Госпожа Неудача. Жизненный Ребус

— Ну что у тебя стряслось? — прошипела в трубку я, косясь на мирно спящую носом к стене Вир. — Чего трезвон подняла с самого утра? — А какая тебе разница? Всё равно ведь бодрствуешь, — было мне ответом. Лорен зевнула и тут же смущенно вздохнула. — Ох, ты ведь уже не одна живёшь. Забыла. Прости. Я встретиться хотела. Поговорить. — О чём? — Перебравшись на кухню, я щёлкнула рычагом электрочайника. — Не по телефону. Заглянёшь на огонёк? — Позавтракать в смысле? — Зевнула, с удовольствием потягивая челюсть. — Да ну тебя, — фыркнула на том конце провода леди Мейс. — Хотя могу чего-то придумать. Салатик там фруктовый. Всё равно нечего делать пока. Дома я одна. Так прилетишь? Размышляла я недолго. А и впрямь, что теряю? Минутка есть, Вир спит. Чего не послушать басни вещуньи? Вдруг Лорен к завтраку — хорошая примета? *** Комната солнечной Мейс снова преобразилась. Сменив свечи в металлических подставках, тут и там появились более-менее приличные статуэтки, а выставка неведомых костей и вовсе исчезла с парадной полочки, из-за чего находиться в помещении сразу стало куда уютнее, чем раньше. — Быстрая ты, — улыбнулась девушка, изящно отбрасывая за спину копну прекрасных волос. — А что мне, — опустилась на край массивного ложа я, — поохотилась — и сразу к тебе. Фыркнув, Лорен забавно сморщила аккуратненький носик. — У меня тут сок и специально для тебя пирожное с клубникой. Будешь? — Спрашиваешь! Всплеснув руками, как девчонка, она закружила по комнате, выставляя на стеклянный столик вышеперечисленное и вазочку с кусочками апельсина в придачу. Я же невольно залюбовалась этой хрупкой девушкой, которую, казалось, сама матушка-природа наградила невероятной, невообразимой, солнечной красотой под стать сущности. Здесь, в мрачных покоях, чистота и непорочность сего хрупкого создания выделялись особенно ярко, контрастируя с пейзажами на стенах и тяжелыми портьерами с золотыми кистями. — Ну вот, теперь и пообщаться можно, — светло улыбнулась хозяйка, когда, пригубив сок, я принялась снимать с нежного бисквита тоненькие красные кусочки сочной ягоды. — Только не говори пока, что я что-то выдумываю. Показная безуминка — это, знаешь ли, работает не всегда и рассчитано не на каждого. Иногда я могу быть вполне себе нормальной. Человека ведь, знаешь ли, воспринимают по его поведению, что порой крайне удобно и выгодно. Не находишь? Молча кивнув, я сунула в рот еще один ломтик клубники. Ведь сама давно понимала, что Лорен вовсе не тот человек, каким хочет казаться, и вся её увлечённость — показное, нечто, призванное скрывать куда большее. — Еще с детства, — продолжила Лорен, поняв, что я так и буду молчать в пирожное, — со мной начали твориться странные вещи. Конечно, для мира иных даже полёты на метле — это стандартно, но я проявляла способности, которых у обыкновенного дитя солнца быть не должно. — Подняв ладонь, леди Мейс задумчиво взъерошила волосы надо лбом. Заговорила, подобрав слова: — Мне достаточно часто снились вещие сны. А еще я с лёгкостью могла предсказывать будущее, даже не прибегая к способностям. Сначала мы ставили эксперименты с родителями. Иногда я переставала пополнять резерв или же опустошала его до дна лишь для того, чтобы узнать, сработает ли фокус тогда. Срабатывал. Притом точно, как часы. Поднявшись с места, девушка принялась ходить по комнате, теребя край рукава свободной ладонью. — К чему тогда всё это? — Обвела наконец ладонью помещение я, поняв, что молчание грозит затянуться. Словно бы неожиданно вспомнив о гостье, Лорен посмотрела на меня глубокими золотисто-зелёными глазами. Сощурилась, всматриваясь, будто бы в первый раз. — Это моё прикрытие, — произнесла наконец медленно, растягивая слова. — Как-то так вышло, что, когда мне исполнилось тринадцать, про эти способности стало известно в высших кругах. Конечно же, монарх возжелал забрать одарённую к себе. Эксперименты ставить, наверное. Мама упёрлась, сказала, не отдаст. Тогда доктор Максвыл с отцом и уговорили меня скрывать таланты, а то, что я порой делаю, выдавать за чрезмерную увлечённость, приводящую к самовнушению. Несколько минут я молчала. Даже остатки пирожного перестали быть столь актуальными, как в начале рассказа. Подойдя к окну, хозяйка откинулась спиной на подоконник, опершись о согнутые локти. Застыла, бесстрастно глядя в украшенный звёздами потолок. — Леона знает? — разорвала тишину я. Та, казалось, осыпалась сотнями мельчайших осколков, разлетевшись хрустальным смехом собеседницы. — Нет, конечно. Сёстры просто считают меня девушкой с приветом. Так им легче, знаешь ли. Да и мне, пожалуй, тоже. И снова разговор зашел в тупик. Обдумывая услышанное, я рассеянно помешивала ложечкой сок. Сама не знаю зачем. Быть может, всё поведанное — очередная фантазия златовласки, очередная идея из разряда её сумасшедших ритуалов и танцев вокруг зелёной швабры в глухом лесу? Но именно сейчас и здесь впервые за всё время общения с ней я не чувствовала фальши. Как в театре, где хорошую пьесу играют плохие актёры и ты понимаешь, что для них это — роли, а спектакль — фарс, рассчитанный на публику, в компании Лорен я всегда ощущала некую наигранность, которой в данный момент не было. — Почему же сейчас ты рискуешь, рассказывая всё мне? Заметив наконец, что делаю, я аккуратно вернула ложечку на край стеклянного блюдца. — Из-за предвидений. — Голос Лорен был тих и печален. Плечи поникли, будто бы девушка внезапно потеряла все силы. — Наши судьбы связаны. Ты продолжишь то, что начну я, и это станет твоей жизнью. Пока не скажу, что это значит. Просто прими как данность. Хорошо? Кивнув, я тихо встала, услышав звонок оставленного в сумочке телефона. — Странно всё это, — произнесла, быстро проглядывая сообщение от проснувшейся Вир. — Дочь написала? — проигнорировав мои последние слова, осведомилась Лорен, тоже выходя из-за столика. — В розыск подаёт. Сунув аппарат в карман, я улыбнулась. — Тогда тебе пора, пожалуй, подруга. — Махнув рукой, солнечная Мейс мысленным усилием распахнула окно, предлагая мне отчалить самым быстрым из возможных путей, и внезапно замерла, словно бы вспомнив о чём-то. Добавила тихо: — У тебя с Уэлшем всё действительно серьёзно? Споткнувшись на подоконнике, я обернулась. — Нет, а?.. Ты это о чём? — Нет? — Задумавшись, хозяйка закусила нижнюю губу. — Странно. — Ну да, наверное, на первый взгляд, — затараторила я, — может показаться, что мы вместе, но он просто помогает мне с Вир. В этом ничего такого нет. — Да не о том я, — отмахнулась девушка. — Просто думала, он отец. — Отец, прости, кого? Споткнувшись во второй раз, я зависла в воздухе, избрав его для роли самой надёжной опоры. Лорен хмыкнула и, проигнорировав меня, предпочла снова ошарашить неожиданным встречным вопросом: — А как ты относишься к беременности? — Смотря чьей. В кармане снова завозился мобильный, так что я отвлеклась на то, чтобы сбросить разволновавшуюся дочь. — Твоей, наверное, — светло улыбнулась Лорен. — Уже несколько ночей вижу тебя с младенцем на руках. Ангел, а не девочка. И ты её невероятно любишь.