Госпожа Неудача. Жизненный Ребус

— М-м-м, вкуснотища какая, — промурлыкала Элис, вгрызаясь в третью по счёту булочку с вишнёвым вареньем, купленную нами несколько часов назад. Я улыбнулась. Видя состояние девушки после вчерашнего разговора, я решила отвлечь её, да и себя заодно, так что с самого утра мы отправились исследовать Лондон. Припоминая интересные места, что показывал мне Алан, я открывала подруге всё новые и новые тайны старого города, так что под конец дня даже сумела поднять её настроение до нормальной отметки, что, впрочем, было непросто. Сейчас же мы, взяв с собой целую корзину булочек и две чашки чая, оккупировали единственный в комнате диван, где травили байки о делах давно минувших, то и дело смеясь над детскими шалостями друг друга. Идиллию нарушил частый стук в дверь. — И кого, интересно мне знать, принесло? — пробурчала я, поднимая попу с насиженного местечка. — Ну неужели звонка не заметили? Словно бы отвечая, неведомый стал ломиться еще активнее, практически вынося мою несчастную дверку. Выходя в коридор, я ощетинилась несколькими сгустками защитной энергии. Так, на всякий случай; натянув на лицо самую злобную гримасу, открыла со всей имевшейся силой. — Ну привет, сестрица! — гаркнули из-за порога, и, опустив челюсть наземь, я невольно сделала пару шагов назад. — Чего так смотришь, будто бы привидение узрела? Я это, я. Пёстрая, ненормальная, но всё же… Впускать ты меня собираешься? — Э-э, — промямлила я, — проходи, Джен, проходи. Каким ветром? Тряхнув целой охапкой ярко-красных дредов, леди Льюис плюхнула на пол пурпурно-зелёную сумку и, подбоченившись, уставилась на меня желто-синими глазами. — Попутным. Представляешь? В гости с мамой выбраться решили. — А Линда в таком случае где? — осведомилась я, часто моргая от вида этой радуги. — Еще не добралась? — опершись о стену, Джен принялась стаскивать ядовито-розовые кроссовки. — Значит, за тортиком побежала. Ты же её знаешь. Я лишь кивнула, глядя на то, как это чудо невероятной расцветки превращает мою уютную квартиру в обитель хаоса и самый настоящий бедлам. Вздохнув, я обернулась и тут же встретилась взглядом с абсолютно круглыми глазами Элис, что словно бы спрашивали: «У нас неприятности?» — Нет, дорогая, — ответила на невысказанный вопрос я. — Всё гораздо хуже. К нам приехала моя названая сестра. — Ну, звезда шоу-бизнеса, рассказывай, как ты? — осведомилась Линда, стягивая волосы в конский хвост. — Мне всё интересно. Я улыбнулась. — Ой, да даже не знаю, с чего начать. — А с того, про что рассказывать особенно стыдно, — подала голос Джен. — Кого без нас охмурила, сестрёнка? Я смутилась. — Тебя, знаешь? — Не, я не той ориентации. — О, Джен, — вздохнула Линда, — и в кого ты у нас такая? Мы дружно рассмеялись. Подтянув к себе тарелку с нарезанным медовиком, я вгрызлась в золотистое тесто, пытаясь понять, почему именно семейство Льюис решилось пожаловать в мою скромную обитель, после того как мы разругались с его младшей представительницей. Случилось это достаточно давно, еще до моего длительного заключения. Попав под воздействие убийственной силы моей тёти, Анжелина едва не распрощалась с жизнью. Не знаю, злилась она на кого-то или же просто боялась, но, едва покинув клинику Стивена, моя сестра — и по совместительству спасительный рыжеволосый лучик солнца — покинула коллектив «Morning star», нанеся мне тем самым болезненный удар. — Знаешь, Кристина, я ведь пыталась поговорить с Анжелиной, — заговорила Линда, будто бы прочтя мои мысли. Я вздохнула. Уже сама формулировка сказанного сообщила о том, что попытка выдалась неудачной. Так к чему уточнять? — Анжелина? — подала голос недавно отошедшая от шока, вызванного явлением Дженнифер, Элис. — Как она? Линда обхватила пальцами чашку. — Как-как. Нам на фирме помогает, бой-френда себе нашла. — Ага-ага, дедулю за тридцать, — покрутила ложечкой Джен. — А ты просто не можешь не вставить свой комментарий, — покачала головой старшая Льюис. — Да-да. Куда ж вы без меня. Конец фразы потонул в смачном глотке горячего чая. — Ладно, вернёмся к Анжелине, — вздохнула Линда. В оранжеватом свете ламп её волосы отливали медью, контрастируя с растрёпанной причёской Элис. — Отчасти Джен права, избранник моей дочери её старше. Хотя я, конечно, надеюсь на то, что эти отношения долго не продлятся. — Не, мам, — помахала кистью руки наша пеструшка. — Я его отбивать не планирую, а от рыжей фиг сбежишь. — Слушай, а может, обратно в чашку нырнёшь? Вздох Элис вызвал залп коллективного хохота, взорвавшего небольшое помещение моей кухни. Вот так вот, за разговором, периодически перемежаемым ехидными замечаниями Джен, и прошла большая часть ночи. И лишь тогда, когда рот Линды распахнулся в душераздирающем зевке, я внезапно вспомнила. — Господи, да вы ведь спите! В общем, вторая половина ночи выдалась менее весёлой. Но на моей душе стало тепло. Я словно бы вернулась в те спокойные годы, когда жизнь только начиналась; в те времена, когда в ней не было ни иных, ни вампиров, ни всех остальных; в те времена, по которым я безмерно скучала. *** — Нет, Джен, даже не уговаривай. — Ну чего ты такая скучная, а? Жалко, что ли? — Да. Жалко. На твои похороны. К чему разоряться? Отвернувшись, я принялась споро подкрашивать губы, наводя утренний марафет. Этим утром, к моему величайшему сожалению, солнце отказалось явить жителям Лондона свой прекрасный лик, так что за окнами квартиры царила унылая и беспросветная серость. Опять дети солнца будут злыми и голодными. И если первое — прекрасный фактор для охоты, то второе этому полностью противоречит, ибо кушать нечего. Эх. В последний раз всмотревшись в правдивую поверхность зеркала, я присела на край подоконника, наслаждаясь отсутствием Джен. Невероятно, но эта ненормальная краснокудрая… сестрица явилась в мой дом всего три дня назад, а мне уже хочется выть, кусаться и плеваться ядом. Конечно же, после того, как придушу сию неугомонную особу. Только не спрашивайте, пожалуйста, как именно мы проводили время. Очень непристойно и хаотично. Вот, к примеру, вчера мы, не поверите, ходили в зоопарк. И там… напугали верблюда. Не все, конечно, а только один экземпляр в скромненькой блузочке цвета палой листвы, идеально смотрящейся с ярко-алым бюстгальтером. Даже мартышки смутились, померкнув на фоне моей сестры. Куда им, маленьким, до её великолепия-то? А сегодня леди Льюис решила, что Лондон её еще плохо знает, так что с самого утра уговаривала меня взять её на охоту. Я не уговаривалась, ибо живописно представляла, чем сие завершится. Покоем я наслаждалась недолго. Распахнув балконную дверь ударом стройной ножки, ко мне снова ворвался апокалипсис. — Ну что, сестрёнка, всё пучком, — блеснула улыбкой она, одёргивая джинсовый комбинезон. — Я иду охотиться с Элис. — Лисс, зачем ты согласилась? — налетела на мирно жующую яблоко подругу я. — Согласилась на что, прости? — округлила невинные голубые глазки та. — Вести Джен на охоту. Девушка поперхнулась кусочком фрукта. — Я что, сумасшедшая? — Вот и я думаю о том же. Фыркнув, Элис избавилась от огрызка. — Ни на что я не соглашалась, — буркнула она, смывая с пальцев сладкий сок. — Ха, а я разве спрашивала? — раздалось от двери. — Я перед фактом ставлю. И началось. В итоге мою квартиру мы покинули через час. Втроём. В борьбе «двое против одного» победу одержала Джен, так что теперь шла, гордо вскинув голову, и то и дело вглядывалась в глаза прохожих, словно бы пытаясь рассмотреть там то, чего ей было не дано увидеть. Конечно же, решающую роль в наших баталиях сыграло безумное чувство голода и осознание того, что совсем скоро охотиться будет не на кого. Но всё равно поражение далось непросто. Ушам соседей, по крайней мере. Конечно же, сестрёнка пообещала быть паинькой, но слово своё нарушила уже через пятнадцать минут, принявшись поочерёдно дёргать нас с Элис за куртки для того, чтобы тихо, на всю улицу, спросить: — Это дитя солнца? А это? Что, тоже нет? Так кого же мы есть будем? — Тебя, — наконец гаркнула я. Стало тихо. Минут на пять, наверное. Вот так вот мы и шли на охоту: две голодные многоликие и абсолютно лишенный каких бы то ни было способностей человечек, тем не менее остающийся наиболее колоритным персонажем. Сегодня местом промысла была выбрана небольшая улочка, скрывавшаяся за спиной внушительного офиса, облицованного кремовым гранитом. То и дело тут и там сновали люди, торопясь пройти слишком неуютный отрезок пути. Прислонившись спиной к холодной стене, я скрестила руки на груди и, прикрыв глаза, раскинула щупальца своей силы, сканируя всё, что меня окружало. — Ну и? — внезапно ворвалось в моё сосредоточение. — Неужели мы и будем вот так вот стоять? Распахнув глаза, я тут же пожелала их закрыть, напоровшись на причёску Джен. — Да. А что? Взмахнув руками, аки мельница, сестрица принялась расхаживать туда-сюда. — А когда будут погони, избиения несчастных жертв и бесчеловечные монстры с вашими лицами? — О-о, — застонала я, бессильно прижимаясь затылком к своей опоре. — Чего ты еще себе понавыдумывала? Девушка резко остановилась. Дреды рассыпались по плечам яркими пятнами на чёрной куртке. — Ну, не знаю. Как же вы охотитесь? Просто вот так выжидаете за углом? Так же можно целый день простоять. — А что прикажешь? — вмешалась в беседу Элис, закончившая собственную проверку. — Хм… Надо подумать. — Снова принявшись изображать маятник, Джен почёсывала то нос, то ухо, похлопывая свободной ладонью по краю надетых поверх колгот шортиков. – О! — воскликнула она. Указующий перст направился в нашу сторону. — Ждите здесь. И, сверкнув нестерпимо ярким заревом, исчезла за поворотом, оставив меня недоумевать. Личико Элис, впрочем, тоже выражало крайнюю степень задумчивости. В общем, скажу сразу и честно: тому, что услышали минуту спустя, мы не удивились. А покой мирных граждан нарушили такие речи: — Дети солнца, ау, где вы?! Моя многоликая сестра есть хочет! *** Тишина. Господи, наконец-то. Бросив связку ключей на небольшой столик, я с удовольствием скинула неудобные туфли, пройдя по квартире, в которой всего час назад творилось нечто несусветное, с удивлением осознала, что стало как-то совсем уж одиноко. Несмотря на безумие прошедшей недели, она запомнилась яркой и феерической. Пусть, упаковав многочисленные сумки сестры, я и выталкивала её в аэропорт с таким рвением, в душе мне было жаль, что они с Линдой уезжают так быстро. Семья Стивена вернулась в тот памятный день, когда Джен умудрилась не только сорвать так благоприятно начавшуюся охоту, но и довести тихую Элис до белого каления. Угрюмый, как никогда, Крис забрал девушку. Чувствуя, что расспросы неуместны, я тем не менее задала один-единственный вопрос: — Питер жив? — Пока, — было мне ответом. Но даже это тихое, безнадёжное «пока» принесло некое облегчение. Ведь это значит, что еще не всё потеряно. В кармане часто завибрировал мобильный. Быстро приняв звонок, я поднесла аппарат к уху. — Здравствуй, свет моих ночей, — прозвучало из мембраны. — Да уж, Алан, это точно сказано, — рассмеялась я, опускаясь в кресло. — И я тебя рада слышать. — Это хорошо, — в голосе собеседника слышалась улыбка. — Надеюсь, минувшую неделю ты провела не очень скучно? — Ты даже не представляешь, насколько весело, — вздохнула я. На том конце провода хмыкнули. — Значит, дальше будет еще веселее. Я надеюсь, ты не забыла, какой завтра день? «Забудешь тут», — мысленно вздохнула я, вспоминая, как полдня носилась по городу, пытаясь выдумать, что бы такого подарить на день рождения другу. Но вслух сказала: — День? Какой такой день? — Вот завтра всё и узнаешь. Подготовься морально. Хорошо? И… жди меня утром, дорогая. Захлопнув телефон, я почувствовала, как губы расползаются в улыбке. Знаешь, друг, после приезда Джен я, кажется, ко всему готова.