Среди живых (ПсиКоп#1)

Сотовый зазвонил, отобразив номер телефона медэксперта. - Определенно, место убийства - квартира жертвы. К сожалению, мы с Гутиеррез пришли к такому же выводу, учитывая показания соседа, клявшегося, что видел, как Тони возвращался той ночью домой с очередным бойфрендом, которого он не рассмотрел, и как следствие, не мог описать. Сообщил только, что парень был невероятно красив. Сидя на пассажирском сидении своей машины, я отрывал маленькие неровные клочки от крышки стакана с кофе. Я не решался бросить их на пол, пока не вспомнил, что эта чертова машина моя, и мне можно делать в ней все, что хочется. Обрывки пенополистирола устлали коврик вокруг моих ботинок. - Что с тобой случилось? - спросила Гутиеррез. - Попался мертвец, не желающий с тобой говорить? - Никогда такого не было, - тихо процедил я сквозь зубы, едва сдерживаясь, чтобы не наорать на нее. Да что она вообще понимает? Она без году неделя в жутком отряде... Э-э, то есть, в ПсиКоп подразделении. Она открыла свой блокнот, пристроила его на руль и начала читать свои записи. - Должна быть какая-то причина. В этом деле есть что-то уникальное. Просто нужно разобраться, что именно. Мой сотовый зазвонил. Я вынул его из кармана куртки и откинул крышку. - Бэйн. - Гутиеррез с тобой? - спросил Варвик. Я воздержался от вопроса, где еще, черт возьми, по его мнению, может находиться мой напарник, когда расследование идет полным ходом. - Да. - Возвращайтесь в участок. Оба, - он сбросил звонок прежде, чем я успел попытаться выяснить, в курсе ли он, что жертва не хочет со мной разговаривать. Вдруг один из криминалистов подслушал наш с Гутиеррез разговор и поспешил доложить начальнику, что на меня впустую тратятся доллары налогоплательщиков? Да нет, глупость. Они же понятия не имеют, насколько просто мне, как правило, общаться с жертвами. И уж подавно им не известно, насколько меня пугает такая тишина . Если Гутиеррез и хотела утешить меня какими-нибудь слащавыми банальностями, то оставила их при себе. GPS-навигатор то и дело пищал, пенополистирол поскрипывал под подошвами, но хотя бы мою тревогу не усугублял ворох бессмысленных фраз. Мы прошли прямо в кабинет Варвика. Он жестом приказал закрыть двери. - Любопытный рапорт пришел сегодня из Альбукерке, - начал он. Альбукерке? Гутиеррез приехала из Альбукерке. Я задумался о странности совпадения, и тут до меня дошло, что речь сейчас пойдет о ней, а не обо мне. - Результат теста, - продолжил Варвик, демонстративно листая серые блеклые страницы факсограммы. - Ты в курсе, что количество баллов по каждому пройденному тобой пси-тестированию, идентично? Разные тесты, разные дни, и во всех и каждом ты набрала четко одинаковое количество баллов. Какова вероятность, что это просто случайное совпадение? - Поправьте меня, если ошибусь, - влез я, - но разве это плохо для «тугого»? - «Тугость» не абсолютна, - сказал Варвик, и я заметил как начала краснеть его толстенная шея. - Обычное отклонение составляет от шести до тринадцати процентов. А это, - он ткнул пальцем в факс, - это явно не случайность. У Гутиеррез есть дар? Вот и объяснение того, что с первых моментов общения с ней я не чувствовал себя скованно. В других обстоятельствах я бы обрадовался этой новости, будь она сотрудницей моей любимой химчистки или моим партнером по бриджу. Но подлежащий сертификации экстрасенс не допускается к работе без обязательной полугодовой подготовки в Адском лагере. А тем, кто там никогда не был, больше известном, как станция «Гелиотроп». - Ты снята с дела, - сказал Варвик. - Фактически, ты отстранена от работы, пока я не решу, что с тобой делать. С лицом, больше напоминавшим маску, Гутиеррез сдала оружие и удостоверение. И не сказала ни слова в свою защиту. Но и не отрицала своих способностей. Просто развернулась и молча вышла из кабинета. - Как идет расследование? - обратился ко мне Варвик. Голос его звучал спокойней, но сам он еще был красным. - Мы, хм... - я уже скучал по Гутиеррез, - Жертва, - я пожал плечами. - Тяжелый случай. - Я отправлю с тобой пару полицейских, они прикроют тебя. Расширь зону контакта и посмотри, что получится обнаружить. Отлично. Теперь за мной везде будут таскаться два суеверных простофили - на кладбище, затем в дом родителей жертвы и еще в какие-нибудь места, где при жизни любил бывать Блэквуд. Я задумался, был ли у Энтони любимый бар и, если был, то каковы мои шансы улизнуть от своих нянек и попробовать кого-нибудь там подцепить. В идеале детектива Маркса, если он вдруг там окажется. Я, конечно, не считал, что он шляется по гей-барам. Во всяком случае, я так предполагал, хотя и сам не часто заглядывал в гей-бары. В общем, точно я не знал. Варвик принялся перекладывать бумаги и потянулся к трубке телефона. Значит, я был свободен. Он вызовет меня, когда кого-нибудь подберет мне в напарники. Я мог пойти за свой стол и изложить все на бумаге свои соображения о происходящем, но составление отчетов никогда не было моей сильной стороной. Даже Морис был Шекспиром по сравнению со мной, хотя печатал двумя пальцами и делал уйму ошибок. Я шел к машине с намерением заехать куда-нибудь и перехватить что-нибудь на поздний завтрак, когда увидел, что кто-то сидит на водительском месте моей машины. Ключи все еще были у Гутиеррез, и это меня устраивало. - Ничего себе, - сказал я, сев в тачку. - Это было... - тот факт, что она плачет вверг меня в ступор. Не выношу женские слезы. Я попытался вспомнить времена, когда сам пытался найти работу, и не смог. Но я - другое дело. Мне пришлось напомнить себе, что она обошла тысячу других соискателей, чтобы получить место в ПсиКоп, и я даже слегка ей посочувствовал. - Не бери в голову, мне нравится с тобой работать. Она покосилась на меня. Ее глаза, нос и губы покраснели и распухли. - Что если я хочу быть «тугим»? - спросила она. - Из меня «тугой» лучше, чем медиум. Я хороший коп. Очень хороший. - Ты многого добилась, пока скрывала свой дар, - сказал я. - Можешь даже немного гордиться собой, - я понял, что сморозил глупость, ведь теперь, когда ее обман раскрыт, ее карьера в полиции скорее всего закончена. Она сутулилась и смотрела вниз, роняя слезы на мой руль. - Может, они выделят деньги на твое переобучение. Твои способности могут оказаться намного сильнее, чем ты думаешь. - Хочешь сказать, мне следует попытать удачу в Адском лагере? О. Не хотел бы я быть женщиной, попавшей в это заведение. Не то чтобы там их заставляли делать что-то против их желания. Ничего подобного. Во всяком случае, не заставляли силой. Меня передернуло. - Послушай, - я отчаянно пытался сменить тему, - нам не стоит торчать напротив участка. Поехали в кафе-мороженое. Куплю тебе молочный коктейль. - Все нормально, - сказала она. - Можешь звонить мне в любое время. А я поеду домой и подумаю, как быть дальше, - и она отъехала от обочины тротуара, вливаясь в ленивое полуденное движение машин. - Жаль, что я не провидец, - сказал я. - Дал бы тебе какой-нибудь совет. Она слегка улыбнулась, не отрывая взгляда от дороги. - А у твоих мертвецов нет никаких советов для меня? Я оглядел Монтроуз-авеню. - Вижу толстого корейца, сбитого автобусом, он всегда болтается на пересечении с Дамен-стрит. Но не думаю, что ты захочешь обратиться к нему за советом. Гутиеррез припарковалась у старого кирпичного здания отеля, где-то в миле от участка. Тридцать лет назад номера тут были переделаны в квартиры-студии. Старую вывеску давно сняли, но от нее остался светлый оттиск на кирпичах, и даже можно было разобрать название - «Паркер Инн». Мой телефон зазвонил, как только мы вышли из машины. Гутиеррез перекинула через капот ключи, и мне пришлось немного пожонглировать, чтобы поймать их и одновременно открыть крышку телефона. - Бэйн. - Возвращайся в участок. - А?.. - У нас еще одно убийство.