Госпожа Неудача. Жизненный Ребус

— А сейчас настало время дать слово нашим гостям, — торжественно провозгласила Оливия, поднимая полупустой бокал. Из-за стола вышла совсем молодая рыжекудрая девушка в ярко-алом платье. Представительница семейства Никсон, как успел шепнуть мне Алан. Вот уже полчаса все мы сидели за столом, выслушивая монолог старшей Хетфилд. На первой минуте я внимала, на десятой старалась не заснуть, а к концу согласилась с прозвищем «старая зануда», коим в тесном семейном кругу Оливию давно наделили. Показав всё интересное, что было в особняке, Алан также успел познакомить меня со своей дальней родственницей. Герин, улыбчивая вампирка, оказалась полной противоположностью Оливии. Развлекая нас болтовнёй, она прекрасно видела грань, зная, где вести себя, как светская леди, а где просто смеяться, забыв обо всём. За столом же мне удалось обменяться парой слов с Гарольдом, дядей Алана. Вот о нём впечатление я так сложить и не успела, потому как Леди Занудство начала толкать спич, объявив тем самым тихий час. Задумавшись, я не сразу заметила, что Никсон садится, и, повернувшись к Алану, увидела в его руках небольшой свёрток, видимо, с презентом. Теперь своё место покинул парень в тёмно-синем. Прикрыв глаза, я поборола желание зевнуть. Как же всё это скучно. Лично я тихонько потаскала друга за уши в тёмном уголочке, начисто отказавшись принимать участие в этом маразме и не забыв подарить огромный чайник. Правда, внутри сего автопортрета пряталась коробочка со стильными мужскими часами, но за чайник я огребла по все числа. А что такого? Сам ведь себя сравнивал. Кстати, оказалось, что у вампиров дёргать друг друга за уши было не принято. Оно и понятно: попробуй-ка, дёрни тысячу раз — руки отвалятся. Я вон после пятидесятого сдалась. Но Герин идея понравилась, так что, не слушая стонов именинника, девушка закончила дело, напоследок подняв парня в воздух, и, держа за пострадавшие слуховые органы, пролетела пару кругов на радость зрителям, а точнее зрителю, сиречь мне. — Не спи, Кристина, — внезапно шепнули практически в самое ухо. Дёрнувшись, я уставилась на придвинувшуюся ближе Герин. — А? — Сейчас Алан речь толкать будет. Думаю, тебе стоит послушать. Кивнув, я села ровнее и, найдя взглядом друга, обзаведшегося еще одним подарком, подмигнула: мол, не затягивай. — Ну что же, — начал Алан, прокашлявшись, чем заслужил неодобрительный взгляд Оливии, — в первую очередь я хочу выразить огромную благодарность всем тем людям, которые пришли в мой дом с поздравлениями, принеся частичку радости. Спасибо всем вам, друзья. Но также сегодня, в свой законный юбилей, я бы хотел сказать пару слов человеку, который появился в моей жизни совсем недавно, но успел занять в ней едва ли не самое важное место. Этот человек — моя сегодняшняя спутница, Кристина Малахова, с которой многие из вас уже успели познакомиться. Обогнув стол, вампир приблизился ко мне. Словно бы почувствовав, что сейчас нужно именно так, я поднялась, расправив мягкие складки серебристого атласа. — Кристина, — слова предназначались именно мне, но были сказаны громко, с расчётом на то, что каждый услышит и накрепко запомнит их. — Я знаю, что ты знаешь меня не настолько хорошо, чтобы скоропалительно дать положительный ответ, но тем не менее спрашиваю: ты станешь моей женой? Опустившись на одно колено, парень благоговейно поднял мою руку, сжав её бледными прохладными пальцами. Тёмно-зелёный лист клевера, украшавший покоящееся в крохотной коробочке кольцо, играл в свете зажжённых ламп. А я стояла. Стояла, беспомощно глядя на того, кто успел стать мне другом. Стояла и молчала, ощущая себя словно бы во сне. Будто бы это уже происходило со мной. Вот так же точно, возле праздничного стола. И тогда множество взглядов было приковано ко мне. Тогда я ответила согласием, и именно в этот день жизнь моя полетела под откос. Но я хотя бы любила Джейка. А что я испытываю к Алану? К этому принцу на белом «Пежо»? Только сегодня он раскрыл мне свои тайны, но кто знает, сколько их у него еще. — Позволь мне подумать, — совсем тихо пролепетала я и, чувствуя, что глаза начинает щипать, бросилась вон. — Я буду ждать, Кристина! Буду ждать! — донеслось мне вслед, но я мчалась, не разбирая дороги. Остаток вечера помню смутно. То ли из-за того, что предложение стало шоком и мозг, уставший от сегодняшних неожиданностей, включил некий предохранитель, то ли из-за того, что ничего судьбоносного больше, слава Богу, не случилось, но то, как я тихо гуляла по балкону, как позже смотрела вдаль, не имея никакого желания возвращаться к празднующим, осталось каким-то размытым и нечётким, как плохое фото. Домой я вернулась поздним вечером на тёмно-вишнёвой машине Герин, которая мило согласилась меня отвезти, видимо, поняв, что встречи с Аланом я избегаю всеми силами. По дороге мы молчали. Прижавшись лбом к затемнённому стеклу, я наблюдала за исчезающими силуэтами деревьев и, сжимая пальцы в бессилии, думала. — Что ты ему ответишь, Кристина? — спросила женщина, припарковавшись у моего подъезда. Я пожала плечами, опустив ладонь на пластмассовую ручку. — Не знаю, Герин, ей-богу, не знаю. *** Меж двух огней, как пойманная в клетку, Ты билась птицей раненой в бреду. Тебе крыло подбили пулей метко, Но не убили на твою беду. Тебе они слегка задели сердце, Его разбив, но всё ж оставив жить. И никуда от выбора не деться: Не быть ли чувству, или всё же быть? *** Я бегала от Алана три дня. Иногда отключала телефон, скрываясь в студии, а порой просто бросала его, отправляясь в длительный бесцельный полёт и будто бы пытаясь испросить ответ у неба. Хотя, конечно, я и так знала, что собираюсь сказать, и лишь набиралась смелости для того, чтобы, разбив сердце друга, навсегда его потерять. Друзья, видевшие моё состояние, решили оставить Кристину Малахову наедине с собой. Максвылам же пока было не до моих душевных перипетий. «А жив ли Питер?» — думала иногда я, но спросить боялась, страшась услышать ответ и в то же время тихо надеясь на то, что всё как-то разрешилось само собой. Эх, святая наивность. Утром четвёртого дня выпал первый снег. Такой чистый и прекрасный, манящий девственной белизной, он оседал на крышах машин, ветвях деревьев, походивших на лишенные жизни остовы. Конечно, я знала, что этот самый первый вестник зимы недолговечен, что совсем скоро лёгкие пушинки сменятся тяжелыми каплями противного дождя, но тем не менее, застыв у окна, любовалась короткой жизнью невесомого чуда. Коротко звякнув, мобильный уведомил меня о принятом сообщении. Конечно же, мне в очередной раз звонил Алан. Сжав серебристый аппарат, я вздохнула. Сколько верёвочке ни виться, а конец должен быть. Оттого, что я продолжу томить друга (бывшего друга, наверное) бессмысленным ожиданием, легче никому не станет. И рано или поздно мы должны всё решить. Быстро отыскав в книжке нужный номер, я застыла, слушая равномерные гудки. Долго ждать не пришлось. Алан ответил практически мгновенно, будто бы держал телефон под рукой, в любую минуту готовясь взять трубку. Хотя, скорее всего, это действительно было так. — Кристина, здравствуй. — Здравствуй, — эхом откликнулась я, принявшись мерить шагами комнату. — Как ты? Я… Знаешь, я, наверное, не должен был так тебя шокировать. Это стало не самым лучшим сюрпризом. Да? — Да уж, пожалуй, — вздохнула я. – Но, может, обсудим это не по телефону? Ну конечно же, как и следовало ожидать, к полудню улицы Лондона превратились в сплошную лужу, сверкающую в лучах тусклого солнца, периодически проглядывавшего сквозь грязную вату серых облаков. Я всё для себя решила, полностью разобравшись с чувствами и мыслями, так что теперь осталось лишь сказать об этом Алану, с которым мы договорились встретиться в небольшом уединённом кафе на окраине города, где сиживали по ночам, наслаждаясь приятными беседами. Как жаль, что это время останется позади. Как жаль. — Кристина Ирина Малахова? — раздалось за спиной. Резко обернувшись, я натолкнулась взглядом на двоих. Вампир и вампирка, облачённые в непривычные взгляду костюмы из лайковой кожи, стояли бок о бок, глядя на меня внимательно и цепко. Таких взглядов я еще не встречала. Создалось впечатление, будто бы, несмотря на полностью расслабленные позы этих двоих, они каждую секунду контролируют ситуацию, сканируя всё и всех и готовясь к любого рода опасностям. — Да, это я, а… — Тогда вам придётся пройти с нами. Заткнув большой палец за тёмный ремень, парень принялся полировать указательным пряжку в виде изящного листа клевера. Сделав несколько шагов назад, я упёрлась спиной в холодную стену. И тут же вспомнила, где именно видела вампиров в подобном облачении. Несколько подобных экземпляров тихо следовали за Оливией, но, погруженная в свои мысли, я так и не удосужилась ими заинтересоваться, а теперь раскаивалась в этом, пусть, конечно, и запоздало. — На каком основании, простите? — Это приказ её высочества Оливии Хетфилд, стражами которой мы являемся. — Я надеюсь, что вы поведёте себя благоразумно, леди Малахова, и у всех нас не возникнет никаких сложностей, — это в беседу вступила девушка. Кивнув, я послушно протянула ей руку. Что же, Алан, прости, но, кажется, твоя тётя добралась до меня первой. И я действительно надеюсь, что это не закончится крупными неприятностями. Хотя когда было иначе?