Влюбиться в старосту

Утро нового хмурого дня, такого же как и вчера, выдалось не самым радужным. Зверски болела спина, затекшая после продолжительного сна в виде неведомой закорючки, всю ночь занимавшей небольшой кусочек дивана. Чертов маримо, через каждых полчаса складывал свои жаркие руки на худощавое тело рядом, подминая под себя и прижимая крепко-крепко, будто боялся, что Санджи во сне свалится на пол, ну или убежит, как один из нелепых вариантов. Благо этого так и не произошло, хотя Санджи очень старался. Пыхтя как упитанный ежик, блондин ворочался в объятьях старосты, предпринимая бесполезные попытки уложиться поудобнее, но все было тщетно, от такого наплыва обжимашек тяжело было вздохнуть, какой уж мог быть разговор о побеге на прохладненький шуршащий футон на полу? Ближе к утру школьник почувствовал свободу, тут же распластавшись корявой звездочкой, умудряясь даже закинуть длинные ноги на спинку мебельного чуда. Именно в таком положении его нашел Зоро, вернувшийся после умываний. - Эй, Бровастый, ты всегда так спишь? – негромко спросил он, тряхнув головой, щедро отпуская на волю сотню крохотных капелек, весело запрыгавших по деревянному полу и осевших на обивке дивана. Пара капель попала на лицо светловолосого, отчего тот забавно нахмурился, утерев уголочком одеяла сырость. Разбудить завитушку Ророноа не боялся, было видно, что этот ночной егоза не спит, ну или от силы просто дремлет, тщательно пытаясь это скрыть от острого взгляда своего накама. - Всегда, - буркнул школьник, лениво открывая один глаз; Зоро не ошибся, - доброе утро. Чего ты так рано соскочил? - Всегда просыпаюсь так рано, - беззаботно ответил парень, разведя руками, - сползай уже с дивана, иди умывайся и давай завтракать. У нас сегодня длинный день, - Ророноа крутанулся на месте, отправившись на кухню, где сразу же что-то забренчало, забулькало и зашипело. Все-таки Маримо всегда останется самим собой. Блондин негромко хохотнул, потеревшись носом об одеяло. Оно пахло Зоро, так приятно. Совсем недавно оно ласково обнимало смуглые плечи, грело подтянутый живот, мягко щупало бока, которые, как оказывается, тоже немного боятся щекотки. От подобных мыслей шла кругом голова. Они провели ночь вместе, пусть и немного неудобную, пусть не такую спокойную, но все же отличную. Спать рядом с таким теплым Зоро было просто праздником для вечно мерзнущего Санджи, греться о чужое тепло, вдыхая запах кожи так чудесно, кто бы мог подумать… Сам того не замечая, блондин уже обжимался с подушкой, заботливо ее перехватывая поперек и поглаживая, тихо что-то шепча в уголок. - Эм, Бровастый? Ты никак чокнулся? – раздалось ехидное откуда-то сверху. - Да пошел ты! – беззлобно отозвался школьник, не без труда запульнув несчастную подушку в хихикающего старосту. Настроение было чудесным, несмотря на серость за окном, на синяки под глазами и замусоленные, не понятно кем во сне, волосы. Хитро сузив глаза, зеленоволосый подкрался к укрывшемуся с головой гостю, выхватывая взглядом маленький мизинчик на ноге, выглянувший из-под покрывала. Задумав что-то коварное, Зоро ущипнул любопытный пальчик, не без удовольствия слушая негромкий вскрик и недовольное бурчание. Наконец, бровастая соня проснулась окончательно. Помятый и потрепанный, блондин вылез из своего теплого убежища, недовольно уставившись на товарища. Ророноа был само спокойствие, мирно улыбаясь и разводя руки в стороны, мол, я тут ни при чем. Смотреть на такого маримо было довольно забавно. Хмурый и собранный по обыкновению, он в кои то веки представлялся в новом амплуа: староста домашний, довольно редкий подвид, наблюдения за которым крайне затруднительны, ибо могут проводится лишь в непосредственной среде обитания данного подвида. Решив пойти на очередной контакт, новоиспеченный открыватель придвинулся к другу, заглядывая в несколько озадаченные глаза. - Спасибо тебе, - тихо шепнул блондин, сократив расстояние между собой и Зоро до предельно опасного, - если бы не ты, то я бы возможно натворил еще больше глупостей. В больших небесного цвета глазах читалась искренняя благодарность, подтверждающая и укрепляющая и без того очень сильные и значимые для фехтовальщика слова. - Не стоит благодарить, я еще ничего не сделал, - глотая буквы, на одном дыхании шепнул Ророноа, прикусывая свою губу до крови. Лишь бы удержаться и попросту не набросится на бровастого. Слишком близко, слишком явственно желание прикоснутся к бледной коже, окрасив в прелестные цвета смущенного рассвета, слишком громко бьется неукротимое сердце. Пока нельзя, это просто невозможно. Санджи довольно кивнул, поднимаясь на ноги, в последний момент подхватывая сваливающиеся штаны и уносясь в ванную, где сразу же полились шуршащие звуки утреннего душа. Зоро так и остался сидеть на диване, лишь положил ладонь на то место, где сидел только что одноклассник. Тяжело. Сложно и непонятно. Пусть ночью и удалось поговорить, но это ничего не изменило. Все осталось таким же, исключая разве что-то, что только что видел парень. Что он там бормотал? Все эти благодарности? Они ведь ни к чему, так любой друг бы поступил. Но вот дилемма: Санджи для Зоро не совсем друг – это понятно, об этом знают некоторые, включая самого виновника. Остаются загадкой только чувства блондина, однако, что-то упрямо подсказывало мечнику, что это ненадолго. *** - О, ты сам это сделал? – блондин, мокрый и лохматый, с энтузиазмом жевал кусочек толстенькой оладьи, обильно измазанной каким-то вареньем, одновременно представляя себе старосту, на голый торс которого накинут старенький и потрепанный клетчатый фартучек, явно маленький для него. Отчего-то в голове все помутилось, а жевать вкусняшку стало только интереснее. – Вкусно, да не смотри ты так, я не обманываю, правда вкусно! - Ну и ладно, - пригрозил школьник, пряча какое-то дурное смущение, чувствуя себя невинной девицей, преподнесшей объекту своих воздыханий праздничный шоколад. Зоро быстро оглядел свою работу, с которой возился уже несколько минут, черкая на небольших листках, хаотично разложившихся почти по всей поверхности обеденного стола, - поздравляю тебя, Завитушка, ты сдал математику. Глаза парня задорно засверкали, рот, набитый оладушками, расплылся в улыбке, округлившиеся щеки украсила вереница сладких капелек варенья. - Надо же, я думал, что завалю! - Санджи поглядел поверх листков, пытаясь расшифровать таинственный код друга, переписывающего с ноутбука результаты каждого из класса. – А как ты узнал? Робин-сан прислала результаты? - Да, отправила сегодня утром, - в доказательство Зоро показал имя отправителя на экране и крохотную картинку-герб школы, - черт, этот Луффи! Ну неужели так трудно выучить все? – недовольно проворчал парень, попрекая товарища недобрым словом. Мгновенно застрекотал телефон, пальцы набрали короткое сообщение, которое через несколько минут быстро вызвали дикую трель мобильника старосты и вопли Монки на другой стороне провода. - Ну, чего он там? – осторожно поинтересовался блондин, когда друг закончил разговор и со вздохом положил трубку. - У нас сейчас будут гости, - недовольно фыркнув, Ророноа направился в комнату, оставляя Санджи в одиночестве совсем ненадолго. «У нас»? Это так странно звучало... Так думал светловолосый, заедая мысли очередным толстеньким чудом, ловко вышедшим из-под руки маримо. «Мы». Хм, действительно странно. - Са-а-анджи! – не успел парень опомнится, как на шею прыгнуло хныкающее лохматое нечто, в вывернутой наизнанку рубахе, подмоченной сыростью начавшегося дня. – Санджи, что мне делать, что делать, скажи мне!!! Следом за ураганчиком Луффи, в кухню поспешил Зоро, поспешно стягивая с полубессознательного накама вопящую тушку школьника. - Слезть с него, для начала, - ворчал староста, усаживая младшенького из сумасбродного семейства Ди на скрипучий табурет, - на, ешь. Пока расскажу тебе кое-что. Под взгляд обалдевшего Санджи, Монки принялся уплетать оладьи, поглощая их с поистине поразительной скоростью. Так же быстро испарялось варенье и куда-то делось кофе из кружки с отбитой ручкой, которую еще вчера вечером облюбовал повар. - Как ты так быстро… - Он просто был неподалеку, у друга с параллельного класса, - усмехнулся Ророноа, - но поверь, Завитушка, если бы он несся из дома, то явился так же быстро несмотря на десяток-другой кварталов. Луффи – еще тот метеор, думаю, это и так видно, - он указал на опустевшую миску и довольного накама, который, кажется, наконец, успокоился. Брюнет счастливо похлопал по своему животу, выпячивая его вперед. - Наелся, теперь можешь мне говорить, - он обратился к Зоро, состроив страдальческую мордашку, - все так страшно, да? Староста ухмыльнулся. Монки, как показывает время, не меняется. Сколько они друг друга уже знают? Кажется, еще со средней школы, да, много же времени прошло… Только стоит другу узнать, что он завалил очередной экзамен, будучи позорно засеченным сенсеем за списыванием с целого вороха шпаргалок, так это неугомонное чудо сразу несется к старому другу, сметая в его доме все на своем пути, в том числе еще и несъедобные предметы. - Ничего страшного, Луффи, просто тебе нужно будет пересдать Смокеру-сану, находясь при этом с ним наедине, - зеленоволосый хитро улыбнулся, подмигнув блондину, - это будет трудно и тебе придется прочесть все учебники… - Нет!!! – парнишка соскочил с места, шумно отдышавшись. Воплощался в жизнь самый страшный его кошмар. Книги. Много книг с формулами, графиками и прочими математическими штучками, назначения половины из которых он явно не знал. - Да ладно тебе, Луффи, - школьник подбадривающе хлопнул товарища по плечу, - Маримо прав, тут ничего сложного. Если что, мы тебе поможем… - так и не договорив, школьник осекся, вспомнив об отце, «Баратти» и всей той канители с покупкой ресторана. Кажется, этот любитель катан вчера что-то упоминал о помощи с этим делом. Интересно, что может сделать Зоро? Морду Ферде набить? Но, насколько известно, этот крысообразный месьё здесь ни при чем, он играет роль посыльного, простая шестерка в руках какого-то мерзавца. Вот бы узнать еще кто он! Тогда-то можно будет вытрясти всю правду. Санджи крепко сжал кулаки, скрипнув зубами. Он никому не позволит просто так взять и вышвырнуть их с отцом из города. Разве можно так просто поступать? - Эй, Санджи, ну ты идешь? – лицо шалуна Ди возникло на секунду перед носом, сверкнуло белыми зубками и унеслось в коридор, подвывая по пути. Со стула напротив поднимался Ророноа, поглядывая на школьника с явным интересом. Блондин как будто выпал из реальности, весь ушел в свои какие-то раздумья, даже и не услышав, что Монки уже собрался в гости к Нами. - Отдирай задницу от стула, мы уходим, - сказал староста, ловя на лету недоумевающий взгляд, - идем ко мне, точнее мы идем к моему отцу, а Луффи к Нами. Светловолосый недоверчиво захлопал глазами, уставившись на накидывающего куртку поверх тонкого свитера Ророноа. - Зачем мы идем к Михоуку-сану? - О чем ты там думаешь, Бровастый? Я ведь говорил, что попробую помочь вам с рестораном, мне тоже кажется, что все слишком странно и «неожиданностей» как-то ненормально много, - Зоро нахмурился, - думаю, что связи отца нам что-нибудь смогут сказать. - Зачем ты это делаешь? - школьник внимательно наблюдал за тем, как друг расхаживает по собственной кухне, что-то высматривая в мутном стекле окна. Ответ Санджи знал сам. Даже несколько ответов, но незапланированный вопрос оказался проворнее мысли, срываясь с языка против воли хозяина. - Неужели не ясно? - Ророноа нахмурился, забавно изогнув брови. - Мне будет скучно без тебя, Завитушка, очень скучно, - он замолчал, начав пялится на смешную прядку, торчащую на золотистой макушке, - пойдем уже, время не ждет. А еще к тебе нужно зайти. Школьник внимательно поглядел на накама, согласно кивнув, не собираясь задавать лишних вопросов. Главным было сейчас то, что Зоро был предельно искренен с ним. Дверь за Монки уже давно хлопнула, в квартире были они одни. За окном все так же бесилась погода, размазывая серость на окнах. И это называется лето? Какой-то малобюджетный метеорологический ужас. Мечник оделся быстро и уже стоял в полутемном коридоре, делящем комнаты. Тихо переругиваясь с хозяином квартиры, блондин натягивал какую-то теплую кофту, без которой, судя по словам Зоро он не только никуда не пойдет, а еще и будет «прикован к батарее до скончания века». Санджи забавно дулся, с пыхтением просовывая голову в узкое горло теплой вещи. После долгой борьбы его волосы представили довольно занимательную композицию, а-ля одуванчик полевой. - Иди к черту, - буркнул парень, надевая второй ботинок, подходя к зеркалу. Отражение было чудаковатым – мало дикой прически, так еще и толстая теплая кофта сделала его размера на два больше, плюс ко всему недовольная морда, сморщенная под аккомпанемент смеха Ророноа. Школьник сделал шаг за порог, и был тут же резким хватом за капюшон вернут обратно в коридорчик, тонущий в мягком полумраке. После недолгого шипения в адрес одного небезызвестного маримо и ушибленного локтя, парень был прижат к стене. Целую гору чувств слили в одну емкость и как следует размешивали какие-то неведомые силы, превращая боязнь, любопытство, злость, негодование и какой-то мутировавший плод фантазии в нечто новое, опасное и интригующее. Темной тенью над светловолосым навис школьный товарищ. Слышалось его частое дыхание. Он подошел вплотную, вслепую нашарив чужую кисть, некрепко ее сжав. В том, что Санджи не будет сопротивляться, Зоро почему-то был уверен, но сделал это в мерах предосторожности. В голубых глазах промелькнул на мгновение испуг, тут же поменявшись в привычным удивлением и с тем самым странным чувством, приятно щекотавшим что-то внутри. До боли знакомое лицо стремительно приближалось, на губах играла интригующая улыбка. - Что ты… - Трусишка, я всего лишь хотел, - мягко шепнул Зоро, опалив щеку теплом. Сперва было тепло и сухо, потом стало горячо и влажно. Острый язык старосты аккуратно коснулся щеки, именно в том месте, где липко восседали сегодняшние капельки варенья, о которых все позабыли в порыве яростных решений. Санджи вздрогнул, когда мочка уха почувствовала легкий укус, от нежной чувствительной кожицы по всему телу прошелся холодок, позорно ретировавшийся куда-то в район пяток, пробегаясь напоследок стайкой любопытных мурашек. В тихом бархатистом шепоте не различались слова, они лишь дразнили, невесомо щипали за самые чувствительные места, вызывая непонятную дрожь в коленях и головокружение. Теперь внимание перешло на краешек чуть приоткрытых губ, медленно очерчивая иссушенный контур. Язычок легко порхнул по сухим чешуйкам отмирающей кожи, не спеша пробираться в своем путешествии дальше. Это была игра. Очень опасная, граничащая с нравственностью, прыгающая на острейшем лезвии ножа, проверяющая стойкость и решительность. Руки блондина рефлекторно дернулись, вернулось осознание того, что перед ним все-таки парень. Пусть и такой, которого предпочтешь видеть на месте любой девушки… Зоро почти ласково прикусил губу накама, отодвинувшись от него. На сегодня будет достаточно. Ладонь мечника ненадолго обосновалась на пылающей щеке, мягко огладив. Староста отошел на шаг назад, галантно распахивая перед одноклассником дверь, в такой же полутемный, проход к лестнице. Пальцы старосты быстро отыскали подрагивающую ладошку светловолосого, крепко сжимая. - И что это было? - шумно выдохнув, выпалил школьник, стараясь не смотреть на улыбающегося во все тридцать два, Зоро и не заикаться. - Убрал варенье с твоего лица, экий ты растяпа, Бровастый, - без тени смущения, поведя плечами, маримо усмехнулся, все так же крепко продолжая держать руку накама, - пойдем, нас наверное Луффи уже заждался. Мы ведь не можем допустить, чтобы детская площадка была разрушена? Блондин послушно кивнул, хвостиком за Ророноа выплывая из маленькой квартиры. - Можно было и просто сказать… - невнятно пробурчал парень, ловя добрую усмешку школьного товарища. Зоро не ответил, предоставив Санджи еще одну хорошую возможность задуматься о таком интересном феномене, как «Мы».