Почти рыцарский роман

Король Эдуард умирал, сам того не зная, заглушая непрекращающиеся боли вином, требуя у магов и лекарей хоть какого-то облегчения. Рано, очень рано - пятьдесят лет не возраст для мага. Ему бы еще жить, но вмешался рок в образе младшего принца и решил, что отцу пора освободить место. Годы, проведенные вместе с матерью в ссылке на дальних рубежах, закалили характер Ричарда, добавили ненависти к отцу и брату, а желание стать королем перевесило родственную привязанность, да и не было её. Он уважал деда, герцога дир Чиная и нежно любил мать, поддерживающую в его стремлениях, а будучи очень искусной в приготовлении ядов, не только словом, но и делом. Внезапно умирали преданные королю люди, и ни маги, ни лекари не могли определить от чего. У одного это был сглаз, и вельможа падал на ровном месте и ломал себе шею. У другого вдруг открывался жесточайший понос, и ничто не могло остановить извержения из его кишечника. Еще один вдруг воспылал болезненной страстью к королеве Лоренте, напал на нее и был прилюдно казнен на площади. Народ удивлялся, и никому не пришло в голову проверить его амулеты. Незаметно вокруг короля оставалось все меньше сторонников, и все больше появлялось тех, кто тайно поддерживал младшую королеву и ее сына. А тут и наследник подкидывал дров в костер своим поведением: достойный сын своего отца, он не пропускал ни одной смазливой мордашки, и ему было все равно, кому они принадлежали. Да ещё странные слухи ходили о старшей королеве, рассказывали, что иногда в тайные покои приводили молодых мужчин, и больше их никто не видел. *** По темной улице осторожно пробиралась закутанная в темный плащ фигурка. Судя по тонкости и гибкости стана, это была молодая женщина. Куда шла так поздно та, кому полагалось передвигаться только под охраной и в паланкине, стало ясно, когда она остановилась у неприметной двери. Девушка постучалась, подождала, пока ей откроют, и прошмыгнула в небольшую щель. Свет на несколько мгновений осветил вывеску "Ворожея Кулинианна. Привороты, отвороты, снятие и установка порчи. Постоянным клиентам скидки. Вызов на дом - плюс десятая доля к оплате". Старуха привратница провела посетительницу в небольшой рабочий кабинет и попросила подождать. Девушка с опаской присела на стул с высокой спинкой и осмотрелась. В прошлый раз ее принимали в другой комнате, и сейчас ей было любопытно. Комната, обставленная привычно для ворожей, тем не менее, посетительницу поразила. Темно-красная скатерть прикрывала стол, почти касаясь пола золотой бахромой. Плотные шторы такого же цвета закрывали окна, не пропуская с улицы лунный свет. Таинственно мерцал на столе хрустальный шар в вычурной подставке. Поблескивало зеркало в изящной оправе. Пугали своим видом чучело летучей мыши и ожерелье из крысиных черепов. На жаровне в углу кипел небольшой котелок, распространяя немного резкий аромат. Девушка чихнула и услышала: — Будь здорова, милочка. Посетительница вздрогнула от неожиданности - откуда появилась ворожея, она не заметила. —Здравствуй... те. Мне нужно... — И тебе не хворать. Зачем пришла, я знаю. Не забыла. Зелье готово. Пусть твоя госпожа добавит его в вино. Но для лучшего эффекта нужно еще кое-что... - ворожея сделала паузу и небрежно добавила, - только вот хватит ли у тебя денег, милочка? Это средство дорогое, но очень верное. Мужчина больше не смотрит ни на одну женщину, а дети будут рождаться сильными и очень одаренными. — А что нужно сделать? Деньги не проблема, сколько нужно, столько и будет. Ворожея сделала вид, что не заметила оговорки и по-прежнему считает, что девушка в скромном платье всего лишь служанка. — Еще двадцать золотых. Посетительница насупилась - сумма была огромной, но желание получить в полное пользование наследника престола перевесило жадность, и она согласилась. Вскоре в поясную сумку перекочевал фиал с зельем, небольшая баночка с тягучей мазью и флакончик с духами. — Не забудь, — наставляла ворожея, - мазь нанести внутрь непосредственно перед любовным актом. Она должна попасть на член мужчины и зажечь его желание. — Да-да... — нетерпеливо проговорила девушка, жадно пожирая баночку глазами. Отсчитала монеты и, торопливо попрощавшись, ушла. Ворожея отправила служанку проследить за ней до двери и только когда старуха доложила, что они одни, достала из шкафа небольшое овальное зеркало связи. Произнесла нужные слова, и матовая поверхность покрылась рябью. Несколько мгновений, и на ворожею уже смотрела младшая королева. — Госпожа, — поклонилась ворожея. — Леди Орис сегодня забрала зелье и мазь. — Хорошо, Лиана. Ты уверена, что все попадет по назначению? — Да, госпожа. Леди Орис была лично. Ворожея вспомнила знатную, даму, безуспешно пытавшуюся притвориться своей служанкой, и усмехнулась. — Хорошо, — повторила Кларисса, — ты заслужила награду. — Служить моей королеве лучшая награда! — воскликнула ворожея. — Жди, как только появятся первые сведения — сразу доложишь. Лиана поклонилась — молочная сестра королевы, она была предана той беззаветно и выполняла самые тайные поручения. *** Загадочно мерцали свечи дорогого зеленого воска - они давали ровный, без копоти свет и ценились знатоками. Освещение домов дешевыми магическими шарами удел бедняков, настоящие ценители покупают для этой цели тонкие свечи, ценой по серебряной монете за дюжину, а бывает и дороже. С гордостью пишут мастера свечного дела на своих вывесках "Поставщик такого-то..." А уж если поставки шли во дворец, это поднимало лавку на недосягаемую высоту. Понятно, что залы и приемы освещали люстры, на которых причудливыми гроздьями висели шары, наполненные заговоренным магами порошком, но для личных покоев использовали только свечи. Альков, в котором располагалась кровать, полукругом углублялся в стену. На смятых шелковых простынях раскинулась юная нагая красавица, бесстыдно показывающая любовнику свои прелести. Нежная кожа матово мерцала под таинственным танцем огненных языков. Разбросанные по ковру предметы вечернего туалета, недопитое вино в бокалах, остатки фруктов и мяса на блюде, все говорило о бурно проведенной ночи. Сейчас леди Орис, последняя любовница наследника престола, сыто потягивалась, украдкой оглаживая живот и надеясь на слова ворожеи, что таинственное зелье и мазь принесли свои плоды. На легкое жжение в лоне она старалась не обращать внимания - мало ли причин для этого, принц был как никогда неутомим. — Мой принц, — мурлыкнула леди, — вы настоящий гигант - пять раз за ночь не всякий мужчина может! — О, да! — самодовольно ответил тот. Девушка томно улыбнулась, покосилась на любовника, раздумывая, готов тот к шестому заходу, или ей все же удастся сегодня поспать? Но судя по полусонному виду, принц, наконец, выбился из сил, и, вяло махнув рукой, уткнулся носом в подушку. Жест означал разрешение удалиться и леди Орис, с неудовольствием ему подчинилась. Подтянула к себе легкий шелковый пеньюар, и кое-как прикрыв наготу, отправилась восвояси. Генрих, наследник престола, старший сын короля Эдуарда, Всемилостивейшего Мудрейшего, любимец отца, двора, а также самых прекрасных девушек и юношей, проснулся в не самом хорошем расположении духа. Ночь он почему-то помнил смутно, а вот предмет его гордости распух и болел. Принц с досадой осмотрел проблемный орган, приказал вызвать лекаря и ухватил со стола бокал с вином - во рту чувствовался неприятный железистый привкус, и его хотелось смыть. Вино показалось кислым и противным, и принц сплюнул его на ковер, не заботясь, что на том останется грязное пятно. — Ваше королевское высочество! — придворный маг-лекарь привычно склонился в поклоне. Ему тут же было предъявлено проблемное место, которое пришлось внимательно и со всем тщанием осмотреть. — Вы перетрудились, ваше высочество, кто-то напоил вас афродизиаком. Хм, кто-то? Принц прекрасно знал, кто именно это сделал и решил на время удалить ретивую любовницу. Хотя бы до тех пор, пока заживет стертый орган. И вместо заветного назначения законной фавориткой, леди Орис была удалена от двора. *** Александр дир Вален, младший сын от второй жены лорда Хьюберта, постарался незаметно пройти мимо личного кабинета отца. Звуки, доносившиеся из-за двери недвусмысленно говорили о том, что там происходит, и для него это не было тайной - отец не скрывался. Сквозь небольшую щель глаза выхватили кусочек неприглядной картины - потное рыхлое тело отца, тонкие ноги, закинутые ему на плечи, бессильно сжатые в кулак пальцы, кровь, пачкающая бедра... и абсолютно пустые, мертвые глаза. Юноша отвернулся — тощее тело, безвольно болтавшееся под мощными толчками лорда Хьюберта, мало напоминало трепетного любовника. Да мальчишка им и не был - всего лишь источник, уже выжатый досуха на алтаре. Сколько их таких неслышными тенями бродило по коридорам замков, глядя сквозь обитателей мёртвыми глазами? Никто не знал этого, но самому Александру становилось жутко при виде утративших свой дар. И больше всего он не хотел повторения их судьбы, мечтая о том, чтобы у него не нашли дар. Храм, алтарь, ритуал – три составляющих, после которых от того, способного, быть может, стать великим волшебником, оставалась пустая оболочка, а его насильник хвастался до краев наполненными амулетами. Основным результатом действия было усиление мощи его господина, а удовольствие было только приятным сопровождением ритуала. Всё меньше среди людей природных магов, и почти нет их среди знати. Но чем богаче был человек, тем сильнее — они имеют больше возможности приобрести себе накопители магии и амулеты. Давно было замечено, что некоторые камни могут сохранять силу и отдавать ее при необходимости. Издавна их пополняли не только за счет природных источников - их не так уж много, да и те уже давно разобраны по родам и кланам, но и за счет других одаренных, не говоря уже о том, что два самых мощных издавна в руках Королевского Дома. Некоторые маги умели наполнять силой амулеты, но процесс этот был долгим, а результат мизерным. Однако лорды были недовольны этим - хотелось много и сразу. И однажды они получили такую возможность. Некий владетель, решив как-то наказать своего слугу, приказал тому выпить зелье подчинения и изнасиловал. И тут выяснилось, что сочетание зелья и насилия дало странный эффект - в момент оргазма лорд пропустил через себя весь резерв провинившегося. Магия рассеялась, и никто не знал, куда она делась — это потом научились перебрасывать лишнее в амулеты, но вычерпано-то было все, до донышка. Слуга, оставшийся без капли дара, покончил с собой, а его господин даже не заметил этого, погрузившись в эксперименты. Тот лорд был не первым в длинной череде исследователей, с тех пор многие пытались найти самый оптимальный способ получения силы. Выяснилось, что лучше всего передача силы проходит возле любого магического источника. А если добавить к этому фактору зелье подчинения, соответствующий ритуал и собственно изнасилование, то выброс бывает такой мощный, что хватит наполнить до отказа, самое малое пять новых амулетов. Правда, жертву после этого трудно вернуть к нормальной жизни, но когда такие мелочи останавливали власть? В семьях вассалов и сервов искали одаренных детей, проверяли на наличие дара и забирали в Дома, для этого их просто поили специальным зельем и проверяли ауру — изменилась, значит, маг. Даже была создана специальная Лига охотников - они искали одаренных и доставляли заказчикам или в храмы. А там жрецы уже измеряли силу и, либо продавали способных мальчиков, либо оставляли при храме. Кто-то становился служителем, а большинство подопытными: важно было не просто отнять дар, но и максимально его использовать в своих нуждах. За долгие годы было выяснено, что наиболее оптимальным в плане изъятия магии был лишение девственности, и древний и забытый обычай первой ночи был успешно возрожден. Не всех женихов отдавали на ложе господину - зачем брать пустышку? Но многие не избежали пристального внимания своего лорда, возвращаясь после него бледными копиями себя. Или не возвращаясь вовсе. Как ни странно, самыми неподходящими в этом плане оказались женщины - они делились понемногу, по капле, никогда не лишаясь магии полностью, и всегда оставляли себе капельку, на самом донышке. А как же иначе? Ведь будущему ребенку тоже необходим дар. Да и вынашивать его магине проще, чем обычной женщине. Утешало в этом плане лордов только то, что женщины и не были сильными магами - ворожба, лЕкарство, бытовые заклятия - вот всё, на что были они способны. Люди прятали от лордов своих сыновей, охотники рыскали в поисках самых сильных магов, и горе тем, кого отправляли на алтарь. Потом, много позже, стало ясно, что дар восстанавливался, медленно, очень медленно, и не все доживали до этого момента: опустошенные, лишенные вкуса жизни, люди искали смерти и находили ее. А те, кто получал назад частичку магии, в страхе скрывали это, боясь, что лорд заберет последнее. На самом деле, никому их восстановленный дар был не нужен - это просыпалась слабая женская магия, наследие матери. Но люди были рады и ей. Александр торопился пройти по коридору и мог только порадоваться, что он всего лишь третий сын, собственного владения ему не видать, как своих ушей, а значит и пополнять амулеты таким образом ему не придется: уже миновал восемнадцатый день рождения, отец не будет долго тянуть, отправит его в храм Всех Святых, внесет небольшой вклад, чтобы отпрыск знатного рода не начинал свой путь служения с самой низшей ступени и забудет. Александр давно знал, что родовое поместье Вален достанется старшему сыну, замок Элси, что принесла в приданное первая супруга лорда - второму, дочь, которую носит под сердцем последняя жена отца получит денежное приданное, а его путь или в армию, или в храм. И желания самого сына значения не имели. Слабый с рождения мальчик о военной службе даже не помышлял, а храм его не привлекал еще больше. В самом деле, променять капельку свободы на высокие стены монастыря не хотелось. Радовало только то, что жрецы хранят целомудрие, а значит, никто не лишит его дара. Александр старался не замечать задумчивых взглядов отца и не слушать страшных рассказов, как некоторые лорды сами забирали силу своих сыновей, не желая терять её. Лорд Хьюберт ничем не отличался от других владетелей - так же регулярно насиловал подданных, пополняя амулеты, так же не пропускал ни одной возможности купить готовые, так же имел разрешенных двух жен. Первая, надменная северная красавица Эльга, та самая, что принесла в приданое поместье и замок, умерла две зимы назад, позволив лорду взять в жены совсем молоденькую девочку, дочь соседа, до полного комплекта. Юной леди Алетте исполнилось тогда всего семнадцать лет, самый возраст для невесты, лорд Хьюберт был завидным женихом, и дядя девочки охотно отдал замуж. Что произошло за закрытыми дверями опочивальни, никто не знал, но матери Александра тогда пришлось утешать перепуганную после первой ночи девочку. Леди Селма успокоила девушку, как могла, слишком хорошо помня свою, а ведь тогда ей никто не помог справиться с тем ужасом, в который превратилась близость с мужем – красавица Эльга презирала вторую супругу лорда Хьюберта. Сегодня в сокровищнице хранился неплохой запас как накопителей, так и амулетов, полных, или только ждущих своего часа. Но никто и никогда не отказывался от возможности пополнить запас. Тем более, что из столицы приходили недобрые слухи - рассказывали, будто что-то странное происходит и в столице, и в Орлином Гнезде. *** — Сегодня мы поедем на охоту! — торжественно возвестил Генрих. — На кого, ваше высочество? Вокруг принца всегда было многолюдно, толпились рыцари, томно вздыхали дамы, мечтающие занять место официальной фаворитки, крутились прочие лизоблюды, готовые на всё, лишь бы ухватить хоть кусочек из щедрых рук. И они были очень щедрыми, золотые монеты и драгоценности раздавались горстями, любой, кто мог сложить слова в рифму и угодить этим принцу, получал щедрое содержание. — На… на… на беглых рабов! Придворные захлопали в ладоши, предвкушая весёлую забаву. — Вот ещё, — в разговор вступил недавно появившийся в свите принца, Брендон дир Эймери. — Тебе не нравится? — подозрительно спросил принц, ещё не определившийся, как относиться к новичку. — Гоняться по лесам за полудохлым рабом? Мало в этом удовольствия, мы слишком быстро загоним его и развлечение прекратиться. — Тогда быть может, ты предложишь что-то более интересное? — молоденькая девушка с глазами прожженой шлюхи, провела пальчиком по краю шемизетки*, подчеркивая пышность груди. — Конечно, очаровательная… — Брендон обласкал взглядом пышные полушария. — Расскажешь? — девушка облизнула алые губы. — В тюрьмах много приговоренных преступников. Предложить им заработать помилование, сбегут — повезло. Нет? Мы развлечёмся. — Хм… — Генрих с интересом осмотрел новичка, — А ты мне нравишься… Принц подтянул к себе кокетку, впился в её губы собственническим поцелуем и толкнул к Брендону: — Твоя, на ночь. — Спасибо, ваше высочество! Дир Эймери уже по-хозяйски обнял девушку за талию, вот и развлечение на ночь. Подбирать за принцем было не очень приятно, но отказаться от подарка он не мог, если хотел войти в близкое окружение Генриха. А он хотел - были причины. Охота удалась на славу, трое преступников, приговоренных за убийства, резво бросились в рассыпную, в надежде, что ускользнут от возмездия. А для полноты картины их раздели догола, разрешив только прикрывать причинные места ветками. И началась забава. Рыцари и дамы кружили вокруг них, подгоняя хлыстами, когда те слишком мешкали. Очень скоро приговоренные обессилили, покрытые кровью, следами ударов, с израненными ногами, они всё чаще падали, пока ещё уворачиваясь от копыт. Хохот преследователей мешался с тонкими вскриками дам, стоны и крики жертв вызывали всё новые приступы веселья. Вот один из преступников, завидев реку, бросился к ней, в надежде оторваться от преследователей, но тщетно: самые азартные догнали его уже на берегу. И закрутилась смертельная карусель, рассекая воздух, опускались плети, разлетались в разные стороны брызги крови, все тише вскрикивал беглец, храпели кони, шарахаясь от терпкого запаха крови. А когда весёлые охотники уехали, на красном песке осталось лежать изломанное тело. Егерь только столкнул его в воду и равнодушно вернулся обратно. А после такого развлечения так хорошо было отдохнуть, поваляться на траве, послушать песни и музыку, полакомиться мясом и фруктами. Вино лилось рекой, хмельные возгласы становились всё громче, повизгивали дамы, которых тискали их кавалеры. А принц довольно глядел на них, обнимая очередную красотку. — Как тебе, Брендон, понравилась девка? — Конечно, мой принц, — дир Эймери пьяно ухмыльнулся, задирая на любовнице платье, — Вы только посмотрите, как у неё задница. Генрих качнулся посмотреть, чуть не упал, ухватился за подставленное плечо нового приятеля и согласно покивал головой. — А хоть-те я вам оду п-читаю? Посвященную женской попке? — Да! Да! Хотим! Ваше высочество, пусть читает! — защебетали дамы. — Ну, ч…тай. Брендон спихнул с коленей любовницу, сел ровно, поднял глаза к небу и, неожиданно четко, начал: — В мужчинах есть инстинкт глубокий, он странно действует на нас, и очертанья женской попы порой приводит нас в экстаз! Ее упругость, округленность, широких бедер крутизна и талии незащищенность нас сводит, видимо, с ума! А эта женская походка, когда ритмично зад дрожит: она плывет, как в море лодка, а пенный след за ней бежит…** Принц так впечатлился, что соизволил даже пару раз вяло хлопнуть в ладоши, что позволило остальным поддержать Брендона поощрительными выкриками. Один за другим вставали признанные придворные поэты, читая восхваления своему господину, кто-то уже удалился за редкие кусты, и можно было видеть, как среди задранных юбок мелькают округлые ягодицы. Принц со свитой веселились вовсю, а дир Эймери, осматривая это сборище радовался, что сумел в него войти не внушив никому подозрений. Ещё немного, и он начнет выполнять приказ своего сюзерена. И наследник престола вовсе не тот, кому лорд Брендон готов принести вассальную присягу. ____________________ *шемизетка - устар. предмет женской нарядной одежды, полупрозрачная короткая блузка в форме лифа с рукавами, отделанная рюшем и кружевами. ** «Ода женской попе», В.Евсеев, взято без разрешения вот здесь: http://www.stihi.ru/2002/12/01-254