Почти рыцарский роман

Селма потянулась на кровати, ощущая в теле странную томную легкость. Как это могло сочетаться, было непонятно, но по-другому описать свое состояние она не сумела. Леди провела рукой по соседней подушке, потом глянула на другую половину кровати. Там почему-то никого не было, но постель ещё хранила запах сильного мужчины, простыня была смята, мягкое одеяло из шкурок белки, небрежно отброшено в сторону. Леди закрыла глаза, вспоминая прошедшую ночь. Это было… странно… необычно. Впервые в жизни с ней обращались как с хрупким драгоценным сосудом. Бережные прикосновения рук, сменялись напористым и властным поцелуем, ласковые пальцы не пропустили ни одного чувствительного места на её теле — женщина и не подозревала, что их так много. Язык чертил непонятные узоры на влажной коже, вызывая приятные мурашки, а закончилось всё нежным и долгим соитием, и в этот раз она кричала не от боли, а от удовольствия. — Выспалась? Женщина резко села на кровати, прикрываясь одеялом. — Хм… и что я там не видел? — строго спросил супруг, однако глаза его смеялись, а вид был довольный и сытый, как у кота нализавшегося сметаны. — Простите, мой лорд… я сейчас встану… Селма собиралась уже спустить ноги с кровати, как муж неожиданно уронил её обратно, прижимаясь лицом к пышной груди, которую материнство сделало ещё краше. — Ай! — Не сопротивляйся, — кожу щекотало теплое дыхание. Селма замерла, почему-то испугавшись, что сейчас муж покажет своё истинное лицо. Но вместо того, чтобы грубо раздвинуть коленом её ноги, Линк стал покрывать поцелуями тело, постепенно опускаясь ниже. И когда зарылся лицом в кудряшки на лоне и чего-то там коснулся кончиком языка, женщину подкинуло от незнакомых и приятных ощущений. Послышался добродушный смешок, супруг заметил, что у него было немного таких отзывчивых женщин, и что если она родит ему ребенка, то так и останется единственной в его постели. Нужно было вставать, идти в залу, что-то делать по хозяйству, но вместо этого Селма училась получать удовольствие и дарить его другому. *** По небу носились тяжелые клочковатые тучи, время от времени они сбивались в стаи и тогда начинал идти нудный осенний дождь. На материке в это время уже развезло боковые дороги, а на главных ошметками лежала грязь. На севере лужи стали покрываться ломким льдом, а в углах и ямках кое-где уже лежал снег, выпавший на прошлой неделе. Месяц Камыша уже почти сменился Бузиной* — последним в этом году, и на море уже начались зимние бури. На долгое время остров Охрен будет отрезан от большой земли. Не совсем, были смельчаки, которые умели уловить затишье и провести корабль, но такое случалось редко. — Мой господин? Генрих с досадой дернул плечом. На красотку в его постели не хотелось смотреть. Ночь осталась позади, и он был недоволен тем, как она прошла. Долгое и муторное лечение, по словам Панкраса, подошло к концу и сейчас оставалось только ждать, пока всё восстановится. — Мой господин… у меня затекли руки… — робко проговорила женщина. Принц — пусть с него сняли королевскую корону, рожден-то он был от короля и королевы — оглянулся на неё и заметил, что кисти рук, за которые она привязана к столбикам кровати, уже побелели, а лунки ногтей стали синеть. Пожалуй, стоит её отвязать, пусть немного передохнет, пока он снова не захочет взять это тело. Веревки опали и женщина, сдерживая стон боли, стала растирать руки. Генрих поморщился — сейчас при свете серого утра, она уже не казалась такой желанной, его заводили только воспоминания о беспомощности жертвы, о том, как она кричала, извиваясь под ударами тонкого хлыста, жалящего её кожу. Тонкие синие и красные полосы говорили о том, что порка, которую он устроил, не прошла без последствий. Он грубо перевернул женщину на живот, рассматривая следы своей страсти, и подумал, что в другой раз он попробует что-нибудь другое. Можно будет воткнуть в неё сзади искусственный фаллос — у него был целый набор разных размеров — а самому в этот момент брать её обычным способом. Или попробовать наоборот. Принц знал, что все его капризы будут исполнены незамедлительно, а девушка выполнит любой приказ. Генрих звонко и сильно шлепнул девушку по исполосованной ягодице и, услышав, как она вскрикнула от боли, довольно осклабился: — Поднимайся и пошла вон. Надоела. Красотка соскочила с постели и метнулась к выходу, радуясь, что на сегодня всё закончилось. А Генрих довольный развалился на смятых простынях, мечтая, что когда-нибудь в замок привезут Брендона и уж тогда он оторвется по полной. Он представил сильное тело, распятое на кресте, плеть, пляшущая по его плечам, представил, как предатель кричит от боли и умоляет её прекратить. Обманом втерся в доверие принца, обманул его, не давал развлекаться, удерживал от некоторых поступков, а сам оказался шпионом на службе ненавистного братца. Принц ещё понежился, и тут ему в голову пришла одна мысль, как унизить врага, как заставить его выполнять то, чего никогда не делал, и что не позволял своему королю. И Генрих, не дожидаясь слугу, быстро оделся и пошел в лабораторию мага — следовало обсудить появившуюся идею. *** Заседание королевского совета уж подходило к концу, когда старший советник достал последнее, что нужно было решить на этот день. Обычное дело, касающееся наследства, но его пришлось рассматривать на совете, так как жалобы на нарушение законы были поданы с обеих сторон. Советник долго зачитывал их, походу дела поясняя суть дела, пока Ричарду не надоело перечисление угодий, лужков и деревенек, и он не прервал докладчика. — Нынешний лорд дир Каас не выплатил причитающуюся долю наследства своей племяннице, вместо этого выдав её замуж за соседа? — Да, государь. — Леди овдовела, так и не получив своё? — Да, государь. — Канцелярия разослала уведомление обоим лордам? — Да… — Лорд дир Каас отдал положенное племяннице? — Нет, государь. Он объясняет это тем, что леди была повторно взята замуж, и теперь от её имени недостающее требует второй супруг. — И в чём казус? По закону всё ясно. — Дело в том, — начал советник, — что второй супруг леди, это дир Вален, лорд Брендон, получивший владение в качестве приданого за своим мужем. Ричард поморщился, напоминание о собственной глупой щедрости задевало. Но… формально Брендон прав, и король не понимал, в чём состоит суть жалобы. Пришлось советнику пояснить, что раз сама леди не успела получить права на наследство, то передачу можно оспорить. Остальные советники переглянулись с кислым видом — втайне они были согласны с высказанным неудовольствием, мол, не стоит обычному шпиону из небогатой, пусть и древней семьи получать в награду такой лакомый кусочек. Есть более достойные кандидаты для этого, а не какой-то там по счету сын обычного мелкопоместного лорда. — Закон на стороне лорда дир Валена, — король бросил на стол перо и жестко проговорил, — отправьте приказ лорду дир Каас. Он обязан передать имущество своей племянницы её новому супругу, в течение зимы. И, как бы не хотелось лордам щелкнуть выскочку по носу, пришлось подтвердить распоряжение короля. И дело не в уважении к власти, а в том, что и у них может случиться подобный казус, и кто тогда поможет? Следовало соблюдать все буквы закона, чтобы не получить смуту. Тем более, что было ясно одно — новый король жестко взялся за исправление всего, что натворил его предшественник. Уже подсчитывалась казна и за этим внимательно следили стражи, уже проверялись указы и назначения, и некоторые бездарные любимчики успели лишиться своих постов. Уже ушли распоряжения всем мытникам, и горе тем, кто утаит хоть одну монету из налогов. Некоторые были недовольны, но большинство хорошо понимало, что ещё пару лет правления Генриха и страну можно будет брать голыми руками, соседи-то никогда не упустят возможности поживиться. *** В небольшом кабинете, где обычно работал Александр, было прохладно: дрова в очаге уже прогорели, а новые подкладывать он не спешил, собираясь ещё немного поработать и спуститься в общую залу. Сейчас, когда он негаданно стал старшим мужем, забот немного убавилось — часть взяла на себя леди Алетта. После первой ночи, она слегка успокоилась, перестала вздрагивать и шарахаться. Что бы не произошло на супружеском ложе, это не напугало молодую женщину ещё больше, скорее наоборот, успокоило. — Лорд Александр? Юноша поднял голову от листа с расчетами и любопытством глянул на леди, в одночасье ставшую из мачехи младшей сестрой. — Вы что-то хотели, леди Алетта? — Да… — молодая женщина вдруг жарко покраснела и шепотом проговорила, — наш супруг… он всегда будет так… бережно… или? Лекси растерялся, по отношению к нему, муж не был таким уж ласковым, как с супругой. Правда и жестокости от него он тоже не видел. Но до сих пор, несмотря на почти четыре месяца брака, ничего выдающегося в соитии Александр не заметил. Да, он кончал и не раз, но восторга, описанного в рыцарских романах, не было. Может потому, что там рассказывалось об отношениях между лордом и его дамой, а может просто с ним что-то не так. Однако леди Алетта ждала, и нужно было дать ответ. — Наш супруг заботливый и не жестокий человек, думаю, что он и дальше будет относиться к вам с должным почтением. Вы… вы же получаете удовольствие от его действий? — Да… — Тогда не стоит беспокоиться, скорее всего, он не изменится по отношению к вам, леди Алетта. — Вы… у вас же всё не так, — проницательно проговорила женщина. — Это… дело во мне, наш супруг не виноват в этом. У вас что-то ещё или мы можем идти? — Всё. Вы закончили? — Нет, осталось немного. — Тогда я не буду мешать, пойду вниз. Александр проводил взглядом сестру по браку и тихонько вздохнул. Судя по всему, ей повезло больше, а вот он до сих пор не может расслабиться в постели, как ни старается супруг, а чтобы хоть что-то получилось приходиться прилагать много усилий. Словно какой-то барьер внутри не позволяет отпустить себя и просто получать удовольствие от близости. Сколько ещё лорд будет терпеть зажатое тело в своей постели? Рано или поздно, но ему надоест и Лекси отлучат от ложа. И тогда статус его упадет в глазах остальных, конечно ничем таким особым это ему не грозит, но получать удовольствие он может только с мужем, всё остальное будет приравниваться к измене и караться по закону. Ставить в неловкое положение лорда не хотелось, тем более, что соседи и так считали его выскочкой, ставшим владетелям случайно, по минутной прихоти короля. А если пойдут слухи, что он еще и в постели с мужем не может справиться, то это ещё больше уронит лорда в глазах надменных соседей. Впору было брать уроки чувственности, только у кого? Юноша мотнул головой, словно сбрасывая заботы, и снова углубился в расчеты, нужно закончить начатое дело, а об отношениях с супругом подумать позже, как-нибудь на досуге. Западную залу, которую считали малой столовой, в это время года всегда хорошо прогревали. Здесь не только трапезничали, но и проводили долгие зимние вечера, летом для этого использовали комнату на востоке, с террасой, где было хорошо посидеть на свежем ветерке. Старинные гобелены, терялись в полумраке, но Александр и так знал, что на них изображено. Вон на том, между высоких стрельчатых окон вышита сцена весеннего танца. Он почти видел гибкие тела девушек, изогнутые в прихотливых позах, а вот тут, на большом, раскинувшемся во всю стену, была настоящая картина, где в деталях рассказывался жизненный путь легендарного короля Артура. Стоил такой гобелен немалых денег, но владельцы даже в самое трудное время не расставались с ним. У стойки с закусками стоял управляющий — он как раз резал мясо и раскладывал его по тарелкам, а юные мальчики – пажи разносили их, начиная с лорда Брендона. У каждого домочадца был свой слуга, паж или служанка. Александр знал, что паж супруга, по имени Такер Стоун, привезен из дворца. Неясно, какие отношения связывают этого юношу и взрослого умудренного жизнью мужчину, но Такер относился к господину с уважением, если не сказать, с обожанием. И лорд отвечал ему тем же, часто позволяя больше, чем положено слуге. Лекси одно время даже заподозрил, что паж является любовником супруга, но понаблюдав за ними, убедился, что это не так. Скорее всего, по какой-то причине, лорд собирался вырастить из Такера одного из командиров замковой стражи. А иначе, зачем бы ему было позволять обучать юношу грамоте, военному делу и тактике. Самым необычным в лорде было то, что он действительно запретил приносить в жертву одаренных мальчиков, вместо этого собрав их в замке. Уже приехал маг, специально приглашенный для обучения и развития дара, и леди Селма однажды проговорилась, что лорд обещал позволить им тоже учиться у мага, обе женщины хоть и обладали слабыми зачатками силы, пользоваться ею не умели. А ведь у некоторых владетелей, супруги не только могли сварить зелье из трав или облегчить состояние больного, но и творили простенькое волшебство. Рассказывали, что мать нынешнего короля умела выращивать фантастические цветы и придавать им диковинные формы и расцветку. Конечно, были и настоящие умелицы, вроде легендарной Морганы, но таких всегда было очень мало. А хотелось уметь хоть что-нибудь. О том, что ему, Александру придется обучаться вместе с остальными, лорд Брендон уже сообщил, пропустив мимо ушей робкие возражения, что юноша боится не справиться. Но втайне от всех, Лекси ждал этих уроков, непонятно почему, но ему хотелось изучить собственную силу, научиться управлять ею. Мать говорила ему, что он очень одарённый, только его магия пока спит. И если ничего не делать, то она может так никогда и не пробудиться. Иногда ему казалось, что где-то внутри клокочет, просится наружу что-то мощное, готовое снести своей силой все барьеры. Ночами, во сне к нему приходили странные образы и тени, они взывали, молили о чём-то, просили, но Александр не знал, что делать и как им помочь. Иногда они манили куда-то, показывали таинственные места, звали за собой. После таких снов он просыпался с мокрыми глазами, будто плакал во сне, и в груди так щемило сердце, словно на нем были железные обручи. Когда в далеком детстве такой сон пришёл к нему впервые, маленький Лекси едва удержался, чтобы не бежать к матери, и долго лежал в постели, успокаиваясь и жалея, что не понимает происходящего. С годами такие сны приходили всё чаще и чаще, вызывая уже настоящую тоску, и Александру хотелось понять, откуда они, зачем и что теперь делать. С приездом мага он надеялся узнать про свои сны, справиться с ними или выпустить то, что давно стучится вовне. Башня, которую в народе давно прозвали простенько и незатейливо «Слёзная», на этот раз выглядела по-другому. Непривычно распахнутые железные двери, сквозь которые сейчас проходил старик в мантии мага — такие длинные, расшитые звездами, до сих пор носили некоторые волшебники. Следом за ним чинно шагали мальчики, они сдерживались изо всех сил, стараясь не смотреть по сторонам. Всех, у кого есть хоть небольшой дар, давно собирали и привозили в замок. Некоторым повезло, и они не успели пройти ритуал. Другим — нет, и Александр встречал иногда в коридорах мальчишек, исхудавших, с пустым потухшим взглядом, неслышно скользивших мимо. Сейчас, среди будущих учеников, было даже несколько пустышек. Лорд приказал их обучать наравне с остальными, мол, это поможет пробудить магию матери, а любой дар лишним не бывает. Лекси в тайне жалел таких мальчишек и согласился с супругом — действительно, а если нападение? У них будут дополнительные люди способные вскипятить воду или разогреть смолу, вытащить стрелу, так, чтобы она не задела важных органов, залечить рану. Он только за себя волновался, с тех пор, как в круг его обязанностей вошло управление внутренними делами замка, работы у юноши стало столько, что он иногда еле добирался до кровати. Хорошо ещё, что с появлением леди Алетты, часть обязанностей переложили на неё. Супруг помогал, но у него своих дел было немало. Да и то хорошо, что терпения у лорда хватает на обучение никчемного мальчишки. Лекси смотрел, как танцуют пылинки в лучах солнца, и вспоминал вчерашний вечер у очага. Он вчера сумел удивить супруга, обыграв лэра Линка в шахматы, с какой гордостью смотрел на него лорд, подшучивая над сенешалем, мол, тебя победил мальчишка! — Лорд Александр! — скрипучий голос наставника вырвал юношу из страны грез. — Прошу прощения, я задумался. — Мой лорд, вы обладаете неплохим магическим потенциалом, но у вас есть враги, как у каждого владетеля, пусть и младшего… — У меня? — Конечно, — кивнул наставник, — и для вас, да и для всех остальных тоже, важно научиться экранировать свою силу. — Что делать? — пискнул кто-то из задних рядов. — Закрываться от других, прятаться, чтобы никто не мог забрать ваш дар. — А разве можно? — это заинтересовало Александра, не такой уж сильный был у него дар, чтобы отдать его какому-нибудь алчному магу. — Спросите у лорда, — усмехнулся наставник, — он очень хорошо умеет скрывать силу своего дара. К удивлению учеников, их учили создавать не огненные стрелы, а крохотное пламя, чтобы хватило разжечь костёр, накладывать консервирующее заклятие на продукты, создавать иллюзии для маскировки собственной внешности, стягивать магией дыры на одежде или обуви. Всё то, что умеет каждая женщина, но очень немногие мужчины. Александр знал, что по всему королевству раскиданы школы магии, где любой одаренный мог научиться правильно использовать свой дар. Только стоимость обучения там была доступна очень немногим, а в школы ворожей и травниц ни один мужчина не пойдет. Сыновей лордов и лэров предпочитали обучать дома, чтобы не выдавать секретов другим владетелям. И Лекси всегда хотел попасть на такие уроки, вместе со старшими братьями. И долго плакал, скрывая слезы, когда отец запретил ему это. Зато сейчас, юноша жадно поглощал знания, и сам не заметил, как стал рассказывать об этом супругу. Он взахлеб, перечислял новые рецепты зелий или заклятия, поясняя, что вот этим можно стянуть края раны, а это годится только на мелкий ремонт порванной рубахи или штанов. — А ещё, я читал в легендах, что Великий Мерлин мог превращаться в животных и птиц. Даже в рыб! Представляете? А если бы его поймали и зажарили? — Не думаю, что он это умел. Брендон улыбнулся, глядя на раскрасневшегося супруга. Горящие глаза вечно зажатого мальчишки нравились ему гораздо больше, чем тихий голос. — Почему, ведь рассказывали, что он становился даже белкой! — Лекси, ну подумай сам. Вот — я! — Брендон показал на свое тело, — большой мужчина. Тяжелый, ну ты сам знаешь, а белка маленькая. Скажи, как можно из меня, например, сделать маленького зверька? Куда денется лишнее? Тут или зверь должен быть большим, с меня ростом или ничего не выйдет. — Жалко… — Лекси разочарованно улыбнулся, представив себе белку размером с супруга. — Боги создали нас людьми, вложили разум. А животные неразумные твари, стал бы Мерлин превращаться в такую? Нет, конечно. Он бы забыл всё в тот же миг, если бы вдруг стал… рыбой, например. — А как тогда… ну говорили, что он мог смотреть глазами животных? — Вот это вполне, были раньше такие заклинания, да утеряны. А у тебя какие успехи? Пытаешься стать рыбой? Или стрекозой? — Нет, — засмеялся юноша, и с гордостью продолжил: — я вот, научился! На кончике указательного пальца появился крохотный огонёк. — Это пока всё, стрелы огненные я метать не умею, зато смогу разжечь костер на привале. — Бывает, что такое умение гораздо полезнее, чем создание иллюзий или стены огня. Теплая улыбка супруга поддерживала Лекси, когда у него что-то не получалась, или поощряла, если всё удалось. Постепенно и незаметно, супруг, поначалу чужой и далекий, становился ближе и понятнее. Но переломным моментом в их непростых отношениях стал один случай. Произошло это на изломе зимы, когда днём иногда уже пригревало солнце, а ночи были еще хрустально-прозрачными. По давнему обычаю, любой, кто считал себя несправедливо обиженным, мог придти за помощью в замок и попросить справедливости у лорда. Причины бывали разные, от спора из-за заливного лужка, до нанесенной обиды или бесчестия. Раз в месяц, зимой во дворе замка, а летом у его стен, владелец вершил суд, вынося справедливый или не очень приговор. Этот день, начавшийся привычно, закончился совсем не так, как мог бы. Утренние хозяйственные дела Александра были прерваны настойчивым приглашением на суд. И как оказалось, в качестве ответчика. Молодая девушка, едва вошедшая в возраст, пришла с обвинением в насилии, совершённом над нею. — Господин! — говорила она, не глядя по сторонам, — я честная девушка и хотела отдать свою невинность только мужу. — Это разумно, — поддержал её жрец Фарл, прибывший вместе с ней. — Не спорю, — в этом лорд был согласен с ними обоими. — А тут приехал в нашу деревню господин, сказал, что он младший лорд, да велел ему ложе согреть. Мне велел, — уточнила девушка, словно это было непонятно кому-то. Брендон удивился, долгих отлучек мужа он не помнил, хотя на прогулки или по делам Александр выезжал нередко. — И вот… — девушка обрисовала округлый животик. И лорд снова удивился, беременность там была не маленькая, когда это супруг успел? Постепенно нарисовалась неприглядная картина произошедшего — ранней осенью, когда Брендон с мужем только прибыли в долину, они остановились на ночлег на постоялом дворе. Именно в ту ночь и пришел в комнату к девушке мужчина, назвался младшим лордом и воспользовался своим правом господина. — Как твое имя? — Алис. — Сейчас тебя проводят в казарму, там ты внимательно посмотришь на всех стражей и найдешь того, кто был с тобой той ночью. А потом вы все вместе вернетесь сюда. — Но… разве… младший лорд... — Нет, мой супруг не виновен в этом. И в словах Брендона было столько убежденности в своей правоте, что никто даже не посмел усомниться в этом. Девушка привела обидчика как раз в тот момент, когда пришел Александр и равнодушный взгляд, которым она мазнула по его лицу, только подтвердил слова лорда. Всё закончилось свадьбой обиженной девушки и стражника, а вечером Лекси спросил, почему супруг сразу решил, что он не виновен. — Ты не из тех людей, которые ради минутной прихоти нарушат законы чести. Девушка простолюдинка, конечно, но я успел за это время хорошо тебя узнать. Главное для тебя это семья, а не минутная прихоть. Ты же выполнял все приказы отца? И прикажи он тебе пройти ритуал, ты бы лёг на алтарь? — Да… — А потом безропотно отправился в монастырь? — Да… — А если бы твой отец приказал ТЕБЕ взять чужую силу? — Нет! Как же можно? Нет… — Почему? — Это неправильно. Понимаете? Каждый должен выполнять свои обязанности, рыцари защищать, леди вести хозяйство и воспитывать детей, король править, жрецы молить богов о милости, а дети подчиняться своим родителям. — Вот об этом и речь, — Брендон усмехнулся, — ты словно сошел со страниц рыцарского романа. — Это плохо? — Как сказать… в чём-то хорошо, в чём-то и не очень. Лорд взъерошил волосы мужа и привлек его к себе, время было уже позднее, а каждый день в замке приносит свои хлопоты, будут завтра новые заботы.