Это моя история

— Так, сейчас ты соберешься и пойдешь домой, — мы с Катей просидели в туалете почти до самого конца урока. Я знала, что получу потом взбучку от Кристины и от учителя, но мне было плевать. Главной задачей для меня было — помочь Кузнецовой. — Не пойду, у меня ещё уроки, — вяло запротестовала одноклассница. — Раньше тебе ничего не мешало пропускать уроки, что сейчас изменилось? Кать, я сказала, ты пойдешь домой, и я не пошутила. Видимо девушка поняла, что нет смысла со мной спорить и молча поднялась с пола. Я могла бы подумать, что Кузнецова действительно хотела взяться за ум, но её благодарный взгляд дал мне понять, что время ещё не пришло. Мне было страшно смотреть на одноклассницу. Она еле передвигалась, при каждом шаге она слегка морщилась, а эти ужасные круги под глазами… даже слов не хватает, чтобы описать все, что я видела своими глазами. Из-за увиденного внутри меня бушевала ненависть к Егору. Мне хотелось избить его, заставить мучиться, чтобы он понял, каково это. И он обязательно пожалеет. Звонок с урока прозвенел как раз в тот момент, когда я выпроводила Катю из школы. Мой телефон уже разрывался от звонков и сообщений. Естественно отправителем была Белова. Она приказывала мне немедленно прийти к ней, иначе она убьет меня на месте. Дабы не злить лучшую подругу я направилась обратно на второй этаж. — Ты сдурела? Куда пропала-то? Я тебе звоню, звоню, а ты трубку не берешь! Что случилось? — налетела на меня Кристина. — Подожди, у меня есть небольшое дело, — я давно уже заприметила одиннадцатый класс, выходящий из кабинета алгебры. Взяв из рук подруги портфель, я направилась прямо к Егору. Когда он заметил меня, на его лице расцвела приветственная улыбка. — Привет, — начал он, но продолжить я ему не дала. Со всего размаху, изо всех сил я влепила пощечину бывшему парню. Он был в шоке, как и все вокруг. Никто просто не ожидал, что я могу сделать такое с самым популярным парнем в школе. Борисов смотрел на меня широко распахнутыми от удивления глазами и держался рукой за покрасневшую щеку. — Ты что, с ума сошла? Ты че творишь? — Никогда, слышишь, никогда больше не смей прикасаться к Кате! Если я узнаю, что ты её обидел, я обещаю тебе, я сделаю так, что ты жить нормально не сможешь, — сказав это, я развернулась и подошла к ошарашенной подруге. — Что это было? — казалось, что ещё чуть-чуть и глаза Кристины вылезут из орбит. — А, ты о чем? — беззаботно протянула я. — Ты только что ударила Егора? Мне не показалось? — Нет, не показалось. — Но… за что? — подруга остановилась, давая понять, что не пойдет дальше, пока я ей все не расскажу. — За то, что руки распускает, — буркнула я и потащила подругу в сторону класса русского языка. Конечно же мне все-таки пришлось рассказать Кристине все, что произошло во время второго урока. Она сначала смотрела на меня, как на дуру, потом, вроде как, смягчилась, а потом и вовсе поддакивала мне и говорила, что я все сделала правильно. Ну что тут скажешь? Женщины. Егора я больше не видела. Он пропал куда-то сразу же после наей «ссоры». Если честно, я вообще о нём не думала. А зря…

POV Кузнецова

Я не знаю, как только мне хватило сил, чтобы добраться до дома. У меня ужасно болели ноги, руки, живот, голова, вообще все мое тело умоляло меня прекратить пытать его. Ноги еле держали меня, руки не слушались, поэтому открыть квартиру было настоящей проблемой. Но кое-как я все-таки справилась с этим и прошла в теплую прихожую. Не обращая внимания ни на что вокруг, я отправилась прямиком в спальню, так как мои глаза уже были в полузакрытом состоянии, и я чувствовала, что ещё чуть-чуть, и вырублюсь прямо в коридоре. Стоило только плюхнуться на большую мягкую кровать, как я сразу же уснула. Меня разбудил громкий стук в дверь. Будь проклят тот человек, который сейчас находится на лестничной клетке! Ненавижу, когда меня будят, а когда я себя так ужасно чувствую, тем более. Почему все не могут просто оставить меня в покое? Размышляя об этом, я поплелась открывать дверь. Не было никакого страха, когда Егор стальной хваткой схватил меня за горло, не было никаких слез, когда он начал душить меня, не было никакого облегчения, когда он меня отпустил. Не было ничего, вообще. Я просто смотрела в его горящие ненавистью глаза и ждала. — Нахрена ты ей все рассказала, дура?! — ударяя кулаком в стену около моей головы, проорал Борисов, — ты хоть понимаешь, что ты мне все испортила? Я почти добился своего, а ты… дура! Ещё один удар пришелся на несколько сантиметров ближе к моему лицу. Я даже не вздрогнула. А зачем? Он все равно не остановится, а со своей участью я смирилась уже давно. — Как же я тебя ненавижу! Зачем только я с тобой связался? Ты же тупая как пробка! — парень начал мельтешить из стороны в сторону. А потом он вдруг замер и взглянул на меня. В его глазах не было ни капельки рассудка, и вот тут я действительно испугалась. Я поняла, что передо мной стоит не тот веселый и беззаботный Егор, каким он был раньше. В данный момент передо мной стоял психически нездоровый человек. Да, он действительно свихнулся. Помешался на своем желании владеть всеми. Теперь я это поняла, но было уже слишком поздно. Егор подскочил ко мне и прижал меня к стене. — Скажи мне честно, ты ведь это специально сделала, да? — мне в лицо прошептал он. — Ты давно хочешь испортить мне жизнь. Ты вообще всем все портишь! Признавайся, это твой план, да? Разрушить все, что я с таким трудом пытался сделать? Ну уж нет! У тебя ничего не выйдет! Слышишь меня? В следующую секунду я едва не задохнулась от ужасной боли в животе. Борисов уже много раз бил меня, но в этот раз удар был такой силы, что у меня буквально искры из глаз посыпались. Живот сдавило, легкие обожгло. Казалось, ещё чуть-чуть и я просто умру, но от простого удара кулаком в живот вряд ли можно умереть. Я медленно начала оседать на пол, закрывая руками пострадавшую часть тела. — Больно? Поверь, будет только хуже, — присев рядом со мной, прошипел парень. Он замахнулся и дал мне пощечину. Хотя, этот удар был сильнее любой пощечины. Потом парень поднялся и подошел к тумбочке. На ней лежали всякие безделушки, ключи, ножницы и мой сотовый. Егор посмотрел на свое отражение в зеркале над тумбочкой и ухмыльнулся. — Скажи, а ты хоть когда-нибудь любила кого-то? Прям серьезно, а не так, как ты делала со мной. Нет? Я тоже не любил, — Борисов взял в руки ножницы и направился ко мне, я попыталась отползти от него, но нужно ли говорить, что все было бесполезно? — Боишься? Похвально, хоть что-то ты ко мне чувствуешь. Но ты не бойся, я постараюсь причинить тебе как можно меньше боли. С этими словами он схватил меня за волосы и наклонил мою голову так, чтобы я смотрела ему прямо в глаза. — Ты главное не думай, что я плохой. Ты ведь и сама понимаешь, что виновата, — Егор провел ножницами по моей щеке, а я уже мысленно прощалась с этим миром. Сердце бешено стучало в груди, я боялась даже дышать, а он все продолжал, —, а я ведь действительно думал, что из тебя выйдет хорошая подстилка на пару недель, но ты оказалась тупее, чем я ожидал. Из моих глаз потекли предательские слезы, заметив их, Борисов произнес: — Ну-ну, не плачь. Зачем же плакать из-за пустяков? Ты на самом деле очень даже неплохая шлюха, честно. Только вот, закончилось твое время, прости. Ножницы со свистом рассекли воздух и пролетели всего в паре сантиметров от меня, я вскрикнула, и слезы с новой силой потекли из моих глаз. — Ты думаешь, я тебя убить пришел? Нет, ты можешь мне ещё пригодиться. Так что, можешь не бояться за свою жизнь… пока что. — Ты псих, — еле слышно прошептала я. — Я знаю, детка. И теперь я пойду и заберу то, что принадлежит мне по праву. — Что ты… — начала было я, но парень перебил меня: — Я собираюсь навестить Василину. — Нет, не смей! — я попыталась подняться, но очередной удар помешал мне это сделать. — А то что? Убьешь меня? В полицию сдашь? Ну попробуй, а потом я приду и закончу начатое, — злобно прошипел мне в ухо Егор. — Готовься, детка, я ещё вернусь. Дверь за спиной Борисова захлопнулась, и я невольно вздрогнула. Единственной мыслью в моей голове было то, что в данный момент Егор направляется к Василине, которую ждет та же участь, что и меня. А возможно, даже хуже. Мне пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы подняться с пола и подойти к тумбочке. Мой мобильник продолжал беззаботно лежать на самом видном месте, быстро набрав номер Егоровой, я поднесла его к уху. Несколько томительных секунд в трубке была абсолютная тишина, а потом девушка-оператор сообщила мне, что «телефон абонента выключен, или находится вне зоны действия сети». Отшвырнув телефон куда подальше, я натянула на ноги кроссовки, схватила с вешалки ветровку и выскочила на улицу. Дом Лины находится на окраине города, нас разделяет пара улиц, поэтому я, недолго думая, бегом рванула на помощь к однокласснице. Мышцы пресса болели, легкие нещадно жгло, холодный октябрьский ветер дул прямо в лицо. Ну и плевать, что я могу потом заболеть, плевать на ужасную боль во всем теле, плевать на все. Василина помогла мне, и я не могу остаться в долгу.

POV Василина

После школы я решила сразу отправиться домой. Белова приглашала меня к себе, но не было никакого желания идти куда-либо. Кристина, угадав мое настроение, не стала тратить время на уговоры и просто отпустила меня домой, за что я ей была очень благодарна. Я лежала на кровати и читала книгу, когда в дверь позвонили. Никаких мыслей насчет того, кто мог находиться за дверью, у меня не было. Родители уехали к бабушке, значит, к ним никто не мог прийти, а к себе я никого не жду. Вот так, ничего не подозревая, я подошла к двери и, даже не глядя в глазок, распахнула её. За порогом, потупив взгляд в пол, стоял Егор. Я хотела закрыть дверь, но парень не дал мне этого сделать, схватив дверную ручку. — Отпусти! — крикнула я, тщетно пытаясь закрыть чертову дверь. Борисов резко дернул ручку на себя, он сделал это так неожиданно, что я едва не полетела носом вперед, а потом он перешагнул порог моей квартиры. За ним, с характерным щелчком, в замочной скважине повернулся ключ. Я попятилась от него и уперлась спиной в стену. Медленно Егор подошел ко мне и поставил свои руки по обеим сторонам от меня. Вот и все, шансов на побег больше нет. Я ждала каких-либо действий со стороны парня, но он просто стоял и смотрел на меня. В его шоколадных глазах не было совершенно ничего, и это пугало меня. Вдруг он притянул меня к себе и накрыл мои губы своими. Вот этого я вообще никак не ожидала, поэтому моей первой реакцией был ступор. На самом деле я ждала скандала, криков, визгов, но никак не этого. Пару секунд мой мозг судорожно пытался переварить все увиденное мной, а потом я наконец пришла в себя и оттолкнула ненавистного мне человека. — Ты что, совсем с дуба рухнул? Ты зачем сюда пришел? Убирайся! Я тебе сказала, чтобы духу твоего больше здесь не было! — указывая пальцем на дверь, строго сказала я. — Знаешь, я хотел дать тебе ещё один шанс, но, видимо, не судьба, — вздохнул Егор и приблизился ко мне. Я готовилась к тому, что он снова сделает что-нибудь в своем духе, но парень поступил так, как я совсем не ожидала. Удар кулаком по голове сбил меня с ног, и я рухнула на пол. Голова кружилась, перед глазами все плыло, в ушах звенело, в общем, ощущения были не из приятных. — А я ведь пытался этого избежать, — прокричал Борисов. Я попыталась подняться, но очередной удар, только уже ногой в живот, не дал мне этого сделать. Пытаясь защититься от последующих ударов, я свернулась калачиком и закрыла голову руками. — Получай, тварь! Я на тебя столько времени потратил, а ты от меня к этому уроду ушла! Ты моей должна быть! Слышишь? Ты моя! И всегда моей была! Моей и ничьей больше! — бился в истерике мой экс-бойфренд. Я конечно и раньше знала, что Егор слишком близко все к сердцу принимает, но такого я от него совсем не ожидала. Он свихнулся, просто сошел с ума. Иначе как объяснить его поведение? Он никогда не отдавал никому свои вещи, а меня он, видимо, считал своей игрушкой. В эти ужасные моменты я думала, что умру. Не знаю почему, но мне казалось, что мое сердце просто не выдержит всего этого и остановится. Скажу больше, мне так не просто казалось, я этого желала. Слишком много несчастий пришлось на мою долю. Слишком много страданий я пережила. Единственное о чем я жалела — это то, что я так и не призналась Богдану в том, что люблю его. Да я и себе самой не призналась в том, что люблю его. Надо было рассказать ему все ещё три недели назад, как и советовала Белова, но уже поздно об этом думать. Крикнув что-то нечленораздельное Борисов со всей силы пнул меня в левый бок. Ужасная боль пронзила все мое тело, мне даже показалось, что я слышала хруст, но это, наверное, просто мое воображение. Каждая клеточка моего тела пульсировала болью, каждая жилочка вопила от этой пытки. Я чувствовала, как что-то внутри меня ломается, я не знала, правда это или воображение, но боль была такой сильной, что казалось, будто разом мне сломали все ребра. — Больно тебе? Мне тоже было больно! Получай, скотина! Как же я тебя ненавижу! — это были последние слова, которые я услышала. Последний удар — хотя, может и не последний — пришелся мне в висок, а после этого осталась лишь тьма.