Две души

ДВЕ ДУШИ Глава 5 На следующий день начались съемки. Дэн даже не представлял, насколько он будет счастлив вновь работать перед камерами. Студия была всего в получасе езды от квартиры и они с Паной каждое утро наслаждались недолгими поездками на машине, болтая о работе и строя планы на вечер.Единственный минус этой идиллии Дэн почувствовал, когда в первый же день Пана подключен свой IPod к стерео системе в машине. - Ты серьезно? -проворчал Дэн, когда из динамика зазвучал рэп. - Да, - Пана был непреклонен. В конце концов, после долгих переговоров они пришли к соглашению: Пана выбирает музыку по дороге на студию, а на обратном пути выбор остается за Дэном. Другим большим изменением, которое случилось после поездки Паны в Новую Зеландию стало то, что он переехал с дивана… в спальню.Это произошло в первую же ночь после его возвращения. Вечером, когда оба уже укладывались спать, Пана заглянул в спальню, собираясь пожелать спокойной ночи и поблагодарить Дэна за то, что он встретил его в аэропорту. Дэн сидел на своей кровати, перелистывая сценарий, и был, казалось, чем-то озабочен. -Проблемы, братан? -спросил Пана, подойдя ближе и сев на край кровати. - Меня беспокоит сцена, где я просыпаюсь в больнице впервые после ранения. Со мной только медсестры, мой отец или Ричи входят позже. Кейт говорит,что мой персонаж реагирует слишком быстро, учитывая его состояние. Она хочет, чтобы он был более дезориентированным, прежде чем, наконец, осознает произошедшее. Я пытался замедлить действие и отсрочить свою реакцию, но лично я думаю, что парень в этой ситуации отреагирует действительно быстро, после того как придет в себя и не сможет почувствовать свои ноги. Когда я играю этот момент, мне самому он не кажется правдоподобным. Вот, как бы ты сыграл это? Пана взял у Дэна сценарий и начал быстро читать, запоминая реплики. Потом он встал и, обойдя кровать с другой стороны, скользнул под одеяло. Дэн был впечатлен. Когда Пана разыграл эту сцену, он выглядел настолько естественно и натурально, что Дэн почувствовал, будто на самом деле смотрит на человека, который очнулся из комы и обнаружил, что его мир рухнул. Они еще долго обсуждали эту сцену, пока не сообразили, что уже поздно, а им рано вставать. Дэн отправился в душ, оставив Пану сидеть на постели, делая заметки для него на полях сценария. Когда он вышел из ванной, то обнаружил, что Пана уснул: его голова откинулась на подушку, но сценарий все еще лежал на груди. Дэн улыбнулся, когда чувство умиления накрыло его с головой. Глядя на мирно посапывающего Пану, Дэн почему-то чувствовал потребность позаботиться о мальчике, защитить его. Он осторожно взял сценарий и положил его на тумбочку. Надо было бы разбудить Пану, но как только эта мысль пришла в голову, Дэн сразу отбросил ее. Он выключил свет и скользнул в постель рядом с ним. Пана так и остался в спальне после этой ночи. Перед сном они обычно целовались, желая друг другу спокойной ночи, и часто кто-то из них, просыпаясь,обнаруживал,что они лежат обнявшись: рука Дэна обвивала талию Паны, прижимая его к груди. Иногда по утрам Дэн просыпался на спине с Паной, прижатым к боку,его голова лежала на плече,а рука –на животе Дэна. Они никогда не обсуждали это, просто чувствовали себя правильно и комфортно, так что это стало обычным делом - спать бок о бок. Неделя пронеслась незаметно, как это всегда бывает, когда вы заняты и делаете то, что любите. В пятницу вечером актеры и съемочная группа решили вместе поужинать, чтобы отпраздновать окончание успешной первой съемочной недели. Прогуливаясь по пристани в гавани Дарлинг до ресторана в Марине, их группа столкнулась с орущей толпой что-то отмечающей молодежи, одетой в карнавальные костюмы. Дэн шел с женщиной, которая играла его мать в сериале, а Пана шел немного впереди, разговаривая со звукорежиссером, выросшим в том же маленьком городке Новой Зеландии, что и Пана. Один из парней, одетый клоуном, схватил собеседницу Дэна и закружил ее в пьяном вальсе.Всем было весело, но Дэн все же галантно поспешил ей на выручку, осторожно отстранив от нее клоуна, и тут же еле успел отклониться,когда какой-то вампир, споткнувшись, чуть не рухнул на него.Подняв глаза, Дэн увидел пирата, что называется, при полном параде: повязка на глазу, крюк вместо руки, бутафорский попугай на плече.Пират забросил руку на шею Паны и нес ему на ухо какой-то бред. Пана смеялся, безуспешно пытаясь оттолкнуть от себя парня. Казалось ему весело и комфортно в пьяной праздничной атмосфере, но Дэн почувствовал, что его кровь закипает. Глубоко внутри вспыхнула ярость,он лязгнул челюстью, сжав в кулаки. Двумя быстрыми шагами сократив разделяющее их расстояние, он скинул руку пирата с плеча Паны. - Убери руки, мать твою! - прорычал Дэн сквозь зубы. Пана, казалось, был шокирован: - Он не хотел никого обидеть, - пробормотал он. Пират оглянулся на Дэна с таким видом, словно собирался ударить, но, оценив его размеры и яростный блеск в глазах, решил этого не делать. Вместо этого он поднял руки в знак капитуляции и сделал несколько шатких шагов назад. - Ты совсем, нахрен, разум потерял? –прошипел Пана на Дэна, все еще бросающего на пирата убийственные взгляды. Дэн повернулся к нему. Господи, малыш был такой красивый, такой нежный и ранимый, и Дэн просто не мог вынести мысли о пьяном незнакомце, лапающем его. В этот момент Дэна переполняло единственное желание – защитить Пану. -Я прибью любого, кто посмеет навредить тебе, - сказал Дэн. -Но он не причинил никакого вреда, - огрызнулся Пана в ответ и ушел, догоняя остальную группу. Внезапная вспышка Дэна шокировала его, но где-то в глубине души ему льстила подобная гиперопека австралийца. У Паны также появилось знакомое чувство, что подобный конфликт уже происходил раньше, то же самое он почувствовал, когда он протянул руку, чтобы взять стакан вина из рук Дэна. Он даже ожидал вмешательства Дэна, как только рука незнакомца легла ему на плечо, хотя агрессивность его реакции потрясла Пану. В ресторане они сидели на противоположных концах стола, но часто один ловил на себе взгляд другого. Дэн вздохнул с облегчением, когда Пана наконец улыбнулся ему, и вскоре они уже обменивались кокетливыми взглядами. По дороге домой, Дэн молчал несколько кварталов, то потом посмотрел на Пану и просто сказал: - Мне очень жаль. - Парень просто был пьян и дурачился, не было никаких причин для твоей ярости, - мягко ответил Пана. - Мне не нравятся люди, трогающие тебя, - это было единственное объяснение, которое Дэн мог предложить, но как только эти слова сорвались с его губ, он понял, как смешно это звучит. Когда они вернулись домой, Пана плюхнулся на диван и Дэн,взяв из холодильника два пива, присоединился к нему. Пана некоторое время переключал каналы, пока в конце концов не остановился на канале, где показывали “Пиратов Карибского моря”. Только он приготовился смотреть, как Дэн забрал у него пульт. -Я не настроен сегодня смотреть на пиратов, - он раздраженно переключил на другой канал. - Это очевидно, - прозвучал ответ: было непонятно – злится Пана или издевается. Дэн поднял бровь, но Пана повернулся к телевизору, где только начинался фильм “300 спартанцев”. Когда он смотрел этот фильм в первый раз, тот его не особо заинтересовал. Но теперь вид мускулистых древних воинов и демонстрация их боевых навыков привлекли его. Сидящий рядом Дэн тоже с неподдельным интересом следил за каждой батальной сценой. Когда один из персонажей получил удар ножом, Пана невольно протянул руку к своему боку. Он почувствовал необъяснимый приступ боли. Дэн покачал головой: - Он ослабил защиту, - сказал он, закатив глаза на экран,- и открылся слева.Ему надо было уйти вправо, обойти противника и ударить его щитом. Парень бы упал, а он, возможно, сохранил бы жизнь. -Если бы у него было копье, понадобилось бы еще меньше усилий, - ответил Пана. - Один хороший удар сзади по ногам поставил бы противника на колени, а его горло оказалось бы открыто для смертельного удара. Быстро и без лишних движений. - Ты много знаешь о тактике боя, - сказал Дэн, оглядываясь на Пану снова. - Очевидно, ребенком где-то это видел, - ответил Пана, пожав плечами. Они молча смотрели еще некоторое время, пока персидский посланец не прибыл к царю Леониду. Когда на экране крупным планом показалось лицо посла, оба мужчины подались вперед, уставившись в телевизор.У Дэна отвисла челюсть, пока он всматривался в красивое лицо актера, с золотым пирсингом в брови и ноздре, с темной кожей, блестевшей в золотистом свете. Пана неосознанно поднес руку ко рту, будто сдерживая удивленный возглас. Было что-то настолько знакомое и близкое в этом человеке, что они оба оцепенели от ужаса, когда Джерард Батлер, выкрикнув культовую реплику"Это Спарта!", мощным ударом в грудь скинул несчастного посла в колодец. -Наставник! - вскрикнул Дэн, когда мужчина упал. - Эномай! -ахнул Пана. - Кто?-произнесли они одновременно, так же синхронно повернув друг к другу головы. Когда фильм закончился, Дэн остановил титры, чтобы посмотреть имя актера. Имя Питер Менса было ему незнакомо и не прояснило, почему он почувствовал леденящий душу ужас, наблюдая за смертью его персонажа.И еще более загадочным,чем это ощущение, было то, что в тот момент Дэн назвал человека Наставник, но Пана сказал что-то другое. -Ты назвал его Эномай, - спросил он Пану. - Почему? - Потому что его так зовут, -раздраженно ответил тот, как будто это должно было быть очевидным для Дэна. Пока Пана был в душе, Дэн вбил “Эномай” в Google, но результат поиска никак не был связан с актером Питером Менсой. Единственным правдоподобным результатом, который выдал ему поисковик, было имя гладиатора, который принимал участие в восстании рабов в Древнем Риме. Странный приступ тоски никак не проходил и Дэн долго стоял в душе, в надежде, что горячая вода смоет напряжение. Он вышел из душа и, обернув бедра полотенцем, протянул руку, чтобы вытереть запотевшую поверхность зеркала, но его рука замерла в воздухе. На зеркальной поверхности, сквозь дымку пара он увидел отражение человека, которого он назвал Наставник, затем в тумане начали проявляться другие лица: красивая темноволосая женщина, воинственная блондинка и бородатый мужчина с дружелюбными глазами и веселой улыбкой. Имена эхом отдавались в голове, шепча ему из далекого прошлого – Мира, Сакса, Донар. Дэн моргнул и потер глаза, когда изображение исчезло и взамен появилось другое. Он обнаружил, что лицо, смотрящее на него из зеркального отражения, такое знакомое и такое родное, заставляет его сердце сжиматься от неизбывной тоски, от осознания необратимости потери. Темные глаза, темные волосы, заплетенные в короткие косы, и широкая улыбка – лицо начало исчезать, как только пальцы Дэна коснулись холодной поверхности. Он беззвучно прошептал "Дуро". Но видение исчезло так же быстро, как появилось, оставив Дэна стоять в ванной, глядя на свое отражение и не понимая –это капли воды катятся вниз по поверхности зеркала или слезы по его щекам. Позже, лежа в темноте и слушая ровное дыхание спящего рядом мужчины, Дэн успокоился, но ему по-прежнему не хватало умиротворения, которое мог дать только один человек. Он хотел чувствовать тело Паны, прижатое к своему, и ощущать его объятья.Повернувшись на бок, Дэн прижался к его спине и уверенно обернул вокруг него руку.Пана тихо заворочался во сне и еще плотнее прижался к груди Дэна. Дэн зарылся лицом в волосы малыша, вдыхая запах его шампуня, и, нежно поцеловав его в затылок,закрыл глаза, чувствуя спокойствие и безопасность. Он задремал, паря в этом спокойном месте между сном и сознанием, когда что-то внутри него проснулось. Душа древнего гладиатора, который любил сирийского воина во времена, давно ставшие историей, потянулась к тому, кто владел его сердцем. Дэн почувствовал, как его руки скользнули по груди Паны вниз к животу, его нога поднялась и обвила бедро, плотнее притягивая юношу к своему телу. Дрожь возбуждения волной прокатилась по телу и сосредоточилась в паху, когда губы нашли шею Паны. Пана блаженно вздохнул,ощутив чудесно знакомое сильное тело, прильнувшее к его спине, и мускулистые конечности, обвившиеся вокруг него. Это возродило что-то глубоко внутри. Он прижался спиной к теплой коже, чувствуя, как мягкие губы прикасаются к его шее. Тихо постанывая, он наклонил голову, давая лучший доступ к шее. Теплый, влажный язык прочертил линию по его коже. Когда зубы мягко потянули его за мочку уха,он судорожно вдохнул и почувствовал, как вынырнул из сна в реальность. Он ощутил прикосновение губ к уху и теплых пальцев, скользящих по его груди к животу. - Ты – мое сердце, - прошептали губы ему на ухо, и он повернулся в объятиях, которые ждали несметное количество жизней, чтобы снова обнять его. -Агрон? - выдохнул юноша имя. - Да, Назир, я здесь, - ответил мужчина, дрожащим от сильных эмоций голосом. Продолжение следует ....