Мой учитель - демон

      На следующий день, как я и предполагал, передача листка с разрешением превратилась для меня в испытание. Но я даже и не предполагал, что это будет испытание подобного рода. Если бы я только знал, то… А что бы, собственно, изменилось? Всё равно ведь пошёл бы к этому…ладно, обо всем по порядку.       Отдавать своё разрешение я пришёл перед последним уроком, понадеявшись, что все одноклассники уже сдали листки, и если учителю придёт в его ненормальную голову выкинуть что-то эдакое, то хотя бы свидетелей этому не будет. Почему-то я не подумал о том, что если бы я сдал листок вместе с другими – в общей куче с утра, то и возможности сделать что-нибудь у брюнета, скорее всего, и не было бы. Как оказалось, опасался его выходок я не зря. Стоило мне только подойти к его столу и положить на него разрешение, как он поднялся со своего места, и не успел я и глазом моргнуть – оказался позади меня. Не желая стоять к нему спиной, я быстро обернулся, встречаясь взглядом с его холодными глазами. Бр-р-р, будто в ледяную прорубь окунулся.       - Давай-ка проверим, как ты усвоил вчерашнюю договорённость, - произнёс он, изучающе оглядывая меня с ног до головы. Не знаю, что он хотел во мне разглядеть, но уголок его рта приподнялся чуть вверх.       - К-какую договорённость? – я аж заикаться начал, заранее предполагая что-то нехорошее.       - Вот скажи мне, Светлов, что ты будешь делать, если на базе отдыха начнётся пожар?       - Пф-ф, я что, по-Вашему, совсем дурак? Конечно, позвоню в пожарную часть.       - А если нет связи? – хмыкнул Матвей Сергеевич.       - Ну…залезу на дерево – на высоте лучше ловит.       Учитель окинул на меня взглядом под названием «Господин Светлов, единственное дерево в округе – это Вы, дубина стоеросовая!»       - А если потеряешь телефон? – продолжал допытываться Истринский.       - Возьму у кого-нибудь или скажу, чтобы сами набирали.       - А если все телефоны остались в горящем домике базы? – чёрт, он всегда так близко подходит ко мне, когда мы остаёмся наедине.       - Это нереальная ситуация! – я отступил на шаг назад, чувствуя, что меня загоняют в ловушку.       - И всё же? – он вновь приблизился, а я, шагнув ещё раз в том же направлении, почувствовал, что упёрся поясницей в столешницу. Вот и ловушка. Молодец Алекс!       - Ну, я…м-м…соберу народ и будем тушить сами…       Резкий хлопок его ладоней по столу по бокам от моего тела, и вот он уже вновь так близко ко мне, перекрывая пути отступления. Я вздрагиваю от его пронизывающего взгляда, а он начинает склоняться всё ближе к моему лицу, тихо приговаривая:       - Неверно, неверно, неверно, все твои решения неверны, - последнее слово он выдыхает мне практически в губы, его дыхание, как свежий морозный воздух.       - И что же я должен делать? – голос мне отказывает, поэтому спрашиваю шёпотом.       - Единственное, что ты должен делать в подобной ситуации, - он вдруг смещается в сторону и почти шепчет мне на ухо, так и не коснувшись моих губ, отчего внутри меня разливается какое-то непонятное чувство, и я уверен, что это облегчение, но совесть неодобрительно качает головой и просит не врать самому себе, - ты должен слушаться меня, каждого слова, без возражений, так, как ты и обещал мне вчера по телефону в присутствии своих родителей. Это понятно?       Я молча кивнул, но видимо это было не то, чего он ждал от меня.       - Вслух!       - Понятно, - вновь кивнул я.       - Точно? – учитель стоял так, что почти прижимался своим телом к моему, и мне пришлось немного отклониться назад. Опять, на стол, как тогда, на уроке литературы. Нет! Не думать об этом, не думать! Внизу живота начало медленно собираться возбуждение, прокатываясь жаркой волной дрожи по телу.       - Точно, - я невольно сглотнул отчего-то ставшую вязкой слюну, чувствую, ещё немного и меня начнёт трясти, то ли от раздражения на него, то ли от того насколько он близко. Хоть бы не прикасался, пожалуйста, иначе…       - Надеюсь, мне не придётся разочаровываться в тебе, - он положил одну руку мне на талию, и я почувствовал через ткань рубашки, как его ладонь из обычно холодной стала почти нестерпимо горячей. Так странно… Неужели это от контакта с моим телом?       - Скажи мне, Светлов, ты же не разочаруешь меня, ведь так? – вторая рука присоединилась к первой, крепко сжимая меня с боков. Горячо! Его прикосновения и в самом деле обжигают. И стоило мне только открыть рот, чтобы ответить, пока я ещё мог отвечать осмысленно, он поставил колено между моих ног и, словно случайно, потёрся бедром о мой пах, повторив. – Ведь так?       - Да! – тихий полустон-полувскрик сорвался с моих губ, а бёдра сделали непроизвольное движение вперёд, желая продлить контакт.       «Прекрати!» - мысленно взмолился я, чувствуя, что ещё немного и окончательно потеряю контроль над собственным телом: «Прекрати касаться меня. Я не хочу, чтобы ты… Не хочу!». И если мозг ещё пытался как-то справиться с данной ситуацией, то собственная совесть, или что бы это там ни было, ехидно оповестила меня об истинных желаниях тела: «Не хочешь? О, нет, дружочек, ты как раз-таки просто жаждешь того, чтобы он продолжал, чтобы его руки касались тебя не слегка и не только через одежду. И ты будешь гореть в этом огне желания долго и мучительно, пока, наконец, не признаешься сам себе в том, чего ты на самом деле хочешь».       Всё закончилось так же внезапно, как и началось. Распахнув глаза (даже не помню, когда успел зажмуриться), я понял, что учитель трясёт меня за плечи – несильно, но ощутимо.       - Светлов? Эй! Ты опять выпадаешь из реальности?       - Что? Я…что случилось? – потерянно оглядываюсь, понимая, что вовсе не лежу на столе, а мой мучитель больше не прижимается ко мне, мы просто стоим на расстоянии вытянутой руки друг от друга…что всё это значит?!       - Ты пришёл, положил листок с разрешением на мой стол, а затем впал в ступор, - учитель удивлённо оглядывал меня с головы до ног, будто желая убедиться, что сейчас я в здравом уме. – С тобой всё хорошо? Может тебе не стоит ехать…       - Нет! Нет, всё нормально, правда, просто я…в общем, это неважно. Я, пожалуй, пойду, а то звонок скоро… - аккуратно высвободившись из его рук, я направился к двери, ведущей из класса.       - Ну иди, - усмехнувшись, учитель взял со стола моё разрешение и положил его в папку к другим листкам. – И постарайся завтра не опаздывать, не то автобус уедет без тебя.       - Хорошо, - пробормотал я, выскакивая за дверь.       Ну и что это опять было? Видение? Моя больная фантазия? Его чёртов гипноз, в который я не верю? Что за чертовщина происходит?       Объяснения у меня, к сожалению, не было. Не было его и к концу учебного дня. Весь последний урок я просидел, погрузившись в свои думы, но и это мне никак не помогло. Я просто не понимаю, какого чёрта происходит? Учитель ли творит какую-то херню, или у меня крыша совсем поехала, – чёткого ответа я дать не мог. Вначале я думал обсудить ситуацию с Веселовым, но, вспомнив, что друг не очень серьезно относится к моему эксперименту по выводу учителя на чистую воду, да и вообще ко всем моим подозрениям на его счёт, я решил этого не делать. А Кир уж давно этому выпендрёжнику душу продал, так что и слушать меня не станет. Ну и чёрт с ними со всеми! Сам разберусь. Они мне ещё потом спасибо скажут…       За всеми этими размышлениями я провёл остаток учебного времени, и звонок стал для меня неожиданностью. Быстренько покидав вещи в сумку, я помчался к выходу из школы, крикнув Сашке, что подожду его на улице. Друг, если и удивился, то виду не подал, лишь молча кивнул – привык к моим закидонам, видать. А я просто не хотел сегодня больше сталкиваться с Матвеем Сергеевичем – слишком много этого типа тоже нехорошо, можно передоз словить. Нет, не в смысле, что он мой наркотик, а…ой, короче, мне просто надо незаметно смыться из школы, желательно, не попадаясь ему на глаза. А то нам с Сашкой ещё за палаткой идти и спальными мешками, которые мы вчера приметили, а к этому монстру голубоглазому если попадешь на прицел, то черта с два он от тебя отцепится.       Но, конечно же, моим грандиозным планам по быстрому съебу не суждено было осуществиться. Стоило мне спуститься со школьного крыльца и направиться к воротам, как я услышал насмешливое:       - Пс-с, Светлов!       Поворачиваю голову и понимаю, что у меня дёргается глаз. Голубоглазый монстр скромно стоял в сторонке от школьных ворот и недвусмысленно манил меня к себе пальцем. Блядь! Делать нечего, подхожу и выжидающе смотрю на учителя.       - Забыл сегодня у тебя спросить, есть мысли по поводу спектакля? – как ни в чём не бывало поинтересовался Матвей Сергеевич.       - Э-э…так вроде рано ещё про спектакль думать, Вы же сами сказали, что со следующей недели начнём.       - Светлов, со следующей недели мы начнем обсуждения, а стоящие мысли у тебя должны быть уже сейчас.       - Ну, я пока не думал…       - Плохо, Светлов, плохо. Не забывай, я на тебя надеюсь, - учитель вдруг склонился чуть ближе ко мне и доверительно произнёс. - Ты же не разочаруешь меня, ведь так?       Отшатнувшись, я недоверчиво посмотрел ему в глаза – так это правда! Мне не привиделось сегодня в кабинете, это была не галлюцинация! Это было на самом деле, так? Ведь так?! Я же не сумасшедший, правда?       - Ты чего, Светлов? – удивленно воззрился на меня учитель.       - Н-ничего, я…мне…мне идти надо, Вы извините, Матвей Сергеевич, на счёт спектакля я обязательно подумаю позже, - протараторив это, я развернулся на сто восемьдесят градусов и понёсся к воротам, по дороге хватая за руку Веселова, так удачно подошедшего в нужный момент.       Сашка молча позволил тащить себя на буксире пару сотен метров, даже не пытаясь вырвать локоть из моей хватки, лишь странно поглядывал на меня. Вот за что я его люблю, так это за молчаливое принятие моей нездоровой кукухи. Друг ни слова не сказал, пока мы покидали территорию школы и лишь спустя пять минут решил высказаться:       - Ну и куда мы так летим?       - У нас мало времени, - неопределенно отмахнулся я, - столько всего надо успеть…       - Ты не очень-то торопился, когда беседовал с учителем. Я даже устал ждать. Но вы с Матвеем Сергеевичем так мило ворковали, я прям засмотрелся. Я, конечно, не знаю, что ты там опять задумал, Алекс, и что между вами происходит, но, если тебе вдруг интересно, просто так, не могу не проинформировать тебя – вы отлично смотритесь вместе. Будь ты девчонкой, я бы посоветовал тебе встречаться с ним.       Лучше бы он молчал! Мне даже пришлось совершить вынужденную остановку, так как от таких суждений я запнулся и чуть не вспахал носом асфальт.       - Что ты несёшь? – развернувшись, я гневно уставился на Сашку, а тот пожал плечами и высвободил, наконец, руку.       - Нет, конечно, ты можешь встречаться с ним и так, будучи парнем, в принципе какая разница, и если ему, как ты говоришь, интересны парни…       - Ты двинулся, что ли? Что за хренотень, Сань? Прекрати, это вообще не смешно. Да, я иногда творю херню, как ты мог видеть, но это лишь потому, что я хочу доказать тебе, так как ты мне не веришь, и всем остальным, что он не тот идеальный учитель, каким притворяется, я просто хочу доказать, что на самом деле он – тёмная лошадка, и вы все совершенно зря им восхищаетесь! И да, как я уже говорил, для начала я докажу, что он гей!       - Алекс, не надо мне ничего доказывать, мне это всё вообще-то не важно…       - Зато мне важно! Всё, не нервируй меня, ты же видишь, я и так на грани!       - Потому что хернёй страдаешь, вот и на грани, - вновь пожал плечами Веселов. – Знаешь, что я тебе скажу? В процессе выяснения истинной ориентации нашего учителя, не удивляйся, если выяснишь что-то интересное про себя.       - Что ты имеешь в виду?! – практически прошипел я.       - Вот если выяснишь, тогда и узнаешь, - как-то невесело усмехнулся Сашка. – Всё, идём в торговый центр, а то времени и так мало, надо ещё вещи в поездку собрать.

***

      Вечером лёжа в кровати, я ворочался и долго не мог уснуть – всё прокручивал в голове странные Сашкины слова и никак не мог понять, что он имел в виду. Нет, вру, конечно. Я понимал, к чему он вёл, но признаться в этом даже самому себе казалось нереальным. Да неправда это всё! Мне совершенно точно не нравятся парни и, главное, совершенно точно не нравится Матвей Сергеевич. Это даже в мыслях звучит нереально бредово. Нет, нет, всё совсем не так. Я просто…просто хочу выяснить правду о нём, вот и всё. Других скрытых смыслов в моих поступках вовсе нет. Правда же? Зачем мне врать самому себе? Я просто излишне любопытен, а Истринский чертовски интересная личность, привлекательная…то есть, я бы сказал, загадочная фигура, в этом всё дело. Так что, нет, Сашка несет полную ахинею. Я просто хочу докопаться до истины! Кто знает, может я после школы пойду в юридический, следователем стану? И вообще…       Что там « и вообще» узнать уже не представлялось возможным, потому как именно на этой мысли я, наконец, вырубился. А утро, конечно, принесло свои сюрпризы…

***

      Знаете, может поход с классом в горы на пару дней это и весело, но начался этот день просто преотвратно.       Во-первых, я опять проспал. И не на каких-то там пятнадцать минут, как обычно, а на целый час. Нет, ну это надо было видеть, конечно, как я метался по комнате в поисках своих любимых тёмно-серых зауженных джинсов и походной сумки, куда можно было бы запихнуть необходимые вещи. Разумеется, можно было надеть любые другие штаны, но нет, блин, дело принципа – раз уж мне захотелось, я не успокоюсь пока не получу своё. А касательно сумки – она у меня вообще одна такая, ну, в смысле, спортивная, и кто бы знал, куда я засунул её!       - Лёша, ты опоздаешь на автобус, - слышу снизу крик мамы.       Чёрт, да знаю я! Наконец-то, отыскав в недрах шкафа желанные джинсы и пытаясь на ходу втиснуться в них, бегу в ванную. Как зачем? Я же умыться забыл. И на пороге ванной комнаты происходит, не скажу, что приятный, но всё же сюрприз – благополучно запутавшись в штанине, я цепляюсь ногой за порог и лечу вниз. Громкий звук удара ознаменовал мою встречу с кафельным полом. Шипя и постанывая от боли (приложился я неслабо), поднимаюсь на ноги и ковыляю до умывальника. Чищу зубы, параллельно пытаясь попасть ногой во вторую штанину. Благодаря активным дрыганьям конечностью, вновь поскальзываюсь, но в этот раз не падаю - только коленку ушиб. Выхожу из ванной окончательно разозлённый, но зато уже в штанах. Ещё пять минут у меня уходит на то, чтобы отыскать сумку под кроватью, вихрем пронестись по комнате, скидывая в неё всё, что, по моему мнению, могло бы понадобиться мне в походе. Напичкав сумку всякой ерундой, так как мой мозг отказывается с утра соображать в принципе, и разобраться, что нужно, а что нет, я просто не в состоянии, спускаюсь вниз.       - Лёш, иди позавтракай, - мама появляется в дверях гостиной, окидывая меня обеспокоенным взглядом. – ты чего такой растрёпанный?       - Мам, я не буду есть, я опаздываю, - желудок недовольно урчит, но нет, я не поддамся, потому что если я сейчас сяду за стол, автобус точно уедет без меня.       - Иди хоть причешись, засоня, - укоризненно качает головой мама. – Я соберу тебе завтрак с собой.       Киваю и, подойдя к зеркалу, пытаюсь сделать что-то с волосами – безуспешно. Дурацкие пряди торчат в разные стороны. Вот почему, почему, чёрт возьми, мои волосы не могут лежать так же идеально, как у Матвея Сергеевича? Что за несправедливость жизни?!       - Лёша, держи, я… - начала мама, входя в гостиную, но, увидев мои мучения с расчёской, рассмеялась. – О, боже, сынок, иди сюда, я всё сделаю как надо.       Подхожу и с хмурым видом протягиваю расчёску. Мама вытаскивает из своей сумочки, лежащей рядом на тумбе, маленькую бутылочку воды, смачивает ладони и проводит по торчащим волосам, затем делает несколько движений расчёской и поворачивает меня к зеркалу. Как? Вот как она это сделала? Почему я столько бился и ничего, а сейчас волосы аккуратно лежат и даже не пытаются торчать? Это точно была просто вода или супер-охренительно-классный лак для волос с гиперфиксацией. Что ж, надо признать, что руки у меня явно не из того места растут.       - Ого, спасибо, мам, ты супер, - подмигиваю я в зеркало родительнице и, подхватив свою сумку, несусь в прихожую обуваться.       Всовываю ноги в высокие бело-зелёные кроссовки, натягиваю легкую куртку цвета хаки, чтобы не замерзнуть в лесу под вечер, закидываю сумку на плечо и собираюсь вылетать за дверь.       - Лёша, завтрак!       Чёрт, забыл. Подбегаю к маме, забираю термос и контейнер с едой, запихиваю в сумку и целую маму в щёку.       - Спасибо, - на бегу бросаю я и, наконец, выскакиваю на улицу.       В ускоренном темпе иду до школы. Хорошо хоть с погодой повезло: немного облачно, но это даже хорошо – солнце не слепит глаза, ветра практически нет и вообще достаточно тепло для начала сентября. Вдыхаю поглубже воздух и наслаждаюсь его свежестью. Чувствую вибрацию в кармане джинсов, а спустя секунду телефон разрывается мелодией группы Skillet. На дисплее высвечивается номер Сашки.       - Да? – немного раздражённо бросаю я в трубку.       И так опаздываю, ещё и отвлекают тут…       - И где ты шляешься? – как обычно скучающим тоном тянет Веселов.       - Видишь ли дорогой друг, дело в том, что вчера вечером меня похитили пришельцы с планеты Окрия, с целью сделать своим правителем, но я, в силу моей природной скромности, отказался и сейчас лечу на звездолёте БМ-403, дабы не опоздать на наш замечательный автобус, - проникновенным тоном начал вещать я, но не сдержавшись завопил, – это ты хотел от меня услышать?! Проспал я, мать твою, как будто не знаешь, что я всегда опаздываю! Передай учителям, что я приду через пять минут, и не вздумайте без меня уехать!       Проорав данную речь, я окончательно выдохся и остановился на пару секунд, чтобы перевести дыхание.       - Ладно, давай быстрее, - так же флегматично отвечает Сашка, проигнорировав мой высокохудожественный трёп про пришельцев. А я так старался, обидно даже как-то.       Раздражённо сбрасываю вызов и вновь возобновляю путь в лицей. Проходя мимо кондитерского магазинчика, с трудом подавляю в себе желание зависнуть у витрины. О, боже, почему именно сегодня у них новый завоз? Малиновое суфле, корзиночки с яблоками и заварным кремом, а главное – шоколадные эклеры, м-м-м…что не говори, а я сладкоежка. И не надо мне тут высказываний, типа «фу, это по-девчачьи». Ничего подобного, просто…э-э…сладкое для мозга полезно, вот! Чуть не подавившись слюной, героически прохожу мимо, игнорируя голодное урчание в животе. Если бы мне не нужно было идти в столь быстром темпе, обязательно перекусил бы бутербродами, что приготовила мама, прямо так – на ходу. Ненавижу ходить голодным, чувствуешь себя, словно зомби – вроде и живой, но так хреново. Радуюсь, когда, наконец-то, прохожу последний дом и на углу сворачиваю налево. Твою мать!       Повернув за угол, с негодованием вижу, как заказанный автобус выезжает со школьной стоянки, проезжает несколько метров и скрывается за ближайшим поворотом. Что за нах?! Я же только пять минут назад разговаривал с Сашкой и просил, чтобы он предупредил учителей, что я немного опоздаю. Ускорив шаг до максимума, почти перехожу на бег, хотя и понимаю, что уже бесполезно. Пробегаю через ворота, наконец-то оказавшись на территории лицея. Неужели они меня бросили? Реально, что ли? Вот же гадство…       - Блядь, - психанув, выдал я и, не сдержавшись, топнул ногой. Да, по-детски, но я не виноват, это эмоции.       - Тебе кто позволил ругаться на территории учебного заведения? – раздаётся насмешливый голос прямо позади меня.       Вздрогнув от неожиданности, резко оборачиваюсь. Не понял… Почему он не поехал вместе со всеми? Матвей Сергеевич стоит в паре метров от меня, прислонившись к своему чудесному мотоциклу и прищурившись, наблюдает за моей реакцией. Кхм, я, конечно, мягко говоря, в ахуе, но показывать этого не собираюсь.       - Случайно вырвалось, простите, - пофигистично пожимаю плечами в ответ на его вопрос.       Разумеется, он понимает, что я ни капли не сожалею о произнесённом ругательстве и, более того, мысленно добавил ещё парочку непристойных выражений, поэтому на моё извинение лишь кривит губы в усмешке, а затем неспешно подходит ко мне. Безумно хочется удовлетворить своё любопытство, поэтому я спрашиваю:       - Почему Вы здесь? Разве Вы не должны были поехать вместе со всеми?       - А ты? – отвечает он вопросом на вопрос, ненавижу эту его привычку.       - Ну, я немного опоздал, - и почему я сейчас объясняю ему очевидные вещи? Будто он ещё не понял, что я постоянно опаздываю. Все знают: пунктуальность – не моё.       - Вот поэтому я здесь, - учитель останавливается в нескольких сантиметрах от меня, протягивает руку и снимает сумку с моего плеча. – А я ведь лично просил тебя вчера прийти во время.       Какого..? Не понимаю, что происходит.       - Зная твою привычку опаздывать, я остался дожидаться, пока Ваше Величество соизволит явиться, - поясняет он, возвращаясь к мотоциклу, поднимая сидение и загружая туда мою сумку.       Пораженно смотрю ему в спину, он это серьёзно? Он специально не поехал с автобусом, зная, что я опоздаю? Остался, чтобы…подвезти меня?       - Светлов, давай живее, я не собираюсь ждать тебя весь де… - он не успевает договорить, как я уже с горящими глазами подскакиваю к мотоциклу.       - Вы не шутите? Мы поедем на Вашем мотоцикле? Серьёзно?       - Разве не ты так мечтал покататься на нём? – опять вопросом на вопрос, но сейчас это мелочь.       Я даже ответить не могу, лишь пожираю глазами сверкающего «коня». Матвей Сергеевич усмехается, видя мой искренний восторг, проводит по сидению рукой, перебрасывая ногу, садится, а затем приглашающе кивает назад. Без слов понимаю его и быстренько устраиваюсь сзади. Боже, это ощущение прекрасно. Брюнет включает зажигание, и я чувствую мощь мотора, ревущего под нами. Чуть ли не пищу от восторга и даже тот факт, что держаться я буду за учителя, не портит мне настроения. Свершилась мечта идиота! Меня допустили к «восьмому чуду света». Кошмар, я, наверное, маньяк, но ничего не могу с собой поделать, глупая улыбка не сходит с лица.       - Светлов, ты там умер от восторга? Держаться кто будет? – подаёт голос Матвей Сергеевич.       А, ну да, точно… Осторожно кладу руки на его талию, чуть сжимая. Слышу, как у него вырывается лёгкий смешок.       - Ты так на первом же повороте слетишь, глупый детёныш, цепляйся крепче.       Детёныш? Это он мне, что ли? От возмущения приоткрываю рот – совсем охренел?       - Дай руки, – говорит брюнет с какой-то непривычной мне властностью в голосе, и я протягиваю ладони по бокам от его тела, даже не успев подумать, видимо мозг среагировал на приказной тон раньше, чем я успел осмыслить это.       - Двигайся чуть ближе, - добавляет он, взяв мои руки в свои, а я осторожно придвигаюсь, стараясь не обращать внимания на проходящих мимо учеников и их заинтересованный шёпот. – А теперь, запоминай, как надо держаться.       Он тянет меня на себя, вынуждая прижаться грудью к его спине, а затем, крепко обхватывает себя моими руками за талию. Бля, может быть, так и правильно, конечно, но…ПИЗДЕЦ КАК НЕЛОВКО! Он ведь парень, я тоже, и обнимать человека своего пола, да ещё и на школьной стоянке, где за нами наблюдают ученики и даже парочка учителей, мне реально стрёмно.       - Матвей Сергеевич, а мы можем уже поскорее уехать отсюда? – тихо спрашиваю я, немного смутившись, надо же, оказывается, я умею это делать.       - Так не терпится уединиться? – смеётся он.       Он-то пошутил, а вот проходящие мимо десятиклассницы, услышав это, удивлённо глядят на меня и начинают шептаться. «А я тебе давно говорила», - долетает до меня: «Слишком уж он симпатичный для нормального парня». Не понял, меня только что…в геи записали?! Бля-я-я…       - Сейчас же прекратите, паясничать! – рассерженно шиплю на учителя. – Если Вам плевать на свою репутацию, чёрт с Вами, но мою пятнать не смейте!       - Что случилось, Светлов? – он откровенно забавляется сложившейся ситуацией, пока надевает шлем. - Разве тебе не плевать на мнение толпы?       Ну, как бы плевать, конечно, но не настолько же! Окончательно выбивает меня из колеи Аня – девчонка из класса Кирилла, с которой мы неплохо общаемся. Насколько я помню, она ярая защитница интересов ЛГБТ движения. Так вот эта самая Аня, проходя мимо, присвистнула, подмигнула мне, отошла на пару метров и тихонько замурлыкала себе под нос: «Лучшие друзья девушек – это парни–ге-е-и». Мать вашу, мир ёбнулся! Чувствую, что кровь приливает к щекам – только не это, мне нельзя краснеть, так я буду вообще на девчонку похож. Единственный выход вижу в том, чтобы спрятать лицо от окружающих, что и делаю, уткнувшись лбом в спину брюнета. Видимо в тот момент я думал явно не головой, иначе не сделал бы такого.       - Матвей Сергеевич, ну поехали уже! – почти с мольбой в голосе прошу я.       - Ладно, детёныш, не хнычь. Поехали, так поехали, - хмыкает учитель, протягивает мне второй шлем и, как только я его застёгиваю, наконец-то, газует.       И когда сие восхитительное чудо техники начинает набирать скорость, я прощаю учителю всё: и насмешки, и подмоченную репутацию, и даже «детёныша». Мои ощущения во время этой поездки невозможно описать словами – восторг, кайф, чувство лёгкости, парения, полёта… Просто немыслимо, не зря я в первый день, как увидел этот транспорт, так на него запал – это мечта для такого фаната, как я.       - Ты там как? Не падаешь? – слышу я сквозь рёв мотора и шум проезжающих мимо машин.       Скорость мы набрали приличную, и на каждом повороте, я невольно начинаю переживать, что рухну с мотоцикла, поэтому ещё теснее прижимаюсь к Матвею Сергеевичу и крепче обхватываю руками его стан.       - Нормально, - почти кричу я в ответ, надеясь, что он услышит, и, кажется, у меня получилось. Он кивает и ещё увеличивает скорость.       Понимаю, что это далеко не предел и мысленно прошу, чтобы он не поехал ещё быстрее, потому что, как бы классно мне сейчас не было, не даёт покоя мысль о том, что я не хочу, разбиться. Чувства, что я испытываю, конечно, улётные, но всё-таки я впервые катаюсь на чём-то подобном, поэтому страх, нет, скорее просто опасения, присутствуют. Хотя…разве я не могу ему доверять? Мы с парнями не единожды видели, как здорово он водит, поэтому мои опасения напрасны, не так ли? Он ведь должен понимать, что отвечает сейчас не только за свою жизнь?       Впереди показался наш автобус, а спустя буквально минуту, мы поравнялись с ним. Знаете, такого выражения на лицах моих одноклассников я ещё не видел. Все уже прекрасно знали, как выглядит личный транспорт нашей школьной звезды, так же, как и то, что я единственный опоздал на автобус, поэтому для них не составило труда понять, кто восседает позади учителя на сверкающем чёрном «коне» с пламенем на боках. Я даже порадовался в ту секунду, что опоздал и не поехал вместе со всеми. Даже Веселов позволил своему обычно непроницаемому лицу изобразить нечто вроде удивления. На лицах остальных же красовалось не только удивление, но и явная зависть, да уж…гремучая смесь. Хах, вот так-то, будете знать, как уезжать без меня! Пока я мысленно злорадствовал, учитель пошёл на обгон и, мастерски его выполнив, оставил автобус позади.       - Ещё около получаса, и мы на месте, - чуть повернув ко мне голову, поясняет брюнет. Я лишь прикрыл глаза и продолжил наслаждаться поездкой, поэтому тридцать минут пролетели, как три.       Когда на стоянку базы отдыха въехал школьный автобус, одноклассники застали такую картину: сверкающий байк был пристроен в теньке, учитель восседал на стоящей рядом скамейке с таким видом, будто он император на троне, и, закрыв глаза, улыбался, подставив лицо солнечным лучам, которые, наконец, соизволили показаться из-за пелены облаков, а я…я скакал вокруг брюнета и канючил.       - Ну, пожалуйста, Матвей Сергеевич, пожалуйста!       - Светлов, отстань, - чуть поморщился учитель, устав слушать моё нытьё.       - Нет, Вы же знаете, что не отстану.       - Светлов…       - Просто скажите «да»!       - Может быть, - уклончиво ответил учитель и, приоткрыв один глаз, оценивающе на меня взглянул. – Посмотрим на твоё поведение.       - Нет, это не ответ. Матвей Сергеевич, ну пожалуйста! – подскочив к нему, я хотел чуть наклониться, чтобы заглянуть в глаза, но запнулся о какую-то ветку, валяющуюся на земле, и с тихим «бля!» рухнул прямо на брюнета.       И, чёрт бы побрал этот закон подлости, именно в этот момент одноклассники во главе с Верой Викторовной подошли к нам.       - О, теперь понятно, почему Лёхе выпала честь поехать на мотоцикле, - громко скептически протянул Колька Орлов (мой главный соперник за звание лидера класса), которого все по его же просьбе, называли исключительно Николя. Все, кроме меня и Сашки. Я – из вредности, а друг просто потому, что почти не общался с Орловым, а если и приходилось, то Веселов вполне обходился без имени.       - А я всегда знал, - подхватил гулким басом Макс Конев – тупоголовый качок, который всё ещё учится в лицее лишь потому, что всегда выводит школу на первые места в спортивных соревнованиях.       Парни переглянулись, девчонки зашептались, классная руководительница непонимающе переводила взгляд с меня на шутников, явно не понимая, в чём дело, а я поднялся и, игнорируя хихиканье одноклассников и насмешливый взгляд учителя, гордо вздёрнул голову.       - Как бы там ни было, тебя это не касается, Коляша, - пренебрежительно ответил я, с вызовом глядя на одноклассника, а затем повернулся к Максиму. – А ты, оказывается, говорить умеешь? Удивительно, я думал, ты только мычишь, как на уроках у доски.       - Не называй меня так! – противно взвизгнул Колька, а Макс, сообразив, что его только что оскорбили, грозно двинулся в мою сторону.       - Так, ну всё, хватит! – возмущённо одёрнула нас классная руководительница. – Раз уж выбрались куда-то отдохнуть, давайте все будем вести себя, как цивилизованные люди.       - А кто против-то? – мило улыбнулся я. – Просто у некоторых ничего не получится, потому как понятие «цивилизованный» к ним попросту не относится.       - Себя имеешь в виду? – попытался поддеть меня Орлов.       - Отнюдь, - хмыкнул я, отвечая презрительным взглядом. – Исключительно особей с фамилиями зоологического происхождения.       Пока эти два «умника» переваривали информацию, Матвей Сергеевич поднялся со скамейки и, положив руку мне на плечо, шепнул:       - Не напрягайся, они всё равно не оценят по достоинству твои интеллектуальные потуги.       А затем громко добавил:       - Итак, раз все собрались, предлагаю пройти на базу, нужно зарегистрироваться и узнать координаты подходящего места для нашего лагеря.       - Разве мы не можем просто пойти в лес, найти любую полянку, разбить там лагерь и… - начала Гуськова Даша, хорошенькая блондинка, но с интеллектом, как у карандаша.       - Конечно нет, - немного снисходительно ответил учитель, посмотрев на Дашку с насмешкой, отчего та покраснела. – Если только Вы не хотите, госпожа Гуськова, заблудиться в этом лесу в силу непредвиденных обстоятельств, а потом не получить никакой помощи, так как работники базы не будут знать Вашего места нахождения. Вам оно нужно?       Дашка уставилась себе под ноги, пробормотав что-то нечленораздельное.       - Так я и думал. Если вопросов больше нет, я предлагаю начать регистрацию. Идите за мной.       Мы нестройными рядами двинулись за Матвеем Сергеевичем. А я вдруг заметил, с каким восхищением на брюнета смотрит Вера Викторовна, явно восхищаясь его способностью взять всё в свои руки. И почему-то мне не понравился этот её взгляд. Он какой-то…явно с претензией. Я против Веры Викторовны ничего не имею, конечно, но если она положит на Истринского глаз, это будет чертовски плохо. Даже не спрашивайте почему. Сам не знаю, но мне это явно не нравится. Она совсем не подходит ему! Она старше, у них разные интересы, да и вообще, не такая женщина должна быть рядом с Матвеем Сергеевичем. Ему больше подходит какая-нибудь красавица-модель или певичка или…чёрт! Откуда-то из недр сознания вынырнули слова Веселова: «Не могу не проинформировать тебя – вы отлично смотритесь вместе. Будь ты девчонкой, я бы посоветовал тебе встречаться с ним». Мельком взглянув на учителя, я, нахмурившись, отвернулся. Ухмыляется чему-то, зараза. Ух, как же мне хочется стереть эту довольную ухмылку с его лица, и, когда-нибудь, у меня это обязательно получится.       За этими размышлениями я не заметил, как мы дошли до стола регистрации в главном домике Базы. Разобравшись с документами и получив координаты подходящего места для палаточного лагеря, мы с рюкзаками и сумками на плечах двинулись в лес. К этому времени облака успели рассеяться, и солнце, стоявшее высоко в небе, светило тёплыми лучами, небо радовало глаз своей синевой, лёгкий ветерок ерошил волосы, принося с собой запахи осеннего леса. Спустя примерно полчаса пути, мы были на месте: аккуратная полянка средних размеров, где вполне может уместиться наш лагерь, чуть правее от главной тропы – тоненькая едва заметная тропинка, ведущая, как нам рассказали на Базе, к маленькой речонке.       Побросав рюкзаки, мы начали устанавливать палатки, но, так как почти никто не умел этого делать, справились мы только спустя час мучений с этими бесформенными кусками полиамидной ткани. Подготовив место для костра и разобравшись с вещами, мы, посоветовавшись, решили сходить искупаться и позагорать. В моём случае – только позагорать, ибо, к своему стыду, потонуть я умудряюсь даже в бассейне.       - Дорогие мои, только, пожалуйста, будьте осторожны, далеко не заплывайте, не хватало нам ещё несчастных случаев, - проинструктировала нас Вера Викторовна, когда мы пришли на берег.       Пообещав, что будут крайне осторожными, и тут же об этом забыв, одноклассники с радостными воплями полезли в воду. Я же плюхнулся на расстеленное Сашкой большое полотенце. Солнце, находящееся в зените, светило тёплыми лучами, поэтому, недолго думая, я стянул футболку (от куртки я избавился сразу по приезду, так как жара внезапно разошлась почти летняя) и устроился загорать. Щурясь от слишком яркого света, я прикрыл глаза и не заметил, как уснул. Видимо сказалась очередная бессонная ночь. Очнулся я лишь тогда, когда почувствовал на своём теле мелкие холодные брызги. Нехотя открыв глаза, я даже замер от неожиданности – прямо надо мной стоял Матвей Сергеевич. Солнце, находящееся позади него, освещало его фигуру так, что от контуров тела расходилось мягкое золотистое сияние. Ну просто ангел во плоти! И сейчас этот «ангел» с абсолютно дьявольской усмешкой стряхивал с рук холодные капли речной воды на моё разогретое на солнце тело.       - Вы что делаете? – возмущённо поинтересовался я, попутно разглядывая учителя.       Чёрт, да он, оказывается не только смазливый, так ещё и фигура отличная. Девчонки глядя на его телосложение, чуть кровь носом не пускают…они же так потонут нахрен.       - Пытаюсь тебя разбудить, - улыбнулся брюнет, присаживаясь рядом. Хм, вообще-то я его не приглашал. – Чего разлёгся, как вяленый карась на блюде?       - Вам-то что? – недовольно фыркаю я, дёргая плечом. – И я не карась.       - Серьёзно? Тогда вперёд – купаться, и, может, заработаешь гордое звание акулы.       - Что-то не хочется, - небрежно бросил я, отвернувшись в сторону реки, и, увидев веселящихся одноклассников, досадливо поморщился.       Так нечестно! Я тоже хочу уметь плавать, но даже под контролем отца я не рисковал заходить дальше, чем по пояс.       - Что-то не верится, - передразнил мою небрежную интонацию учитель. – Столь тёплые дни в сентябре не часто выпадают, глупо не воспользоваться случаем.       - Хочу и не пользуюсь, - буркнул я, меняя положение с лежачего на сидячее, наверное, зря, потому что теперь моё плечо почти касалось плеча учителя.       - Светлов, - позвал он, но я не отреагировал, продолжая сетовать на своё неумение плавать.       Конечно, отец несколько раз нанимал инструкторов, но какой бы метод обучения они не использовали: теоретический или практический, результат был одинаковым – я шёл ко дну топориком. Причём, судя по тому, с какой скоростью я тонул, можно предположить, что «топорик» из меня неплохой – эдакая громадная секира. Папа и сам пытался научить меня, но видимо, я в принципе необучаем, как говорил мой учитель физкультуры в школе.       - Светлов, а ну-ка, посмотри на меня, - опять позвал брюнет и, когда я вновь не среагировал, дотронулся пальцами до моего подбородка и заставил повернуть голову в его сторону. – Ты что, плавать не умеешь?       - С чего Вы взяли? – я дёрнулся от прикосновения его холодных рук и хотел отстраниться, но он не позволил.       - Не вижу другой причины, лишать себя веселья.       - Да говорю же, мне просто не хочется, - цыкнул я, всё-таки отстранившись от него, но не тут-то было.       - Врёшь, - хмыкнул он, теперь сам наклонившись ко мне.       - С чего это? – я отклонился.       - Я всегда знаю, когда ты врёшь, - он резко подался вперёд, и я, не удержавшись, рухнул на спину.       Тихо засмеявшись, Матвей Сергеевич навис надо мной на вытянутых руках.       - Светлов, пойдём.       - К-куда? – непроизвольно пискнул я, вжавшись в песок.       - Учиться плавать.       - Нет, ни за что! – замотал головой я и предпринял попытку подняться, надеясь, что если я начну вставать, то учитель вернётся в исходное положение, но нет.       - Пошли, у тебя нет выбора, - сверкнул глазами брюнет.       - Нет, не хочу. И отодвиньтесь от меня, люди смотрят.       Действительно, выглядели мы странно: я полулежал на полотенце, опираясь на локти, а Матвей Сергеевич, расставив руки по бокам моего тела, нависал сверху. Странно – это ещё мягко сказано.       - Пусть смотрят, - усмехнулся брюнет, продолжая пристально вглядываться в мои глаза.       Я внезапно ощутил в себе нездоровое желание прикоснуться к нему, к его плечам, спине… Интересно, его кожа на ощупь такая же гладкая, какой кажется в этом солнечном свете? Чёрт, что за..?       - Вы ведёте себя странно, - фыркнул я. – И вообще, Матвей Сергеевич, идите Вы… поплавайте.       - Ну, всё, детёныш, нарвался, - хмыкнул учитель, безошибочно распознав в моей фразе далёкий посыл вовсе не к воде, и, схватив меня за руки, дёрнул вверх, заставляя подняться следом за собой, а затем, покрепче ухватив за запястья, потащил к воде.       - Нет! Матвей Сергеевич, не надо, отпустите, - попытался вырваться я, но безрезультатно. – Вас будут судить за убийство, здесь полный берег свидетелей!       - Какое убийство? – удивлённо оглянулся на меня брюнет.       - Моё. Потому что Вы сейчас утопите меня, - несчастным голосом произнёс я, надеясь разжалобить его.       - Если ты не будешь сопротивляться, я не буду тебя топить, - милостиво пообещал учитель, возобновив путь к воде.       Настроен он был весьма решительно, и мне стало по-настоящему страшно.       - Да послушайте же Вы меня! – выдернуть руку я смог лишь у самой кромки воды. – Меня невозможно научить плавать, просто в принципе нереально. У меня была куча инструкторов, и всё без толку!       - Неужели? – брюнет саркастично поднял бровь. – Может проблема не в тебе, а в их методах обучения?       - Методы были самыми разными, но ни один из них не принёс результата, меня даже сам отец не смог научить… И вообще, что я перед Вами оправдываюсь?! – разозлился я. - Это вообще не Ваше дело.       - С какого возраста тебе нанимали инструкторов? – поинтересовался учитель, пропустив мою наглость мимо ушей, к счастью для меня.       - С тринадцати лет, а какое это имеет..?       - Ну, конечно, они и думать не могли учить тебя в этом возрасте, как учат совсем маленьких детей.       Я недоумённо уставился на него, а он тем временем продолжил:       - Так, ну-ка, пойдём со мной, - в очередной раз учитель взял меня за руку и потянул в сторону тропинки вдоль реки.       Ну уж нет, я с ним никуда не пойду. Мало ли что этому извращенцу в голову придёт… Я до сих пор не простил ему тот случай с гипнозом на литературе. Он, конечно, сколько угодно может уверять меня в том, что просто ввёл меня в нужное состояние, а всё остальное придумал я сам, но я-то знаю, что он врёт. Я, может, и не всегда вполне адекватный, но до такого мой мозг точно не додумался бы. Это всё его проделки! Поэтому естественно, что сейчас, когда он утаскивал меня по тропинке в лесок, подальше от народа, я не мог не впасть в панику.       - Куда мы идём? Зачем? Матвей Сергеевич, не надо! – на одном дыхании выпаливаю я, стараясь отцепить его от себя, но, конечно, у меня ничего не вышло.       - Тихо, не паникуй, убивать не буду, хотя… - усмехнулся брюнет и сделал вид, что задумался, но, на мой взгляд, как-то слишком натурально, - учитывая твою любовь к совершению различного рода пакостей…       Шаг за шагом, метр за метром, мы уходили всё дальше от остального класса.       - Зачем мы..?       - Буду учить тебя плавать, но не как эти твои инструкторы, а как положено. Свидетели нам при этом не нужны.       - То есть, по-Вашему, - ехидно заметил я, - профессионалы не смогли научить меня, а Вы сможете?       - Вполне, - самодовольно заметил брюнет.       Вот же скотина самоуверенная!       - И как, интересно узнать, Вы это сделаете?       - Сейчас увидишь, - многообещающе улыбнулся учитель. – Пообещай, что не убежишь обратно, когда я отпущу тебя.       - Ага, конечно, - хмыкнул я, но, кажется, ему этого было недостаточно.       - Почему-то я тебе не верю, - усмехнулся он. – А ну-ка, поклянись.       - Хорошо, хорошо, я не убегу, – возвёл я глаза к небу и под его испытующим взглядом добавил, – о, боже…да клянусь!       - Отлично, - брюнет довольно кивнул, а я ощутил, как после моих слов по берегу реки пронёсся лёгкий ветерок, взявшийся, словно из ниоткуда. – Бог здесь не при чём. А ты учти, клятва данная мне имеет очень большую силу.       И как бы бредово это не звучало, но в эту секунду я поверил ему безоговорочно.       - А сейчас… - отпустив мою руку, он, вдруг, разбежавшись, прыгнул в реку с возвышающегося участка берега реки, идеально правильно, красиво и без брызг войдя в воду.       - Окей, это было круто, - громко сказал я, спустя какое-то время, ожидая, когда он вынырнет, но… - Эм… Матвей Сергеевич?       Вот и какого чёрта я разговариваю с водной гладью? Но, невзирая на собственную глупость…       - Матвей Сергеевич! – взволновано позвал я, сбежав с небольшого обрыва вниз и подходя к кромке воды.       Учителя нигде не было видно. Я начинал волноваться. Что же мне делать? Если я побегу за помощью может пройти слишком много времени, а если попробовать нырнуть и вытащить этого болвана, то я однозначно пойду ко дну.       - Что-то потерял? – раздался сзади насмешливый голос.       - Нет, я просто… - машинально отозвался я, а затем взвизгнул на пару тональностей выше, чем следует парню (хотя, вряд ли парню вообще следует визжать). - Чё за нах?!       - Фу, Светлов, ну и грубиян же ты.       Поворачиваюсь через плечо и вижу, как учитель, нахально улыбаясь, стоит в нескольких сантиметрах от меня.       - Вы…Вы просто… - чуть ли не рычу от злости я. – Как Вы это сделали?       - Вынырнул за тем деревом, - брюнет мотнул головой в сторону огромной ивы с развесистыми ветвями, - и обошёл тебя чуть сзади, пока твоё внимание было сосредоточенно на воде.       - Вы так долго можете плыть под водой? И так быстро? – от места, где этот нахал погрузился в воду, до дерева было не менее пятидесяти метров.       - Я же говорил, что отлично плаваю, - улыбка самодовольства вновь заиграла на его губах.       Боже, дай мне терпения, чтобы не придушить этого позёра!       - А теперь твоя очередь, - заявил брюнет, начиная медленно теснить меня к воде.       - Нет, погодите, я не…       - Хватит отнекиваться. Вперёд!       С этими словами он схватил меня за руку и потащил за собой в воду на такой скорости, что я не имел никакой возможности остановить или хотя бы замедлить его.       Затормозил этот изверг лишь тогда, когда вода почти достигала уровня моих плеч.       - Ну что, готов учиться?       Я выдавил в ответ что-то нечленораздельное, не пытаясь двигаться с места. Кажется, меня просто парализовало. Уж не знаю, от холода или от страха, но эффект был на лицо, точнее – на тело.       - Эй, Светлов, ты чего замер? – он легонько толкнул меня рукой в плечо, я по инерции сделал несколько шагов назад и…наступил на что-то скользкое на дне. Отдёрнув ногу, я пошатнулся и, не удержав равновесие, с головой плюхнулся в воду.       Вот тут и начался цирк… Помните, сидя на мотоцикле, я говорил, что мне неловко обнимать учителя и всё такое? Помните? Забудьте нахрен! Сейчас мне было плевать на такие мелочи. Оттолкнувшись ногами ото дна, я с воплем: «Господи, не дай мне утонуть!» - прыгнул на Матвея Сергеевича, обвивая его шею руками, а талию обхватывая ногами. Продолжая взывать к Всевышнему на уровне ультразвука, я повис на учителе на манер обезьянки капуцина, намертво приклеившись к нему.       - Я, конечно, далеко не «Господи», но утонуть тебе не дам, - рассмеялся брюнет, придерживая меня за поясницу и медленно продвигаясь в сторону берега. – Пошли-ка туда, где помельче и попробуем ещё раз.       - Нет, не хочу, - отчаянно замотал головой я.       - Капризничаешь, как ребёнок! – вздохнул Матвей Сергеевич. – Вставай на ноги, здесь вода чуть выше, чем по пояс.       - Не верю, - буркнул я.       - А придётся. Давай, отцепляйся.       - Нет.       - Светлов!       - Нет.       - Я сочту это за домогательство.       - М-м…нет, - чуть задумавшись отозвался я, ещё крепче вцепившись в учителя.       - Ладно, а если так? – его руки легли на мою…мою…в общем, на задние карманы джинсов.       - Вы маньяк-педофил! – возмутился я, ударив его пару раз по спине, но руки он не убрал. Я, впрочем, тоже не торопился отпускать его, висеть на нём таким образом, когда он поддерживал меня за бёдра, стало ещё удобнее.       - До знакомства с тобой, я им не был, – изрёк он, а затем, помолчав, поинтересовался. – А почему ты влез в воду в джинсах?       - Вообще-то это Вы меня так затащили.       - Я? Надо же, сам залез, а меня обвиняет!       Я даже воздухом подавился и, отлипнув от него, немного отклонился назад, чтобы посмотреть в эти нахальные глаза, но…       - Неважно, давай избавим тебя от них.       Что? Что он сказал? Куда он там рукой полез?! Вот сволочь! Знает, как меня урезонить. Я в считанные секунды слетел с учителя и отскочил на пару метров.       - Маньяк! – повторил я, зло сверкнув глазами.       - Зато смотри, как действенно, - рассмеялся брюнет.       Ещё бы, лучше уж потонуть, чем позволить облапать себя какому-то извращенцу. Хотя…разве не я только что висел у него на шее? Блин!       - Ладно, шутки в сторону. Давай приступим к обучению.       - Я же уже тысячу раз сказал, что не хочу.       - А я тебе столько же раз ответил – мне всё равно. Ты научишься, хочешь ты того или нет.       А затем учитель направился ко мне решительным шагом, и глаза его вновь сверкнули не предвещающим ничего хорошего огнём.