Две души

ДВЕ ДУШИ Глава 6 Назир проснулся и с удивлением обнаружил, что лежит в постели. Это было весьма необычное ощущение. Будучи рабом, он обычно спал на полу в спальне господина, а за три года в армии Спартака привык спать в любом месте, где можно было прислонить голову. Потому настоящая кровать была роскошью, которой он никогда не знал, пока они не захватили Синуэссу. Он перевернулся в кольце сильных рук. - Агрон? - Да, Назир, я здесь. Даже звук его голоса заставил сердце трепетать раненной птицей. Знакомое ощущение тела любовника рождало судороги желания в теле, рот потянулся за поцелуем. Язык Агрона очертил контуры его губ и замер перед входом. Назир охотно принял его. Очень долго, слишком долго он скучал по своему гладиатору. Слезы катились по его щекам и он изо всех сил сжал Агрона в объятиях. - Ты вернулся ко мне, - прошептал он в губы германца, которые целовали его снова и снова. - Я слишком долго был вдали от тебя, - сказал Агрон, притянув гибкое тело Назира плотнее к своей груди. - Где мы, Агрон? - Мы дома. – Это Агрон говорил Назиру каждый раз, когда они вновь находили друг друга. В какой бы части света они ни были, и какой бы ни был век, там где был Назир, где они были вместе, Агрон был дома. Сколько раз они возрождались? Сколько жизней прожили? Назир сбился со счета. Единственное, что он знал наверняка, единственное, о чем заботился, было то, что они продолжали возвращаться в объятия друг друга. Каждый раз, когда они переживали подобное новое пробуждение, это было как влюбиться снова. Каждое прикосновение было новым открытием. Назир любил этот драгоценный момент в жизни, когда они снова находили друг друга, душа узнавала душу в счастливом воссоединении. Однажды, очень давно, Агрон поклялся, что сами боги не смогут вырвать Назира из его объятий, а Назир обещал, что его место всегда рядом с Агроном. И они сдержали эту клятву, возвращаясь в мир, чтобы жить и любить друг друга снова и снова. Иногда их путь друг к другу бывал трудным и признание медленным. Так случилось в то время, когда Запад еще являл собой дикие безграничные просторы и бизоны все еще бродили по равнинам. Высокий, сильный мужчина с веселыми зелеными глазами и искренней улыбкой рисковал всем, что имел, в погоне за золотой мечтой. В течение многих месяцев он не разгибал спины по колено в холодных водах быстрой реки, высматривая крупинки драгоценного металла, в то время как молодой воин Навахо наблюдал за ним с вершины холма и ветер трепал перья, вплетенные в его длинные черные волосы. Время шло, росло доверие и они стали друзьями, но прошло много лет, прежде чем однажды, в порыве гнева, индеец зашипел. Звук его ярости вызвал у золотоискателя видение древнего Рима и гладиаторов. Но были и другие времена, когда их воссоединение было неожиданным и внезапным. Когда тяжело раненый и измученный крестьянин рухнул у ворот средневекового монастыря, первыми словами, которые он сказал молодому монаху, бросившемуся к нему на помощь были “Помоги мне, Назир." - Ты в безопасности, Агрон. Ты со мной, ты в безопасности, - утешил его незнакомец. И сейчас, в этой жизни, воспоминания поднимались на поверхность и опускались в глубины сознания снова и снова. Пока наконец, навеки связанные две души потянулись друг к другу, два сердца воссоединились, а узы их любви оказались достаточно сильны, чтобы привести двоих в объятия друг друга и вновь соединить влюбленных. -Глядя на тебя, я думаю, что с каждым разом ты становишься все красивее, - прошептал Агрон на ухо Назиру. - А я думаю, что ты, как и прежде, льстишь мне в погоне за желаниями тела, -рассмеялся Назир, и этот звук заставил сердце Агрона затрепетать. - И я получу твое тело и все удовольствия, которые оно сулит, -ухмыльнулся Агрон, а его руки, двигаясь медленно, но целеустремленно, снимали одежду Назира и свою собственную, чтобы ничего не мешалo ему ощущать тепло кожи своего мальчика. Он переместил свой вес, перекатил Назира на спину и накрыл его своим телом. Опираясь на локти, Агрон приподнялся и посмотрел на единственного человека, которого когда-либо любил. Когда он прижался к его смуглому, гибкому телу, потерся бедрами о свидетельство крайнего возбуждения сирийца, Назир начал задыхаться. Агрон наклонился за еще одним поцелуем и с жадностью прильнул к нежным, теплым губам. Голова Назира оторвалась от подушки, рот приоткрылся и их языки,соединившись, начали неспешно изучать друг друга. Назир издал звук удовольствия, похожий на мурлыканье. Мурлыканье перешло в дрожащее хныканье, когда рот Агронa скользнул вниз по подбородку к шее, а жесткая щетина щекотала и царапала чувствительную кожу. Слегка прикусывая зубами горло Назира, Агрон проложил дорожку поцелуев от шеи любовника вниз к груди. Когда-то давно Назир носил на шее три фаллических амулета, каждый из которых Агрон подарил ему в честь какого-либо значительного и особенного события, известного только им двоим. Агрон часто прикасался к ним, исследуя губами шею сирийца. Иногда, когда они вместе стояли в дозоре или просто беседовали с кем-то во время недолгого затишья, Агрон обвивал рукой шею Назира, его пальцы рассеянно перебирали эти длинные, цилиндрические безделушки. Но теперь Назир носил другое ожерелье, которое крепилось на тонком кожаном шнурке. Это была высеченная из жадеита (полудрагоценный камень, разновидность нефрита, - прим. переводч.)простая, но красивая фигурка в форме “пикору" – маорийского символа дружбы, верности и вечной любви. Рот Агрона добрался до талисмана, поцеловал его, язык очертил его изогнутые контуры, прежде чем оставить влажную дорожку на шее Назира по пути обратно к его рту. Агрон тоже носил на своем теле символ вечной жизни и вечной любви – кельтскую татуировку на бедре. Сейчас он мысленно предвкушал момент, когда Назир обнаружит ее и уже его язык будет медленно исследовать ее. Когда их поцелуи стали более жадными и отчаянными, он почувствовал, как ногти Назира впиваются ему в спину, гибкое,сильное тело извивается под ним. Назир высвободил из-под Агрона ноги, колени скользнули по его бедрам и обвили талию. -Я помню твои ноги, -прошептал Агрон ему в губы, а затем склонил голову и провел языком по челюсти Назира. - А мои ноги помнят твои ласки, - ответил Назир и,пошевелив бедрами, прижался возбужденным членом к члену Агрона. Ощущение жара его плоти заставило Назира стонать от удовольствия, когда он потерся о накачанный живот любовника. Они оба были возбуждены и выделяющаяся смазка увлажняла их члены и животы так, что от блаженного ощущения трения у Назира темнело перед глазами. Агрон слышал, как его дыхание стало неровным и прерывистым. -Ты красив, как бог, - улыбнулся Агрон, восхищенный невероятно сексуальным выражением удовольствия на лице Назира. – Я мог бы вечность смотреть на то, как ты выглядишь в данный момент. - Я получаю от тебя только слова, хотя давно должен был получить твой член, - проворчал Назир. Он вцепился в плечи Агрона, выгибаясь вперед, давая понять, как он хочет чувствовать его внутри. Желание блестело в его глазах, выражение досады застыло на лице. Агрон безмятежно улыбнулся, дразня его, вызывая еще большее нетерпение. Его язык вторгся в рот Назира, прерывая недовольное ворчание. Агрону нравилось медлить, дразнить малыша, и если было что-то, что он любил больше послушного, отзывчивого Назира в своих объятиях, то это был возбужденный и нетерпеливый Назир под ним. Агрон прижался к нему всем телом, сковывая его движения своим весом, и вынуждая его ждать. Изловчившись, Назир поднял ноги и обернул их вокруг талии Агрона, но тот протянул руку и скинул их вниз, а затем приподнял бедра и полностью подмял под себя гибкое тело сирийца. -Ты отвергаешь меня? -Назир уже рычал, его глаза горели огнем дикого голода. - Я хочу дать тебе все, что ты желаешь и даже больше, - слова Агрона перемежались укусами и поцелуями, он легко посасывал и царапал небритым подбородком шею и плечо Назира. Назир метался под ним, царапая ногтями спину Агрона и демонстрируя свое нетерпение. Ему казалось, что каждый нерв в его теле звенит от напряжения. Он отчаянно желал уже почувствовать Агрона внутри, хотя германец стремился продлить их воссоединение и сполна насладиться эйфорией. И это всегда было так:страстный и нетерпеливый Назир никогда не желал ждать, пока их смена на карауле будет окончена. Он часто провоцировал Агрона, возбуждая до такой степени, что гладиатор в нетерпении прижимал его к стене и начинал страстно целовать, более не заботясь о том, что они могут попасться. Даже Спартак отказался от попыток отправлять их вместе на охоту, потому как единственное, с чем они возвращались, были довольные улыбки на лицах. Вообще-то, Агрон был хорошим охотником, но Назир был слишком сильным отвлекающим фактором. Зарывшись пальцами в волосы Агрона, Назир притянул его ближе, их губы снова встретились и языки в очередной раз устремились навстречу друг другу. Он любил чувствовать Агрона, любил его крепкие объятия, упивался ощущением его веса, вжимавшего его в постель. Он был тяжелый, его гладиатор, но Назиру это тоже очень нравилось. Он провел руками по бокам Агрона, слегка коснулся его бедер, скользнул по упругим ягодицам. Неожиданно Назир сжал пальцы, сгребая две горсти плоти, ладонь скользнула в ложбинку между ягодицами. Тяжело дыша,Агрон оторвался от поцелуя. У него был такой же ошеломленный взгляд, как и раньше, когда Назир заставал его врасплох. ¬- На твоем месте, я бы не стал дольше медлить, - потребовал сириец. Он подался вперед, прикусил нижнюю губу Агрона, сильно потянул ее зубами и услышал громкий, протяжный стон. Агрон это обожал, почти так же, как он любил делать это с Назиром. После еще одного страстного поцелуя, Агрон неохотно подтянулся и поднялся. ¬¬- Куда ты? Я с тобой,- Назир вдруг резко обернулся и вцепился в запястье Агрона. Он слишком часто испытывал страх потерять Агрона в бою и не любил терять его из поля зрения. - Подожди, я вернусь через минуту, -ласково успокоил его Агрон, осторожно вытягивая руку из его хватки. Проникающий в комнату лунный свет на мгновение осветил великолепное тело германца, затем он растворился в темноте. Назир глубоко вздохнул, чтобы успокоиться,повернулся на бок, закрыл глаза и стал ждать, как он делал это раньше. Через несколько мгновений он почувствовал, как матрас прогнулся под весом Агрона, теплые губы прижались к затылку, когда любовник скользнул под одеяло позади него. Спиной Назир чувствовал успокаивающее тепло кожи Агрона, в то время как его рука уверенно скользнула между ягодиц, пальцы начали мягко массировать упругие мышцы у входа в его тело.Вещество, покрывающее его пальцы, было гуще и прохладнее, чем масло,которое они обычно использовали. Назир вздрогнул,когда Агрон мягко протолкнул кончик пальца внутрь и начал совершать медленные, осторожные круги. Он глубоко вздохнул, расслабился и полностью отдался во власть возлюбленного.Потянувшись назад, Назир положил руку на бедро Агрона. Почувствовав, что готов, он мягко поцарапал ногу Агрона, слегка проведя ногтями вверх и вниз по его коже. После стольких лет это было их сигналом о том, что Агрон может продолжать. Он слышал рокот желания в груди Агрона, в то время как его палец проник глубже в плотное кольцо мышц и на мгновенье застыл внутри. Назир ахнул и Агрон начал мягко целовать шею и плечо, чтобы отвлечь его. -Еще? –спросил он хриплым от желания голосом. Назир прерывисто выдохнул, мотнув головой в знак согласия, и Агрон добавил второй палец, затем медленно их вытащил и вновь мягко толкнул внутрь, замерев и позволяя Назиру привыкнуть к ощущениям. Он начал постепенно открывать и закрывать пальцы, поворачивая их, чтобы растянуть и подготовить тело Назира. Дыхание сирийца еще более участилось, он уже сам толкался навстречу его руке, и Агрон добавил еще один палец, орудуя уже тремя и одновременно целуя и кусая шею Назира, шепча ему на ухо слова любви. Когда Назир начал двигаться, требуя больше и, повернув голову назад, искал поцелуи, Агрон знал, что он готов. Вытащив пальцы, он услышал разочарованное ворчание Назира. - Повернись, я хочу видеть твое лицо, когда войду в тебя, - пробормотал Агрон, проведя языком по руке Назира. Он приподнял его тело, помогая перевернуться. Назир всегда был красив, но Агрон подумал, что малыш никогда не выглядел великолепнее, чем сейчас. Проникающий в комнату поток лунного света освещал его гибкое тело, смуглая кожа мерцала приглушенным серебристым сиянием. Ласковые глаза смотрели на Агрона, ожидание экстаза отразилось на его лице, когда он обвил ногами бедра германца. Могучий гладиатор не нуждался в большем стимуле, чем этот. Он растер оставшуюся часть смазки между пальцами, провел ими по своему члену и рукой направил его в тело Назира, на мгновение замерев против входа. Руки Назира скользнули вверх вдоль предплечий Агрона, остановились на его плечах и крепко их обхватили, приготовившись. Сам он замер в ожидании. Агрон уверенно толкнулся вперед, закусив нижнюю губу, когда почувствовал, как тело Назира в первое мгновение сопротивляется вторжению, но затем головка члена мягко преодолела уютный барьер мышц. Назир зашипел от секундной боли и глубоко вздохнул, когда Агрон двинулся дальше,одновременно покрывая поцелуями шею Назира. Это было то, что он обнаружил еще в самом начале: чувствительная кожа юноши обеспечивала достаточно отвлекающих ощущений, чтобы преодолеть первый болезненный этап. Вот и теперь боль сменилась невероятной радостью, знакомые ощущения заставили Назира вздыхать от счастья. Он потянулся вверх, требуя поцелуя, и Агрон с удовольствием ответил ему. Их рты столкнулись в страстном поцелуе, сминая губы и ударяясь зубами. Назир не мог насытиться Агроном, его ртом, его членом. Он пошевелился, сжимая бедрами его тело, умоляя двигаться. Агрон усмехнулся, но исполнил его молчаливую просьбу. Это было божественно. Агрон двигался медленно, уверенно, он почти выходил из тела Назира, а потом снова толкался вперед, входя на полную длину. И все это время он неотрывно смотрел в безумные от страсти глаза Назира, который приподнимал бедра навстречу толчкам и вскрикивал от удовольствия каждый раз, когда головка члена скользила по чувствительной точке глубоко внутри него. Уютное тепло тела сирийца и тугой зажим его мышц сводили Агрона с ума. Он погрузился в ощущения абсолютного блаженства, чувствуя, как Назир глубоко внутри сжимает его член мышцами. Когда малыш в первый раз применил этот трюк, Агрон мгновенно потерял контроль, что привело к незапланированной кульминации. Со временем он научился предвидеть интимные сюрпризы Назира и наслаждаться захватывающим ощущениями, не теряя при этом голову. Единственное, что Назир любил больше, чем ощущение члена Агрона глубоко внутри, возводящего его ко все более блаженным высотам, было то, как гладиатор смотрел на него, когда они занимались любовью. Их глаза никогда не отвлекались друг от друга, он мог видеть каждый толчок удовольствия, отражающийся на лице Агрона. Его улыбка с ямочками и его взгляд говорили о бескрайней любви, предназначенной Назиру. Их глаза обменивались тем, что не могли выразить слова. Назир быстро стремился к своему пику, и он хотел, чтобы Агрон разделил с ним этот момент.Он вцепился в плечи германца, оставляя на его коже заметные следы от ногтей. Бормоча бессвязные слова любви, он приподнял бедра, толкаясь вверх,выгибаясь всем телом, когда Агрон прикасался к заветной точке внутри него с каждым ударом. Стиснув внутренние мышцы, он сжал любовника, заставляя глаза Агрона расшириться в блаженном удивлении. -Долбанные боги, - прорычал Агрон, чувствуя как тело Назира сжалось вокруг его члена. Он закрыл глаза и несколько раз глубоко вздохнул, стремясь вернуть контроль над разумом. Назир прильнул к нему в страстном поцелуе, их языки переплелись. Это было больше, чем Агрон мог выдержать.Он прервал поцелуй, все его тело дрожало от напряжения. Он чувствовал, как руки Назира скользят между их телами, подводя его самого к блаженной кульминации.Спазм, возникший в пальцах,пронзил его тело, перед глазами поплыли огни, когда он, наконец, достиг вершины экстаза и оргазм сотряс тело. Он услышал протяжный стон удовольствия Назира, его тело судорожно сжалось.Член пульсировал, изливая напряжение глубоко внутри тела Назира. Малыш извивался под ним и Агрон продолжал двигаться в нем, продлевая его удовольствие настолько, насколько он мог, преодолевая последние дрожащие толчки страсти своего собственного тела. Когда все закончилось, он рухнул вниз на грудь Назира, задыхаясь, чувствуя, как каждый мускул в теле расслабляется. Кожа была скользкой от пота, сердце бешено билось. Назир под ним еще двигался, толкаясь к его телу, по-прежнему колеблясь на грани невозможной волны ощущений. -Дэниэл ... не останавливайся, - отчаянный призыв сорвался с губ Назира. При звуке этого имени, Агрон поднял голову и открыл глаза ... Продолжение следует…