My shitty emo-princess

Last call for regret and defeat Последний призыв к прощению и поражению, To finish the bottle full of empty dreams Чтобы допить бутылку, наполненную безнадежными мечтаньями… Punch-drunk headed straight out of line Напившись пунша, очертя голову понёсся против течения - Another excuse with no alibi Очередное оправдание без доказательств… Hitchin on the road of decline Скитаясь по дороге, ведущей вниз, With no-name streets and no vital signs По безымянным улочкам, без признаков жизни, I pissed away the best of me and Я просрал лучшее, что было во мне, No one can help me! Никто не в силах мне помочь. — Sum41 "Count Your Last Blessings" Я различаю несколько фаз наступления депрессии: 1. отрицание и злость — то, что ты скрываешь ото всех. 2. загнанность и эмоциональная потеря — в принципе, твое второе место проживания. 3. переживания — эта фаза чаще всего является финальной фазой и приводит к фазе №4 — согласие с действительностью. Главное понять то, что потеряно — не вернуть. Но жизнь продолжается, хотя слишком многое поменялось. И, наверное, появилась новая фаза, фаза №5 — та, что приводит к заблуждению и беспочвенным иллюзиям. Она как бы потерпела мутацию и стала таковой. И, думаю, фаза №5 говорит мне о том, что я остановился на ней. Не знаю, как объяснить точно, но сейчас я чувствую, что меня окружают иллюзии и заблуждения. Не то, чтобы я сомневаюсь в Джи, просто до конца я отдаться ему пока не могу. Некая тревога за свою задницу до сих пор рядом со мной.

***

Я не сказал Уэю, что меня пригласили на пати, ведь, думаю, он бы этого не оценил, сказав, что я буду пиздец каким обдолбанным после нее. Школьный день прошел в меру спокойно, если не считать пошлых шуточек от Джерарда насчет того, что вскоре мы обязаны где-нибудь перепихнуться, и презрительных взглядов Брика и его команды в в сторону наших переплетенных пальцев. На самом деле, я не настаивал на этом, инициатором оказался Джер, сказав, что так делают все влюбленные парочки. Приблизительно через час мне нужно будет появиться по адресу, который указан на пригласительном, и, черт подери, мне просто не хочется подниматься с такой теплой кровати. Святое дерьмо, моя тушка идеально вписалась в каждый изгиб матраса, что кажется, будто это самая кайфовая поза в мире, в которой я находился, лежа в кровати, когда-либо. И это чертово одеяло, оно буквально шепчет мне на ухо: "но, детка, снаружи так холодно". Повалявшись в постели еще пару минут, я встал с кровати и направился к комоду у письменного стола. Мне нужно подобрать что-то подходящее на день рождения и еще мне нужно провернуть дело с подарком для Дженни. Порывшись в ящичках, я выгреб черные облегающие джинсы, белую рубашку и черный галстук. Надев кеды, я встал напротив настенного зеркала и, подмигнув своему отражению, пригладил непослушные волосы. Я подошел к одной из полочек и взял оттуда несколько помятых купюр.

***

Зажимаю дверной звонок, и через секунду двери распахиваются. Передо мной возникает Миллер: ее черное атласное платье облегает все выпуклые места, и я невольно пялюсь на ее сиськи. Сморгнув, я смотрю ей в глаза, миролюбиво улыбаюсь и вручаю эту чертову розовую коробочку. Без понятия, что там любят эти девчонки, но, кажется, небольшая подвеска со стразами должна удовлетворить Дженни. Она с восторгом охнула, схватившись руками за лицо от смущения и выхватила подарок. — Проходи, Фрэнки! Веселье уже началось, но ты подоспел вовремя, — широко улыбнувшись, девушка впустила меня внутрь. Я кратко кивнул, поздравив ее с днем рождения, и зашел в дом. Ненавижу гребаные сгустки подростков, где ты оказываешься чертовски уязвимым и беззащитным. Ты просто хренов кусок мяса, на который смотрят с преогромным желанием сожрать. Это довольно шумная вечеринка, где пахнет травкой и алкоголем. Вокруг много горящих гирлянд, свето-прожекторов, пляшущих по всей площади, шариков, мишуры и прочей фигни. А на главном входе в просторную гостиную весит плакат: "С Днем рождения, Дженни!". Поморщившись от этого пафоса и безвкусной, на мой взгляд, музыки, я сразу прохожу к столу за тем, чтобы выпить пунша. Наверное, это будет самым полезным, что я сделаю за этот вечер. Здесь слишком душно и чертовски неприятно пахнет марихуаной. Блин, мне срочно нужен чистый воздух. Я взял со стола бутылку пива и, пробираясь сквозь потные тела, я захожу, кажется, на кухню. По пути кто-то пытается всучить мне колеса и говорит, что мне будет пиздец как охрененно. В углу я замечаю, как кто-то сосется, усевшись на залавки. Недовольно хмыкая, я открываю пиво и отпиваю из горла. Черт подери, теперь я полностью уверен в том, что зря сюда притащил свою задницу. Всем наверняка плевать, у кого сегодня праздник, они пришли просто трахнуться где-нибудь, набухаться или обдолбаться. Я не замечаю, как содержимое бутылки быстро кончается и с тяжелым вздохом хочу пойти за другой, но на меня натыкается Дженни. — Тебе здесь не нравится? — будто прочитав мои мысли, спросила меня Миллер. — Нет, все нормально, я просто пошел за пивом, — я слабо улыбнулся, почесав затылок. — Может, лучше выпьешь соку, чем эту дрянь? — протянув мне стакан, спросила меня блондинка. Одобрительно кивнув, я беру стакан и делаю несколько больших глотков, и мне сразу становится легко. Дженни садится на стол и прогоняет парочку лесбиянок. Жестом указав, чтобы я сел, она закидывает ногу на ногу. Я присаживаюсь рядом и, блин, даже не знаю, как начать с ней разговор. — Ты теперь с Уэем? — спросила она, приподняв брови. Дерьмо, я пришел сюда, по крайней мере, отвлечься, а не снова напрягать свою голову мыслями о Джи. — В смысле? — говорю я, делая еще глоток сока. — Ну, то есть, вы встречаетесь, да? — с усмешкой мурлычет девушка и хитро щурит глазки. — Какого черта? Зачем тебе это? — недопонимаю я и жмурюсь от таких гребаных вопросов. — Дело в том, что он тебя не достоин, Фрэнки, — нагло шепчет она мне на ухо и едва ощутимо касается своими пальцами моих. Я вздрагиваю, отдергиваю руку и хочу что-то возразить, но она резко поворачивает мое лицо к себе и впивается в мои губы требовательным и горячим поцелуем. Собрав все силы в себе, я отталкиваю ее и верещу как сучка: — Ты охуела?! Джи! У меня есть Джи, мать твою! — я быстрым движением вскакиваю со стола, стакан падает на пол и разбивается, звук разбитого стекла и заливистый смех Миллер эхом отдается у меня в голове. Святое дерьмо, я ни черта не понимаю, но долбаный мир плывет у меня перед глазами и буквально кружится, пляшут всякие звездочки и черные точки. Я хватаюсь за стенку и падаю на пол, с грохотом ударяясь головой о холодную плитку. В глазах темнеет, я вижу только нечеткий силуэт Дженни, которая нагибается надо мной, и ее рука касается моих волос, мягко перебирая их сквозь пальцы. Я хочу накричать на нее, но вырывается только жалкое мычание. — Все хорошо, — шепчет она. Темнота...