Speaking of Marvels

Когда Гарри сел на самолет до Южного Оринджа несколько недель назад, он кое-что пообещал себе. В промежутках между разговорами с сорокалетним бизнесменом слева от него и включенной на полную громкость музыкой Рея Ламонтейна в наушниках, он убедил себя, что он, что бы ни случилось, не заинтересуется ни в ком. Вот так. Это лето, по его планам, должно быть посвящено поискам себя, лени и подготовке к последнему году в колледже, а он не сможет быть настолько свободным, если начнет проводить время с кем-то. Это его последний год перед тем, как все глобально поменяется, и его свобода закончится сразу же после того, как он получит диплом, и все в порядке, так и должно быть, и он принимает это. Но сколько Гарри себя помнит, он еще никогда не следовал своим обещаниям, особенно таким невозможным. Он тот человек, которому нужно общение, и мысль провести несколько месяцев в одиночестве кажется ему абсурдной. Одна из его главных проблем, то что он слишком переменчивый. Человек может просто назвать его любимую песню и что-то, чем он так восхищается, и он в ту же секунду начинает думать, что между ними невероятная, неслыханная связь. Его последнее свидание было с девушкой, которой нравились работы Полли Морган так же, как и Гарри, которая работала в небольшом темном баре в неудачной части города. Они хорошо провели время, но он пропустил второе свидание из-за того, что его пригласили на свидание с ди-джеем, работами которого он восхищался уже на протяжении нескольких недель, и черт, безусловно он хотел пополнить свою коллекцию. Ему весело. Он каждый день встречает множество разных людей, и это просто работает для него, потому что даже с кучей друзей, у которых есть девушки и парни, он не может представить себя в этой роли. Он не был ничьим парнем с тех пор, когда ему было семнадцать, и ему действительно нравится это. Луи, нарушивший его обещание, стал случайностью. Первый поход к соседям был оправданным, а во все следующие разы он может просто сказать, что любит зависать с детьми, и это правда, но... ну. Первоначальное притяжение, которое он испытывал к Луи, кажется, стало увеличиваться с каждым днем, они проводят целый день вместе, у него действительно нет выбора, кроме как признаться себе, что тот начинает ему чертовски сильно нравиться. Луи на пару лет старше, намного более опытный по жизни, и он такой остроумный, добрый и просто хороший, и как Гарри может быть не заинтересован в нем? Возможно, это плохая идея, но он чувствует, что Луи в таком же положении что и он, а если это так, то нет ничего плохого в том, что они немного повеселятся вместе. Их связь была мгновенной и с каждым днём становится слишком сильной, чтобы полностью разрывать ее. К чёрту обещание. Он решает, что просто пустит все на самотек, посмотрит, что из этого выйдет, но он уже знает, что это стоит того, ведь он не может отпустить эту мысль. Луи – один из самых привлекательных людей, которых он встречал, и Гарри не может не задумываться о том, каково было бы иметь возможность дотронуться до него, поцеловать линию его острой челюсти, высокие скулы и заполучить его в своей постели. Его тело состоит из противоречий – такое мягкое и сильное одновременно, – и Гарри действительно, действительно хочет разобрать его на части. Это именно те мысли, которых ему стоит избегать, когда они берут детей на прогулку в парк днем в понедельник. Лакс сидит в песочнице в паре шагов от скамейки, которую занимают Гарри с Луи, и высыпает песок в желтое ведро игрушечной лопаткой. Близнецы немного дальше, но тоже в пределах их видимости, взбираются по горке вверх вместо того, чтобы спускаться оттуда. – Хочешь услышать кое-что смешное? – спрашивает Гарри, доставая бутерброд с арахисовым маслом и мармеладом из переносного холодильника, который они собрали, и передавая половину Луи, перед тем как откусить от другой половины. Луи смотрит на него с приподнятыми бровями, как будто ожидая от Гарри одну из его ужасных шуток про животных, которые он притворяется, что не любит. – Я имею в виду, если я должен, – на губах Луи мелькает улыбка, он быстро скрывает ее, засовывая в рот оставшийся кусок сандвича, откусывая конец. – Я думаю, ты это оценишь, – Гарри наконец перестает жевать, слизывая пару крошек с губ перед тем, как продолжить. – Мой первый поцелуй произошел на этой самой скамейке. Я был в первом, нет, подожди.. во втором классе, и эта девочка из моего класса здесь праздновала день рождения. Полагаю, я считал, что подарок, который упаковала для нее моя мама, был недостаточно крутым, так что я сделал это, – Гарри смеется, слегка покачивая своей головой и бросая взгляд на детей перед тем, как посмотреть в сторону Луи снова, любопытствуя, развеселила ли его история и странная ситуация так же, как его самого. Луи издевается, изображая негодование и пытаясь скрыть ухмылку: – Мило, Гарольд. Что за ребенком ты был? Бедная девочка просто хотела насладиться своим тортом и подарками, а ты обслюнявил ее. В тот момент, Луи касается своих солнечных очков, что лежат на краю скамейки, и они случайно падают в песок под их ногами. Оба парня синхронно наклоняются, чтобы поднять их, и на пути вниз Гарри чувствует прикосновение тела Луи к его собственному, их руки касаются друг друга, преследуя одну и ту же цель. Гарри первый достает очки и садится обратно, передавая их в руки Луи с кривой усмешкой: – Аккуратнее. Не хотелось бы потерять их. Они смотрятся хорошо на тебе. Выражение на лице Луи становится таким, какого он еще не видел, его рот немного искривляется, а брови хмурятся, и он выглядит так, будто старается не реагировать. Гарри притворяется, что не замечает, как Луи стряхивает песок со своих очков. – Все смотрится хорошо на мне, – он пожимает плечами, опуская очки на свою переносицу и возвращая свой взгляд на него, высунув язык, его рот искривлен в неудачной попытке казаться "уродливым". – Хм, – Гарри обдумывает это, морща нос, будто он не совсем уверен в этом, хотя это, возможно, наиболее правдивая вещь из всего, о чем они говорили сегодня. – Я могу найти несколько исключений. Луи последний раз откусывает от своего сандвича и складывает руки вместе, размахивая ногами так, что одна из них оказалась на краю скамейки напротив Гарри: – Что, например? – Как футболки, – спокойно отвечает Гарри, глядя прямо на Луи, потому что смотреть на то, как он извивается, приносит удовольствие. На мгновение он может увидеть, как открывается его рот, но тут же закрывается. Гарри выпускает смешок перед тем, как начинает говорить снова и с трудом связывает слова, зная, как отвратительно он поступает. – Можешь не надевать ее в следующий раз, знаешь? – Я в шоке, – отвечает Луи, полностью проваливая попытку звучать раздраженно. Он поворачивается, и Гарри прослеживает за его взглядом. Луи смотрит на Лакс, сидящую и посыпающую свои ноги песком, поднимая при этом пыль; она чувствует себя ужасно счастливой из-за этого. Луи улыбается и снова смотрит на Гарри. – Я думаю, это считается за развитие интеллекта, не так ли? Лиз всегда говорит мне не препятствовать этому. И Гарри просто не уверен, почему или как он может перейти от того, что готов буквально разорвать его на части, к тому, что находит его восхитительным всего за пару минут, но понимает, что пялится, после нескольких секунд и вздохов, опуская свои плечи, как будто он смотрит вниз и рассматривает дерево на скамейке, потому что не совсем уверен в том, что сказать. – Где счастливая девушка сейчас? Гарри поднимает взгляд, сбитый с толку: – Кто? – Твой первый поцелуй. Та, с кем ты пометил эту скамейку, – Луи говорит это с благоговением, Гарри смеется и напоминает себе о том, как ужасно это будет, если он поцелует его посреди парка с кучей детей. – Не представляю даже, – он просто пожимает плечами, снова смотря на Лакс. – Она переехала в четвертом классе. Эй, посмотри... – шаткие ноги Лакс не дают ей подняться, так что Гарри протягивает ей руку, чтобы не дать ей упасть. – Хорошее спасение, – говорит Луи, заканчивая со своим бутербродом; он встает на ноги, чтобы засунуть пакет обратно в холодильник, который они собрали. – Позволишь мне заплатить тебе? Они уже говорили об этом раньше, и Гарри все еще отказывался соглашаться, тут же мотая своей головой и говоря Луи заткнуться до того, как он скажет еще что-то. – Я уже говорил тебе, чувак. Это ты меняешь подгузники. Лакс просто слишком милая, чтобы отказаться, вот и все, – он оставляет смачный поцелуй на ее щеке, она счастливо хихикает, тыкает своими маленькими пальчиками в его нос, на что он возмущается и заставляет девочку визжать и пытаться сделать это снова. Луи отходит, чтобы забрать Майлза и Шарлотту. Гарри украдкой наблюдает за ним, пока он идет, его фигура и загар безупречен, и ему приходится отвернуться, потому что в его голове нет ни одной приличной мысли, и он знает, что с этим нужно что-то делать. В любом случае, это было глупым обещанием.