Любовь или судьба

      ЮнХо хорошо помнил, где живёт тот, о ком он в последнее время не мог забыть. Откуда его буквально выгнали, поставив жёсткие условия, скорее всего, в надежде, что тот отступится. Но, когда сопровождающий согласился и на это, просто плюнули в душу, попросив подождать. Видать, затрахали его любовники. Зависть снова зашевелилась. А вместе с ней и уязвлённая гордость. Ведь ему отказали. Поманили, подразнили сладкой конфетой, как слабого глупого ребёнка. Но он ждал несмотря на обиду. Ждал, когда тот, что заставил подчиниться, практически унизиться, всё же позовёт. Это давалось с трудом. ЮнХо уже достиг той грани, за которой звериная жажда обладания неумолимо начинает преобладать над желанием любить. Страсть берёт верх над нежностью.       Дошли они довольно быстро, учитывая скорость, с которой мог передвигаться пьяный вдрызг наблюдатель. Едва ЮнХо втащил того в жилище, ему сразу же захотелось наградить себя за те дни, что он провёл в ожидании, когда же этот жестокий красавчик согласится наконец провести хотя бы одну ночь с ним, с сопровождающим, на благосклонность которого надеялись сотни ангелов и намекали десятки демонов. Поэтому, лишь пнув ногой дверь, он впился в такие желанные губы, которые сейчас несли какую-то чушь о несчастной любви и имели солёный и горьковатый привкус. Золотоволосый слабо сопротивлялся, а когда чужие руки пустились в путешествие по телу, раскидав, а то и порвав одежду, оголив его, даже малейшее трепыхание угасло, уступая место возбуждению.       Хиро уже мало что осознавал, не понимал, что с ним, где он, кто находится рядом. Было непривычно одновременно ощущать смешение боли, желания продолжить наслаждаться прикосновениями и страха, забытого, упрятанного так глубоко, что он сам не подозревал о его существовании. Дже позволил увлечь себя в одну из комнат, которой оказалась гостиная: откуда ЮнХо было знать, где находится спальня.       А тот, дорвавшись до желанного, больше не намеревался отпускать это чудо, пока тот сам не запросит пощады. Лаская золотоволосого, он постепенно поцелуями спускался всё ниже и ниже. ЮнХо решил повторить выполненный когда-то «крышесносный» минет, чтобы окончательно расслабить того, о ком мечтал столько времени.       ДжеДжун выгибался под ним, стонал в голос. А перед глазами стоял парнишка, который потерял всё: любимого, надежду, веру. Но вот мир рассыпался на миллионы светящихся частичек: критическая точка была достигнута. Сил не было даже на то, чтобы остановить того, кто продолжал ласкать его.       ЮнХо был несказанно рад: ангел стал настолько податлив, что даже попытки отстраниться не делал. Поэтому решил зайти немного дальше. Он осторожно, памятуя о пинке, полученном когда-то за подобную бесцеремонность, стал ласкать заветный вход, в доступе к которому в прошлый раз ему так грубо отказали. Ангел встрепенулся, лишь только первый палец проник внутрь, и вдруг захныкал:       — Не надо, прошу Вас, не делайте этого…       ЮнХо был очень удивлён — не такой реакции он ожидал — но в то же время обрадован, посчитав подобное за каприз. ДжеДжун же продолжал тихо шептать:       — Не надо, прошу, перестаньте, — а слёзы градом катились по красивому лицу, искажённому сейчас страхом и каким-то отчаянием.       Сопровождающий и рад бы, казалось, был уступить просьбе, но что-то внутри шевельнулось, нашёптывая, что вот он тот самый шанс, которого он столько ждал. Другого, может, не представится целую вечность, поэтому продолжил начатое.       — Что ты делаешь, сволочь?! — раздался позади крик, но оглянуться ЮнХо не успел…       — Сука! — ЮнХо развернули, ухватив за плечо, и яростный удар в челюсть буквально отключил его на некоторое время от реальности.       ДжунСу и ЮЧон подлетели к квартире друга практически одновременно. Демон просто почувствовал, что любимому совсем плохо, а хранителю позвонил знакомый бармен, сообщив, что ДжеДжун напился до такой степени, что на ногах толком держаться не в состоянии, и один из здешних воздыхателей взялся его проводить. ЮЧон стремительно кинулся к дому друга, надеясь, что Дже отведут домой, если иначе найти Хиро будет непросто, а сделать это вовремя и того сложнее. Он бросил своего подопечного, откровенно наплевав на служебные обязанности. Сколько их было, этих подопечных, глупых людишек, а Хиро у него один.       Прямо в дверях он нос к носу столкнулся с этим грёбаным демоном. Но времени на препирательства не было, да и тот, не обращая внимания на соперника, толкнув дверь, влетел в помещение. Следом ворвался и хранитель. Этот няшка демон, ЮЧон ухмыльнулся, даже сделать ничего не успел, только заорать. «И чему их там учат?» — подумал он с презрением, нанося свой коронный удар.       ДжунСу кинулся к своему ангелу, пытаясь растормошить. Но тот лишь плакал и, зажмурив глаза, как в горячечном бреду повторял:       — Не надо, пожалуйста, не надо, прошу…       Тут присоединился ЮЧон:       — Хиро, чего ты как девка, ей богу… — но расслышав, что именно бормочет плачущий друг, запнулся, а затем встревоженно проговорил:       — Солнышко, успокойся, ты дома, я с тобой, даже твой демонёнок, — неприязненный взгляд в сторону тёмного, — рядом, мы никому не позволим обидеть тебя.       Но в ответ только:       — Нет, нет, не надо…       — Сука, что же ты наделал! — бросил хранитель, глядя на пришедшего в себя сопровождающего. — Быстро уходи, иначе я за себя не ручаюсь, — зарычал он.       ЮнХо вдруг стало стыдно за свои действия, но где-то глубоко всё же копошилось сожаление, что помешали. Его шанс на обладание этим желанным телом становился эфемерным, превращаясь в дымку, словно утренний туман, что тает под действием восходящего, набирающего силу солнца. Да, состояние, в которое впал светлый, откровенно пугало, но частичка его всё же была не против продолжения начатого. Однако друзья наблюдателя свели все шансы к нулю, поэтому он сейчас отступит, а потом… потом видно будет. И ЮнХо решил ретироваться, пока противостояние с хранителем не переросло в полноценную потасовку.       ЮЧон и ДжунСу пытались расшевелить друга, не обращая внимания на вражду, что была между ними. Сейчас они действовали сообща. Встретившись взглядами и поняв друг друга без слов, принялись целовать ангела, ласкать, пытаясь вырвать любовника из мира ужасных грёз, что заставляли его плакать и молить о пощаде. Им удалось: друг уже стонал под их умелыми заботливыми руками, просил большего. ЮЧон целовал неторопливо, нежно, что совсем было несвойственно их отношениям с Дже, секс с которым почти всегда граничил с грубостью. ДжунСу ласкал член, который столько раз доставлял ему несравнимое ни с чем удовольствие, словно хотел отблагодарить за все предыдущие оргазмы, доставленные этим органом. После чего осторожно стал насаживаться. ЮЧон продолжал ласкать грудь, соски, ключицы — всё, что было доступно. Глядя на оседлавшего бедра Дже тёмного, он восхитился, насколько тот хорош. Удивился, почему он раньше не замечал, насколько прекрасен и сексуален этот нежный милый демон, как мог он ревновать, ведь они так органично сейчас смотрятся. Оставив своего ангела, наблюдатель приблизился к демону, запрокинувшему голову, покусывающему свои пухлые губы, и впился в манящие алого цвета уста. Глаза того расширились от неожиданности и непонимания происходящего, но тут же снова закрылись, всем своим естеством впитывая ситуацию, что сейчас сложилась. ЮЧон перешёл на нежную шею, прошёлся языком по позвоночнику, пытаясь пройтись по ложбинке между ягодицами. Затем снял демона с ангела, ещё раз поцеловав того в губы, начал нежно, но настойчиво давить на голову оного, практически прижимая лицом к члену Дже. ДжунСу понял и вновь стал посасывать пенис друга, не торопясь, словно смакуя. ЮЧон же, приподняв бёдра тёмного, прошёлся языком по заветной ложбинке снизу вверх, поглаживая упругие округлости, поцеловал ямочки над ягодицами, затем поднялся поцелуями выше. Отвлекая стонущего демона лёгкими укусами в области лопаток, вошёл в него на всю длину, начиная сразу же интенсивно двигаться, вбиваясь под одному ему ведомым углом, заставляя демона стонать, от чего вибрация передавалась члену Дже, и тот, излившись в рот любовника, отключился окончательно. А наблюдатель с демоном продолжили танец страсти, меняя позы, стоны сменялись гортанными «Да!», «Ещё!», «Хочу!». Пока оба обессиленно не упали рядом с товарищем, любовь к которому свела этих когда-то непримиримых соперников, соединила в единое целое, может, и не навсегда, только на эти несколько часов, но всё же…       Дже проснулся от того, что с обеих сторон его обнимали тёплые и надёжные руки. Эти объятия, с одной стороны нежные, с другой — крепкие, но такие надёжные… Вспомнив о том, что всё с ним вчера происходило практически в бессознательном состоянии, Дже решил повторить это сейчас, находясь, как говорится, в «трезвом уме и памяти». ДжунСу разбудили нежные теплые поцелуи, почти целомудренные и легкие поглаживания. Он неосознанно застонал, подаваясь навстречу, желая продлить эту утреннюю негу. ЮЧон, услышав стон, сразу проснулся: это словно послужило сигналом к действию. Переползая через Дже и Су, он, глянув в глаза наблюдателя, увидел там одобрение и присоединился к тому, искусно лаская красноволосого со спины. Демон просто терялся в ощущениях. Вот уже пальцы кружат у заветного отверстия, постепенно проникая, лаская внутренние стенки поступательными движениями, растягивая, готовя под себя… или под друга? Что решит Дже? Вопросительно посмотрел на него, тот кивнул, словно одобряя безмолвную просьбу. И вот, плотно прижавшись к спине демона, хранитель вошёл до упора. И, сбиваясь с ритма, начал буквально «таранить» зад тёмного; толчки были хаотичными — крышу просто срывало. Он смотрел в глаза любимого наблюдателя, трахал уже любимого, наверное, демона и думал, как прекрасны его мальчики, как повезло ему, и каким дураком он был, ревнуя: столько времени было потеряно.       После того, как демону и хранителю удалось кончить почти одновременно, оба, несмотря на усталость, не сговариваясь, набросились на наблюдателя, сокрушая того ласками, целуя, гладя, доводя до исступления, пока тот не взмолился о пощаде и не кончил с протяжным «Да!»       А КиДжуна всё терзали мысли о парне, что обознался. Что, если он говорил правду? И обознался ли? Ведь он назвал Джуна по имени, не странное ли это совпадение? Тогда получается, что лгут родители? Одни вопросы, а ответов на них пока нет. Всё так сложно…       Флешбэк       КиДжун очнулся сидящим на асфальте. Скулу саднило, голова ужасно болела, колено горело, казалось, его просто распирает. Подняв руки, чтобы убрать волосы с глаз, молодой человек заметил, что ладони тоже разодраны. Что произошло?! Как его угораздило так неудачно упасть? Он огляделся вокруг и заметил, что постепенно начал собираться народ, а к нему бежит молодой человек в костюме и что-то кричит — не разобрать. Но вот он уже рядом, и Джун наконец расслышал:       — Простите, пожалуйста, я очень торопился, разрешите отвезти Вас в больницу, — и, косясь на зевак, мужчина, подхватив его под руки, потащил в сторону машины, стоящей на обочине. Ким от растерянности даже не думал оказать сопротивление и уже через пять минут сидел в салоне шикарного автомобиля. Такие ему доводилось видеть нередко, но чтобы самому оказаться пассажиром подобного чуда техники, об этом он даже мечтать не мог.       Сделав пару звонков, неизвестный, скорее всего владелец данного средства передвижения, всю дорогу что-то говорил, ни на минуту не умолкая. Джун попытался сосредоточиться и понять, о чём идёт речь. В какой-то мере ему это удалось. Весь монолог молодого человек сводился к одному: он сбил КиДжуна и постарается загладить свою вину. Звали его Дэннис О, и он очень спешил на заседание совета директоров, поэтому превысил скорость, дабы не опоздать, но не рассчитал, поэтому на повороте машину немного занесло, и он задел прохожего, то бишь КиДжуна, который от удара отлетел на несколько метров. Но, к счастью, похоже, никаких серьёзных повреждений, кроме разбитого колена и ссадин, не было, и сейчас они направлялись в клинику на осмотр к знакомому хирургу, с которым виновник аварии дружит много лет, ещё со школьной скамьи. Им повезло, он сегодня дежурил, поэтому осмотр будет проведён с особой тщательностью. Глянув на саднящее колено, Джун выругался: он с детства боялся вида крови и её специфического запаха, но сейчас пытался сделать над собой усилие, чтобы не грохнуться в обморок.       Ким проклял всё на свете, пока его таскали из одного кабинета в другой, дабы провести полную диагностику. Он уже собирался послать куда подальше всех, включая до зубовного скрежета вежливых медсестёр и лаборантов, а также самого хирурга вкупе с молодым человеком, который его сбил. И вот, когда терпение приблизилось к абсолютному нулю, ему наконец сообщили, что в результате обследования выяснилось, что никаких особых повреждений у КиДжуна нет, лишь небольшое сотрясение мозга, последствия которого практически бесследно пройдут буквально через месяц, если пациент будет соблюдать предписания.       Виновник аварии поблагодарил друга за помощь, тот потребовал в качестве компенсации обед в шикарном ресторане, с чем Дэн охотно согласился, и парочка друзей на некоторое время оставила Джуна в приёмном покое, дабы уточнить время и место «расплаты» за предоставленные услуги.       Вернувшийся Дэннис предложил подвезти жертву происшествия до дома. Хотя в присутствии постороннего КиДжун чувствовал себя некомфортно, он нехотя согласился, так как голова всё-таки кружилась. Когда они добрались наконец до места, Дэн попросил оставить номер телефона, чтобы позже можно было справиться о состоянии пострадавшего. В ответ на удивлённый взгляд парня, добавил с улыбкой:       — Иначе совесть меня загрызёт.       И Джуну ничего не оставалось, как согласиться.       Возвращаясь, Дэннис проезжал мимо перехода, где сбил КиДжуна, и, к своему удивлению, обнаружил кровь на асфальте. Остановившись, он решил поинтересоваться у сидящих на остановке, находящейся недалеко от «зебры», женщин, что вели между собой оживлённую беседу.       — Простите, а что здесь произошло, почему здесь кровь? — удивлённо спросил он, памятуя о том, что Джун отделался мелкими ссадинами и столько крови с него в принципе натечь не могло.       Женщины заметно оживились, видать, им не терпелось поделиться с кем-нибудь новостями о происшествии, очевидцами которого они стали.       — Здесь недавно авария произошла. Парня, что дорогу переходил, раскатало по асфальту так, что собирать практически нечего было. Всё, что от него осталось, поместилось в мешок — такое месиво, жуть просто, — громким шёпотом, словно по секрету, поделилась та, что сидела справа.       — Ну да, бедные родственники, как всё это в кучу собрать-то. Явно хоронить придётся в закрытом гробу, — включилась в разговор её товарка.       — Надо же, такой молодой блондинистый красавчик был. Как же его угораздило попасть под автомобиль… — вздохнула первая.       — Да пускают за руль кого ни попадя, — в сердцах повысила голос вторая.       «Надо же, какое совпадение. Для нас с КиДжуном всё ещё легко обошлось…» — подумал Дэн, попрощавшись с женщинами, вернулся к своей машине и отправился домой.       Конец флешбэка