Someone More Like Myself

– У тебя свидание? – спрашивает его Майки на следующий день. Это ночь вторника, и Джерард принёс попкорн и пару баночек «Dr Pepper» с собой. Сегодня ночь «Безумного Макса». Только им вдвоём разрешается сидеть около телевизора и разговаривать о том, что нужно свести к минимуму несуществующую личную жизнь Джерарда. К несчастью, Джерард не может промолчать о своей встрече с Фрэнком. – Это не свидание, на самом деле, – отвечает Джерард, пожимая плечами. Он знает, что такое свидание. Он был на нескольких, благодаря Майки. Хотя он не был на реальных свиданиях уже пару недель. Последнее превратилось в катастрофу, и Джерард не стремится пойти на ещё одно в ближайшее время. – Ужин и фильм. Именно то, что и делают на свидании, Джи. Майки смеётся и шутливо пихает Джерарда, когда они садятся на диван. Джерард ставит тарелку с попкорном Майки на колени и мотает головой. – Технически, это не свидание. Он хочет показать мне свою коллекцию «Хранителей», – объясняет Джерард. – Конечно. Ты никогда не использовал ни на ком такой способ. Правильно? – спрашивает Майки, прежде чем засунуть в рот горсть попкорна. – Это не свидание. Там будет его сын. У него может быть девушка. Я ничего о нём не знаю. – Извиняюсь за то, что говорю это тебе, но это действительно свидание. С чем я тебя и поздравляю, – говорит Майки, продолжая смеяться. – Блять. Как это может быть свиданием? Майки продолжает издеваться над ним, пока на экране не показывается лицо Мела Гибсона. Джерард желает, чтобы его брат подавился попкорном и задохнулся. Он желает знать, что делать в ситуациях такого типа. Он не может поверить, что у него свидание, и он даже не знает, что надеть. * Уже пятница, и Джерард чувствует себя глупо и странно. Он никогда раньше не был в домах у родителей. Это правда, что Фрэнк не похож ни на одного из них, но теперь, когда Майки уверил его, что это свидание, Джерард не может прекратить думать о Фрэнке и ста возможных ситуациях, когда что-нибудь пойдёт не так. Иногда Джерард может говорить глупейшие вещи. И это тогда, когда ему уютно с кем-то. Он может безмерно много болтать о самых странных вещах. Когда же ему неуютно, он выставляет себя дураком, отвечая односложными предложениями. Джерард решает взять с собой на работу его лучшую одежду. Он переоденется в своём кабинете в конце рабочего дня, так что не нужно будет возвращаться домой. Он удостоверился, что выглядит достойно, прежде чем покинуть квартиру, потому что в его кабинете нет зеркала, хотя сейчас он думает, что было бы неплохо повесить там одно. Он вымыл и расчесал свои волосы, а затем постарался использовать столько геля, сколько возможно. Он даже сходил в душ два раза, один раз утром и один во время перерыва на ланч, оставляя Рэя рассказывать новой раздатчице его истории о нежити. Джерард вернулся в квартиру, потому что думал, что воняет тунцом. Он ненавидел принимать душ, но это казалось необходимостью. Он нервничает, шагая туда-сюда по кабинету, поглядывая на свои часы каждые пять минут, словно так время пойдёт быстрее, хотя, кажется, на самом деле получается обратный эффект. Джерард может поклясться, что всё идёт по сценарию «Дня сурка», только вместо дня, который повторяется, у него пять минут. Также он проводит по меньшей мере два часа, гадая, должен ли он принести что-то типа вина или цветов, просто чтобы быть хорошим гостем. Он не пьёт вино, но, может, Фрэнк пьёт. Это не настоящее свидание, не с Джузеппе, так что ему не нужно ничего приносить. Может, ему нужно взять раскраски или карандаши для мальчика. Цветы определённо не нужны. Фрэнк не девушка, и нет никаких признаков того, что у него кто-то есть. В конечном итоге Джерард находит, на что переключить своё внимание, когда Грета заходит к нему в офис и говорит, что ему нужно заполнить заявки на следующую поездку в Музей естественной истории. Он продолжает работать над ними, когда звенит звонок и на школьном дворе начинают собираться родители, чтобы забрать своих детей. Его действительно не волнует ни один из них. Джерарду просто нужно увидеть Фрэнка. Может, он станет нервничать меньше, если увидит его лицо и улыбку. В том, как он смотрит на Уэя, есть действительно что-то успокаивающее. Может быть, он мог бы просто посмотреть на него, когда он будет забирать Джузеппе. Может быть, они могли бы немного поговорить. Сегодня Джульетту забирает Алисия, но Джерард решает подождать её у ворот. Он видит, как Джузеппе забирается в машину, не знакомую Уэю. За рулем в ней сидит симпатичная молодая девушка. Она выглядит лет на шестнадцать, но, наверное, на самом деле она старше. Сердце Джерарда пропускает удар. Эта девушка должна быть девушкой Фрэнка. И он был прав. Это не свидание. Джерард чувствует себя глупо из-за мыслей о том, что Фрэнк свободен или даже отдалённо заинтересован в провождении с ним вечера по какой-либо другой причине, кроме профессионального разговора о Джузеппе. Фрэнк несомненно слишком красивый и слишком забавный, чтобы быть одиноким. Джерард чувствует разочарование, но он сказал, что придёт, так что он должен пойти, даже если Фрэнк никогда не имел в виду, что эта ночь будет свиданием. Джерард думает, что принести вино и цветы будет хорошей идеей, так как, оказывается, там будет дама. Джерарду нравится выглядеть вежливо, как его мама учила его, даже если он ненавидит всех, кто старше десяти лет. Его мама говорила, что не приносить ничего хозяйке дома – грубо. Джерард идёт в продуктовый магазин и выбирает самую дорогую бутылку вина, какую только может себе позволить. Он заходит в цветочный за углом школы и покупает букет роз. Он нюхает свои подмышки по крайней мере три раза, а затем решает, что должен отправиться к Фрэнку, хотя ещё действительно рано. Джерарду приходится сесть на метро, чтобы добраться туда, и когда автоматические двери чуть не разрезают его букет на две половины, он думает, что вечер обещает быть бомбой замедленного действия. * Едва не пропустив свою остановку и пару раз свернув не туда, но наконец оказавшись на месте, Джерард поражён домом. Он не самый большой среди всех соседних, но определённо больше, чем квартира Уэя. Несколько минут он топчется у дома, пытаясь решить, должен ли он немного опоздать. Он пришёл раньше почти на полчаса, и будет довольно грубо постучаться в дверь, когда все ещё не готовы. Фрэнк может быть ещё в процессе готовки ужина, и Джерард не хочет мешаться под ногами. Несколько минут Джерард прогуливается туда-сюда, прижимая цветы и бутылку к груди. Он смотрит на свои часы два раза и ещё раз, время застывает. На улице холодно, и он всегда сможет извиниться за то, что так смехотворно рано. Когда он видит пожилую женщину, которая смотрит на него из-за занавесок, вероятно, думая, что он подглядывающий*, Джерард решает подняться по лестнице и позвонить в звонок. Это одно из этих музыкальных устройств, которое играет пару нот из «Пети и Волка». Джерард раздумывает, не позвонить ли второй раз, просто чтобы услышать всю песню до конца, но из-за этого он будет выглядеть лузером. Как только начинается знакомая мелодия, Джерард слышит лай собаки за дверью. Через несколько секунд к первой присоединяется вторая собака, а затем третья завершает ансамбль. Джерард никогда не думал, что Фрэнк был любителем собак. Хотя на самом деле у него не было времени, чтобы подумать об этом. – Заткнитесь, блять! – кричит голос Фрэнка за дверью. Джерард беспокойно шаркает ногами. Из-за двери доносятся звуки, которые он не может распознать. Это звучит, будто Фрэнк устраивает поединок с каждой из своих собак. Джерард думает, увидит ли он когда-нибудь дом Айеро изнутри. Как только Уэй решает проверить своё дыхание, просто чтобы убедиться, что запах тунца отсутствует, дверь открывается, и высовывается голова Фрэнка. Его волосы мокрые, и он одет в спортивные штаны и старую футболку с «The Clash», которая выглядит почти такой же мокрой, как и его волосы. Джерард впервые в жизни чувствует себя разодетым. – Извиняюсь. Я рано. Фрэнк улыбается и отходит в сторону, чтобы впустить Джерарда. Он дрожит в своей мокрой футболке, впуская холодный воздух внутрь. – Входи. Ноги можешь не вытирать. Я стараюсь, чтобы тут было чисто, но грёбаные собаки наводят бардак. Джерард шагает внутрь и быстро вытирает ноги о страннейший коврик, какой он только видел. Он выглядит как Дино из «Флинстоунов», и Джерард по некоторым причинам находит это забавным. – Ты принёс мне цветы? - спрашивает Фрэнк, выглядя немного озадаченно, прежде чем закрыть дверь ногой. Джерард протягивает Фрэнку букет, почти пихая его ему в лицо. Айеро дует на розы, и его улыбка превращается в чистый восторг. – Спасибо, чувак. Я люблю цветы. – Я принёс их для твоей… девушки, – выговаривает Джерард, глядя вниз на свою обувь. – Круто, отдам их ей, когда она появится, – говорит Фрэнк, ставя цветы в вазу, которая выглядит как кучка склеенных вместе банок диетической колы. – Как жаль, что в данный момент у меня её нет. – Оу. Я видел девушку, которая забирала Джузеппе из школы, и я подумал… – Это Нина. Милая девушка. Она отстойно играет в «Марио карт», но няня из неё превосходная. Джерард не хочет выглядеть так, словно услышал лучшую новость в своей жизни, так что он старается не улыбаться слишком сильно. Он прикусывает щеку изнутри, надеясь, что это удержит его от слов, о которых он может пожалеть. – Да. У меня на самом деле нет времени для встреч с новыми людьми с моей работой и с моими детьми. – Детьми? Я думал, Джузеппе… – удивлённо начинает Джерард. – Да, у меня ещё три собаки, – говорит Фрэнк, хихикая и кладя руку на плечо Джерарду. – Не волнуйся, я только что их покормил. Твоя задница в абсолютной безопасности. – Затем Фрэнк, кажется, замечает бутылку вина в руках у Джерарда, и тот осознаёт, что забыл отдать её. – Ты мне ещё и вино принёс? Выходи за меня замуж сейчас же, чувак. Серьёзно. Джерард чувствует кровь, приливающую к щёкам. – Хах, я… К счастью для Джерарда, Фрэнк этого не замечает, так как смотрит на лестницу, держа букет и вазу в руках. – ДЖУЗЕППЕ! Мистер Уэй пришёл! – кричит Фрэнк. Джерард слышит звуки движения наверху, и это звучит, словно по крайней мере десять пар ног несутся по дому. – Между прочим, могу я звать тебя как-то покороче? Между прочим, покороче.** – Фрэнк хихикает, явно довольный своей игрой слов. Джерард не может сдержать смеха, хотя игра слов действительно плоха. Смех Фрэнка заразительный. – Джерард. Ты можешь звать меня Джерардом. – Мило. И звучит любопытно, – комментирует Фрэнк, кивая самому себе. – Звучит как французское или что-то типа того. Прежде чем Джерард может подумать о том, чтобы ответить что-нибудь остроумное, на лестнице появляется Джузеппе. – УРА! Привет, мистер Уэй! Ребёнок сбегает вниз по лестнице и практически забирается на руки к Джерарду. Тот взъерошивает его волосы, прежде чем отпустить. На Джузеппе надета пижама с тираннозавром. Джерард помнит глубокую и содержательную беседу с мальчиком о динозаврах. «Мне нравится тираннозавр, потому что он жестокий», – сказал мальчик, рисуя зелёные чешуйки и гигантские зубы своему динозавру. – Папочка, Мама снова написала в твои вансы, – говорит Джузеппе, когда его отец приобнимает его свободной рукой. – Ох уж эта маленькая сучка. Я убью её и съем на День благодарения, – отвечает Фрэнк, целуя сына в лоб. Потом он отпускает его и улыбается Джерарду. – Итак, Джерард, проходи за Джузеппе. Я сейчас приду. – Мужчина забирает цветы и вино и направляется на кухню. – Ладно. Джерарду не очень комфортно. Джузеппе смотрит на него, нахмурившись. Но это не длится долго. Джерард чувствует себя намного уверенней, когда мальчик берёт его за руку и проводит его в столовую. Комната не слишком большая, но Джерард впечатлён украшениями Фрэнка. На столе стоит пара незажженных свеч и лежат аккуратно сложенные салфетки. – Папа сжигает всё, что готовит, – шепчет Джузеппе на ухо Джерарду, опуская его вниз. – Серьёзно? – Серьёзно. Бабушка принесла нам свою лазанью, чтобы мы поели вечером. Она была замороженная, – говорит мальчик, не повышая голос. Джерард понимает, что он делает это, чтобы не задеть чувства своего отца. – Папа сказал, что это секрет. – Джерард, ты будешь вино? – спрашивает Фрэнк из кухни. – А, нет, спасибо. Я не пью, – отвечает Джерард, вешая свой пиджак на спинку стула. Джузеппе убегает на кухню, и Джерард может слышать их с Фрэнком шёпот. – Ладно. Я буду мудаком, если буду пить в одиночестве, – говорит Айеро. – Тогда оставлю его на потом. Джерард слышит характерный звук от микроволновой печи, а затем появляются Фрэнк и Джузеппе, первый несёт огромное восхитительно пахнущее блюдо. – Та-да-да-дам! Вегетарианская лазанья а-ля Айеро, – говорит Айеро-старший, явно гордясь собой. Джерард не хочет заставлять Фрэнка чувствовать себя неловко, сказав ему, что он знает, что это не Фрэнк приготовил лазанью. Так что Джерард только улыбается. Джузеппе садится рядом с Джерардом, болтая своими маленькими ножками в воздухе. Он поворачивается к Уэю и довольно улыбается ему, прежде чем повернуться к отцу и протянуть ему свою пустую тарелку. Фрэнк забывает зажечь свечи и ест с локтями на столе, но Джерард оценивает усилия, которые он приложил к созданию ужина. Лазанья на вкус такая же восхитительная, как и её запах. Джерард ест молча, наблюдая за отношениями Фрэнка и Джузеппе. Айеро тоже не разговаривает. Он издаёт благодарные звуки, засовывая огромные куски лазаньи в рот. Фрэнк не очень худой и ест так, будто у него два желудка. Джузеппе ест так же быстро, едва прерываясь на секунду, чтобы отдышаться, прежде чем положить в рот ещё один кусок. – Ну так, Джерард, – начинает Фрэнк, подкладывая ещё один кусочек лазаньи Джузеппе. Уэй не поспевает за их ненасытным аппетитом. Они едят в два раза быстрее, чем он, и ещё не наелись. – Тебе нравится Оз? – спрашивает Айеро-старший, разговаривая с полным ртом. – Страна, тюрьма или оборотень? Фрэнк отрывает взгляд от своей тарелки и удивлённо смотрит на Джерарда, а затем широко улыбается, показывая красные из-за томатного соуса зубы. – Видишь? Именно поэтому ты мне и нравишься. Где же ты был всю мою жизнь? – спрашивает мужчина, восхищённо вздыхая. Он похлопывает себя по животу и кладёт свою вилку на пустую тарелку. Джерард краснеет, пытаясь спрятать свою улыбку за стаканом воды. Он не может поверить, что Фрэнк настолько удивительный. Они едва знакомы друг с другом, но Айеро уже разговаривает с ним так, словно они лучшие друзья. – Какой у тебя любимый комикс? – спрашивает Фрэнк, ожидая, когда Джерард и Джузеппе закончат со своим ужином. – Эм, «Роковой патруль». Я думаю. Тяжеловато выбрать один, – отвечает Джерард, отодвигая свою тарелку в сторону, его живот заполнен доверху всего одной порцией. – О, он просто, блять, потрясающий, – отвечает Фрэнк, ставя локти на край стола и подпирая подбородок руками. Он тепло улыбается и наблюдает, как Джузеппе с удовольствием доедает содержимое своей тарелки. – Пап. Не забывай, что ты уже должен мне десять долларов, – говорит Джузеппе, вручая отцу свою тарелку. – Мы не произносим это слово за столом, – серьёзно объясняет он Джерарду. Джерард смеётся и замечает, что Фрэнк улыбается ему. Сердце Джерарда словно увеличивается в десять раз и того и гляди выскочит из груди. Он никогда не думал, что сможет влюбиться в Айеро так сильно и так быстро, как он это сделал. – Да. У нас только одно правило. Никаких ругательств за столом, – говорит Фрэнк, собирая тарелки и исчезая на кухне. Джерард поворачивается к Джузеппе. Ребёнок что-то напевает себе под нос, качая ногами в ритм песни и строя навес над стаканом молока из салфетки и столовых приборов. Джерард решает помочь ему, отдавая свою вилку и нож. Джузеппе тихо смеётся и улыбается Джерарду, показывая все свои зубы. У Фрэнка и Джузеппе одинаковые улыбки, определённо. Когда Фрэнк возвращается в комнату, в руках у него поднос с итальянскими пирожными. Джерард уверен, что Фрэнк не сам делал канноли. – Будешь кофе? – спрашивает Айеро-старший, ставя поднос на стол под жадным взглядом Джузеппе. – Да, спасибо, – отвечает Джерард, когда Фрэнк подаёт ему трубочку. Джузеппе спрыгивает со стула и хватает канноли прямо с подноса. – Я собираюсь включить ди-ви-ди, пап. Фрэнк ещё раз оставляет Джерарда наедине с Джузеппе, и ребёнок за один раз поглощает выпечку. – Сегодня мы смотрим «Алису в Стране чудес». Папа обожает Безумного Шляпника, – говорит Джузеппе, когда у него получается проглотить канноли. Джерард задаётся вопросом, тратит ли этот ребёнок хоть какое-нибудь время на пережёвывание еды. Фрэнк возвращается с кофе и садится рядом с Уэем. Кофе пахнет фантастически, а Джерард уж точно в этом разбирается. – Джерард, мне нужно тебе кое в чём признаться, – говорит Фрэнк, кладя руку на плечо Уэю. – М-м-м, – Джерард кивает и прячется за чашкой кофе. – Я спалил лазанью, так что та, что мы ели, была приготовлена моей мамой. Клянусь, я пытался, – Фрэнк смотрит вниз на свои ноги, будто признаётся в совершении преступления. – Всё нормально, Фрэнк. Ужин был восхитительным, – произносит Джерард, кусая пирожное и стараясь не намусорить на столе. – Ага. В этом моя мама надерёт всем задницы. Когда Фрэнк убирает свою руку от мужчины, Джерард думает, что хотел бы обнять его и сказать, что его не волнуют его способности в готовке. Фрэнк и так замечательный. – Папа? Ты сказал слово на букву «з», и ты всё ещё за столом, – раздаётся голос Джузеппе из гостиной. – Да, и правда. Извиняюсь. Когда Фрэнк смотрит на Джерарда, он робко улыбается ему, прежде чем подняться. Уэй заканчивает со своей канноли, чувствуя на себе взгляд Айеро, проглатывая еду и вытирая руки о салфетку, а затем следует за мужчиной в гостиную. В комнате находится впечатляющая коллекция дисков и фигурок вокруг большого экрана телевизора. Джузеппе лежит на полу на животе, держа пульт в руках. Фрэнк запрыгивает на диван и прыгает на нём, как пятилетний, прежде чем усесться. Джерард присаживается с другой стороны, желая, чтобы диван был немного меньше, так что он мог бы быть ближе к Фрэнку. Айеро поворачивается к Джерарду и смотрит на него несколько секунд. Он не улыбается. Он просто смотрит, и Джерард хочет исчезнуть. Он хочет, чтобы диван проглотил его полностью. Джузеппе поворачивается к мужчинам и спрашивает: – Мы готовы? Фрэнк смотрит на сына и кивает. Джерард говорит «да» громким голосом, не похожим на его. Фильм начинается, и Уэй чувствует себя странно. Он никогда на самом деле не выходит куда-либо. Он просто делает свою работу и идёт домой к замороженной пицце по вечерам в пятницу. Он практически забыл, как хорошо сидеть с кем-нибудь рядом. Фрэнк прямо здесь, хихикает над Чеширским котом с Джузеппе, хихикающим в тот же момент. Это одинаковое хихиканье. Это стереохихиканье, и Джерард сражён. Джузеппе, кажется, удобно на полу, а Фрэнк резко дёргается, подтягивает ноги вверх, прижимая колени к груди, и много трогает свои волосы. Они уже почти сухие и немного вьются, но его футболка всё ещё выглядит мокрой. Джерард осознаёт, что он вообще не смотрит фильм, потому что пялится на Фрэнка. Он прочищает горло и возвращается к просмотру, прежде чем Фрэнк словит его взгляд и подумает, что он придурок. Карты играют в крокет. Джерард снова чувствует, что в комнате градусов сто тепла. Он ослабляет галстук и вытирает руки о штаны. Мужчина старается дышать медленно, пытаясь заблокировать теплоту Фрэнка, и его колени, и его татуированные руки. Он фокусируется на фильме, даже если на самом деле не наслаждается бесцеремонным обращением Диснея с книгой Льюиса Кэрролла. Он не хочет ничего портить, начиная бурную дискуссию, не имеющую смысла ни для кого, кроме него. Затем из ниоткуда на его шее появляются пальцы, и его галстук соскальзывает с неё. Фрэнк смотрит на него, теребя его в руках. – Выглядишь горячо, – шепчет Айеро, прежде чем отдать вещь владельцу. – Спасибо. – Тсссс! – Джузеппе поворачивается к Джерарду и Фрэнку и устремляет на них свой недовольный взгляд. Фрэнк примирительно поднимает руки и снова оборачивается к Джерарду, улыбаясь. Джерард улыбается в ответ и думает, можно ли сделать так, чтобы вечер длился дольше. Может, Фрэнк захочет посмотреть другой фильм. Может, они могли бы выпить чашечку кофе и поговорить об ужастиках. Чем больше Уэй думает об этом, тем больше понимает, что навязываться Фрэнку будет плохой идеей. Когда появляются титры, Джерард всё ещё пытается подобрать правильные слова. Он поворачивается к Фрэнку, готовый спросить у него о его коллекции комиксов, так как это и было их изначальным планом, но Фрэнк прикладывает палец к губам и указывает на пол, где спит Джузеппе, сжимая пульт в руках. Фрэнк встаёт с дивана, аккуратно забирает пульт и выключает телевизор и DVD-плеер. Затем он поднимает своего сына на руки и несёт наверх в его комнату. Джерард хочет подняться вместе с ними наверх, но он не думает, что это будет вежливо. Он поднимается, засовывает галстук в карман брюк и изучает полки с фильмами и с музыкой: по большей части панк-рок, немного рэпа и несколько альбомов восьмидесятых. У Джерарда есть большинство из них. Он находит это утешительным. У них так много общего, бесконечные темы для разговора на их следующем не-свидании. Через несколько минут Фрэнк возвращается в гостиную и кладёт руку Джерарду на плечо, давая знать о своём присутствии. – Эй. Джерард ставит диск, который разглядывал, обратно на полку. – У тебя есть «Небо над Берлином», – говорит он, поглаживая пальцем корешок. – Ага. Ник Кейв и ангелы. Он снова улыбается. Джерард никогда раньше не встречал никого, кто улыбался бы так много, как Фрэнк. Может, он счастлив, а может, это его способ проявления вежливости. – Мне нужно идти, – неохотно говорит Джерард. – Маленький парень наверняка спит. Ты вполне можешь остаться дольше. Мы могли бы посмотреть что-нибудь ещё. – Мне нужно идти, – повторяет Джерард. – У меня много дел на выходных. Джерард ненавидит врать. Он всегда чувствует этот мерзкий комок где-то в животе. Единственное, что он должен делать в эти выходные, – это смотреть телевизор и есть огромное количество нездоровой пищи. Может, он попытается порисовать, если вдруг придёт вдохновение. – Ладно. Мы должны повторить это как-нибудь, – говорит Фрэнк, провожая Джерарда до двери. – Определённо. Джерард надевает свой пиджак и неловко улыбается Фрэнку. Он не знает, должен ли он пожать мужчине руку или уйти, так что он просто стоит перед дверью. Он размышляет несколько секунд, но Айеро берёт дело в свои руки, хватает Джерарда за плечи и крепко обнимает его в течение нескольких секунд, ласково поглаживая его по спине. – Увидимся в школе тогда, – произносит Фрэнк, отстраняясь. Джерард возится с дверной ручкой и открывает дверь. Он делает несколько шагов, холодный ветер обнимает его и пробирает до костей. – Пока, Фрэнк, – говорит он, прежде чем спуститься по лестнице. – Подожди! – вскрикивает Фрэнк. Уэй разворачивается и видит мелькнувшую спину мужчины. Когда тот возвращается несколькими секундами позже, он несёт небольшой бумажный пакет. Фрэнк спускается к Джерарду в своих спортивных штанах и тапочках. – Я купил это для тебя, – говорит Айеро, вручая пакет Джерарду. Уэй заглядывает в него и видит дюжину канноли внутри. – Ты уверен, что Джузеппе не будет по ним скучать? – спрашивает Джерард, протягивая пакет обратно Фрэнку. – Ты нас видел, Джерард? Ты думаешь, что нам нужно набрать ещё больше веса? – Фрэнк сжимает свои складки на животе и хихикает. – Ты выглядишь фантастически, – комментирует Уэй, не думая, что этим словам предназначалось слететь с губ. Ещё слишком рано для признания в любви. – Вы оба выглядите отлично, – добавляет он, пунцовея. – Ты худший лжец из всех, кого я знаю, Джерард, – говорит Фрэнк, отводя пирожные обратно к груди Джерарда. Его руки задерживаются там на пару секунд, и Уэй не хочет, чтобы Фрэнк убирал их. Он также не хочет, чтобы Фрэнк прекращал говорить его имя в конце каждого предложения, как какой-то знак препинания. – Спокойной ночи, Фрэнк. – Ночи, Джерард.