Someone More Like Myself

Выходные проходят уныло, и Джерард снова желает, чтобы они уже закончились. Майки звонит ему в субботу, чтобы проверить его и узнать все подробности предыдущей ночи. Джерард говорит ему, что это не было свиданием и они только и делали, что смотрели «Алису в Стране чудес» и ели канноли. Майки думает, что «Алиса в Стране чудес» является первым в списке фильмов для свиданий. Джерард двадцать минут выслушивает теорию Майки о том, что белый кролик – это крайне сексуальный символ. Аналогична теория и с итальянской выпечкой, и Майки объясняет Джерарду, что их форма прямо кричит, что Фрэнк определённо хочет залезть к Джерарду в штаны. В воскресенье вечером Джерард расхаживает по квартире и сопротивляется желанию схватить телефон и позвонить Фрэнку. Он чувствует себя жутким идиотом, добавив номер Айеро в свои контакты. Он не должен делать это вне школы. И Фрэнк не говорил, что будет нормально, если Джерард позвонит ему. Кроме того, он не уверен, что сможет определиться, сказать ему «Привет» или «Я думаю, что, может, влюблён в тебя и твоего ребёнка». Утром понедельника Джерард приходит на работу раньше и, как обычно, ждёт, когда родители начнут приводить своих детей. Подъезжает побитая машина Фрэнка, и Джузеппе один пробегает через школьные ворота. Джерард даже не успевает увидеть лицо Фрэнка и чувствует разочарование. День продолжается очень медленно, и Джерард уже на улице, когда звенит звонок. Он прогуливается среди толпы родителей и старается избегать любых разговоров с ними. Он ходит по тротуару, выглядывая машину Фрэнка. Когда она наконец останавливается у бордюра, желудок Уэя сжимается, и он поворачивает обратно к школьным воротам, не желая показывать, что хочет увидеть Фрэнка. – Эй, Джерард. Джерард оборачивается, и вот он, Фрэнк, лучезарно улыбается ему, засунув руки в карманы своих широких брюк. Его волосы опять в беспорядке, и он выглядит уставшим. – Привет, Фрэнк. Как дела? – спрашивает Джерард, протягивая руку, чтобы мужчина мог пожать её. Фрэнку, кажется, наплевать, что вокруг них куча людей, наблюдающих за ними. Он хватает руку Уэя, и тянет его на себя, и крепко обнимает его. Джерард может почувствовать запах шампуня Фрэнка, и он может почувствовать, как бьётся его сердце в груди. – Хорошо. Ты хотел увидеть меня? - спрашивает Айеро, отпуская мужчину. – Да. Ну, не то чтобы. Я хотел сказать привет, – отвечает Джерард, перекатываясь с пятки на носок и ощущая себя величайшим имбецилом из всех когда-либо рождавшихся. Ему больше не пятнадцать. Он должен уже нормально разговаривать с людьми. – Ну, привет мне, – говорит Фрэнк, озорно улыбаясь Джерарду. – Джузеппе не мог перестать говорить о тебе на выходных. Я думал, что моя голова взорвётся. – Мне жаль. – Ага. Он сказал, что ты больший придурок, чем я. Ты просто взял и украл моё звание, – говорит Фрэнк, хихикая и глядя Уэю через плечо. Джерард оборачивается и видит волну детей, вываливающихся из школы. Когда он поворачивается обратно, Фрэнк неловко смотрит на него. Он болезненно сглатывает и кривит губы. – Я хотел позвонить тебе и понял, что у меня нет твоего номера, – говорит Фрэнк, почёсывая затылок и приподнимая бровь. – Оу. Тот факт, что Фрэнк мог сам захотеть позвонить, никогда не приходил Джерарду в голову. Что бы там Майки ни говорил, Уэй действительно не думал, что мужчина может быть в нём заинтересован. Он наверняка хотел поговорить о комиксах или о чём-то ещё, точно не имеющем никакого отношения к свиданиям. – Да. Я смотрел прошлой ночью «Небо над Берлином» и думал, что было бы неплохо, если бы у меня была возможность поговорить с тобой об ангелах и всякой такой фигне. Джерард глупо улыбается. Ну конечно, Фрэнк хотел поговорить о фильме. В этом нет ничего странного. – У меня есть твой номер, – говорит Джерард, стараясь не звучать как сталкер. – Так нечестно. Тебе нужно позвонить мне, ладно? Фрэнк улыбается Джерарду, прежде чем опуститься на колени прямо на тротуар. Джузеппе выбегает из ворот школы и прыгает к отцу в объятья, обнимая его своими тонкими ручками и целуя его в пухлую щёку. – Папочка! Я получил пятёрку! – визжит Джузеппе, его голос такой высокий, что запросто может разбить стекло. Он похож на мумию в своём зимнем пальто и маленькой чёрной шапочке, скрывающей копну каштановых волос. – Я знал, что ты это сделаешь, Джи. Джерард немного удивлён, что прозвище Джузеппе звучит точно так же, как и его собственное, но находит это странно забавным. А может, он просто слишком легко находит вещи смешными. Фрэнк даёт пять Джузеппе и встаёт. Он сияет, гордясь своим сыном и обмениваясь взглядом с Джерардом. – Привет, мистер Уэй, – здоровается Джузеппе, поворачиваясь к Джерарду и беря его за руку. Он пожимает её, как взрослый, прежде чем отпустить и отойти обратно к отцу, пряча своё лицо в его ногу. – Привет. Фрэнк поднимает Джузеппе на руки и несёт его к машине. – Нам нужно ехать. Позвони мне, хорошо? – спрашивает мужчина с надеждой, разворачиваясь к Джерарду. Мальчик слегка ударяет Фрэнка пятками, пока они не достигают машины. – Я позвоню, – говорит Джерард достаточно громко, чтобы Айеро наверняка его услышал. Фрэнк машет ему рукой, широко улыбаясь. Уэй потирает руки друг о друга, стараясь согреть их и глядя вслед машине Фрэнка, пока она не становится точкой на горизонте, когда кто-то хватает его за руку. – Папа говорит, что ты должен пригласить его к себе. Он говорит, теперь твоя очередь, – произносит Джульетта, поправляя рюкзак на плечах. Джерард даже не пытается ответить что-либо и берёт девочку за руку, направляясь домой. Он знает, что некоторые родители смотрят на них, и, может, несколько из них уже сплетничают о нём и Фрэнке. * – Что? Это правда. Он пригласил тебя в свой маленький милый домик, и теперь твоя очередь показывать ему своё вонючее логово. – Я не могу. В смысле, я в любом случае не собираюсь звонить ему. Майки укоризненно смотрит на него и сильно бьёт по плечу. – Ау! Ублюдок! Майки ударяет его ещё раз, и в этот же момент Боб, один из друзей Уэя-младшего и единственный работник, которого он может себе позволить, появляется в магазине и опирается о прилавок. Боб спокоен, когда работает. Он обычно проводит не слишком много времени в магазине, так как по большей части развозит корм для животных по всему городку. Однако с Майки и Джерардом он может быть очень разговорчивым. – Я не буду ему звонить. – Ты позвонишь… или же пожалеешь. Боб пожимает Джерарду руку, заставляя его своим мужественным захватом чувствовать себя маленькой слабой девочкой. – Ты должен ему позвонить, – говорит Боб, обходя прилавок и исчезая в кладовке. – Даже Боб знает? – Ну конечно он знает. У него суперслух. От него ничего не утаишь, – отвечает Майки с ухмылкой. – Я не собираюсь! – вопит Джерард в направлении, куда ушёл парень. – Он просто… – начинает Джерард, поворачиваясь к Майки и продолжая кричать. Майки хмурится. – Он просто пытался быть вежливым. – Джерард заканчивает, уменьшая звук своего голоса так, что он почти шепчет. – Если он говорит, что хочет, чтобы ты позвонил, то это он и имеет в виду, Джи. – Ты его не знаешь. Он слишком хорош для меня. – Не говори такого своему брату, Джерард. Он женат на девушке, которая слишком хороша для него. Типа для него даже смотреть на неё незаконно, не говоря уже о том, чтобы трогать её грязными ручонками. Майки показывает Бобу средний палец. – Для таких придурков, как вы, всегда есть надежда. Не отчаивайтесь, – говорит Боб, вынося из магазина на спине огромные мешки собачьей еды. – Пошёл ты, Брайар! – говорит Майки, прежде чем повернуться к Джерарду, концентрируясь на том, что он хочет сказать. – Ты всё ещё будешь считать, что Фрэнк просто вежливый, если он встанет на колени, чтобы отсосать тебе? – Безусловно. Майки вздыхает и мотает головой. Он меняет тему разговора, а Джерард не может перестать думать о Фрэнке, становящемся на колени. * На следующий день Джерард сидит у себя в кабинете, пялясь на телефон, его старейшего и злейшего врага. Он ненавидит, как его голос звучит по телефону. Его голос становится другим, в какой-то степени профессиональным, но то, что он говорит, не так понятно. Джерард поднимает трубку и слушает звук, голос, зовущий и приглашающий его набрать номер Фрэнка. Тем не менее Джерард кладёт телефон обратно. У его мозга ничего не получается. Может, Фрэнк сейчас занят и у него нет времени на разговоры. Фрэнк может даже подумать, что у Джерарда нет других дел, кроме как просиживать задницу весь день и болтать с людьми, о свиданиях с которыми он не должен даже думать. Никогда. Правда в том, что ему есть чем заняться, кроме как пялиться на телефон, будто тот напрыгнет на него и задушит шнуром. Где-то под кучей скетчей на его столе лежит бюджет, который ему нужно утвердить. Джерард встаёт со своего кресла и решает, что поговорить с Фрэнком лично, лицом к лицу, будет лучшей идеей. Так он может медлить, не чувствуя за это вины. Когда звенит звонок, Джерард прогуливается мимо толпы родителей с рюкзаком Джульетты, прилагая все усилия, чтобы избегать разговоров с ними, маленькая девочка шагает за мужчиной по его следам. Фрэнк уже здесь, сидит на капоте своей грязной машины. Его лицо загорается, как только он видит Уэя. Он вскакивает на ноги и улыбается Джерарду одной из своих самых восхитительных улыбок, которая действительно выглядит как неподдельное удовольствие. Джерард думает, что это хороший знак. – Привет. – Привет. – Джерард не знает, должен ли он обнять Фрэнка, как обычно, или же просто стоять и ждать, когда мужчина сделает что-нибудь. Кажется, Айеро готов поприветствовать Джерарда их привычным способом, но останавливается и смотрит на Джульетту. – Это твоя дочь? – спрашивает Фрэнк, улыбаясь маленькой девочке и подмигивая ей. – Я не женат, – отвечает Джерард, желая, чтобы он мог стереть всё и, может, испариться. Где эти чёрные дыры, когда они так нужны? Фрэнк хихикает, словно Джерард сказал самую смешную шутку из всех, какие он когда-либо слышал, и Джерард краснеет. Если бы только он мог держать свой рот закрытым всё время, его жизнь была бы куда проще. – Нет. Я его племянница, – разъясняет Джульетта, протягивая свою руку и пожимая руку Фрэнка. – Привет, племянница Джерарда. – Привет, папа Джузеппе. Джульетта отпускает татуированную руку Фрэнка и отходит, прыгая на одной ноге по тротуару, опираясь на забор. – Ну, эм, Джерард? – Да? – Уэй поправляет лямку рюкзака на плече. Он тяжелее, чем должен быть, и Джерард удивляется, его племянница что, в школу кирпичи носит? – Я думал, может, ты хотел бы пообедать с нами на этой неделе? Едва Фрэнк заканчивает предложение, Джузеппе прыгает в раскрытые объятья отца и чмокает его в то же самое место, как и обычно, пухлую и покрасневшую правую щеку Фрэнка. – Ну так, что скажешь, Джерард? – спрашивает Фрэнк, взлохмачивая сыну волосы и прижимая его к себе. – Конечно, – отвечает Джерард. – С удовольствием. – Ты можешь взять с собой свою племянницу, если хочешь. Джерард немного разочарован. Больше людей в доме означает меньше возможностей припереть Фрэнка к стене и украсть у него поцелуй. Хотя не то чтобы он может это сделать вообще. – Мне нужно будет спросить у брата, – наконец, отвечает Джерард, наблюдая за Джульеттой, всё ещё прыгающей и бормочущей что-то. – О, ладно, – говорит Фрэнк. Джузеппе что-то шепчет ему на ухо, отчего мужчина хихикает. – Я уверен, что у неё нет вшей, Джи. Джерард смеётся. – У неё больше нет вшей. Не беспокойся. – Ладно, – говорит Джузеппе с предусмотрительным взглядом. – Думаю, это не будет проблемой, – говорит Джерард, улыбаясь. – Отлично, – отвечает Фрэнк, улыбаясь в ответ и открывая пассажирскую дверь, чтобы впустить Джузеппе в машину. – Как насчёт среды? – спрашивает он, прежде чем захлопнуть дверь. Джузеппе машет Джерарду своей маленькой ручкой в перчатке. – Звучит прекрасно, – говорит Джерард, и Фрэнк уезжает. – Ты заметил, что это будет похоже на двойное свидание? – спрашивает Джульетта с ухмылкой. Джерард решает проигнорировать её слова, потому что знает, что услышит то же самое от её отца. Джерард часто думает, не общий ли у них мозг. * К удивлению Джерарда, их встреча оказывается полна возможностей для поцелуев. К несчастью, Джерард слишком труслив, чтобы использовать хоть одну из них. Большую часть времени он проводит, ходя на цыпочках вокруг Фрэнка, чувствуя себя так, будто он всё время мешается под ногами, будто на самом деле он не нужен. Дети смотрят мультфильмы и играют в настольные игры, пока Фрэнк разрезает торт, который Джерард купил им. – Джерард? – спрашивает Фрэнк, посасывая свой розовый пальчик, испачканный в ванильном креме. Джерард не отвечает. Он ждёт, когда Фрэнк заговорит снова, освободив свой рот от пальца. – Ты свободен в субботу? – спрашивает Фрэнк, помещая огромный кусок торта на одну из бумажных тарелок с динозаврами. – Хах, да, – отвечает Джерард, беря две тарелки и неся их в столовую, где Джульетта побеждает Джузеппе в «Четыре в ряд». – Ты должен прийти ко мне, – говорит Фрэнк, ставя на стол ещё две тарелки и садясь рядом со своим сыном, который слишком поглощен в игру, чтобы заметить еду у себя под носом. – Мы могли бы поесть нездоровую пищу и посмотреть фильм с кучей зомби, кишок и крови, – говорит он, прежде чем запихнуть половину своего куска себе в рот. – Хорошо, – Джерард пялится на ванильный крем на подбородке Айеро. Он мог бы сказать ему, что у него что-то на подбородке, или же он мог бы протянуть руку через стол и вытереть крем своими пальцами. Касание лица Фрэнка – это всё, чего он хочет и о чём думает. Хотя это будет невежливо, но смотреть и не сказать ничего тоже невежливо. Но он не уверен, что они уже на той стадии друзей, когда ты говоришь кому-то, что у него шпинат в зубах или козявки в носу. Он даже не уверен, что они на самом деле друзья. – У тебя что-то на лице, – говорит Джульетта, пихая Джерарда пяткой, возвращая его к реальности. – Где? – спрашивает Фрэнк, пытаясь облизать всё вокруг своих губ в поисках крема. Джерард решает, что ему нужно срочно поцеловать Фрэнка, иначе он умрёт. – Вот здесь. – Джульетта указывает на свой собственный подбородок и улыбается. Фрэнк тянется своим языком как можно дальше, но не может достичь крема, размазанного по его идеальному подбородку. Тогда он берёт салфетку и вытирает крем ей. – Спасибо. Джульетта поворачивается и смотрит на Джерарда, хмурясь, наверняка разочарованная отсутствием у дяди интересных тем для разговора или же его неспособностью проявить инициативу. Остаток дня куда более интересный, и Джерард нервничает немного меньше. Они смотрят «Тёмный кристалл», уместившись на крохотном диванчике Фрэнка, и Фрэнк и Джерард сидят так близко друг к другу, что у них нет другого выбора, кроме как соприкасаться. Фрэнк прижат к Джерарду, бедро к бедру, рука к руке, и Джерарду приходится грызть ногти, чтобы его руки не принялись ласкать Фрэнка во время фильма. Он ненавидит чувствовать себя подростком с гормонами, словно флиртующим с красивейшей девочкой в школе и слишком напуганным, чтобы приобнять её за плечи в кинотеатре. Несмотря на интенсивное жевание ногтей, Джерард наслаждается фильмом. Ему всегда нравился «Тёмный кристалл», и ему нравится, что Фрэнк сам выбрал его. Джерард, возможно, любит Фрэнка так же, как свою коллекцию дисков, но он не хочет признаваться в этом себе. Фрэнк и он половину фильма поклоняются Джиму Хенсону, потому что он один из бесспорных гениев киноиндустрии. Джульетта и Джузеппе не так впечатлены и прикалываются над ними. Они считают, что куклы выглядят смехотворно и не похожи на настоящих людей, и Джерард и Фрэнк одновременно кричат «Не в этом смысл» и ещё минут пять хихикают, как идиоты, а Джульетта качает головой. Оказывается, что Фрэнк любит «Лабиринт», и «Остров сокровищ маппетов», и «Рождественскую сказку маппетов». Джерард желает, чтобы он мог выйти замуж за Фрэнка прямо здесь и прямо сейчас, потому что он уверен, что Фрэнк – идеальный мужчина, смесь помешанности и незаконной горячей привлекательности. Джерард, конечно, не говорит ему ничего такого и просто сидит на диване, ощущая тепло Фрэнка, проникающее через его футболку, и его восхитительный запах. Перед уходом Фрэнк обнимает Джерарда. В этом нет ничего необычного, по крайней мере на первый взгляд. Но потом объятия затягиваются для обычных дружеских обнимашек. Хотя, может быть, Джерард просто выдумывает всё это. Не впервые такое. Тело Фрэнка прижимается к нему, его руки лежат на бёдрах Джерарда. Прекращение объятий кажется практически болезненным. Джерард хочет остаться на пороге дома Фрэнка и держаться за него, будто они удерживают друг друга от утопания. Если бы только он мог коснуться губ Фрэнка. Айеро дрожит в руках Джерарда, и ему приходится отпустить его. Джульетта ничего не говорит, и это странно и необычно. Подвезя её до дома, Джерард рассказывает Майки о своём дне, пропуская неловкие моменты и их объятия в конце. Он говорит ему, что снова пойдёт к Фрэнку в субботу, и глаза Майки расширяются. – Фильмы с зомби значат отсутствие детей рядом. Отсутствие детей значит, что вы определённо займётесь сексом. Или по меньшей мере вы будете целоваться на его диване, – объясняет Уэй-младший, разливая горячий кофе в две большие кружки. – Ты придурок. – Джерард не может найти никаких других аргументов, и довольно ясно, что он не может победить, когда Майки настолько осведомлён о его личной жизни или её отсутствии. – Держу пари, этот парень тоже, – говорит Майки, улыбаясь в чашку с кофе. – Ты придурок и извращенец, Майки. – Просто подожди. Я всегда прав насчёт такого дерьма. Майки, может, и прав, но Джерарду не нужно такое давление прямо сейчас. Он втайне надеется, что Джузеппе будет там и что между ними не будет никакой неловкости. * Выходные наступают быстрее, чем Джерард ожидал. Он видит Фрэнка каждый день после школы и изо всех сил пытается держать язык за зубами, чтобы не сказать что-нибудь глупое или неуместное, особенно перед Джузеппе. Фрэнк в основном говорит о фильмах про зомби, пытаясь выбрать правильный для их ночи фильмов. Он никогда не использует слово «свидание», что заставляет Джерарда чувствовать себя намного лучше. Это снимает часть напряжения, и он благодарен за это. Субботней ночью Джерард осознаёт, что снова пришёл рано, когда звонит в дверной звонок. Он пару секунд напевает мелодию из «Пети и Волка», прежде чем понимает, что лай собак звучит приглушённо. Фрэнк ждал его. Фрэнк знал, что он придёт рано. – Привет. Фрэнк ещё более красив, чем обычно. На нём большая футболка, которая скрывает его круглый животик и небольшие складки, и пижама, знавшая лучшие времена. – Эй, Джерард. Входи, – говорит Фрэнк, дрожа. Тёплый воздух быстро покидает дом через широко открытую дверь, слегка касаясь холодных щёк Джерарда. – А Джузеппе нет? – спрашивает Джерард, вытягивая шею и вытирая ноги о коврик с Флинстоуном. – Нет. Сегодня он ночует у моей мамы, – говорит Фрэнк, хватая Джерарда за руку и затаскивая его в дом. – Оу. Может, Майки всё-таки был прав. Это первый раз, когда они только вдвоём, и это немного странно. Будто бы Джерард вообще не должен быть здесь. Джерард может чувствовать, как увеличивается комок в животе, когда Фрэнк оборачивает свои руки вокруг него и быстро обнимает. – Разочарован? – спрашивает Фрэнк с ухмылкой. – Нет! – отвечает Джерард немного слишком быстро, немного слишком громко и слишком возбуждённо. – В смысле, конечно нет. Всё нормально, – добавляет он, чувствуя десять различных оттенков красного на своём лице. Джерард скидывает свои ботинки около двери, когда видит, что Фрэнк босиком ходит по деревянному полу. На нём ни единого пятнышка, и Джерард не хочет быть грубым гостем. Фрэнк улыбается и идёт на кухню, где уже варится кофе. – Ага. Я не думаю, что он готов к фильмам ужасов. Я подожду ещё пару лет, а потом уже покажу ему все эти взрывающиеся кишки, – говорит Фрэнк, доставая пару чистых кружек из шкафчика над раковиной. – Хорошая идея. Джерард ставит на стол пластиковый пакет, который принёс с собой, и Фрэнк озадаченно смотрит на него. – Ты принёс мне что-то? – спрашивает он, улыбаясь. – Ты сказал про нездоровую пищу и фильм, и я подумал... – начинает Джерард, доставая попкорн из пакета. Он думал, что это будет лучшей идеей, пока не осознал, что у Фрэнка наверняка всё это есть. Джерард чувствует себя глупым. Фрэнк снова улыбается ему, забирая у Джерарда из рук пакетик с попкорном и закидывая его в микроволновку. – Спасибо, Джерард. Я как раз забыл купить попкорн, – говорит Фрэнк, и Уэй знает, что он лжёт, чтобы пощадить его чувства и не заставлять его чувствовать себя более неуютно, чем уже есть. Фрэнк локтем закрывает дверцу микроволновой печи и ставит таймер. Он одновременно занимается и кофе и попкорном, а Джерард просто стоит там и смотрит на него. Фрэнк наконец уводит Джерарда из кухни, как только кофе готов. Айеро вручает Джерарду кружку и ведёт к дивану. – Садись, Джерард, – говорит он. – Чувствуй себя как дома, хорошо? Джерард вежливо кивает и присаживается. Когда Фрэнк возвращается из кухни с тарелкой попкорна, Джерард чувствует невероятный запах. Фрэнк располагается рядом с Джерардом, поднимая ноги на диван, и ставит попкорн себе на колени. Он соприкасается своими ногами с бёдрами Джерарда так, будто это самая естественная вещь в мире. Джерард не знает, что делать со своими руками, так что он решает держать кружку обеими, практически сжигая свои пальцы. Он пытается оставаться спокойным. У Фрэнка же, кажется, нет никаких проблем с их близостью. Он выглядит спокойным и расслабленным, засовывая горсть маслянистого попкорна в рот, прежде чем слегка пихнуть Джерарда пальцами ноги. У Айеро, наверное, есть проблемы с понятием личного пространства. Может, он не знает, что значит личное пространство. Обычно Джерард счёл бы это раздражающим и оттолкнул бы вторгнувшегося в его пространство, но так как Фрэнк ему в некотором роде нравится, Джерард позволяет ему делать, что угодно. – Я, блять, обожаю этот фильм, – говорит Фрэнк, передавая тарелку с попкорном Джерарду. На экране зомби лакомится человеком, разрывает кожу, чтобы достать до внутренностей и вырвать его грудную клетку. Это восхитительно, и Джерард думает, что Фрэнк выбрал самый лучший и забавный фильм всех времён. – Я тоже, – бормочет Джерард, поглощённый расчленёнкой. – Питер Джексон рулит. – «Познакомьтесь с Фиблами» следующий? – спрашивает Фрэнк так, словно он проверяет знания Джерарда о фильмах. – А он у тебя есть? – спрашивает Джерард, задыхаясь, его сердце бешено скачет в груди. – Ага. И «Инопланетное рагу» тоже, – небрежно отвечает Фрэнк. Они заканчивают марафоном олдскульного Питера Джексона и доедают попкорн как раз тогда, когда инопланетяне пьют какую-то зелёную блевотину из чашки, выглядящей точно так же, как та, которую Джерард держит в руках. Уэй практически давится попкорном, и ему раз пять приходится сдерживать рвотные позывы, пока не проходит эта сцена. Его желудок протестует. Фрэнк смотрит на него и начинает истерично хихикать. – Ты в порядке? – спрашивает он между приступами хохота. – Да. Жить буду, – отвечает Джерард, глядя на Фрэнка. Он прекрасен, когда смеётся. Такое ощущение, будто смеётся всё его тело. Он прекрасен, когда смотрит на него и издевается над его больным желудком, словно они дети. – Ты не выглядишь хорошо. Ты зелёный как блевотина, – говорит Фрэнк, смеясь ещё громче и тыкая Джерарда в бедро пальцами ноги. Джерард ничего не может с собой поделать. Он смеётся и ударяет ногу Фрэнка так сильно, как только может. – Это больно! Сучка. Фрэнк продолжает хихикать всю оставшуюся часть фильма, медленными движениями потираясь ногами о бедро Джерарда и делая практически невозможным для того сконцентрироваться на том, что происходит на экране. В любом случае, это его не волнует. Он уже знает фильм и может процитировать его даже во сне. Он просто наслаждается прикосновениями Фрэнка и думает, что хотел бы притянуть его к себе и поцеловать. Едва заканчивается фильм, Джерард смотрит на свои часы. Он, вероятно, уже злоупотребил своим гостеприимством и должен уйти, прежде чем скажет или сделает что-нибудь глупое, что разрушит всю ночь. – Я должен идти, – говорит Джерард, не желая двигаться с дивана. – Почему ты всегда такой… знаешь? Джерард не знает. – Как будто ты всегда пытаешься уйти. Фрэнк наугад щёлкает по каналам и останавливается на документальном фильме про кенгуру. – Это не так. Я просто не хочу быть гостем, который никогда не уходит и съедает всю твою еду. – Побудь со мной немного дольше, Джерард, – говорит Фрэнк умоляющим голосом, снова используя имя Джерарда как знак препинания. – Клянусь, я не буду делать ничего из того, что ты не хочешь, чтобы я делал. И потом, прежде чем мозг Джерарда успевает зарегистрировать что-либо из того, что было сказано, Фрэнк скользит вниз по дивану, бросает пульт на пол и садится Джерарду на колени. – Я… Фрэнк? – Дело в том, что это именно так, как Джерард хотел, чтобы это произошло. – Я. Эм, – пытается Джерард, но его мозг затыкается, как только колени Фрэнка сжимают его с обеих сторон. – Да? Фрэнк обнимает Джерарда за шею и остаётся в этом положении на некоторое время, двигая только своими пальцами, немного жирными от масла и соли, медленно поглаживая затылок Джерарда. От него пахнет попкорном и холодным кофе, и Джерард хочет попробовать рот Фрэнка изнутри. – Я не... – начинает Джерард, и у него нет абсолютно ни одной идеи, как закончить это предложение. Это кажется слишком нереальным. Вес тела Фрэнка на его бёдрах и его задница, прижимающаяся к нему, его тепло и его запах, ничего из этого не кажется реальным. Джерард смотрит вниз, отрывая глаза от глаз Айеро, чтобы увидеть это. До промежности Фрэнка всего ничего. Джерард может слегка опуститься, дотронуться до него и заставить Фрэнка кончить прямо здесь. Похоже, Фрэнк ждёт, что следующий шаг сделает Джерард. Он сделал свою часть, сократив расстояние между ними до минимума, и сейчас очередь Уэя сделать что-либо. Он смотрит вверх, и Фрэнк улыбается ему, его дыхание спокойное, а розовые губы закрыты. Когда Фрэнк облизывает свои губы, может, несколько нетерпеливо, Джерард берёт лицо мужчины в руки и медленно сокращает между ними оставшееся расстояние. Джерард может просто увидеть поцелуй до того, как он произойдёт. Он будет небрежным, и Джерард пихнёт Фрэнка на спину, и они будут целоваться, пока не кончится дыхание и языки не сведёт судорогой, а потом Джерард будет дрочить Фрэнку, приятно и легко. Он ясно может увидеть это в голове, прежде чем это произойдёт. Уэй останавливается, его губы практически касаются губ Фрэнка. Он чувствует дыхание Айеро на своей коже и закрывает глаза. Этот момент длится вечность. Джерард просто замирает, не целуя Фрэнка, только держа его так близко, что может чувствовать, как он дрожит от предвкушения. Когда звонит телефон, Джерард знает, что этого и следовало ожидать. Фрэнк кладёт свои руки поверх рук Джерарда и убирает их от своего лица. – Блять. Надо ответить, – говорит Фрэнк, быстро целуя Джерарда в уголок рта и отпуская руки мужчины. – Никуда не уходи. Фрэнк соскальзывает с коленей Уэя и дотягивается до телефона на другом конце дивана, приподнимая свою задницу над подлокотником и давая Джерарду больше материала для его особого времяпрепровождения в одиночестве. Он быстро оборачивается через плечо и смотрит на Джерарда извиняющимся взглядом, прежде чем ответить. – Да, мам? – говорит он, поправляя свои волосы. Как если бы его мать могла через телефон увидеть, в каком они беспорядке. Джерард не знает, должен ли он остаться на своём месте или же дать Фрэнку уединиться. На лбу Фрэнка появляются складки, когда он садится более прилично, и Джерард замирает в нерешительности, желая спросить у него, всё ли в порядке. Фрэнк медленно поднимается и поворачивается к Джерарду спиной, словно пытаясь защитить его от телефона или наоборот. – Дерьмо. Ты уверена? Джерард открывает рот и закрывает его обратно. Он встаёт с дивана и шагает пару минут по гостиной, изо всех сил стараясь заблокировать разговор Фрэнка рассматриванием кенгуру на экране телевизора. – Чёрт возьми. Думаю, да. Я скоро буду. Джерард поднимает свой пиджак, прежде чем может услышать что-нибудь ещё, и машет Фрэнку, хотя тот, вероятно, этого даже не видит. А затем Джерард выходит из дома на холодную улицу, даже не получив поцелуя на ночь или объятий.