Мечта начинается с мысли

На работе я появился только к обеду и получил пару нагоняев, которые успешно проигнорировал. А после уселся за рабочий стол, уставившись в экран, создавая вид, что усердно работаю. Мысли в голове были в разладе друг с другом. В глазах мелькали белые снежинки. Вокруг же раздавалось монотонное бурчание одного из сотрудников, щелканье клавиш и таканье настенных часов. Голова немного кружилась и побаливала. Я, дурень, забыл выпить таблетки, провозившись в душе, вытирая пол, а затем завтракая. А потом, мне определённо не стыдно за это, красясь. Легонько, что б ни сильно видно. После придания лицу товарного вида, творческого беспорядка голове, я отправился на работу. -Вот где тебя носило, Витяня!? На соседний стул приземлился наш «босс», который таковым не является, но он старше всех, вроде мудрее, поэтому выражение прижилось. Хотя, всем было до лампочки на него. Самое главное, что не цепляется ни к кому. -Что, Леня? - я повернул на него голову и уставился в его темные глаза, над ними хмурились кустистые темные брови. -Я не буду выяснять, почему тебя не было утром, просто скажу, что ты мне нужен, - он сунул конверт мне в руки, - сходи к Андрюхе, он закончил заказик. При фразе «сходи к Андрюхе» мой мозг стал проявлять небывалую активность, мне разом стало жарко, и появился энтузиазм взяться за работу. Глаза загорелись, а сердце было готово перекачать галлон крови за секунду. -Конечно, - уже поднимаясь и закидывая конверт в карман пиджака, я ответил. После я выскочил в дверь и, преодолев 14 ступенек, вышел на улицу, где меня тут же обдало песком и пылью с дороги. Пришел мой шанс повидаться с объектом своей любви, но сначала я загляну домой и захвачу свою сумку, в которой покоятся все мои сокровища, вся моя косметика. Сегодня я планирую, наконец, коснуться своими кистями его превосходного лица, очертить эти прекрасные глаза и сказать, что люблю его. Вот так все просто. Через четверть часа я уже был на месте, открывал дверь офиса и сразу направлялся к его кабинету. Я заношу руку и ударяю по поверхности двери офиса. -Войдите, - послышалось, как я толкнул дверь от себя. Давление скакнуло вверх, а нейроны в голове резко ушли в отпуск. -Я ХОЧУ ТЕБЯ! -Добрый д-день, - Андрей выглядит немного озадаченно. Резко вздергивает голову на меня, на мой неконтролируемый возглас. Честно сказать, я даже не ожидал от себя, не планировал этого. Не хотелось его пугать, но его неменяющийся взгляд дал мне понять, что его это не задело. Даже не дрогнул, даже не удивился. Видимо, лед еще не тронулся. Если бы мне такое выкрикнул человек, который мне симпатичен, я бы изменился в лице, как минимум. А он просто сидит и лупится на меня, хмуря брови, затем поднимается с кресла и неспешно направляется ко мне. Я прирос к полу у входа, успел только дверь захлопнуть да с испугу выронил сумку на пол. Андрей подходит и протягивает руку, кажись, все-таки немного пораженный. Его зрачки сужены, а голубые глаза смотрят с прищуром. -Кто вы? Простите? Теперь пришла моя очередь вздрогнуть. Он глядит на меня сверху вниз и протягивает руку для приветствия. А я облапываю его взглядом. Бесстыдно, бессовестно. На нем другая рубашка. Могу предположить, что его руки под ней выразительны и сильны, может, он даже качается. Хочу, чтобы они оказались такими же превосходными, как его лицо. Поднимаю на него глаза, насильно отрывая их от его груди, смотрю так оценивающе, вглядываюсь, невольно вспоминая свой сон. Его смоляные веки на холодном лице, горящие голубые глаза, загнанные в мрачную ловушку кистью. -Эм.. хм, - что-то мне не по себе. Меня не узнали, -я Виктор, недавно приходил к вам. Что-то немного обидно, меня подзабыли, но, думаю, оно и к лучшему. Во-первых, та встреча была ужасной, во-вторых, я выглядел, как человек без определенного места жительства, да и не соблюдал правила приличия, полез к нему обжиматься. Плохо поступил, в общем. С другой стороны, сегодня я выкрикнул, что хочу его. Даже если о своих желаниях нужно говорить, думаю, я поторопился. -А, тот чудак, который выглядел ужасно и лез обжиматься? Я тогда еще подумал, что за отвратительный гей преклонного возраста! - он звонко рассмеялся, прикрывая свои глаза. Я невольно поджал губы, стараясь не смотреть в его сторону. Гей преклонного возраста. И это я был просто не выспавшийся и не накрашенный. Более того, я не старый. Я посмотрел в окно, пытаясь не начать злиться, стараясь успокоиться, так как считать сейчас до десяти вслух было проблематично. -Почему сразу преклонного возраста? – делаю вид, что нахожу белые жалюзи, закрывающие окно, предельно интересными. -А то, что я тебя отвратительным геем обозвал, не трогает? Он что-то еще бормотал про себя, забавляясь и посмеиваясь, пока я поднял оставленную по полу сумку и поставил ее на стол. -Нет, не трогает. Я не стопроцентный гей, но задатки во мне имеются. И я не отвратительный, ты ошибся,- я развернулся к нему лицом, испытывающее глядя в глаза, затем переместил свой взгляд на его пояс с массивной узорчатой пряжкой. Признаюсь, сам не понял, почему из всех мест выбрал именно это. Но он лишь ухмылялся, приближаясь ко мне, заведя свои руку за спину и оставляя их в задних карманах темных джинс. Встал в позу и глядит на меня из-под челки, хитро так смотрит, он что-то задумал. Мне не нравится его взгляд, чувствую, что вот-вот и руки не смогут более держать кисть. -Аргумент хороший, в какой-то степени,- он, видимо, все еще глумится надо мной. Считает мерзким и отвратительным, смеется. Не понимаю я, что он там за игры у себя в мозгах ведет. Почему расспрашивает, почему посмеивается и все еще терпит у себя в кабинете, раз я такой весь из себя ущербный. -А ты, значит, натурал? - я даже позволил себе присесть на краешек его стола. - Или ты предпочитаешь красавчиков, поэтому я для тебя мерзкий и противный? -Ты красишься, это заметно, - как бы так невзначай сообщает. А то, что я тут вопрос задал, не считается. Ладно, допустим, меня не волнует его ориентация. И о красоте партнеров я тоже знать не хочу. -Ну, и? - неужели он один из тех многих, которые придерживаются устарелых взглядов. Ох, не повезло мне с моделью. Я как-то удрученно вздохнул и уставился на свои ботинки. -Ничего-ничего, - он пару раз махнул рукой сам себе. А я задумался, все ли в порядке у него с головой. -Я хочу накрасить тебя,- если он сейчас откажется, я буду пробовать вновь и вновь. Пока он не даст согласие, - хочу воплотить свое желание в жизнь. Хочу остановить чертов калейдоскоп лиц у себя в голове. Хочу нормально выспаться, устал от бессонницы, которая вынуждает пить. Больше и больше. Постепенно сходя с ума, когда прекрасные формы распускаются в блестящую тьму. Когда я сижу перед зеркалом и смотрю в него, не видя своего отражения. Лишь лица, одни гребанные лица! Хух, сказал все, что было в мозгах в тот момент. Специально сгущал краски для пущей убедительности, притворно сорвал голос на последних словах. -У тебя проблемы с головой, - он посмотрел в потолок, скрещивая свои руки на груди. Рубашка обтянула его тело. И это у кого из нас двоих тут проблемы с головой? Почему он терпит меня здесь, когда я несу ему такой бред? Он что, святой?- Но сейчас ты выглядишь лучше, чем в тот раз. -Ну, так что? - я услышал его комплимент, но сейчас самая насущная проблема немного иная. Я сам прекрасно знаю, что сейчас выгляжу куда приличнее. -Пожалуйста, только потом ты свалишь, крашеный психопат, - перешел на оскорбления, значит, не полностью согласен. Ничего, я уверен, ему понравится. Втянется со временем. Я его нашел, я его больше никуда не отпущу. Поиски заняли слишком много нервов и времени. Я выдохнул и спрыгнул со стола. Разговор вымотал, мысли вяло стекали по стенкам черепа, не хотели обрабатываться мозгом. Я вообще немного асоциален, а тут пришлось актерским мастерством заняться. Что-то в этом Андрее есть, что может заставить мой пышущий энтузиазмом мозг стушеваться на время. И что-то подсказывает, что это здравый смысл. Я решаю, что подумаю над этим чуть позже. Он устроился в своем кресле, расслабился, и на его лицо выползла улыбка. Точнее она никуда не девалась. -Ты точно не ударишь меня потом? - интересуюсь и дергаю собачку на сумке. Вдруг он задумал хитрый план? Как только я к нему подойду, только коснусь его лица, как получу в бубен? Мне этого не надо, поэтому лучше удостовериться, проверить. Причем, я еще не до конца уверен в его адекватности. Как, в прочем, и он в моей. -Не волнуйся, я не выкину тебя в окно, - бормочет тихо. Вот, я же говорил, я ему об одном, а он мне ересь несет. Хотя, я ему тут сам недавно заливал, мы квиты. -Это хорошо. Я решаю больше не расспрашивать его ни о чем, вдруг буйный, поэтому в тишине раскладываю кисти на столе и вынимаю палетку из сумки. Его глаза закрыты, лицо спокойное. Я гляжу на него, понимая, что моя работа ничего не добавит ему, ничего нельзя улучшить. Оно прекрасно и выразительно. Не решаюсь даже что-либо делать с его кожей, поэтому сразу накладываю основу под тени на его веки. А руки дрожат, дрожат так, как будто я уже неделю пью, не просыхая. Сердце бьется громко и часто, я не решаюсь продолжить. Откладываю кисть и присаживаюсь на стол, прижимая дрожащие и холодные руки к своей груди. -Эй, ты еще тут?-Андрей не открывает глаз, не делает ничего, просто сидит и ждет. А у меня мозг пускает молнии в разные стороны, если бы я был подвержен обморокам, то, думаю, уже лежал бы на полу куклой. -Подожди, во мне сейчас слишком много эмоций,- я пытаюсь глядеть в пол, считаю до десяти, всячески пытаюсь прийти в себя. -Ты точно псих, - он смеется. А для меня это уже не звучит удивительно, я привык к этому. Почти не обидно, а вот то, что он отчасти прав, я стараюсь не пускать в оборот мыслей. -Ладно, все, - разворачиваю кресло к свету. Пытаясь вспомнить все детали макияжа, который был на нем в моем сне. Он, как ничто иное, подойдет Андрейке. В своих мыслях мне нравится называть его так. «Андрейка». Словно мы давние друзья, а не люди, которые второй раз в жизни видят друг друга. Один из них бесконечно влюблен. -Чем быстрее начнешь, тем быстрее свалишь. Не могу дождаться, - открытым текстом посылает меня. -После того, как я закончу, у меня будет просьба, - я наложил базу и провел по контуру роста ресничек черным карандашом, задавая границы. Затем решаю добавлять цвет. Наношу белые тени во внутренний уголок глаза и под бровь. Далее распределяю по подвижному веку матовый черный, тщательно растушевывая, покрывая им всю поверхность. Затем наношу синий глиттер во внешний угол, веко начинает поблескивать, переливаясь и разгораясь синим огнем. Делая шаг в сторону, осматриваю с особой придирчивостью, снова подхожу и принимаюсь за второй глаз. Проделываю с ним аналогичные действа. Затем добавляю тушь, предполагая, что он будет против того, чтобы я налепил ему накладные ресницы. Затем придаю форму бровям, убеждаясь в том, что он не так прост, как могло показаться. Иметь привлекательную внешность мало, нужно уметь ухаживать за ней. Его четко выставленные брови подтверждают мои мысли. -А ты, оказывается, себе бровки выщипываешь, - тихо шепчу, пока раскладываю карандаши и помады для губ. Его веки отличаются от тех, которые были во сне, но, я считаю, это не минус. -Не твоего ума дела, - он отвечает, чуть сдвигая брови. А мой взгляд падает на помаду, чей цвет сливается с цветом вина, в котором я тут утром лицом проснулся. Сразу вспоминается, как капля утонула в воронёной скатерти. От прилива эмоций задыхаюсь, прикрываю свое лицо руками, пытаясь восстановить рваное дыхание. Если так будет продолжаться, то я помру к тридцати годам. А мне мало осталось. -Эй, ты там задохнулся? - он нервно дергается в кресле, пока я пытаюсь отдышаться. Это выглядит слишком громко в тихом кабинете. Кажется, что за дверью никого нет. Все тихо, словно они знают, что тут происходит. -В-все нормально, сиди смирно, - я дотрагиваюсь до его губ кончиками пальцев, мысленно пытаясь представить, как бы он смотрелся с таким цветом, но лучше сделать их светлым холстом, чтобы затем раскрасить самому. Поэтому не решаюсь делать акцент на губах, просто покрываю их телесного цвета блеском, чуть выделяя на фоне его лица. А бордовую помаду кладу в карман своего пиджака. Андрей сидит и не двигается, хотя обычный натурал бы уже выгнал меня из комнаты, всыпав пару ударов, характеризуя лестными словами меня, как человека, а не личность. А этот «натурал» сидит и терпит. Я тут его губы лапаю, а он не двигается, - хорошо. -Что хорошо? - подает голос. Его тон вообще никогда не меняется. Всегда такой насмешливый, такой колкий и холодный. -Я закончил, можешь открыть глаза, - я убираю кисти, палетку и остальное в сумку, вынимая из нее зеркальце. Чуть отхожу назад вместе с ним. -Посмотрим, что ты тут наваял, - Андрейка открывает глаза и поднимается с кресла, устремляя взгляд в зеркало, совсем не замечая, что я опять пытаюсь справиться с нехваткой воздуха, - я, конечно, не знаток, но.. Мне искать здесь какой-то скрытый смысл? Он скользит взглядом выше своего отражения, смотрит на меня вызывающе. Теперь его глаза точно взяты в плен кистью. Как сапфиры в темном и непробудном звездном небе. Его губы кривятся в улыбке, а мои зрачки, кажись, совсем затмили серую радужку. -Тебе плохо? -Нет, все превосходно, - меня сейчас выдадут слезы, которые вот-вот побегут по щекам,- ты замечателен. Тебе когда-нибудь говорили подобное? -Ты точно не уравновешенный, раз имеешь такую бурную реакцию на крашеных мужиков. У тебя там не встал случайно?- он садится в кресло и смотрит на меня, на что я просто достаю телефон и делаю фото. На память. - Ну, все, достаточно ты поигрался в свои игрушки. Давай стирай и проваливай.