Госпожа Неудача. Жизненный Ребус

— Ты куда? Офонарела! — возмущалась Леона, старательно упираясь всеми доступными конечностями. – Я? Туда? Да ни за что. Тем более с тобой. — Можешь пойти без меня, — покорно предложила я. — А может, я вообще никуда не пойду? — в последний раз дёрнулась жертва моего произвола, но дверь студии захлопнулась, оставляя все потуги солнечной зайки абсолютно тщетными. — Вот видишь. А ты боялась, — проворковала я, ища глазами источник напугавшего нас шума. Леона обиженно клацнула зубами, доставая из кармана изящную ручку-фонарик, но я лишь покачала головой. В отличие от глаз солнечной зайки, моё зрение было более острым, легко приспосабливаясь к изменению освещения, так что помощь извне ему не требовалась. Но всё равно она пришла в виде жалобного стона, достигшего наших ушей. — Ну вот, — замерла коллега, практически приклеившись к тому месту, где стояла. — Не нужно нам было сюда идти. И обряд этот чёртов проводить не стоило. Аномалии теперь всякие. Я лишь передёрнула плечами. До меня, кажется, дошло, что именно так нас напугало, так что, еще крепче сжав изящную ладошку с длинными чувственными пальцами, я радостно потрусила вокруг здания, стремясь выйти к разбитому окну, сквозь которое совсем недавно ретировалось наше ароматное зелье. Мои догадки подтвердились. Он сидел возле приятно округлых кустиков туи, закрыв ладонями лицо. Чёрные как смоль волосы растрепались, придавая нашей нечаянной жертве какой-то уж совсем несчастный вид. Позабыв обо всех страхах, я кинулась к парню, желая оценить принесённый ущерб. Немного помедлив, Леона бросилась за мной. Наверное, кровь врача взыграла. Хотя кто её знает. — Ну вы даёте, — развела руками наша невольная жертва спустя пятнадцать минут, выслушав сбивчивый рассказ девчонок, сопровождаемый демонстрациями страниц и цитированием глав из неких трактатов, на знание которых опиралась Лорен. Жертву нашу звали Аланом. Парнем он оказался на редкость спокойным и улыбчивым. Хотя, наверное, не будь он вампиром, жизнерадостности угодившая в глаз колба ему бы не прибавила. А так что? Регенерация проходит быстро. Помучился немного, осколки достал — и вперёд. — Эй, Криста, ты о чём задумалась? — раздалось над самым ухом, и, распахнув глаза, я перехватила вдохновенно мотающуюся перед носом ладонь. — А о чём нужно? — Ну, к примеру, о нашем прекрасном госте. Обладательница ладони попыталась изъять пойманную конечность. Улыбаясь краешками губ, я продолжила её держать, дожидаясь того момента, когда Лорен дёрнет руку изо всех сил. Вот тогда-то и наступит мой звёздный час. Звучный грохот, сопровождаемый отборным английским матом, послужил лучшим бальзамом для моей порядком притомившейся за долгую ночь души. — Злая ты, — заключила шаманка, поднимаясь с пола. Я очаровательно улыбнулась. — Вы знали, на что шли. — Мы даже частично не догадывались, — тряхнула копной растрепанных волос Леона, тщетно разыскивая в сумочке затерявшуюся расчёску. Та, по всей видимости, не желала быть найденной, успешно лавируя в недрах кожаного ридикюля. — Ну, теперь эта истина постигнута, так что я, пожалуй, вас покину. Продвигаясь к выходу из разгромленной студии, я больше всего на свете жаждала того, чтобы Алан, что-то сосредоточенно набивающий на кнопках своего дорогущего мобильного, подольше остался в мире инновационных технологий. Нет, вы не подумайте, парень меня зацепил и не вызывал никаких отталкивающих чувств, но нервное напряжение минувших часов желало выплеснуться, а истерить я люблю в гордом одиночестве, впрочем, как и все женщины, наверное. Медленно, словно бы нехотя, из-за горизонта выплывало ленивое осеннее солнце, окрашивая улицы Лондона нежно-розовой пастелью. Перекинув через руку тёмную куртку, я брела по пустынной улице, в мыслях суммируя все события, произошедшие с того момента, когда леди Малахова соизволила вякнуть о том, что ей, видите ли, скучно. А случилось, мягко сказать, немало. Первое и, пожалуй, самое трагичное: мы общими усилиями, что, правда, дело только усугубляет, разгромили нашу родную студию. Это, уж не сомневайтесь, повлечёт за собою не только гнев руководства, но и кару страшную, жестокую. А еще я умудрилась познакомиться с парнем в самых дурацких условиях, какие только может выдумать воспалённое воображение. Хотя нет, подобное могло взбрести в голову лишь моей сумасбродной судьбе. Эх, шутница. И самое смешное на закуску, ребята. Этот милый во всех отношениях парень, по совместительству являющийся вампиром, почти час сверлил меня заинтересованным взглядом и, порываясь проводить, всё-таки получил номер мобильного телефона. От Леоны, но всё равно мой. Эх, ожидаемо, как ни крути. И не обещает мне ничего хорошего. Поплутав по улицам и улочкам еще с полчаса, я в задумчивости опустилась на с виду удобную скамеечку, спинка которой была оплетена облупившейся виноградной лозой. Невольно залюбовавшись творением неизвестного мне ума, я принялась водить пальцами по металлическим листьям, но не ощутила ничего, кроме холода. Пришлось отдёрнуть руку. Внутри вновь тихонечко завозилась охотница, напоминая о том, что энергетический запас пора пополнить. Я лишь тяжко вздохнула. Сегодня утро выдалось на редкость тихим, а солнечные зайцы, видимо, возрадовавшись светилу, что дарило миру последние в этом году тёплые лучи, решили провести время в собственных домах, абсолютно не заботясь о голодной многоликой, неприкаянно слоняющейся под их окнами. *** — Веди меня. Прошу, не угасай. Молитвою и шепотом листвы, Прошу тебя, в ненастье согревай, Лучом последним утренней звезды Дари надежду, чтобы в ранний час, Тот, предрассветный, что всего темней, Со мной остался свет зелёных глаз. Прощальный свет звезды любви моей. Подняв взгляд от листка со свежей партитурой, я потёрла глаза и, зевнув, покинула место за микрофоном. — Ну что, на этом, пожалуй, закончим? Или у кого-то есть еще желание поработать? Последний вопрос был встречен коллективным вздохом. Эк они слаженно все. Аж жаль их, бедолаг. — А у тебя есть? — зевнула Леона, задумчиво наблюдая за тем, как в воздухе кружит одинокий лист, сорвавшийся с прозрачного пюпитра. — А мне не всё ли равно? — я пожала плечами, показывая, что могу отыграть еще парочку подобных репетиций. — Дома семеро козлят не ожидают, мужа нет, да и ужин, — на этих словах взгляд красноречиво пробежал по застывшим коллегам, будто бы выбирая жертву, — всегда под рукой. — А не подавишься, сестрёнка? — показал в улыбке ряды белоснежных зубов Эдвард, бережно убирая в чехлы щёточки, палочки и еще что-то из своего богатого запаса. — Кем? Тобой? Тьфу. Нашёлся мне, тоже. И я красноречиво провела пальцем по выпирающим рёбрам брата. Тот дёрнулся, попытавшись прикрыться локтем, но лишь растерял то, что держал в руках. Оказывается, братишка боится щекотки. Надо бы запомнить. — Ну ладно, вы тут решайте, кто кого есть будет, а я, — заразительный зевок Дианы разорвал тишину помещения, — домой. С ног валюсь неимоверно. Хлопнула дверь, жалобно задрожало поставленное утром стекло, и, подцепив под ручку Леону, Эдвард показал мне язык. — Целую, до встречи, счастливо оставаться и, в общем, чау, сестрица. Пока. Протянув тончайшую нить барьера, я захлопнула дверь, в душе мечтая прищемить нахально кривляющуюся физиомордию, но мечтам не суждено было сбыться. Солнечный заяц ускользнул, забыв на стуле одинокий фонарик вкупе с паспортом. Куда бы их деть? Заныкав лишние предметы, я опустилась на край круглого стула и, опершись локтями о край стола, пригорюнилась. Близилась очередная одинокая и бессонная ночь, не обещающая ничего хорошего. Еще пара часов — и все знакомые удобно разместятся под пуховыми одеялами или же мягкими пледами. Кто-то обнимет кота, а кто-то — любимого человека, и лишь я, отъявленная неудачница, буду бродить по городу, заглядывая в круглосуточные рестораны, для того чтобы влить в себя чашку кофе или очередной не имеющий вкуса коктейль. Э нет, дорогая, сие попахивает хандрой, а это означает, что пора подниматься и, отбросив в сторону лишние мысли, отправляться куда глаза глядят, а ноги несут. Накинув на плечи куртку, я поправила волосы и, рассеянным жестом схватив со стола связку ключей, шагнула в тёмный вечер. — Мне кажется, для вас эта ночь обещает стать столь же одинокой, как и для меня. Подскочив на месте, я резко обернулась, выпустив брелок сигнализации. Но опасностей в поле зрения не наблюдалось. Лишь мой давешний знакомец Алан украшал собою пустынный пейзаж, удивительно гармонируя с уже существующим декором. — А у тебя есть предложения? — осведомилась, собираясь склониться за уроненным. Парень меня опередил. — Иначе я бы не пришёл, вы так не полагаете? Передёрнув плечами, я благодарно улыбнулась, принимая тёмный кругляш с парой кнопочек и зелёной лампочкой, лениво перемигивающейся со своими товарками на окованных металлом дверях. — Ну, раз не машете руками, пытаясь прогнать с частной территории, то, я думаю, вы, прекрасная леди, не откажетесь прогуляться со мной по ночному городу. Склонив голову набок, я окинула собеседника подозрительным взглядом. Чего это он, а? — Если уж судьба нас столкнула, то почему бы не остаться друзьями, — протянул Алан, протягивая мне раскрытую ладонь. — Я обещаю, тебе понравится. Вот увидишь. Тем более… что ждёт тебя дома? Вздохнув, я прикрыла глаза. А и впрямь, что? Одиночество с банкой кофе и телевизором? А всю свою жизнь я только и делаю, что совершаю безрассудства. Пожалуй, прогулка с малознакомым вампиром станет не самым страшным из них. Да и, если повезёт, я смогу избавиться от хандры, уже подыскивающей уютное местечко в притомившейся от осенних дождей душе. — Я рад, — расцвёл в улыбке парень, мягко ловя мою ладонь. Я вернула улыбку. Что же, надеюсь, эта ночь действительно выдастся не такой скучной, как мне казалось в самом её начале.