны. С одной — я всё ещё хочу подать ему руку, а с другой — он этими самыми руками вытворял с дамами такое, о чём даже думать до определённого возраста запрещено было. Вот теперь мыслительный процесс потёк в совершенно ненужное русло. Может послать к чёрту эти переговоры? Начать простую жизнь в этом посёлке, который владелец гостиницы назвал городом, забыть о политике, брате, Бельфегоре, собственной ненормальности. Как бы я хотел это сделать.

* * *

Утро оказалось куда радостнее вечера. Конечно, бессонная ночь скверно сказалась на самочувствии, но пара чашечек отменного кофе, заказанного в комнату, исправили и это. Хотя, признаться честно, кофе был единственной сносной едой в этой гостинице. То ли я слишком избалован, то ли еда действительно была приготовлена абы как, но за такую смехотворную цену многого просить и не приходится. Голову больше не забивали тяжкие, но совершенно бесполезные думы, а хорошее настроение не был способен испортить даже Бельфегор. К слову, этот субъект в роли простого путешественника нравится мне куда больше, нежели в образе властного принца. Спокойный, относительно доброжелательный, и весьма учтивый с дамами. Мари, по крайней мере, была от него в восторге. Он с самого утра обворожительно ей улыбался и нахваливал как только мог. А "случайные" касания руками заставляли девушку краснеть, чем Бельфегор явно наслаждался. Ей очень нравилось водить нас по городу. Ну как нас... Ей нравилось сопровождать Бельфегора, а меня она воспринимала как бесплатное к нему приложение. Ничего против моего присутствия не имела, и то уже было хорошо. А принц, казалось, вообще забыл о моём существовании. Стоило отдать ей должное, рассказывала она просто отлично. Даже самую банальную городскую байку подавала так, что хотелось её слушать, а то, с чем связана была эта байка, будь то какое-либо здание или памятник, представало в совершенно ином свете. — А это — центр культурной жизни нашего города! — воскликнула Мари, забегая впереди нас и разводя руки, будто пытаясь обнять весь мир. — Через несколько часов тут развернётся главное развлекательное событие года! Крупнейшая ярмарка в округе! Бельфегор улыбнулся так, что стало понятно: наша программа на вечер уже запланирована. Я и сам заинтересовался. Интересно хоть раз в жизни посмотреть на настоящую ярмарку. Всё равно раньше шансов не было. Я хотел бы появиться на этой ярмарке как самый обычный человек, без этих глупых пряток, без сопровождения в лице представителя голубых кровей, без какой-то особой цели. Хотелось почувствовать хотя бы немножко свободы. Хотелось начать радоваться жизни. Но вместо этого я обязан строить равнодушную мину, которую всё равно скрываю под маской. Вместо этого я чуть ли не привязан к Бельфегору, потому что банально не имею понятия, где мы находимся и как вернуться обратно. И я всё ещё остаюсь собой. Тем, кому нет места в этом мире. — О чём грустите, друг мой? — раздался прямо над ухом вкрадчивый голос принца. Вот уж о ком хотелось вспоминать меньше всего. — Совершенно ни о чём. Прошу не подкрадываться так внезапно, — буркнув это в ответ, я поспешил отшатнуться от моего «друга». — Не грустите, господин, — лучезарно улыбнулась Мари. — Отдыхайте не только телом, но и душой! Надеюсь, сегодня вечером вы сможете сделать это как следует. Всё же она очень милая девушка. Добрая, жизнерадостная. Возможно, она такая только сейчас или только перед Бельфегором, но в этот её образ я влюбился бы. Влюбился бы, если б имел право на это. Помнится, в детстве я мечтал взять в жёны прекрасную принцессу, любить её, холить, лелеять, хранить и охранять. Я приехал бы к ней на белом коне, похитил от злого дракона, и жили бы мы долго и счастливо. Но сейчас... Сейчас я не могу взять в жёны даже самую заурядную селянку, ведь не имею права на создание своей семьи. Все мои права определяет брат. Он решает, кого мне любить, кого слушать, кому повиноваться. И когда ему в голову взбредёт мысль остепенить меня, он найдёт мне невесту на свой вкус. Я даже не буду знать, что это за женщина, вплоть до самого произнесения клятвы. Уверен, что брат специально искал бы невесту с таким расчётом, чтобы лишний раз поиздеваться надо мной. Красивая, но глупая; слишком умная; настолько уродливая, что просто смотреть на неё было бы испытанием; знатная; простолюдинка... Вариантов было множество. Внезапно закралась мысль, что высшей степенью издевательства был бы принудительный брак с Бельфегором. Это уже из ряда вон выходящая вариация моих мучений, но самая ужасная. Что может быть унизительнее брака с мужчиной? Что может быть унизительнее брака с тем, кто держит всю мою родину на ладони? Будто бы я — невеста, брак которой является гарантом безопасности и сотрудничества со страной, которую представляет этот маньяк. Политический брак с мужчиной. На миг показалось, что моё лицо под маской приобрело такой же насыщенный зелёный цвет, как и мои волосы и глаза. Хотя зная моего брата, эта мысль пришлась бы ему по вкусу. Отдать меня в руки врага, словно я настолько бесполезен, что могу пригодиться только в браке, да и то не факт. А уж как бы радовался Бельфегор. Вот уж где повод поиздеваться вдоволь. Меня всю жизнь держали взаперти, каждый день я должен был отмаливать свои грехи, каждый день меня готовили к смерти от рук палача. И вот теперь я не волен даже выбрать человека, с которым проведу всю жизнь Руки невольно сжимаются в кулаки, и на смену отчаянию приходит злость. Я злюсь на брата, злюсь на судьбу, но больше всего я злюсь на Бельфегора. А тот, похоже, заметил мою резкую смену настроения. — Всё же что-то не даёт вам покоя, — до ужаса довольно проговаривает он. Слышу, как он силой удерживает в себе шипящий смех. — Да вот, подумал о том, как вы смотрелись бы в подвенечном платье, друг мой, — я позволили себе улыбнуться. Играю с огнём, но оно того стоит. — Хотел бы сказать, что на вас подобный наряд смотрелся бы куда лучше, но глядя на ваше «лицо» чувствую, как слова застревают в горле, — съязвил принц, но в его голосе проскользнуло разочарование. Конечно же, пока моё лицо скрыто под маской, я защищён, и даже немного возвышаюсь над Бельфегором. Жаль, лишь только образно. Хотелось бы хоть раз в жизни посмотреть на него сверху вниз. Мари явно была недовольна тем, что про неё забыли. Девушка довольно мило морщилась и надувала губки, поглядывая на остолбеневшего меня и стоящего позади принца. Точно влюбился бы. Жаль, что нельзя, да и невзаимным было бы это чувство. Даже немного завидую Бельфегору, у которого был особый дар располагать к себе женскую часть населения. — Прошу прощения, если вы заскучали, — подойдя к девушке, слегка склонил голову набок и спросил: — Можете рассказать поподробнее о ярмарке? Уж очень нас с другом заинтересовало это мероприятие. Мари сразу воодушевилась, стоило только мне сказать это. Незачем было лишать её возможности проявить себя в том, что она любит и умеет. Оказалось, что эта ярмарка — самая крупная во всей округе, проводится ежегодно. На неё съезжаются все, кто хочет выгодно продать что-то или же прикупить несколько диковинок, которые найти довольно затруднительно. Торговый рай. Кроме того, многим нравится некая маскарадная составляющая, когда все скрывают свои лица под масками. Думаю, атмосфера этих вечеров всегда чарующая. — А чтобы не воровали, всё хорошо просматривается и охраняется, но вы всё равно будьте начеку, — посоветовала девушка. На её лице было написано твёрдое намерение провести этот вечер с Бельфегором. Мне нравится её целеустремлённость, с которой она старается завладеть вниманием принца. Возможно, этого качества так не хватает мне. Но даже обладай я им в полной мере, цели, к которой я мог бы стремиться, всё равно нет как таковой. Есть лишь желание продлить свою жизнь хотя бы ненадолго, и пока что это удаётся благодаря неконфликтности и способности плыть по течению. — Думаю, у моего друга не будет проблем с тем, чтобы влиться в маскарадную атмосферу, — ухмыльнулся принц, а я едва не сник от такого явного издевательства, — а вот у меня маски нет. Можно ли как-нибудь исправить это досадное недоразумение? — Конечно! — воскликнула Мари. — Тут неподалёку есть отличный магазинчик с масками на любой вкус! Она оказалась права. В магазине, куда она нас привела, действительно было огромное множество масок, которые могли бы подойти практически любому человеку. Глаза разбегались от этого цветного разнообразия. Так бы и хотелось поребячиться, померять каждую вторую маску, покривить рожицы перед зеркалом. Но нет. Тебе этого не позволяет возраст, статус и импровизированное путешествие инкогнито. Бельфегор выбирал на удивление недолго. Он бегло оценил чуть ли не каждую представленную на витрине маску, на несколько минут исчез из поля зрения, и вот уже продавец упаковывает его покупку. А принц не так-то прост, стремится сохранить интригу. Особа голубых кровей сияла как пятак начищенный, настолько довольным я видел его лишь тогда, когда он доводил меня своими выходками. Но не думаю, что простая маска могла бы сделать мне хоть что-то. Зато теперь знаю, что нужно ожидать эффектного выхода Бельфегора в свет. — Не хотите где-нибудь пообедать? — спросила Мари, высматривая подходящее заведение. — Был бы не против вернуться в свою комнату, — буркнул я. — Прошу прощения, но вы можете проводить меня? — Конечно! Только... — Почему? — задал я вопрос вместо неё. — Посмотрите на меня. Если я скрываю себя, то уж точно не могу так просто открыться. Девушка посмотрела на меня так, будто бы я убил человека прямо на её глазах. Простите, милая. Я играю роль Дьявола, пора бы привыкнуть к присутствию высшего зла. — И я очень сожалею, что не могу так просто бросить моего друга Бела. Прошу вас составить ему компанию. Вопреки ожиданиям, она не переменилась в лице, лишь попыталась хотя бы как-нибудь улыбнуться. Хотя уверен, стоит только мне исчезнуть за тяжёлой дверью, как этот конфуз забудется, а Бельфегор будет к ней хотя бы немного благосклонен. От мысли, что было бы неплохо, проведи эти двое вместе ночь, я почувствовал себя то ли бабкой-сводницей, то ли бессовестным сплетником, то ли моральным уродом.

* * *

Попросив принести обед в комнату, я с облегчением снял маску и вздохнул полной грудью. Уже и сам не знаю, что на меня давит, что угнетает, но хотя бы на краткий миг я освободился от всего этого. Так и лежал, просто упав на кровать и закрыв глаза, но вдруг услышал скрип двери, и было уже поздно. Мари поставила поднос с тарелками на небольшой столик и теперь внимательно разглядывала моё лицо. Моё лицо именно таким, каким оно есть. Не хотел открываться, но так глупо вышло. Сделанного уже не воротить. — Думаю, мне не надо просить тебя никому не говорить о том, что ты тут увидела? — тихо спросил её, пытаясь выдавить хоть какое-то подобие улыбки. И так был не в ладах с проявлением эмоций, а пока скрывался под маской и вовсе отвык, лицо будто окаменело. — Конечно, я всё понимаю, — пролепетала девушка, но выйти не спешила. — Могу я остаться? — Да, да, без проблем, — буркнул я, приступая к еде. Как ни странно, после того, как Мари раскрыла меня, я не чувствовал ничего. Увидела так и увидела. Она не знает, кто я. После того, как мы с Бельфегором уедем, вряд ли уже когда-либо вернёмся. Больше никогда с ней не встретимся. Она забудет о моём существовании, грезя о принце. Я меланхолично пережёвывал пищу, думая о принце. Только о нём. Эта коронованная особа не хотела выходить у меня из головы. Словно я помешался на нём. Но иногда мои мысли перескакивали на Мари и я украдкой поглядывал на неё. Девушка сидела на моей кровати, скромно сложив руки на коленях и потупив взгляд. Иногда она украдкой смотрела на меня и её щеки краснели, а сама она смущённо улыбалась. Неужто я понравился? Не думал, что могу заставить юную девушку краснеть в моем присутствии. На это способен только Бельфегор. — Спасибо, очень вкусно, — всё же удалось улыбнуться ей. — Сама готовила? Казалось, покраснеть ещё сильнее было невозможно, но Мари это удалось. Она неловко кивнула, и уже встала было собирать тарелки, чтобы унести их, как я успел взять её руку в свою. Хех, такая миниатюрная ручка. Держать её — одно удовольствие. — Раз уж так сложилось, может посидим, поговорим немного? — предложил я, указывая на место напротив. — Ах, да, конечно, — замялась смущённая девушка, присаживаясь передо мной. Наконец-то я смог рассмотреть её вблизи. Описать её я смог бы лишь двумя словами: «Милая девчушка». Не девушка, именно девчушка. Едва заметные веснушки прибавляли её внешности задоринку, робкая улыбка, большие по-детски чистые глаза. Нет, Фран, влюбляться тебе запрещено, да и её больше интересует Бельфегор. — На самом деле мы с Белом приехали издалека. Сам я родом из посёлка вблизи столицы, — как ни странно, в моих словах не было лжи. В них была лишь не вся правда. — Откуда родом мой друг, увы, сказать не могу, так как сам точно не знаю. — А я как родилась тут, так живу всю жизнь... Стараюсь помогать отцу, — промямлила Мари, не находя в себе сил справиться со смущением. — Могу понять. Сам я тоже, сколько себя помню, был с семьёй, вот только толку от меня не было никакого, — горько усмехнувшись, постарался отогнать дурные мысли прочь. — Вот ни с того ни с сего удалось вырваться поездить по стране. Чистая удача. — Я бы тоже хотела попутешествовать, но иногда всё же понимаю, что мне это незачем. Моё место здесь, и если судьба распорядится так, что меня закинет вдали от родного дома, то так тому и быть, — пожала плечами девушка. — Эх, как я рад тому, что уж меня судьба как закинула, так закинула, — вырвалось из меня против воли. Мари хорошо меня услышала, но тактично промолчала. И снова повисла тишина. Как-то не умею я вести беседу что ли. Напряжение разбавили резкие шаги по коридору. Судя по всему, некто направлялся именно к моей комнате. Я оказался прав, когда в дверь постучали. Снова нацепить маску я не успевал, поэтому, крикнув «Да!», поспешил закрыть лицо руками. — Чего сидим, друг мой? Идём на ярмарку, али нет? — это оказался Бельфегор, в котором энергия била ключом. — Ох, я застал вас в весьма неловкой ситуации, не так ли? Ши-ши-ши... После очередной неловкой паузы хлопнула дверь, а Мари выдохнула: — Он ушёл. Убрав руки от лица, я всё же оглядел комнату, а потом снова спрятался за маской от греха подальше. Слишком много внезапного для одного дня. Слишком.

* * *

Бельфегор ждал нас около гостиницы. То, что это был он, я узнал лишь по характерному шипящему смеху, так как его обладатель явно решил сделать нам сюрприз, из-за чего скрывался под капюшоном плаща. Хотя я и не понимал смысла подобной игры. Нет, вполне понятно, зачем коронованный принц скрывает свою личность за простой одеждой, но зачем прятаться ещё и после этого? Разве есть в этом смысл? Мари проводила нас на торговую площадь, где уже шумела ярмарка. Признаться, я был приятно удивлён. В глаза сразу бросилась пёстрая толпа народа, снующего по площади. Хоть небо и было тёмным, здесь было светло, словно сами боги спустили свой свет в этот час. Палатки, в которых можно было найти всё, что угодно, яркие огни, снующие туда-сюда люди, аппетитные запахи экзотических и не очень угощений — всё это вызывало восторг и чувство, которое я не в силах описать. Для человека, который всю жизнь сидел в замке, это было сродни чуду. Стоило только подойти нам к этому празднику жизни, как принц откинул свой капюшон и предстал во всей красе. Признаю, даже сейчас, убрав весь свой царский пафос, Бельфегор выглядел отлично. Не прошло и пары минут, как я заметил с любопытством поглядывающих на него девушек. Они собрались в небольшую кучку, совсем как сплетницы на балах, и тихо посмеивались. Жаль только, что принц был в маске. Маску он выбрал закрывающую половину лица, чёрную, как ночь, за которой невозможно было разглядеть его глаза. На секунду показалось, что он прячет их куда тщательнее, нежели я скрываю себя. Привычная чёлка была убрана, а держала её... Та самая заколка, которую он прислал мне в замке. Точь в точь. Неужто он не побрезговал надеть женское украшение? Или это мужской вариант? Он будто угадал, куда направлено моё внимание, и одними губами шепнул: — Они парные. Тихий смешок последовал за этой фразой, и принц резко повернул голову куда-то вбок. Я последовал его примеру и тоже посмотрел туда. Среди всей этой весёлой толпы стоял человек, смотревший прямо на нас. Только сейчас я почувствовал на себе его взгляд, а принц потянулся ко мне, скорее всего, чтоб обнять, но я вовремя отшатнулся. Недовольное шипение, и вот уже Бельфегор оставил свои попытки дотронуться до меня. — Я думаю, вам будет неинтересно таскаться со мной чисто по девичьим делам, поэтому оставлю вас, — улыбнулась Мари. — Предлагаю встретиться у той палатки с тканями, — она указала на нужную, — когда пробьёт колокол. Тогда я покажу кое-что. Как же она вовремя. Выросшее напряжение спало, и я даже смог улыбнуться, хоть этого и не было видно. Согласившись с этим, мы разбрелись в разные стороны. Девушка направилась к палаткам с глиняной посудой, а Бельфегор, крепко схватив меня за руку, потянул в сторону запахов, от которых в животе нечто томительно ворочалось. Несмотря на то, что обед был довольно сытным, его оказалось мало. Наглый принц ну уж слишком самодовольно ухмылялся, покупая очередное лакомство и поедая его с особым аппетитом. Один раз удалось выхватить сладость у него из рук и, отвернувшись, быстро сунуть её под маску. Маленькая, принёсшая некоторые неудобства, вроде распиханных за щёки кусочков, но победа. Принц, ка ни странно, только обрадовался такому нахальству, но всё же перестал демонстративно наслаждаться лакомствами. Сразу заприметив палатки с разного рода антиквариатом, я утащил его туда. Моему восторгу не было предела. Признаться, я обожал собирать ценности былых лет. Больше всего мне нравилась бижутерия, в особенности кольца. О, да, в комнате у меня была их целая коллекция. Разные эпохи, разные мастера, разные материалы, разные страны. Каждое кольцо покоилось на бархатной подушечке за совершенным прозрачнейшим стеклом. В каждой части моей коллекции была частичка истории, и это приводило меня в восторг. — Нравятся старинные кольца? — маньячно прошипел на ухо Бельфегор, который внезапно оказался слишком близко. — Очень! — воскликнул я, из-за своего восторга не замечающий ничего вокруг и перебирая в руках бесценные сокровища. — А хочешь, чтобы эти, — он указал на прилавок, — были твоими? — Хотелось бы, — замялся, начав чувствовать некий подвох. — Я могу купить их тебе, но при одном условии, — тут он наклонился к моему уху и прошептал: — сегодня вечером ты снимешь маску и покажешь мне своё лицо. Я физически ощущал его эту улыбку, а пальцы, сжимающие моё плечо, казались сильней железных оков. Он не давил меня. Нет. Он просто расплющил меня по земле. Кольца были всего лишь прикрытием, на самом деле я чувствовал, как от меня требовали повиновения, а шантаж использовали для очищения совести. Если у такого человека совесть вообще могла быть. Моё плечо сдавливали с такой силой, что я был уверен: останутся синяки. А уж на переговорах, которые должны вот-вот возобновиться, мне не поздоровится. И снова проиграл. И снова подчинюсь. Для меня ведь уже не впервой. — Буду не против воспользоваться вашим предложением, мой дражайший друг. Эти слова прозвучали так, будто ничего мне не стоили. Возможно, в какой-то степени так и было. Всё равно рано или поздно придётся подчиниться воле принца, а в том, что это была именно она, я не сомневался. Не проще ли сдаться? Мысль о том, что я продался за несколько антикварных колец, я заглушил другой, более разумной. Если я попробую заполучить покровительство Бельфегора, то смогу выторговать себе ещё несколько лет жизни. А когда этот срок истечёт, придётся всё равно выслуживаться перед ним. Прямо как сейчас мне приходится выслуживаться перед собственным братом. Покупкой, или подарком, как это будет лучше назвать, я остался доволен. Действительно редкие кольца, да и проданные за копейки. Уж настоящую-то ценность их я знал отлично. Но порадоваться как следует мне не дал звон колокола, который огласил всю ярмарочную площадь. Пришлось поспешить к палатке с тканями, о которой говорила Мари. Девушка уже ждала нас, от неё волнами исходило нетерпение. Наверняка с ударом колокола началось нечто интересное, что она не терпела нам показать. — Быстрее, быстрее, вы должны это видеть! — замахала она нам, подзывая к себе. — Вы и ваш очаровательнейший друг не можете пропустить это! Теперь она улыбалась не только Бельфегору, но и мне, постоянно кидала мимолётные взгляды, и явно мечтала увидеть ещё раз то лицо, которое спрятано за маской. И теперь я пожалел, что нет такой магии, которая могла бы стирать людскую память. Я пожалел о том, что магии не существует вообще. — Ах, как так-то? Такой красавец, и такое лицо прячет... — причитала девушка. — Сегодня все дамы могли бы быть у его ног! — Красавец, говоришь? — Бельфегор довольно улыбнулся. — Даже я не удостоился чести увидеть лицо моего милого друга. Господи Боже, если ты существуешь, позволь мне провалиться сквозь землю прямо сейчас. Сколько я не уповал на чудо, его не произошло. В неловком молчании наша троица дошла до некоего центра ярмарки, площадь внутри площади, на которой собрались гадалки, певцы, музыканты, артисты. Кто-то выступал сам по себе, кто-то выступал с группой таких же творческих личностей. Песни и предсказания меня мало волновали, поэтому я позволил себе отделиться от компании моих спутников и пошёл посмотреть, что ещё может предложить мне этот праздник жизни. Там, где людей было не сильно много, стоял так называемый театр в коробке. Какой-то невзрачный старик двигал кукол-актёров и рассказывал историю, которая всё же смогла меня заинтересовать. — Давным-давно была великая война... ... И славный король отдал жизнь за свой народ, однако не смог спасти его. — И славный король, храбро защищающий свой народ от нашествия недругов, отдал жизнь за него, но ни своё королевство, ни свой народ ему спасти не удалось... ... И пришёл на его место наследный принц, славный мужчина, который старался изо всех сил вернуть стране стабильность и порядок. — И пришёл на его место сын, прекрасный наследный принц, юноша мудрый и славный, который бдел о своём королевстве, заботился о нём и защищал его. Я смотрел, как кукла-брат восходит на трон, как откуда-то из-за кулис его восхваляют тысячи и сотни тысяч подданных. Будто старик угадал мои мысли, за спиной куклы появилась тень, по очертаниям сильно напоминающая не меня, а скорее мою маску. ... И правил молодой король разумно, но не суждено ему было спасти страну, ибо подавил его дьявол с диадемой в пшеничных волосах. — И править молодой король старался разумно и честно. Но не суждено было ему спасти своё королевство и вернуть ему былую славу и мощь. Над ним нависла страшная угроза в виде самого Дьявола. На сцене появилась кукла-Бельфегор, похожая на свой оригинал один в один. Точная копия, только сильно уменьшенная. Крошечная диадема зловеще сверкала, привлекая внимание. ... И стал молодой король марионеткой в руках сущего зла. Кукла-Бельфегор внезапно увеличилась в размерах, а из пальцев её шли нити к рукам и ногам куклы-брата. Дьявол во плоти, дёргающий за нитки и заставляющий марионетку двигаться. ... И принесло зло сущее в королевство разруху, доведя его до упадка. На миг мне показалось, что это своего рода предсказание, вот только на месте моего брата оказаться придётся мне. Я как заворожённый смотрел на коробочный театр, изредка бросая взгляды на старика, разыгравшего передо мной это представление. Оно оставило во мне слишком сильное впечатление, чтобы я никак не отреагировал. В протянутую ладонь старика, не задумываясь, кинул несколько золотых, которые валялись в кармане. — Знавал я как-то этого принца, ши-ши-ши, — донеслось у меня из-за спины, отчего я подпрыгнул на месте. — Мы вас обыскались! — воскликнула Мари, схватив меня за руку. По ней было видно, что она действительно волновалась. Кивнув девушке, я обратился к принцу. Меня заинтересовало то, что он может сказать. — И какое же впечатление у вас о принце? — Ши-ши-ши, несмотря на то, что он станет королём, он оставил своего близнеца в живых. И с этим типом удалось повидаться. Скользкие они. Мне бы не понравились такие жестокие и бессердечные люди в роли моих господ. Самокритично, чего уж. От этого интерес только распаляется. — Почему же? Не сегодня-завтра они будут нашими новыми королями, — фыркнул я. — Такие надменные, эгоистичные люди не заслуживают ничьей любви. Сказал как отрезал. — С ними лично не знаком, но уверен, мой друг, вы совершенно правы, — задумчиво выдал я, смотря на Бельфегора, ожидая его реакции, которой так и не было. Он просто развернулся и повёл нас обратно в гостиницу. Пожав плечами, я взял Мари за руку, и мы пошли вслед за принцем. По возвращению в гостиницу, Мари сразу же ушла на кухню, помогать отцу готовить ужин, а мы с принцем направились в его комнату. Не для того, чтобы я отдал должок за кольца. Нет, это было оправдание тому, что должно было рано или поздно случиться. Открыть себя перед Бельфегором. Почему-то эта перспектива больше не пугала, да и если я действительно хочу его покровительства, то лучше постараться стереть существующие препятствия, стать ему ещё одним братом. А начать следует с того, что отделяет меня от всего этого мира. С маски. Принц сразу же вальяжно расположился в одном из кресел и пристально смотрел на меня, выжидающе. Я, немного ёжась, всё же медленными движениями стал снимать с себя маску. Резких движений старался избегать, чтобы случайно не выдать волнение. — А та девушка оказалась права. Вы довольно милы лицом, друг мой, — нахально прошипел Бельфегор, и хоть я не видел его глаз, но кожей чувствовал, как он буквально пожирает меня взглядом. — Она говорила совершенно не так, — равнодушно ответил я, впервые в жизни напрягая лицо для того, чтобы на нём не появилось ни одной эмоции. — Подойдите, — сказал он и после некоторой паузы добавил: — это всего лишь просьба. Какое доброе уточнение. Благодарю, мой принц. Вот только для меня в том положении, в котором нахожусь, понятия «приказ» и «просьба» равносильны. Разве что так называемая просьба куда более унизительна. Приказ хотя бы отдаётся чётко, и ему я обязан подчиниться. Подойдя к принцу, жду, что же он сделает. Бельфегор из кармана достал ту самую заколку, что прислал мне когда-то. Действительно парные, не солгал. Знакомым мне движением он заправляет прядку волос мне за ухо. Кожу привычно обжигает от чужого прикосновения. Принц убирает волосы с моего лица и закалывает их заколкой. Той самой, которую я когда-то самолично вернул ему. Обхватив рукой мою шею, он надавливает, заставляя меня склониться ближе к нему. — Сейчас не хватает только того вина, которое я предлагал вам когда-то. Повторюсь: вы обязаны его попробовать, господин посол, — прошептал он мне на ухо. — Соглашусь. Может, устроим как-нибудь приватную беседу? Без слуг, только вдвоём, в неформальной обстановке, — в тон ему ответил я. Впервые вижу его так близко. Он действительно самый обычный. Глаза, взгляд которых всегда чувствую физически, не видны из-за хаотично разбросанной на пол-лица чёлки, которая сейчас вовсе была убрана, и её обычную функцию выполняла маска. Как ни крути, глаза этого человека мне увидеть не удалось. Светлая щетина на щёках, которую почти не было видно, не прибавляла ему мужественности, да и всё равно по возвращению в замок личный цирюльник справится с этим. — С удовольствием побеседую с вами наедине. Руки сами потянулись к его маске, и мне даже удалось снять её, но так просто свои зеркала души Бельфегор открывать не собирался. Он не зажмурился, а просто закрыл их. Было похоже, будто бы он спит, но гаденькая ухмылочка всё портила. — Прошу простить, в удовольствии лицезреть мой лик вынужден отказать, — хихикнул он, снимая заколку и снова закрываясь от мира чёлкой. И теперь он мог просто смотреть на меня, отчего возникло чувство, будто он пытается запомнить каждую чёрточку моего лица. Видимо, оно показалось ему чем-то важным. Его пальцы заскользили по моим щёкам, вверх к татуировкам под глазами. Когда он всё же дотронулся до этих маленьких треугольничков на коже, скрипнула дверь, и раздался тихий вскрик Мари. — Прошу прощения, мы ещё не закончили, — причмокнув губами, протянул Бельфегор. Вот уж чего, а слухов о каких-либо неприемлемых отношениях с недоразумением по имени Бельфегор, мне хотелось меньше всего. Плевать, что никто не знал, кто мы. Плевать. Даже в роли простого путешественника это было непозволительно. Наверное, на моём лице отпечаталась паника. Наверное, принц как следует рассмотрел эту эмоцию. Наверное, он ещё использует это, чтобы давить на меня. Наверное, он сейчас злорадствует. Наверное, наверное, наверное... Не произнеся ни слова, он встал и усадил меня на то кресло, где только что сидел сам, и вышел вместе с девушкой из комнаты, оставив меня наедине со своими мыслями.