Госпожа Неудача. Жизненный Ребус

Ну вот, кажется, всё и готово. Довершив вкусный завтрак фруктовым салатом, я подхватила увесистый поднос. На часах красовалась половина восьмого, за окнами вовсю радовались жизни бодрствующие, а я собиралась с мыслями и духом для того, чтобы разбудить мирно спящую Эльвиру. Сбежав от Герин, я заглядывала к дочке. Та тихонько бормотала что-то, обняв подушку. Надеюсь, за ночь ей действительно стало легче. Сейчас устрою приятное утро, поговорим, и всё забудется, как очередной кошмар. Вот только в дверях я неожиданно столкнулась с Аланом. — Что ты здесь делаешь? — прошипела тихонько, прикрываясь подносом. Передёрнув плечами, муж мило улыбнулся. — Он ко мне приходил, мам, — раздалось из комнаты. Подвинув супруга, я уставилась на мирно жующую пирожное Эльвиру. — Ну чего ты так смотришь? — вопросила она. — Может, хватит вам уже грызться? Алан всё осознал, разбудил меня сегодня, прощения попросил и… Ух ты! Второй завтрак? А можно я съем его только частично? Опустив принесённый поднос, я устало рассмеялось. Талию обняли прохладные руки. — Можно, дорогая. Сегодня тебе можно всё. Но только если успеешь собраться. Нас ждёт «Disneyland». — И уже мне, тихо и ласково: — Ну вот, видишь, не так твой муж и плох. Всё утряслось. Надеюсь, побег откладывается? Я лишь вздохнула и, высвободившись из объятий, пожала плечами. — Надеюсь, Алан. Я тоже на это надеюсь. *** Лето закружилось в карусели бликов: Шум прибоя, чайки, песни у костра. Лето помахало нам ладонью тихо. И осталось в ярком, радостном «вчера». Да постой же, лето! Подожди немного. Что-то не сказалось, что-то не сбылось. Ты уйдёшь, и осень так посмотрит строго. Почему же, лето, нам с тобою врозь? *** И снова жизнь вернулась в нормальное русло. Снова побежали, полетели дни, сменяя друг друга событиями и красками. Репетиции, прогулки, пикники… иногда мне казалось, что всего, пожалуй, даже слишком много. Но Алан активничал, старательно завоёвывая сердце Эльвиры. Моё он, конечно, тоже пытался заполучить, но наедине с ним я держалась несколько отстранённо. А чего, собственно, он хотел? Кредит доверия исчерпан, и то, что сейчас он паинька, вовсе не означает, что продлится подобное долго. Я не наивный ребёнок. Меня не купишь подарками и развлечениями. Поступков же пока маловато. Но, оставаясь колючим ёжиком для мужа и тем не менее играя отведённую мне роль, я как-то так незаметно завертелась, закружилась, позволив себе радоваться хотя бы тому, что у меня есть. Ускользало лето, оставляя на память фотографии и сувениры — овеществлённые воспоминания о прекрасно проведённом времени. Дни становились более короткими, ночи — холодными, а по утрам всё чаще в воздухе витал аромат скорой осени. И наконец-то пришло время задуматься о том, что Эльвире не вечно радоваться жизни. На горизонте забрезжило первое сентября, а с ним и очередные проблемы. Если бы я знала, во что это для нас выльется… Хотя что бы я тогда сделала? Но обо всём по порядку. Вот, к примеру, сейчас я кручусь перед зеркалом, поправляя элегантный бежевый костюм, а в уютном кресле, лениво потягивая свой (мерзость какая) завтрак, развалился мой благоверный, ожидая того прекрасного момента, когда дама окончательно собраться изволит. Дама же эта, сиречь я, не спешила. А куда, собственно? В запасе еще несколько часов. — Ну всё. Ты точно идеальна, — протянул Алан, отставляя опустевший стакан. — Ты говорил это пять минут назад, когда я сделала только половину макияжа, — ответствовала я, подводя правый глаз. — Я скажу это даже тогда, когда ты выйдешь из спальни непричёсанной ведьмой. — А я когда-то так выходила? — искренне изумилась я. Нежно-розовая помада отправилась на своё законное место, а моя светлость наконец решила, что хватит человека мучить и, отвернувшись от отражательной поверхности, подарила Хетфилду самую невинную из своих улыбок. — Наконец-то, — обрадовался тот, вскакивая с места так, будто бы только что обнаружил, что сидит на электростуле, который собираются включать. — Можно идти? — Ну-у, — протянула я, и благоверный схватился за голову. — Пошли уже. *** — Может, теперь объяснишь мне, в какое такое шикарное место мы едем? — осведомилась я, откидываясь на мягкую спинку. Снизив скорость, супруг покосился на меня. — Мне кажется, тебе понравится мой выбор. Прекрасная элитная школа для детей из обеспеченных семей. Охрана из хороших стражей, шикарное питание, кружки, личный психолог для каждого ребёнка, программа досуга индивидуальная, бассейн… в общем, рай. Бросив взгляд в окно, я поправила рукав пиджака. День выдался на удивление холодным, так что горожане вытащили кофты и лёгкие курточки. Вампиры же радовались отсутствию солнца. Хотя в этом смысле Лондон был самым лучшим местом обитания для них. — Тебе не кажется, что мы слишком балуем нашу дочь? Алан хмыкнул. — Было бы странным, если бы мы этого не делали. Кристина, у нас есть возможности и средства для того, чтобы превратить её жизнь в сказку, так что я не хочу в чём-то Эльвиру ограничивать. Тебе ведь не кажется странным то, что ты стала жить лучше? Я пожала плечами. Промолчала. Не пытаться же втолковать мужу, что до брака жилось мне куда прекраснее, а наличие кредитки с кругленькой суммой, машины и платьев от-кутюр — вовсе не главное. Не поймёт ведь. Истолковав отсутствие ответа немым согласием, муж переключил внимание на дорогу. Я же вынула из сумочки мобильный. Кстати сказать, данную давным-давно клятву я держала, так что, отвергая все предложения Алана, наотрез отказывалась расставаться с однажды спасшей мою жизнь раскладушкой. — Клиника «Новая жизнь» слушает! — выдохнули в трубку грудным голосом сирены. — Приобретите пакет услуг «Два в одном», и после работы хирурга патологоанатом примет вас абсолютно бесплатно. — Да ну тебя, Элис, — рассмеялась я, придя в себя после продолжительного ступора. — Как, вы не доверяете нашим специалистам? — прыснула девушка. — Соглашайтесь. В летнюю жару нет ничего лучше места люкс в комфортабельном морге. — Элис, кто там на связи? — донёсся до меня голос Эльвиры, и, услышав моё имя, девочка отобрала мобильный. — Привет, мам! Как вы там? — Как ты там? — свой вопрос я задала одновременно с последним вопросом Эльвиры, и мы рассмеялись. — Да нормально, мам. У Максвылов весело. А еще семья доктора Мейса в гости пожаловала. С Лорен интересно. Она пообещала научить меня алхимическим опытам. — Только не жертвуй ей свою кровь для экспериментов, — схватилась за голову я. — Уже, — радостно сообщила мне девочка. — Лорен сказала, что с кровью полувампира может выйти необычный эффект. — Держись от её эффектов подальше, ладно? — Ну мам. Я же в щите. Я вздохнула. — Неужели наша девочка познакомилась с вашей ведьмой доморощенной? — ожил застывший, как изваяние, Алан. Я кивнула. — Дай ей бог здоровья, — то ли выругался, то ли помолился супруг, вращая руль. — Что там папа говорит? Я не расслышала, — защебетала в трубку Эльвира. — Да так. Радуется, — ответствовала я. — Это правильно, — констатировала дочь. — Это полезно. Слушай, мам, а можно я врачом буду? Я хочу лечить людей. У меня ведь получится, да? Если бы я знала тогда, что неспроста Эльвира так говорит! Если бы я знала… Вот только судьба не открывает всех карт сразу, а посему я лишь ласково рассмеялась. — Захочешь — и всё получится, дорогая. Не скучай там без нас. Хорошо? Мы уже подъезжаем к школе, так что я перезвоню тебе позже. — И обязательно расскажешь, что там за школа. — Куда ж я денусь. — Вот-вот. *** На первый взгляд серое здание, огороженное высоким забором с колючей проволокой, показалось мне тюрьмой строгого режима. На второй — элитной психушкой в лесной чаще, а на все последующие… в общем, впечатления от первого знакомства с обителью знаний оказались те еще. Остановив машину перед массивными чёрными воротами, Алан долго говорил о чём-то с представительным мужчиной в рабочем костюме стража, показывал документы, тот спорил, звонил кому-то и лишь тогда, когда из небольшой калитки показалась женщина с короткой стрижкой и красной папкой в руках, соизволил нас впустить, извиняясь за то, что задержал их высочество. Ожидая в Пежо, я осматривалась на местности. Школа «The knowledge Chalice» — «чаша знаний» — расположилась вдалеке от городской суеты; точно так же, как и особняк Хетфилдов, но в абсолютно другой стороне. Вообще, вампиры любили обособленность и, несмотря на тесные отношения с человечеством, предпочитали некую грань, отстранённость, отгораживаясь не только мощными щитами, но и самой лучшей преградой — расстоянием. За воротами грунтовая дорога, по которой мы приехали, сменилась гладким асфальтом, а хаотически расположенные деревья — упорядоченным парком. Алан не соврал. Изнутри всё действительно казалось шикарным. Проходя ко входу в огромное здание в классическом стиле, я любовалась искусно высаженными клумбами, парой небольших фонтанчиков, разбегающимися во все стороны дорожками и спортивным комплексом вдалеке. Женщина же с папкой, оказавшаяся директором школы, леди Элоизой Кендалл, разливалась соловьём в брачный период, рассказывая нам о том, как у них шикарно. — Уверяю вас, девочке здесь понравится, — повторила она в сотый раз, распахивая тяжелую дверь с длинной, как колонны у входа, и столь же толстой круглой ручкой. — Сейчас я проведу вас по кабинетам и спальням, покажу спортзал, музыкальные классы, столовую и помещения для досуга. Вы сможете ознакомиться со списками кружков, пообщаться с некоторыми из учителей и воспитателей. Также у вашей девочки будет личный психолог, за её здоровьем будут следить прекрасные специалисты, а… Дальше я не слушала. Развесив слуховые органы, как попавший в центр внимания пудель, Алан шествовал за леди Кендалл, абсолютно забыв о семенящей где-то позади супруге. У меня же сие учебное заведение не вызвало ровным счетом никаких добрых чувств. Слишком слащавый персонал, нереально шикарные условия, безмерно много заботы и безобразно дорогая оплата — всё это пробуждало лишь одно желание: сбежать отсюда подальше и больше никогда не возвращаться. В моём понимании школа всегда была иной. Строгие, не всегда справедливые учителя, подгоревшая манная каша, спящий на своём месте вахтёр… но никак не личный психолог вкупе с букетом мамок и нянек, которые будут подтирать нос и рот твоему взрослому ребёночку. О какой самостоятельности может идти речь? И почему я удивляюсь королевским, если с самого детства их балуют и носят на руках? Да, наверное, я странная и, быть может, должна, как Алан, желать Эльвире самого лучшего, но лично для меня главным было, чтобы девочка была готова к жизни. Знала, что прекрасно будет не всегда. Её следовало учить рассчитывать свои наличные, ухаживать за собой и справляться с жизненными сложностями. Конечно, я не говорю, что моя дочь в чём-то плоха. Она прекрасный ребёнок. Вот только, попав в сказку, может слишком сильно с ней свыкнуться. А потом будет действительно больно падать. Но Алан был непреклонен, так что после трёхчасовой экскурсии, двух стаканов крови для мужа и кофе с конфетами для меня господа общающиеся пришли к консенсусу. Меня, конечно же, спросить забыли. — Итак, — расцвела очередной улыбкой директор, — договорились. Первого сентября мы ждём вас в стенах «Тhe knowledge Chalice» вместе с нашей новой ученицей. Тогда и условимся по поводу пожеланий и вкусов самой девочки. И… да — её высочество будет оставаться ночевать у нас? — Нет, — отрезала я, гневно зыркнув на попытавшегося заткнуть меня Алана. — Да, — гаркнул тот, заглушив мои слабые попытки. — Нам не особенно удобно забирать Эльвиру каждый день, так что мы будем приезжать к ней лишь на выходные. — Надеюсь, вы знаете, что мобильные телефоны у нас запрещены? — осведомилась директор, делая какие-то записи в вынутом из очередной папки бланке. — И именно поэтому я лично буду приезжать за ней каждый день, — снова подала голос я, ласково припечатав каблуком расположившуюся под столом ногу. Леди Кендалл подпрыгнула, но промолчала, предпочтя не заметить, что вместо Алана досталось ей. Я же зарделась, но тоже сделала вид, будто бы так и надо. Муж, же, казалось, вообще не въехал в ситуацию, переметнув гнев на меня, непокорную. — Солнце моё, — ласково процедил он сквозь стиснутые зубы, — я понимаю, что ты всегда слишком заботилась об Эльвире, но мы просто не сможем выкраивать время. Я не хочу, чтобы ты, не дай боже, опаздывала на репетиции. Ведь твоя работа — это так прекрасно. Стоит, наконец, уменьшить надзор. За неделю здесь с дочерью ничего не произойдёт. Захочешь — сможешь звонить её психологу и… — Хватит! С каких это пор тебя стали волновать мои концерты? Хочешь сплавить Эльвиру — так и скажи. Мы уедем! Но без этих спектаклей. Округлив золотисто-карие очи, Элоиза отправилась в продолжительную прострацию, переводя ошалевший взор с меня на Алана. Да, понимаю, негоже выносить сор из избы, да и скандал на людях меня не красит, но что я могла с собой поделать? Язык своё дело знал, а внутри всё достигло точки кипения в тот момент, когда я осознала, для чего именно супруг затеял весь этот цирк. — Сплавить? — вскочил Алан. — Я нашел ей самую лучшую школу с самыми идеальными условиями. — Интернат от приюта ничем не отличается! — Успокойся! — Я не отдам дочь сюда! — Простите, пожалуйста, ваше высочество, — вернулась в реальность леди Кендалл, — мы закончим оформление бумаг? У меня на сегодня еще одна встреча. — Да, конечно, — улыбнулся беззубый экземпляр. Почему беззубый? Да потому, что я кому-то эти самые зубки сегодня повыбиваю. Медленно и со вкусом. – Но, думаю, мы сделаем это через пару минут, с вашего позволения. На этом месте меня подхватили под белы рученьки и, приобняв так, что стало трудно дышать, практически вынесли из уютного кабинета. — Ты что себе позволяешь? — взбешенной кошкой прошипела я, когда дверь за нашими спинами тихо закрылась. — Это. Мы. Дома. Обсудим, — по слогам произнёс супруг. — А теперь иди в машину, иначе я лично тебя туда отнесу. И барьером закрою. Вас здесь, леди Хетфилд, слишком много.