5 лет спустя

Несколькими минутами ранее. В голове Тихиро раздался голос: « Не прикасайся!» Из-за испуга девушка резко отскочила от куста и укололась о шип противоположного кустарника. Потерев рукой раненое плечо, Сэн осмотрелась. — Кто здесь? - Настороженно произнесла она. Ответа не последовало. В саду по-прежнему звучал лишь шелест листьев. Может быть ей показалось? Но голос в голове прозвучал так ясно, будто кто-то стоял прямо за её спиной. — Это же было задание с подвохом, да, господин Верховный? - сказала она, устремив задумчивый взгляд на засохшие цветы. Из раздумий её вывел грохот, доносящийся со стороны главного входа. Следом прозвучало её имя. Её настоящее имя. «Это…Хаку? Что-то случилось?» - подумала она. Девушка не успела сделать и шагу, как Нигихаями тотчас оказался рядом с ней. Его дрожащие руки прикоснулись к щекам Сэн, а глаза судорожно искали следы от прикосновения к цветку смерти. — Ты трогала их? Тихиро, ты трогала их? Ты вдыхала их аромат? Твои руки.. Покажи мне свои пальцы, - Все не унимался дракон. — Хаку… - Растерянно прошептала Огино. Она была удивлена столь внезапному появлению юноши . Но ещё больше Сэн удивила реакция дракона. Прежде спокойный, холодный, даже в какой-то степени отрешенный, юноша предстал перед ней в новом свете, - …ты напуган? Лишь на третий раз тщательного осмотра Первый Советчик разрешил себе думать, что она не успела коснуться растения. Что с ней всё в порядке. И на смену страху пришла злость. Злость, копившаяся внутри с момента возвращения сюда. Злость, которую, до настоящего времени, удавалось сдерживать лишь мыслями об одном человеке. Но теперь нет ни единой причины подавлять её. Всё ещё тяжело дыша, юноша отстранился от Тихиро. Он сделал несколько шагов назад и, повернувшись спиной, сказал: — Дождись Хиро и ничего здесь не трогай, позже я всё объясню, - Первый Советчик пытался говорить как можно мягче, стараясь не ранить и так смешанные чувства Сэн. Он успел сделать лишь один шаг, как за спиной раздался звонкий голос: — Нигихаями Кохакунуси, прекрати бегать от меня и давай уже начнём этот чёртов разговор! — По щекам девушки уже давно бежали дорожки слёз. Но голос подобен стали. Чёткий и разборчивый, - Прекрати делать из меня глупую. Может быть я и не обладаю никакими способностями, но одного у меня точно не отнять. И это ум. Так что, прекрати… Перестань давать мне лишние поводы для пережив… Монолог Тихиро был нагло прерван. Поцелуй был стремительным. Глубина его сравнима лишь с Марианской впадиной. Земля уходила из-под ног Тихиро и она тонула. Тонула вместе с ним. Глоток кислорода и снова в пропасть. Тело Сэн прильнуло к крепкому торсу Нигихаями. Лишь его руки на её талии и щеке спасали от неизбежного падения. Сердце, словно птица, отчаянно пытавшаяся сломать клетку и упорхнуть в небо. К её единственному спасению. К нему. Нехотя отстранившись, они открыли глаза. Жадно глотая воздух двое продолжали играть в гляделки, не спеша отходить друг от друга. Злость в очередной раз была усмирена. Нигихаями, наконец-то, вспомнил, ради чего жил всё это время. Мягко улыбнувшись он соприкоснулся лбами с девушкой. — Прости меня. Я пытался уберечь тебя, отстранить от этого мира, - прошептал он. — И от себя тоже? Хаку, ты часть этого мира. Отстранив меня от него, ты проведешь черту и между нами. А я этого не желаю и никогда с этим не смирюсь, - девушка тоже перешла на шепот, боясь разрушить то хрупкое, что только начало зарождаться. Нигихаями молча согласился с Сэн. — Отныне никаких тайн.. - Начал он. — И обмана, даже во благо. - Закончила она. Обещание было дано. Вскоре они, всё-таки, отстранились друг от друга, но лишь для того, чтобы отправится к выходу. В аллеях у главных ворот их уже разыскивал обеспокоенный Хиро. — Постой здесь, я приведу Хиро. Он сопроводит тебя до покоев. Мне же нужно вернуться к Верховному и доложить о твоём состоянии. Но я обещаю, это ненадолго. Впервые Сэн согласилась с решением Хаку без пререканий. Ожидая драконов, Огино изучала цветы близлежащих растений. В какой-то момент девушка поймала себя на мысли, что ей становится всё труднее фокусировать зрение. А в саду будто включили кондиционеры и температура стала стремительно падать. Последним, что увидела Тихиро, были силуэты двух юношей. И всё погрузилось во тьму. От падения её спасли сильные руки Хаку, крепко сжавшие обмякшее тело в самый последний момент. — Что случилось? - Удивленным голосом произнес Хиро, — Ты сказал, что она не касалась цветка. — Вызывай Главного лекаря в её покои. Живо, -И вновь леденящий душу страх сковал Хаку. Слова давались с трудом. А движения ещё труднее. Взяв на руки бездыханное тело Первый Советчик выбежал из сада.

***

На улице стояла глубокая ночь, но лишь в одних покоях до сих пор горел свет. Через окно можно было увидеть силуэты, суетливо передвигающиеся в пределах комнаты. Хаку созвал всех, кто смог за время пребывания здесь заслужить его доверие. Пожилой мужчина в десятый раз старательно осматривал каждый сантиметр кожи на руках Сэн. Мальчики-служители быстро исполняли его приказы: то меняли остывшее полотенце на её лбу, то подносили ещё несколько теплых одеял, то заново зажигали арома-лампы с согревающими травами. Хиро ходил из одного угла комнаты в другой, безмолвно жестикулируя руками. Лишь Хаку, подобно мраморной статуе, застыл в тени кровати, не переставая сверлить взглядом умиротворенное лицо Тихиро. Он не смел прикоснуться к ней, боясь, что так сделает только хуже. Наконец, Главный лекарь готов был огласить свой вердикт. —Господин Первый Советчик, я не обнаружил ни единого следа от контакта с цветком смерти. Но обнаружил кое-что другое. Взгляните на эту небольшую рану на её плече. Полагаю, гостья испугалась увядающего растения и, сделав неосторожные движения назад, укололась о шип ледяного растения. Если мне не изменяет память, то кусты находятся параллельно друг другу. В последующем что-то явилось катализатором для леденящего яда. Именно отсюда такая симптоматика: ужасный озноб и дикая слабость. Её жизни ничего не угрожает, но первые три дня действие яда будет нарастать. Я лично займусь приготовлением согревающих отваров. Но больше всего сейчас она нуждается в тепле.. — Подождите, Вы хотите сказать, что Сэн укололась о шип цветка верности? Серьезно? Катализатор? Это получается, что Первый Советчик… — Достаточно, - Поток ненужных размышлений был резко прерван холодным тоном Нигихаями. — Главный Лекарь, я полагаюсь на Вас в этом вопросе. Помимо согревающих отваров, приготовьте ещё один чай. Растения, что я Вам дал. Используйте их. Посмотрев в удивленные глаза лекаря, юноша медленно вышел на свет. Он был уверен в своём решение. Мужчина спорить не стал. Молча поклонившись он ушел из покоев. С ним удалились и все помощники. В комнате остались лишь трое. Устало выдохнув, Хиро сел в кресло. Взгляд мужчины изменился. И теперь, вместо рассеянного координатора в комнате находился озлобленный дракон. — Ну, господин Первый Советчик, что будете теперь делать? По сути это ведь Ваша вина, что она в таком состоянии. Винить, кроме себя, больше некого. А если бы Вы не устаивали весь этот цирк с самого начала, ничего подобного не случилось, - голос Хиро был пропитан ядом. И на официальный тон он перешел не случайно. Слова Координатора мало волновали Нигихаями. Он и без него все прекрасно знал. Хаку не мог пошевелиться. Продолжая смотреть на дрожащее тело, он всё глубже погружался в пучину отчаяния. Кажется, из неё не выбраться. «Хаку…Ты напуган?» Её голос неожиданно пронёсся в его голове. Что он творит? «Да, Тихиро, я напуган. Я чертовски напуган.» - Мысленно ответил он. — Хиро, возьми на себя Верховного. Будет чего спрашивать - отвечай честно, но всё не рассказывай. Как ты умеешь. — А как же Вы? - Не унимался Координатор. — А я буду делать то, что должен был сделать с самого начала, - Нигихаями принялся развязывать верхнюю часть своего одеяния. Хиро ловко выскочил на балкон и принял обличие дракона, оставляя за собой лишь ветер, всколыхнувший шторы. В участках между плотной тканью можно было увидеть, как юноша с обнаженным торсом укладывается в колыбель к Тихиро. Свет погас.

***

«Холодно…Как же мне холодно» Обхватив свои плечи Тихиро продолжала идти. Непроглядная тьма напомнила ей о прошлом. Тогда она держала за маму и было не так страшно. Сейчас положиться можно было лишь на себя. Почему здесь так темно? Почему так холодно? А здесь это где? А кто она? — Тихиро! - Вдалеке раздался знакомый голос. Девушка перешла на бег. Она чувствовала, вот он - выход. Её ждут там. Огино вбежала в большой зал.От мрачных серых стен веяло холодом. Единственным источником света являлся луч, проникавший внутрь через потолок. Он был направлен на юношу, лежавшего на полу. Подойдя ближе Тихиро ужаснулась. Хаку лежал в огромной луже крови, на его теле зияла глубокая рана. Упав на колени девушка обхватила руками его лицо. Она хотела прокричать его имя. Но голос пропал. Хотела приподнять его. Но силы покинули её. Последним, что услышала Сэн, был смех. Зловещий, истерический смех. — Хаку, - Она проснулась с его именем на губах. Сквозь плотные шторы в покои пробивались лучи восходящего солнца. Казалось, что девушка просто заснула и это всего лишь очередное утро. Только спустя некоторое время Сэн почувствовала руку, что так крепко прижимала ее за талию к себе. С этим ощущением вернулась и слабость. Ей стоило огромных усилий повернутся на другой бок. Тихиро застыла, увидев умиротворенное лицо Хаку в нескольких сантиметрах от себя. Рука невольно потянулась к его щеке, но была ловко перехвачена на половине пути. — Не выпускай руку из под одеяла. Тебе нужно сохранять тепло, - Прошептал он, не открывая глаз. Взгляд девушки зацепился за багровые пятна на запястьях дракона. Раны выглядели весьма свежими. Но разглядеть их получше не удалось. Нигихаями ловко спрятал их руки под ткань и прижал к своей груди. Только в этот момент Сэн поняла, что кончики ее пальцев, которые она успела вытянуть, заледенели. Огино не чувствовала их. —Что случилось? - Таким же шепотом спросила та. — Ты укололась шипом ледяного цветка. Его яд попал в твою кровь и… Ты потеряла сознание, а тело стремительно начало терять тепло. Но с каждым днем количество яда уменьшается. Скоро ты полностью восстановишься. А пока - мы разделяем тепло моего тела, - Юноша старался говорить как можно медленнее. — Значит вчера Верховный и правда устроил для меня проверку… Тихо выдохнув, Хаку открыл глаза. В них читалось немое счастье вперемешку с глубокими чувствами вины и усталости. — Три дня назад…Тихиро, ты была без сознания три дня и 9 часов. Его слова шокировали Сэн. Целых три дня. Для нее они пролетели в один миг. Но для него. Что же он испытывал всё это время? Неужели все эти дни он провел рядом с ней. Вот так. Бок о бок. Отдавая тепло своего тела. Сотня вопросов крутились на языке. — Твоё запястье. Это дело рук Верховного? Он наказал тебя? Дракон прекрасно помнил об их обещании. Никакой лжи. Даже во благо. — Это случилось несколько недель назад. Юбаба прислала мне письмо о твоем возвращении. Я был сильно обеспокоен этим. Не мог рассуждать здраво. Нарушил закон и покинул Верховный совет. А по возвращении, как и любого нарушителя, меня ожидало наказание. Трое суток в золотых оковах. Золото для драконов, словно раскаленное железо. Оно причиняет боль и оставляет раны, которые заживают слишком медленно. Украшения, предметы быта и оружие из золота запрещены на территории Верховного совета. По крайней мере так было до вступления на престол Занкоку. Но тебе не о чем переживать. Из-за нахлынувшей слабости было трудно размышлять на эту тему. Лишь чувство вины накрывало Сэн с ещё большей силой. Из-за неё. Эти ужасные раны получены из-за неё. Снова. — Что случилось…За эти три дня? - Огино изо всех сил старалась продолжить этот разговор, усиленно борясь со сном. — Об этом мы поговорим в нашу следующую встречу. Засыпай. И знай: когда ты проснешься, я буду рядом, лучик - юноша мягко коснулся губами её лба. Последние слова Тихиро уже не услышала. Вечером того же дня в покои прилетел Хиро. Вокруг кровати бегали слуги, выполняя ежедневные обязанности. Хаку находился в полулежащем положении. На его торсе продолжала спать Тихиро. Его правая рука лениво орудовала вилкой с очередной порцией еды. Аппетит пропал ещё на прошлой неделе. И ел он, скорее, автоматически, нежели из-за острой нехватки. Левая рука покоилась на макушке у девушки, продолжая неустанно гладить ее волосы. — Сегодня я доложил Верховному о том, что состояние Сэн не улучшается. И что твои силы начали иссякать. Первому факту он обрадовался. Второй факт вызвал у него истерический смех. Приказал теперь тревожить его только в случае смерти одного из вас, - Хиро обратил внимание, что сон Огино был неспокоен, — Что с ней? Хаку никак не отреагировал на первые фразы Координатора. Их можно было трактовать одной фразой: «всё идёт по плану». А вот следующий вопрос лишь утвердил его опасения. Дождавшись ухода слуг, он заговорил: — Все началось сегодня. После её первого пробуждения. Я чувствую тревогу, но не могу понять в чём дело. Тело научилось держать температуру на нижних границах разумного. Яда в организме с каждым днём становится меньше… - Поток рассуждений не прекращался. Нигихаями вновь сильнее прижал тело Сэн к себе. — И к какому выводу ты пришёл? - Хиро подошёл к окну. — Я думал, что ты ответишь на этот вопрос. — Отвечу. Позже. Но отвечу. Вот только надеюсь, ты не сделаешь ничего неразумного? Нагло проигнорировав вопрос Координатора, Хаку едко напомнил: —А ты не забывай про своё обещание. На лице Хиро заиграли желваки. Дракон покинул покои не попрощавшись. А Нигихаями вновь вернулся под одеяло к своей Тихиро.