И у ветра должны быть крылья

С негромким щелчком дверь за Джоном захлопнулась, звук его шагов растворился в ночном безлюдном коридоре отеля. Шерлок остался один. Казалось, пустота комнаты сконцентрировалась вокруг него с давящей силой. Некоторое время он еще постоял, прижавшись к прохладной поверхности стены, постепенно справляясь с желанием, с головой накрывшим его несколько минут назад. Пульс приходил в норму, стоило только ощутить каждой клеточкой тела, что в этой комнате Шерлок остался в полном одиночестве. Он медленно и глубоко вздохнул, всё ещё не доверяя собственным ощущениям. Снова и снова перед его мысленным взором представало лицо Джона, его яростный шепот, горящие синим пламенем глаза и отчаянное прикосновение твердых губ, которое и поцелуем-то назвать не получалось. Джон словно бы поставил на нем свое клеймо, как будто от этого зависело очень многое, как будто это могло что-либо изменить… Детектив медленно подошел к окну, за которым на горизонте уже разгоралась огненная полоска рассвета. Его неподвижный задумчивый взгляд был направлен на кроваво-алую дорожку в синеющем небе, а слух словно растворился в предрассветной тишине занимающейся зари. Мысли Шерлока были где-то далеко. Так далеко, что понадобилось целых пять секунд, чтобы до его сознания, наконец, дошел сигнал пришедшего на мобильный телефон сообщения. Поднеся экран мобильника к глазам, он прочитал лаконичную фразу: « Немейский лев готов к прыжку. Он в логове ». Удовлетворенно кивнув невидимому собеседнику, детектив быстро закрыл лэптоп, убрал его в небольшой несессер и, взяв в руки пиджак, решительно покинул номер. *** *** *** Не замечая открывавшегося за тонированными стеклами автомобиля калифорнийского пейзажа, Джон на большой скорости приближался к аэропорту Сан-Франциско. Находясь на пассажирском сидении позади двух сопровождающих его молодчиков внушительного вида, он ощущал странную пустоту внутри. Не было ни мыслей, ни чувств. Не осталось ни одной эмоции, которая могла бы как-то помочь сформулировать для него состояние, которое он испытывал. Сейчас Джон был бы рад даже приступу паники, которая всегда подстегивала его изнутри, выпуская заряд адреналина в каждую клеточку и не позволяя превратиться в совершенно аморфное существо, никак не реагирующее на окружающий мир. Но организм Джона словно бы играл с ним в молчанку, предоставляя возможность отрешиться от всего, что произошло полчаса назад. Поэтому он почти удивился, когда иномарка вдруг вывернула прямо на летное поле, миновав ангары и совершенно беспрепятственно проехав через шлагбаум, заграждающий въезд на территорию аэропорта обычным машинам. В очередной раз охарактеризовав свою оплошность как результат собственного безразличия к тому, кем и чем являлся во всем мире Майкрофт Холмс, Джон впервые за поездку тяжело вздохнул. Выйдя из салона автомобиля, вслед за своими телохранителями, он несколько секунд неподвижно смотрел на небольшой самолет частной авиакомпании, который серебрился в лучах поднимающегося над горизонтом солнца. На душе у него было так гадко, что впору напиться до пляшущих чертей перед глазами… Внезапно до него дошло, ЧТО он сейчас делает или ЧТО сделает через несколько минут, сев в этот самолет. Со всей силы его накрыло такой волной досады, ненависти и острого разочарования в самом себе, по сравнению с которым ведро ледяной воды, опрокинутое за шиворот, показалось бы детской шалостью… - …Твою мать! Идиот! Что ж я делаю… Он резко повернулся к одному из подтянутого вида провожатых, смахивающего на Джеймса Бонда в его лучшие годы, и твердым голосом требовательно произнес: - Послушайте! Я прекрасно понимаю, что у Вас другая задача, но не могли бы Вы отвезти меня обратно? - Джон застыл, не сводя напряженный взгляд со спецагента. С непроницаемым выражением лица, усиленном солнцезащитными очками, мужчина некоторое время смотрел в сторону Джона. Доктору Ватсону показалось, что тот вообще смотрит куда-то поверх его головы, поэтому, не дождавшись ответа, он повторил тихим, но почти приказным тоном: - Я полностью осознаю, какие последствия могут быть у моего решения! Но это совершенно точно обдуманный поступок, который снимает ответственность за мою безопасность со всех вас. Я могу оставить письменное подтверждение своим словам. Неприятностей у вас не будет. - Мистер Ватсон, дело не в том, что у нас будут неприятности в ЛЮБОМ случае, если вы не сядете в этот самолет. И даже не в том, что мы всё равно подчинимся приказу, который получили, – он четким выверенным движением правой руки вынул из внутреннего кармана дорогого пиджака небольшой конверт и протянул его Джону: –Возьмите. Это для вас. Ватсон, даже не шелохнувшись, внимательно проследил за предметом глазами. В груди зашевелилось нехорошее предчувствие. - Что это? – тихо спросил он, сузив глаза и всем своим нутром ожидая подвоха. - На случай, если Вы откажетесь лететь, у трапа самолета я должен передать Вам это, – совершенно бесстрастно пояснил «телохранитель». Всё еще недоверчиво поглядывая на конверт, Джон осторожно взял его в руки и отвернулся. Конверт был запечатан. Повертев его в руках, Джон удостоверился в отсутствии каких-либо поясняющих надписей на поверхности и нетерпеливо вскрыл. И почти сразу задохнулся… Внутри лежала фотография: их первое, по-настоящему семейное Рождество! Джон стоит с почти годовалой крошечной Дженни на руках, за спиной – наряженная елка. На его лице блуждает совершенно глупая улыбка, а Дженни с интересом наблюдает за своей мамой. Мэри стоит напротив них, смеясь и пробуя запечатлеть на пленку фотоаппарата мужа с маленькой дочерью. И никто из них не замечает, что в этот момент ДРУГОЙ человек, также находящийся сейчас в гостиной Ватсонов, фотографирует счастливое семейство на свой мобильный телефон... Это был единственный семейный праздник, на который Шерлок пришел после свадьбы Джона. Застонав от невозможности другим способом выразить то, что сейчас заставила прочувствовать его эта фотография, Джон с силой зажмурил глаза. Затем прижал к ним левую ладонь, будто хотел отогнать непрошеное видение. Постояв так какое-то время, он повернул снимок другой стороной, почти зная, что увидит. Знакомым аккуратным почерком на обороте была выведена только одна фраза: « Прошу тебя, не делай глупостей! Это не твоя война…» «Можно подумать, она твоя!» - пронеслось с неожиданной злостью в голове. Джон огляделся. Мысль о побеге мелькнула в его сознании, но он отмел её, даже не успев до конца понять, что именно движет его несгибаемым упрямством в желании остаться: насолить Шерлоку или помочь этому самоотверженному ослу выжить? - Чертов засранец! Джон резко выдохнул, поднял лицо к светлеющему небу и опять наполнил легкие свежим прохладным воздухом. Как у Шерлока это получается: считывать с человека даже будущую реакцию, правильно используя все твои страхи, желания и направляя полученную информацию против тебя самого? Ватсон отказывался понимать, каким образом черты характера социопата совмещались в личности детектива с настолько чутким отношением к нему и умением предугадывать все его решения… Его взгляд снова остановился на фотографии в ладони. Что ж, выбор сделали за него. Прикрыв глаза, Джон понял, что эту битву он проиграл. Рука безвольно опустилась… Невообразимо медленно, как будто сила притяжения земли стала в несколько раз больше за последние минуты, Джон побрел к самолету, даже не взглянув на своих «телохранителей»… *** *** *** Уже подъезжая к приюту Святой Терезы, который находился в пригородной части Сан-Франциско, окруженный большой парковой зоной с высоким кованым забором, Шерлок понял: что-то пошло не так. Вокруг забора стояли четыре полицейские машины с включенными мигалками, служители порядка сдерживали нескольких любопытных прохожих, которых по счастью здесь было не так много. - Что случилось? - быстро оценивая ситуацию, детектив подошел к высокому, плотного телосложения человеку, четко отдававшему приказы подчиненным. Вокруг сновали агенты в штатском с зажатыми в руках рациями, то и дело оглядываясь на старинную усадьбу, наполовину скрытую высокими деревьями. Своих людей Шерлок уже обнаружил, все были на месте и явно не хотели привлечения внимания общественности. - Шериф Коултер, мистер Холмс, здравствуйте! – тон, которым это было сказано, однако, был не таким бодрым, как содержание. - Меня предупредили насчет вас. Шерлок пожал протянутую ему руку, все ещё оценивая обстановку, цепким взглядом отмечая каждую деталь и необычайную напряженность присутствующих. - Председатель правления, которое оказывает финансовую поддержку этому приюту, Луи де Вега, похоже, выжил из ума, – хмуро ответил Коултер. - Он заперся в своем кабинете, взяв в заложники шестерых детей, воспитанников приюта. - Требования выдвигал? – уже почти зная ответ на свой вопрос, Шерлок внимательно всматривался в лицо шерифа. – Кто с ним на связи? - Пойдемте, – приглашающим жестом Коултер провел Шерлока к машине, возле которой стоял помощник шерифа и что-то сверял в своем блокноте. – Это мистер Сандерс, мой заместитель. Детектив Шерлок Холмс, – представил он. - Рад знакомству. Жаль, что при таких обстоятельствах, – поприветствовал Сандерс, внимательно разглядывая Шерлока. – Очень необычно, но, похоже, только Вы и можете нам помочь! Другого выхода, видимо, нет. Де Вега требует, чтобы к нему привели мистера Шерлока Холмса. Никого другого близко не подпускает. - А иначе? – спросил Шерлок, уже зная ответ. – Будут жертвы? Сандерс скривился, дернув плечами, будто от неприятного прикосновения к скользкой змее. Шериф Коултер снова обратился к Шерлоку, быстрым взглядом охватывая его одежду: - Мы снабдим вас переговорным устройством, чтобы постоянно отслеживать ваш разговор и, если понадобится, направлять ваши действия. Также вам сейчас выдадут бронежилет. - Шериф, за жилет я вас благодарю, но вот вашу аппаратуру не надену. Видите ли, это дело государственной важности, которое поставлено на контроль британского правительства, чьим представителем я здесь являюсь. У нас есть все необходимое, чтобы провести переговоры. Ваша задача – увести отсюда подальше детей и контролировать порядок снаружи. Пострадавших быть не должно! – и Шерлок незаметно вынул из кармана небольшую пластиковую карточку, осторожно разворачивая её лицевой стороной к Коултеру. Прочитав небольшую надпись на удостоверении, шериф поджал губы, нахмурился ещё больше, но возражать не стал. Вместо этого он поднял голову на детектива и негромко произнес: - Всё, что понадобится и будет в наших силах, мы сделаем. - Огонь не открывать, пока дети там. Это единственное, о чем вы должны помнить, шериф! – негромко ответил детектив, отцепляя кобуру с браунингом от пояса брюк. Через несколько минут Шерлок в бронежилете, скрытом под рубашкой и пиджаком, стоял у входа в парковую зону усадьбы. Рядом с решеткой ограды маячили вооруженные полицейские, которым отдавали последние распоряжения шериф Коултер и Сандерс. Агентам Майкрофта не было нужды что-либо объяснять: они давно уже находились в состоянии полной боевой готовности и ждали только сигнала к действию. Вдохнув полной грудью теплый солоноватый воздух, Шерлок на мгновение прикрыл глаза, вызывая в памяти невозможно синий оттенок кобальтовых улыбчивых глаз, стараясь мысленно задержать образ как можно дольше. Открыв глаза, очень медленным движением он достал из внутреннего кармана пиджака маленькую коробочку и вынул оттуда небольшой блестящий предмет на плотной серебряной цепочке. Это была точная копия медальона с фениксом, дубликат которого вот уже около часа находился в воздушном пространстве, неуклонно отдаляясь от Калифорнийского побережья. Но в отличие от него, на медальоне детектива не было гравировки инициалов, а внутри содержался особенный механизм, о котором сейчас лучше было не думать. Хотя не забывать о нем было бы правильнее. Осторожно распутав цепочку, Шерлок аккуратно надел медальон на шею и спрятал его под бронежилет, слегка вздрогнув от обжигающего холодом прикосновения к обнаженной коже. Затем уверенно шагнул за ограду и, не оглядываясь назад на застывших в полной боевой готовности офицеров, направился к зданию приюта… *** *** *** ...В просторном кабинете мистера Холмса-старшего было темно. Освещение давал лишь экран необычно похожего на переносной компьютер устройства. Хозяин кабинета сидел в своем удобном кресле, совершенно не замечая течения времени. Казалось, мысли его блуждают далеко за пределами этой комнаты. Из оцепенения его вывел тихий звук. Майкрофт вздрогнул, когда на зеленом экране одновременно со звуковым сигналом появилась синяя точка, запульсировавшая с интервалом в пять секунд. На минуту Майкрофт неподвижно застыл, на его изможденном лице появилось выражение обреченной безысходности, которого никто и никогда до сих пор не видел… *** *** *** Луи де Вега всегда и во всем считал себя хозяином положения; человеком, с легкостью находящим выход из любой ситуации. Это было позволительно по ряду причин, основной из которых являлось полное и беспрекословное подчинение работающих на него людей, которого де Вега добился благодаря строжайшей дисциплине и хитрому изворотливому уму. Внешностью он отличался запоминающейся: смуглый, высокий, несколько полноватый для своего возраста, он был обладателем густых темных волос и цепких глубоко посаженных черных глаз. Де Вега имел мексиканские корни по отцу, в юности оставившему берега Южной Америки и нашедшему свое счастье в солнечной Калифорнии. Немаловажную роль играло и то, что у этого опасного и жестокого человека были такие покровители, что он мог себе позволить всё, что угодно. Платой за молчание служили огромнейшие деньги; основную часть этих сумм де Вега пускал в оборот, заставляя работать на себя чуть ли не пятую часть всех наркокурьеров Америки. И лишь малую толику средств он тратил на этот приют, имеющий, однако, самый высокий рейтинг среди подобных учреждений. Ну, и конечно, особую нишу в обществе попечителей и людей, занимающихся благотворительностью, занимал сам Луи де Вега. И вот когда, наконец, его процветающий бизнес практически стал обосновываться в Европе, а на горизонте замаячили бешеные суммы денег, на пути де Веги встал какой-то доморощенный британский выскочка, именующий себя консультирующим детективом. Как обычно, Луи донес свои надежды и чаяния до ушей высоких покровителей, но неожиданно встретил очень холодный отказ в содействии. Это несколько раздосадовало мерзавца, но долго его уныние не продлилось, потому что вскоре нашелся выход из опасной ситуации. Появилась отличная возможность через подставное лицо убрать этого ищейку с пути раз и навсегда. Далеко ходить не пришлось: наемник сам когда-то был воспитанником приюта и прекрасно представлял себе, чем может обернуться для всех остальных сироток отказ от исполнения «сыновьего» долга, как любил называть это сам де Вега. Так на охоту за Шерлоком Холмсом был отправлен молодой, но подающий большие надежды Джонни Хантер. Однако, с первого раза он провалил дело: вмешался какой-то приезжий друг детектива, и Шерлок чудом выжил. Тогда пришлось заставить парня поднапрячься и втереться в доверие британского доктора. Но не тут-то было! Врач то и дело вмешивался, постоянно путая карты в руках у де Веги, и его присутствие никак не помогало осуществлению плана юного Джонни. Что ж, видит Бог, докторишка сам напросился, и тем подписал себе смертный приговор! Теперь у де Веги были развязаны руки, и он уже предвкушал отпраздновать свою победу, ожидая немедленного самоустранения мистера Холмса, оплакивающего потерю близкого друга. И вот когда уже на горизонте забрезжили новые заказы на поставку героина в Европу, лучшую половину его преступной сети совершенно неожиданно сдают в руки полиции. В бешеном приступе злобы он постарался выплеснуть свою ярость на подчиненных, в первую очередь на бестолкового Хантера, вдруг заупрямившегося и чуть не поплатившегося жизнью за столь бесславный провал дела… Только как следует поднажав на мальчишку, используя под рукой легкодоступный материал – своих воспитанников - он заново добился полного подчинения и отправил парня в Англию. Пусть и с опозданием, но он сможет сильнее ужалить британского выскочку, если и там найдет его слабое место. А таковое, безусловно, имелось! И вот теперь с самодовольной улыбкой он встречал застывшего на пороге мистера Шерлока Холмса собственной персоной, совершенно спокойного и абсолютно не удивленного встречей с ним. Первым, что бросилось в глаза Шерлоку, когда он вошел в кабинет Луи де Веги, было шесть пар испуганных глаз, со страхом направленных на него. Две девочки и четыре мальчика в возрасте пяти-восьми лет стояли перед мерзавцем, восседавшем на своем кожаном кресле и с ехидной улыбкой взиравшем на детектива. Трое из них, помладше, время от времени тихонько всхлипывали, размазывая мокрые дорожки по грязным личикам. - Какая честь для меня, мистер Холмс! – неприятно растягивая слова, произнес он. – Извините, что не подаю вам руки. - Не могу сказать то же самое о себе! – жестко ответил Шерлок, пристально оценивая состояние детей. – Я выполнил ваше требование. Давайте отпустим детей и поговорим один на один! - О, такая забота о бедных сиротках делает вам честь, мистер детектив! Но прежде я бы хотел выразить вам свои соболезнования, - он осклабился, растянув тонкие губы в омерзительной улыбке. – Вы, кажется, недавно потеряли друга? Лицо Шерлока словно застыло. Ничего не ответив, он медленно подошел еще ближе. Де Вега чуть заметно пошевелился, опустив правую руку под стол. - Я не вооружен, так что нет нужды держать под столом заряженное оружие. – Шерлок с тихой угрозой в голосе повторил: - Здесь дети! - Конечно-конечно, но знаете: вы сами в этом виноваты, не так ли? Не ввязывались бы в это дело, и сейчас доктор Ватсон был бы жив и здоров! А эти крошки, – он слегка приобнял левой рукой стоящую ближе всех девочку, отчего та заметно вздрогнула, - беспечно играли бы в свое удовольствие! - Сомневаюсь! – резко ответил Шерлок. – Ни одного из ваших воспитанников не ждет здесь счастливое детство! Что уж говорить об их будущем? - О, вы про нашего милого Джонни? Что ж, он и правда сплоховал, мистер Холмс! Но, как знать, - Де Вега сузил темные, как ночь, глаза и пристально посмотрел в лицо Шерлока, – вдруг он еще сможет себя реабилитировать? Шерлок судорожно вздохнул, костяшки его пальцев побелели, когда он с силой сжал их в кулаки. - Что вы имеете в виду? – голос его резко охрип от едкого страха, постепенно затопившего грудь. Но Шерлок быстро взял себя в руки, решив, что сейчас слишком непозволительная роскошь - поддаваться панике. – Давайте перейдем к делу. Вы хотели видеть меня в обмен на заложников. Я здесь. Отпустите детей! – Шерлок медленно дотронулся кончиками пальцев до полированной поверхности столешницы. - И вы обещаете мне неприкосновенность? – мужчина с вызывающим видом вскинул подбородок. - Мои гарантии? - Пока я здесь, вы можете быть спокойны за сохранность своей жизни! – прозвучал ответ. Де Вега задумчиво всматривался в лицо детектива, очевидно, отыскивая в его словах скрытый подвох. Наконец, он громко вздохнул и медленно поднялся с кресла. В правой руке блеснула рукоятка тяжелого на вид револьвера, который он ни на минуту не собирался выпускать из ладони. - Что ж, мистер Холмс, даже враг способен вызывать во мне искры благородства… изредка. Но, должен заметить, это как раз тот самый случай. Он подтолкнул пятерых малышей к Шерлоку, в последний момент придержав за рубашку самого маленького мальчика, стоявшего к нему ближе всех. Шерлок быстро завел детей к себе за спину, ни на минуту не теряя из виду преступника. Слегка подтолкнув ребят к выходу в коридор, он наклонился и негромко сказал: - Бегите к выходу. Ясно? Со всех ног! Затем Шерлок снова посмотрел в сторону негодяя. Глаза его расширились, когда он понял, что де Вега все-таки оставил последнее слово за собой. - Мы так не договаривались. Вы отпустите ВСЕХ! – гневно произнес он, увидев, что тот удерживает мальчика за плечи. Лениво рассмеявшись, преступник медленно покачал головой: - У меня тоже должны оставаться пути к отходу, вы так не считаете? – улыбка сползла с его лица. Вместо неё появилось хищническое выражение, полное лютой ненависти. – Мне МАЛО ваших гарантий! Неужели вы думали, что, нарушив мой покой, начисто лишив меня прибыльного бизнеса и покровительства друзей, я отпущу вас ПРОСТО ТАК?! Де Вега прошипел эту гневную тираду в лицо Шерлоку, словно змея, плюющаяся ядом. Шерлока охватывало беспокойство. Теперь, когда в усадьбе находился ребенок, применить свое последнее оружие, которое он припрятал на крайний случай, представлялось совершенно невозможным. Он перевел взгляд на мальчонку, впервые внимательно рассмотрев его личико. Рыжеватые вихрастые волосы, крупные веснушки рассыпались по курносой мордашке, в ярко-синих глазенках застыл безотчетный страх… Сердце Шерлока сжалось от непонятной щемящей смеси жалости и досады, а затем наполнилось яростью по отношению к этому недочеловеку, который поставил жизнь ребенка между собой и справедливостью. Он с силой сомкнул челюсти и заставил взять себя в руки. Шерлок приблизился, протянув руку к ребенку: - Давай-ка, дружок, иди ко мне! – ласково произнес он и, обращаясь к де Веге, с угрозой произнес: - Если вы хотя бы на йоту еще цените свою жизнь, отпустите мальчика! И можете быть свободны! - Нет, мы выйдем отсюда вместе! Или не выйдет ни один из нас! Мне нужен заправленный вертолет без пилота и свободное передвижение в воздушном пространстве! Де Вега снова омерзительно улыбнулся и добавил свистящим шепотом: - И еще, мистер Холмс: вы полетите со мной!