Две души

Две души Глава 4 Пана переехал на следующий же вечер. У него была всего одна сумка и ему потребовалось меньше пяти минут, чтобы распаковаться. Показать ему квартиру заняло еще меньше времени. Она была небольшой, но современной и, если встать на цыпочки и вытянуть шею, можно было увидеть верхнюю часть арки Сиднейского моста Харбор из окна гостиной. - Ну, может быть с высоты твоих шести футов можно увидеть, - сказал Пана, когда Дэн попытался показать ему, - во мне столько нет. - Ах, малыш, - поддразнил Дэн, зажав его колючий подбородок между большим и указательным пальцами и подмигивая. -Да пошел ты, - игриво огрызнулся Пана, быстро чмокнув его руку. - Я предупреждал тебя не называть меня так. - Что это? - спросил Дэн, рассматривая фотографию, которую Пана прислонил к лампе на столе рядом с диваном. Не считая одежды, iPod, телефон и эта фотография оказались единственными личными вещами, которые Пана привез с собой. - Это моя награда за Шекспира, - ответил Пана. – Я всегда вожу эту фотографию с собой, как напоминание о том, откуда я пришел и куда стремлюсь в будущем. Дэн посмотрел на фотографию. Она была потрепанная, с загнутыми уголками. Пана на ней держал в руках деревянную статуэтку и широко улыбался в камеру, сияя от гордости, его лицо буквально лучилось счастьем. Похоже, он был одет в школьную форму, длинные волосы зачесаны назад в тяжелый хвост. На вид ему было не больше шестнадцати-семнадцати лет. - Шекспир? - Ага, - улыбнулся Пана. - Это было еще в школе, мой дебют в качестве актера. Я получил награду за лучшую мужскую роль, хотя даже не был главным героем, у меня была роль второго плана. Я очень горжусь этой наградой. - Ничего себе, твоя первая роль была в шекспировской постановке? Это очень впечатляет. - Да, я делаю карьеру в обратном направлении, - пошутил Пана. - От “Ромео и Джульетты” до эпизодических ролей в “мыльных операх”. - Это не так, - возразил Дэн, - а как же роль Ричи. И скоро будет сниматься твой фильм. Я бы сказал, твоя карьера, безусловно, на подъеме. - Всем этим я обязан своему преподавателю драматического искусства, - сказал Пана, его лицо внезапно стало серьезным. - Он верил в меня, когда никто другой не верил. Даже моя семья махнула на меня рукой, но он продолжал снова и снова толкать меня к достижению моей мечты и цели. Если бы не Роберт Гилберт, меня бы здесь сейчас не было, я был бы просто еще одним бандитом в толпе или даже был мертв. Моя жизнь катилась под откос, но он все изменил, и теперь я действительно горжусь тем, чего я достиг и кем стал. Он хороший человек и ни разу не отступился от меня, даже когда я превратил свою жизнь в ад. Роберт просто продолжал пинать меня под зад, пока я не попал туда, где должен был быть. С тех пор, как они встретились, они много говорили о своем детстве и семьях и Дэн знал обстоятельства жизни Паны и среду, в которой он рос. Дэн знал, какой путь Пана прошел и как многим теперь может гордиться. Он протянул руку и сжал плечо Паны, подарив ему улыбку, которая, как он надеялся, демонстрировала, что он тоже гордится достижениями Паны. - Ужин будет через полчаса, ладно? - сказал Дэн, позволяя пальцам задержаться на плече Паны. - Было бы неплохо сперва принять душ, если ты не против? - Вперед, - ответил Дэн, - я положил там чистые полотенца, шампунь и гель для душа на полке. Если еще что-нибудь понадобится, посмотри в шкафу под раковиной. Дэн заканчивал резать салат, когда Пана вышел из ванной в повязанном на бедрах полотенце. Он босиком прошлепал в гостиную и стал рыться в своей сумке в поисках чистой одежды. Квартира Дэна была открытой планировки и кухню от гостиной отделяла только кухонная стойка. - У тебя есть корзина для белья? - спросил Пана, держа в руках грязную одежду. - Просто брось в стиральную машину вместе с остальным, я завтра включу стирку, - ответил Дэн, указывая на стиралку позади себя. Дэн тайком наблюдал за проходящим мимо Паной. Он никогда еще не видел Пану настолько обнаженным и это будило в нем самые разнообразные чувства. Дэн разглядывал поразительную татуировку на левой руке и ему хотелось провести пальцами по каждой линии и изгибу. На правом плече Дэн заметил другую татуировку в виде отпечатка собачьей лапы. Но тут его внимание привлек большой, удлиненной шрам на животе Паны, который проходил по всей длине ребер, чуть ниже сердца. Он имел странную форму: длинный и широкий с одной стороны, но сходящийся в одну точку с другой. Кожа была сморщенной, как будто это был ожог. Вдоль шрама, посередине проходила тонкая линия на оттенок темнее, чем кожа вокруг. - Это было больно? - спросил Дэн. Он протянул руку и провел кончиком пальца вдоль шрама, обводя края и лаская кожу вокруг него. - Что произошло? Откуда у тебя этот шрам? Пана завороженно смотрел как пальцы Дэна движутся по его коже. Он, как правило, не любил прикосновения, но с Дэном Пана чувствовал себя комфортно и ему нравилось ощущение теплых пальцев, поглаживающих кожу. - Это не шрам, а родимое пятно. Вот мой единственный шрам, - Пана указал на едва заметную линию на лице, которая началась у него над бровью и спускалась к щеке. - И как ты его заработал? - Спросил Дэн, нежно прикасаясь пальцем к его брови. - Подрался в баре, - сказал Пана. - Какой-то парень полоснул меня разбитой бутылкой, после того, как я вырубил его приятеля. - И чем же его друг заслужил это? - Он назвал меня малышом, - Пана улыбнулся через плечо, он снова исчез в ванной, чтобы одеться. Дэн так и не понял, шутит он или нет. Он вернулся в штанах и мешковатой футболке, но все еще босой. Сев на пол перед стойкой CD, Пана начал перебирать диски Дэна. - У тебя нет ничего, кроме Metallica, - проворчал он. - Неправда, есть еще Slayer, - ответил Дэн с усмешкой. - То есть это выбор между металлом и ... металлом? В ответ Дэн просто ухмыльнулся. - Ужин будет готов через несколько минут, хочешь пива или вина? У меня есть красное и белое. - Красное подойдет, - сказал Пана, все еще просматривая музыкальную коллекцию Дэна. Дэн налил два бокала и принес один Пане. Тот протянул руку, чтобы взять его, но потом вдруг замер. -Что-то не так? - Спросил Дэн обеспокоенно. - У меня просто было сейчас еще одно дежа вю, когда ты принес мне выпить, как будто это уже случалось раньше. Дэн присел рядом с ним. - А еще ты так же присел рядом и разговаривал со мной. Дэн открыл рот, чтобы что-то сказать, но Пана предупреждающе прикоснулся пальцем к его губам. - Даже не думай сказать это вслух, - предостерег он как раз перед тем, как слово “малыш” сорвалось с уст Дэна. Дэн сжал его палец губами и Пана забрал у него вино. В этот вечер Пана заметил, что Дэн потирает ладони, нажимая пальцами в середине, как будто они болели. - Что с твоими руками, братан? - спросил Пана. - Да ничего вроде, просто иногда болят, когда погода меняется. То же самое с коленом, но это старая травма: я увлекался регби в школе. Но у меня никогда не было серьезных повреждений на руках, так что я не знаю, может быть, это начало артрита или что-то типа того. Пана взял руки Дэна в свои и повернул их ладонями вверх, чтобы лучше рассмотреть, и ничего не обнаружил. Он потер пальцами середину ладони Дэна. У него появилось смутное ощущение, что он когда-то видел руки, такие же как у Дэна, с глубокими сквозными ранами в ладонях, словно пробитые шипом или чем-то похожим. Пропищал кухонный таймер и Дэн встал, чтобы достать лазанью из духовки. Сегодня играли Broncos и они устроились с тарелками перед телевизором. Дэн поддерживал любимую команду громкими криками каждый раз, когда они собирались забить, и утопил свое горе в большой миске мороженого, когда они проиграли матч. - Я выдохся, я собираюсь хорошенько отоспаться, - заявил Пана после того,как они расправились с посудой. Пока Дэн был в душе, Пана разделся и устроил себе удобную кровать на диване. Вернувшись пожелать спокойной ночи, Дэн обнаружил его спящим. Некоторое время он наблюдал, как размеренно поднимается и опадает его грудь при дыхании. Когда он нагнулся, чтобы выключить настольную лампу, внезапная мысль пронзила его, как одно из тех воспоминаний , которые приходили из ниоткуда и заполняли его голову. Дэн нерешительно протянул два пальца и провел ими вдоль шеи Паны. Малыш пошевелился во сне и развернул голову на подушке, еще больше обнажая шею. Дэн снова приласкал его кожу и слышал, как он тихо простонал, рот приоткрылся со вздохом удовольствия. Дэн прикусил губу, чтобы сдержать собственный стон. Он только что доказал свою теорию. Пана был неправ, это были не просто мимолетные мысли возникающие в их сознании, это были воспоминания, реальные воспоминания о реальных вещах. Иначе откуда бы он мог знать, что у Паны такая невероятно чувствительная шея? Дэн наклонился, выключил лампу и запечатлел осторожный поцелуй на лбу спящего юноши. *** Следующая неделя была очень напряженной. У них были примерки костюмов, пробы грима, изучение сценария вдоль и поперек и бесконечные репетиции. Дэн пришел в восторг наблюдая за актерской игрой Паны на съемочной площадке. В то время как ему самому обычно требовалось некоторое время, чтобы настроиться на свою роль, Пана, казалось, переключался на своего персонажа так легко, как будто щелкал выключателем. На репетициях, их режиссер Кейт была в восторге от взаимоотношений и близости, которые им удалось создать между их персонажами. Во время репетиции сцены, где Ричи посещает Брайана в больнице впервые после ранения, страдания и боль между ними буквально ощущались в воздухе. Хотя Кейт сама объясняла, как она хочет снимать сцену и что хочет увидеть в итоге, она была поражена. Даже на репетиции Пана плакал настоящими слезами, когда держал руку Дэна и объяснял ему, что тот никогда не будет ходить. Ей понравилось, как Дэн смог передать экспрессивность характера своего персонажа и его отчаяние при помощи одних лишь глаз. И, наконец, режиссер пришла в абсолютный восторг от небольшого жеста прикосновения лбами, которым Ричи успокаивал впавшего в отчаяние Брайана. Кейт распорядилась, чтобы это включили в сценарий, когда дело дойдет до окончательных съемок сцены. Еще три недели прошли как в тумане. Актеры получили окончательные проекты сценария и проводили бесконечные репетиции, успевая при этом работать статистами на других съемочных площадках, до тех пор пока смогут рассчитывать на регулярную зарплату от сериала. За неделю до начала съемок, Пана получил срочный звонок от своего агента - Я должен лететь в Окленд, - сказал он Дэну. - Продюсеры моего фильма назначили встречу, мне надо быть там. - Сколько это займет времени? - Пару дней, но я думаю задержаться еще на день или два, повидаться с семьей. На следующий день Дэн отвез его в аэропорт. Пана прошел регистрацию и стал прощаться. - Уверен, что не возражаешь против моего возвращения в твою квартиру? -Конечно нет, - Дэн нежно улыбнулся ему, - я встречу тебя в воскресенье. Пана тоже улыбнулся, и они некоторое время стояли неподвижно, завороженно глядя друг другу в глаза. Внезапно Дэн сделал то, что хотел с того самого момента, как Пана переехал к нему. Он поднял руку и, прикоснувшись к лицу юноши ладонью, нежно погладил его в щеку большим пальцем, затем наклонился и прикоснулся к его губам мягким поцелуем. Когда он отстранился, сердце неистово билось в ожидании реакции Паны. В первое мгновение тот не шевелился, выражение его лица оставалось спокойным, хотя в глазах отразилось удивление. Потом уголки губ приподнялись в застенчивой улыбке. Он выдержал взгляд Дэна, улыбка стала еще шире, когда он протянул руку к шее Дэна и притянул его голову вниз. Их лбы соприкоснулись и Пана провел пальцами вниз по скулам Дэна. Они снова поцеловались и на этот раз поцелуй длился намного дольше. - Увидимся в воскресенье, - тихо сказал Пана, повернулся и пошел на посадку. Дэн стоял и смотрел ему вслед, пока он не скрылся из виду. На лице застыла широкая глупая улыбка. Когда он наконец повернулся, чтобы уйти, то заметил стоявшую рядом с ними женщину. Улыбнувшись Дэну, та кивнула в сторону выхода на посадку: - Он такой милый, - сказала она. - Ты счастливчик. Дэн густо покраснел и кивнул в знак согласия. - Да, он лучший, - признался мужчина с оттенком гордости в голосе. - Мне очень повезло. *** В воскресенье Дэн стоял у выхода из зала прибытия, ощущая порхание бабочек в животе и слыша бешеное биение сердца в груди. Когда он увидел Пану, широкая улыбка расплылась по его лицу. Дэн двинулся вперед с распростертыми объятиями и малыш бросился к нему. Дэн прижал его к груди, сжимая изо всех сил и желая никогда больше не отпускать. Их рты столкнулись в целомудренном приветственном поцелуе, но потом губы раскрылись, медленно и нежно изучая друг друга. Рука Дэна передвинулась, пальцы сомкнулись на шее Паны, нежно поглаживая кожу. Своими губами Дэн почувствовал его тихое мурлыканье. - Хорошо съездил? - спросил Дэн, когда они наконец оторвались друг от друга, но руки не опустил. - Очень хорошо, - ответил Пана и, сверкнув лукавым огоньком в глазах, спросил: - Ты скучал по мне? - Очень, очень сильно, - честно признался Дэн. Продолжение следует ...