Глава III
15 ноября 2014 г., 17:55
Проливной дождь, который закончился несколько часов назад и который заставил путников остановиться и заночевать в заброшенном доме, оставил после себя ужасную сырость и морозную свежесть. Из-за отсутствия легкого ветра стояла такая тишь по всей округе, что уставшей девушке казалось, будто сам воздух сгущался вместе с наступающими сумерками.
Тяжело вздохнув, куноичи взглянула на ночное небо, где в проблесках между чёрных туч прошедшего ливня загорались яркие звёзды.
— Ребята, — тихо произнесла Харуно, вспоминая своих друзей по Академии, — простите меня, простите за то, что ничего не объяснила, что исчезла, ничего не сказав, что покинула вас, при этом уверенно обманывая и говоря противную ложь прямо в лицо. Но… — обхватив себя руками, ниндзя окинула печальным взглядом ночной небосвод, — у меня не было иного выхода. Не было…
Смотря на миллион сверкающих точек на тёмном покрывале неба, медик вспоминала своих близких и родных, их лица, счастливые улыбки, сверкающие глаза, в которых неугасимо пылала воля Огня. Она вспоминала тех, кого ей пришлось покинуть, пришлось оставить, ни смотря, ни на что, и даже предать во имя Конохи, чтобы выполнить возложенную на её хрупкие плечи секретную миссию, на которую тайно отправила Хокаге, узнав очень ценную информацию из достоверных источников.
— Сакура, — неожиданно томящую тишину нарушил хриплый голос нукенина, который застал девушку врасплох.
Из-за его осипшего голоса, куноичи вздрогнула всем телом, мгновенно вырвавшись из цепких лап глубоких размышлений.
— Я здесь, — в который раз, чисто рефлекторно, за недолгий вечер ответила медик, обернувшись к своему пациенту.
Напарница мгновенно оказалась подле мужчины, который в очередной раз пришёл в себя за этот вечер, но который так же быстро проваливался в небытие, не позволяя всучить гению клана Учиха приготовленное лекарство и тем самым помочь ему побороть банальную простуду.
Рассердившись не на шутку, особенно на халатное отношение к своему здоровью со стороны мужчины, Сакура обдумывала пути подачи спасительного средства. Конечно, был один способ, который заставлял сердце куноичи биться чаще в груди, а щёки заалеть из-за внутреннего огня, но Харуно, как девушке, было неловко его применять. И потому она отвергала его, отодвигала в самый дальний и тёмный уголок разума.
Но она ведь медик! А у врачей, как известно, понятие «пол» не существует.
— Сак-ку-ра… — вновь прохрипел брюнет женское имя, чуть повернув голову в сторону напарницы.
— Хм, — изогнув тонкие брови, вырвалось из приоткрытых уст ученицы Пятой.
«Больше всего меня удивляет тот факт, что в столь тяжёлом состоянии он зовёт не своего родного и любимого братца — Саске Учиха, что было бы логично предположить, а меня… Странно всё это…»
— Са… — и мужчина зашёлся в диком кашле.
— Ксо! — воскликнула девушка, оценив состояние своего напарника, которое ухудшалось с каждым часом. — Если ему сейчас не дать приготовленное мною лекарство, ему будет только хуже с каждым часом.
Приняв самое сложное, как она считала, решение, Харуно тяжело вздохнула, собираясь со своими сумбурными мыслями, которые так некстати, расходились в разные стороны и не спешили собираться в одно единственную цепочку.
— Соберись, Сакура, — обращаясь к себе, девушка таким способом старалась взять себя в руки и вернуть хладнокровное самообладание, коим она в последнее время гордилась. — Ты сможешь это сделать. Сможешь. Просто не стоить дрейфовать, особенно тогда, когда напарник сгорает от внутреннего жара и высокой температуры.
— Са-к-ку-ра, — произнёс Итачи, чуть вынув руку из-под покрывала, которым девушка накрыла его до этого момента, чтобы согреть.
— Ты меня такими темпами в могилу сведёшь раньше положенного срока, — огрызнулась медик, а потом перевела взгляд на приоткрытые губы.
— Была, ни была, — произнесла ученица Хокаге и заглотнула приготовленное средство.
Она уверенно наклонилась к такому родному и к такому красивому лицу представителя великого клана Учиха, который, кстати, изредка метался по импровизированной кровати, что-то нашёптывая и зовя именно её и только её.
Не церемонясь, девушка прильнула к его устам, при этом лишь на пару мгновений ощутив мягкость его губ, она настойчиво влила лекарство внутрь, а потом, оторвавшись и тяжело дыша, насильно заставила напарника проглотить раствор.
Да, лекарство имело не такой уж и привлекательный привкус, но зато, а Сакура в этом была уверена на все сто процентов, имело действенный эффект, который, кстати, как и планировала медик, быстро позволит устранить симптомы болезни, которую подхватил Итачи во время выполнения не сложной миссии.
— Ну вот, — произнесла она ошеломлённо, прокручивая этот момент у себя в голове. — Теперь осталось только подождать, пока жар спадет.
И только она собралась встать и убрать ненужные вещи в собственную сумку, как мужская рука схватила её и в следующее мгновение дернула Харуно на себя.
— Что? — только и успела она произнести перед тем, как упасть на Итачи сверху.
— Сакура, — приоткрыв свои чёрные, но в тоже время туманные, глаза, произнес мужчина, всматриваясь в обескураженную напарницу.
— Так ты не спал? — удивлению не было предела, и именно из-за этого Харуно разозлилась пуще прежнего. — Да как ты? Как ты можешь так издеваться надо мной? Как ты… Да ты… Ты…
Девушка толком и понять ничего не успела, как ощутила горячие губы Учиха, которые тут же нашли и прижались к приоткрытым от возмущения её, а его руки слишком крепко обвили женское тело, тем самым не позволяя ниндзя — медику вырваться из стальной хватки.
Больной настойчиво углубил поцелуй, при этом переместив одну свою руку на затылок куноичи, притягивая сопротивляющуюся напарницу к себе намного ближе.
— Прошу тебя, оставайся со мной и дальше, — донёсся до неё тихий голос носителя Шарингана, когда тот нехотя оторвался от сладких уст, которые так манили, которые были желанны с самого начала их совместного путешествия.
— А?
— И знай, что я не отпущу тебя, даже если ты сама попытаешься уйти от меня… — хриплым голосом ответил гений клана. — Лучше предупрежу сразу, просто повинуйся и… будь готова…
— К чему готова? — переспросила куноичи, а потом мир перед её глазами резко перевернулся с ног на голову, изменив своё расположение в пространстве.
— И-и-та-чи?
— Тише, я тебе ни сделаю ничего плохого, — прошептал мужчина, опаляя нежную женскую кожу своим неистовым жаром, а его пальцы нежно обводили контур лица медика, временами касаясь приоткрытых от удивления пухлых губ.
— Учиха! — запротестовала ученица Пятой, когда нукенин приподнялся на локтях и изучающим взглядом окинул лежащую под ним напарницу, которая, кстати была одета в его же рубашку на практически оголённое тело.
— А тебе идет, — вдруг произнёс он, оценив вид Харуно.
— Чего? — непонимание так и сквозило в её голосе.
— Тебе к лицу мои рубашки, особенно на практически оголённое женское и такое соблазнительное тело.
— Прекрати! — тут же отозвалась медик, мгновенно краснея от услышанных слов.
— Почему ты раньше так не ходила передо мной, когда мы оставались в поселениях в одном номере на ночь?
Прикрывшись руками и засмущавшись мужчину, который нависал над ней и который тяжело и рвано дышал, девушка попыталась вывернуться из «оков» и вырубить нукенина одним ударом, но задуманным планам в итоге не суждено было сбыться.
— Нет, — резко рыкнул Учиха, разозлившись на неё, а точнее на её действия.
— Н-но… — начала, было, Сакура, не обращая внимание на рассерженный тон напарника, но Итачи не позволил ей завершить фразу, слегка наклоняясь к ней ближе, мягко прислонив указательный палец к её распухшим от поцелуя губам:
— Шшш, — шёпотом остановил он её слова, продолжая сокращать расстояние между ними до минимума, при этом его губ тронула едва заметная улыбка, — ничего не говори…
Эти слова гений клана Учиха сказал таким низким, томным и сексуальным голосом, что у куноичи Листа что-то сжалось внизу живота и стало вдруг невыносимо жарко.
— М-м-м, — протестующее промычала в ответ девушка, начав при этом не специально извиваться под жарким телом нукенина, упершись маленькими кулачками в его грудь, которая вздымалась при каждом тяжелом вдохе.
Высокая температура и неистовый жар не давали возможности бывшему шиноби Листа здраво мыслить в столь щекотливой ситуации. Но больше всего масла в огонь подливал нежный и такой приятный аромат, который исходил от нежной и бархатистой кожи девушки.
В очередной раз, изогнувшись под мужским телом, Харуно всё же удалось перевернуться на бок, но Итачи, словно очнувшись, резко схватил её за плечи и притянул обратно, при этом сев на её ноги, тем самым преграждая любые пути к отступлению.
— Нет! — воскликнула она, когда парень одной рукой закрепил её нежные запястья над головой. — У тебя жар, Итачи! — начала она тараторить, чтобы хоть как-то отвлечь больного от собственной персоны. — И тебе нужно больше отдыхать!
— Я и так отдыхаю, — вдруг ответил он хриплым голосом, когда его тёмный взгляд заметил, что пара пуговиц на рубашке были расстёгнуты и открывали великолепный вид соблазнительную грудь, которая при глубоких и частых вздохах соблазнительно вздымалась, будоража его мужскую сущность.
Теперь-то Учиха мог преспокойно лицезреть светлую кожу.
Ох, как же он хотел в данный момент коснуться этой кожи, как же он мечтал почувствовать её сладкий и приятный вкус, насладиться тихими стонами напарницы, которые бы издавала она.
Он дико этого желал.
— Это не отдых! — запротестовала она, а в этот момент его пальцы свободной руки проскользнули вниз по её щеке, потом вниз по подбородку, немного оттопыривая нижнюю губу.
Его взгляд тут же помутнел.
Гений сильнейшего клана про себя отметил столь приятный факт, что в данный момент Сакура выглядела невинно, но в тоже время чертовски привлекательно и сексуально, что даже от одного её такого вида, дикое желание стремилось к наивысшей точке, не желая при этом останавливаться, ни на секунду.
Лёжа под ним в его же рубашке, которая, кстати, была уже расстегнута на половину из-за слишком частых брыканий с её стороны, куноичи старалась не смотреть и не пересекаться с его взглядом Повелителя ночи.
Поэтому она отвела голову в сторону, смотря на горящий неподалеку костер, который согревал маленькое помещение своим теплом, а не на лицо нукенина, которое было в опасной близости от неё.
Харуно прекрасно знала, что противостоять ему она не сможет даже, если он в таком вот состоянии. И потому, чтобы хоть как-то бороться с собственным напарником, который сейчас не отдавал отчёта своим действиям, ниндзя-медик обдумывала дальнейшие пути решения сложившийся проблемы.
— Сакура, — позвал мужчина, чтобы хоть как — то обратить её внимание на себя.
Чисто автоматически, девушка обернулась на него, позабыв при этом про осторожность.
Взглянув в тёмные и застеленные пеленой желания глаза своего напарника, девушка вдруг осознала, что ничего вокруг кроме него самого в этот момент сейчас не существовало. Весь мир казался, слился в эту минуту для нее в бесцветное, окутанное туманом пространство, в котором она блуждала и откуда не могла найти выхода.
«Чёрт!» — это было последнее, о чем она смогла подумать.
Осторожно взяв её за подбородок, он склонился к ней, ведомым одним лишь чувством и желанием, опаляя её губы своим горячим дыханием.
Одна его ладонь легла ей на щеку, в то время как второй рукой он незаметно приобнял девушку за талию, мягко, но в тоже время властно притягивая к себе.
Столь приятные и лёгкие действия со стороны члена преступной организации «Акацке» заставляли женское тело трепетать и дрожать от нахлынувших ощущений.
Близость его разгорячённого тела, которое, кстати, было наполовину оголено, его дурманящий аромат, на удивление нежные объятия вскружили голову шиноби и Сакура, послав все имеющееся противостояния в разуме к чертям, решила поддаться новым и неизведанным чувствам, понимая, что всё произошедшее её напарник благоразумно забудет на следующий же день.
Да, это звучало разочарованно и обидно в какой-то степени, но так будет лучше для неё и для него самого.
Мгновение спустя его губы нежно прикоснулись к её, словно мужчина пробовал их на вкус. Этот поцелуй совершенно отличался от первого, который Итачи подарил ей после своего неожиданного пробуждения. Тот был ненасытным, жарким, требовательным, а этот был лёгким, приятным, опьяняющим.
— И-ита-чи, — тяжело дыша, прошептала медик, когда тот оторвался от неё на мгновение, чтобы сделать глоток необходимого воздуха. — Не стоит…
Когда Сакура произнесла его имя таким голосом, Итачи тут же понял, что теряет контроль, но было слишком поздно.
Остановить себя он уже не мог, да и не горел желанием.
— Прости, — только и ответил мужчина.
Харуно замерла, не смея пошевелиться, словно она боялась чего — то. Но вот чего именно, девушка понять так и не смогла.
Мысленно она старалась отогнать ненужные мысли, которые так некстати ворвались в её разум, и, пыталась успокоить сердце, которое бешено, колотилось в груди.
Но, даже понимая всё, что сейчас происходит, ученица Хокаге не хотела ничего прекращать, а даже наоборот, она глубоко внутри желала обнять Итачи, и ещё сильней ей хотелось подольше оставаться вот так, в крепких и одновременно нежных, ласковых объятиях напарника, который дарил ей свое тепло.
Вновь прильнув к её устам, при этом незаметно и даже как-то бесцеремонно расстегивая пуговицы на рубашке, гений истреблённого клана желал как можно скорее прикоснуться к её бархатистой коже, ощутить её мягкость и нежность под собой, провести по ней руками, при этом вызвав бурю ощущений у своей напарницы своими действиями. Больной с легкостью раскрыл её губы и ворвался диким поцелуем, срывая с уст девушки первый низкий звук то ли наслаждения, то ли возмущения.
Куноичи невольно поддалась вперёд, тем самым помогая мужчине снять с себя лишний предмет гардероба, который так мешал обоим коснуться разгорячённых тел. Ухмыльнувшись во время поцелуя, Итачи откинул рубашку куда — то в сторону, особо не церемонясь, но его поджидало очередное разочарование.
Несдержанно рыкнув, Итачи оторвался от соблазнительных губ и окинул взглядом, лежавшую по ним куноичи.
— Ах… — вырвалось из уст Харуно, когда тот резко прервал жаркий поцелуй, который вскружил голову девушке.
— Сними, — незамедлительно потребовал мужчина.
— Что? — не понимая, чего именно требует от неё Итачи, парировала она, смотря на своего пациента взглядом полным желанием и страсти.
— Сними, — повторил Акацке свою фразу, пальцем проведя по шее, а потом, медленно спустившись вниз, коснулся сетчатого топа, который преграждал путь к нежной коже медика, — его.
Тяжело дыша, Сакура больше не отдавала себе отчёт в собственных действиях и поступках. Будучи не в силах противостоять своим чувствам и зародившимся желаниям, она издала тихий звук разочарования, когда сама осознала, что кроме рубашки на ней был надет еще и топ шиноби.
— Придётся потерпеть… — томным голосом ответила она, на что Учиха вновь рыкнул.
— Не желаю, — хрипло произнёс больной и, нежно схватив её за руки, потянул за собой, а потом бесцеремонно завладел её губами, при этом нетерпеливо блуждая по девичьему телу, изучая плавные изгибы, и тем самым пытаясь отыскать ненавистную на данный момент застежку топа.
To be continued…
