Я приду к тебе в твоих снах

- И что мне теперь делать, а, Косолапус? – поинтересовалась Гермиона, меряя шагами спальню. Кот громко мяукнул, всем своим видом показывая, что этот звук должен был означать: «Не волнуйся, мамочка, все будет хорошо». Девушка рухнула на кровать, схватила теплый рыжий комок, прижала к себе и спрятала лицо в пушистой шерсти. – А что, если я все испортила? Тихий стук в дверь гостиной заставил Гермиону отпустить недовольного Косопапуса. Она оставила кота в спальне, а сама направилась к двери. Распахнув ее, девушка уставилась прямо в черные глаза визитера, являвшегося ни кем иным, как объектом ее недавних тревог. - Северус, - пробормотала она, якобы непринужденно прислоняясь к двери, - на самом деле ей просто нужна была опора, чтобы хоть как-то унять дрожь в коленях. – Что вы здесь делаете? - Я… ммм… Я только хотел вам напомнить, что в час дня будет встреча всех сотрудников школы, - проговорил он. - Ах, - хмурясь, ответила Гермиона. Она-то думала, что он сможет развеять ее страхи по поводу разрушения столь неожиданно возникшей дружбы. – Да, спасибо. Конечно, я там буду. Он коротко кивнул, развернулся и вышел из больничного крыла, оставляя Гермиону изумленно смотреть ему вслед. *** - Северус, тебя что-то беспокоит? Снейп обернулся и увидел, что у него за спиной стоит ухмыляющийся Ремус Люпин. Он непринужденно прислонился к стене и скрестил руки на груди. - Я вот никак не могу понять, каким образом это может хоть как-то тебя касаться, - пробормотал Снейп, собираясь идти дальше. - Хм, такое выражение лица у тебя бывает только после расставания с мисс Грэйнджер, - заметил Люпин, отталкиваясь от стены и преграждая Снейпу путь. – Я хочу знать, что между вами происходит. - С чего бы это, а, Ремус? – ехидно спросил Снейп. – Решил получить ее в свое полное распоряжение? - Не смеши меня, Снейп! – отрезал Ремус, глядя на профессора Зельеварения. – Она для меня как племянница. Я беспокоюсь за нее. Особенно, когда такой человек как ты, кажется, симпатизирует ей. - Не припомню, чтобы я тебе говорил о том, что она мне нравится. - О, да прекрати ты! – воскликнул Ремус, тряхнув головой. – Достаточно только взглянуть на твое лицо, когда она проходит мимо тебя, и все становится предельно ясно! Снейп опустил взгляд и вздохнул. - Ладно. Ну и что с того, что у меня к ней есть какие-то чувства? – спросил Северус, встречаясь, наконец, взглядом с синими глазами Ремуса. – Разве это настолько ужасно? - Нет, не так ужасно, Северус, - ответил Ремус, беззлобно улыбаясь. – Просто дело в том, что Гермиона не такая, как другие женщины. Совершенно не такая, - добавил он, посмеиваясь. – Она умнее Минервы МакГонагалл, храбрее каждого из тех, кого я знаю, и красивее самой сногсшибательной вейлы. - Все это мне прекрасно известно, - прошипел Снейп, отступая к стене. – Итак, почему же такая женщина, как она, хочет тратить свое время на кого-то вроде меня? - Потому что она – единственная в своем роде, - сказал Ремус, почти по-дружески хлопнув Снейпа по плечу. – И, кстати, говоря, что она храбрее всех моих знакомых, я не имел в виду тебя. Ты – храбрейший человек из тех, кого я видел. – Снейп внимательно посмотрел на Ремуса и с недоумением поднял бровь. Люпин тем временем продолжил: - Думаю, что вы бы прекрасно дополнили друг друга, - он улыбнулся. – Не отпускай ее, Северус. Она слишком хороша, чтобы отпустить ее. Он сжал плечо Снейпа, потом развернулся и направился в зал. *** - Итак, дорогие коллеги, студенты прибудут ровно через три дня, - объявил Дамблдор, прохаживаясь по учительской. – Мы должны сделать все, что в наших силах, чтобы защитить этих детей. – Он остановился, оглядел комнату, останавливая взгляд на каждом из присутствующих, а затем продолжил: - Днем мы обновим все защитные заклинания вокруг замка и его окрестностей. Каждый участок будет проверен дважды. Мы не можем себе позволить ни малейшей неточности. - Что по поводу прогулок в Хогсмид, Альбус? – поинтересовалась МакГонагалл. - Посещения Хогсмида пока что будут разрешены, - Дамблдор кивнул. – Хогсмид также окружен защитным барьером, так что дети будут там в безопасности. – Он повернулся к Гермионе. – Мисс Грэйнджер, насколько я понимаю, вы обновили и пополнили запасы всех медикаментов в больничном крыле? - Да, - ответила Гермиона, кивая. – Все готово. - Очень хорошо, - пробормотал Дамблдор, отмечая что-то на клочке пергамента. – Я разделю всех вас на пары и укажу район, который каждой группе нужно будет проверить. Также я выдам вам списки заклинаний, которые нужно будет использовать при создании защитного барьера. Запомните, каждое заклинание должно быть выполнено дважды! *** - Ну как, Гермиона, уже привыкла к тому, что ты снова здесь? – спросила МакГонагалл, неопределенно махнув рукой куда-то в сторону Большого зала. - Привыкаю, - с улыбкой ответила девушка. – Сперва было трудновато, все время с грустью вспоминала школьные времена, но теперь и представить себе не могу, что можно жить и работать где-то в другом месте! - Знаешь, Гермиона, - Минерва взяла ее под руку и доверительно проговорила: - Я называю Хогвартс домом вот уже почти пятьдесят лет, и это ничуть не приелось. Люди, с которыми я работаю, стали для меня семьей, я их люблю. Все вы мне очень близки. – Пожилая волшебница повернулась к Гермионе и посмотрела ей прямо в глаза. – Скоро ты ощутишь то же самое. Мы все здесь – одна семья, и каждый сделает все, что в его силах, чтобы защитить своих. Помни об этом. - Я запомню, - ответила Гермиона. – На самом деле, я немного боюсь начала учебного года. - Не волнуйся, дорогая, - улыбнулась Минерва. – У тебя все прекрасно получится! Помни, что Альбус, я, да и все остальные тоже уверены в твоих способностях! - Спасибо, Минерва, - проговорила Гермиона, слегка краснея. – Ваши слова много значат для меня. – Она нахмурилась, опуская взгляд. – Но думаю, что есть человек, о котором я беспокоюсь больше всего. И этот человек… - девушка, смутившись, замолчала. - Северус, - прошептала Минерва, хмурясь. – Я знаю. Мы все волнуемся за него. - Я очень боюсь того дня, когда его призовут. Боюсь увидеть это в первый раз, - проговорила Гермиона. – В каком состоянии он вернется? Смогу ли я помочь ему? Не уверена, что смогу выдержать, увидев его боль. Минерва резко повернулась и пристально посмотрела на Гермиону со странным выражением на строгом лице. - Он ведь очень волнует тебя, правда? – вдруг спросила она. - Что вы имеете в виду? – Гермиона не могла смотреть в глаза своему бывшему декану. Минерва добродушно улыбнулась и пригласила девушку следовать за ней в холл. - Гермиона, когда-то я тоже была юной девушкой, - на лице у Минервы появилось мечтательное выражение, - и то, что я вижу в твоих глазах, мне очень знакомо. Твои чувства читаются у тебя на лице, стоит ему появиться неподалеку. – Она на мгновение отвлеклась, накладывая заклинание на лестницу у главного входа. – Здесь нечего стыдиться, Гермиона. Он – сложный человек, но под грубоватой маской кроется очень привлекательный и нежный мужчина. Он – настоящее сокровище, не дай ему уйти, - прочувствованно прошептала она едва ли не со слезами на глазах. – Я совершила подобную ошибку в молодости и жалею об этом до сих пор. – Пожилая женщина замолчала, глядя куда-то вдаль, потом покачала головой и проговорила: - Давай-ка покончим со всем этими заклинаниями, дорогая. С этими словами она отвернулась и направилась прочь, Гермиона последовала за ней, обдумывая неожиданную откровенность бывшей преподавательницы. *** Гермиона откинула голову, подставляя лицо лучикам еще теплого солнца и порывам легкого ветра. Девушка наслаждалась погодой и пением птиц, доносившимся с опушки Запретного Леса. Она глубоко вдохнула чистый, свежий воздух Шотландских предгорий и резко выдохнула. Она была дома. Во всем мире не было второго такого места, где она чувствовала бы себя так спокойно. Так же, как она чувствовала себя, прогуливаясь по коридорам Хогвартса, вдыхая запах книг в библиотеке, наслаждаясь чудесной едой в Большом Зале или сидя вот так на улице. Гермиона тряхнула головой и вернулась к письму, которое она никак не могла дописать. Дорогие мама и папа, Ну, вот и наступили последние выходные перед началом учебного года. Я уже подготовила все, что только можно, но меня все равно не покидает чувство, что я что-то забыла или недоделала. Все ли я предусмотрела? Смогу ли я справиться со своей работой лучше, чем любой безымянный и беспристрастный врач приемного покоя в больнице? Я снова и снова задаю себе эти, да и другие вопросы и не нахожу ответа. Единственное, что я могу сказать самой себе, так это то, что я постараюсь все сделать как можно лучше и никогда не перестану заботиться об этих детях. Я уже говорила Гарри, еще до моего отъезда, о том, что я думаю об этом. Они – будущее нашего мира. И мне нужно сберечь это будущее. Я чувствую себя избранной, одной из тех, кому доверили заботиться об этом. И я могу только надеяться на то, что никого не подведу. Ладно, прекращаю говорить о грустном! На самом деле, я счастлива, я чувствую, что здесь мой дом. Все работники школы были очень рады моему возвращению. Мне все еще нравится бродить по коридорам и сидеть в библиотеке. Здесь очень спокойно. Колосапус тоже неплохо устроился. Думаю, что он был рад вернуться сюда. Что ж, мне пора. С любовью, Гермиона. Она свернула пергамент, прикрепила его к лапке ожидавшей неподалеку амбарной совы. Гермиона проводила взглядом улетающую птицу и, когда та скрылась за горизонтом, прикрыла глаза. Солнце садилось, постепенно небо темнело, и на нем уже можно было различить первые сияющие звезды. Гермиона почувствовала, как рукой он нежно ласкает ее обнаженную спину, проводит пальцами по шее, гладит волосы, перебирает непослушные кудри. Она обернулась и, улыбнувшись, прижалась к нему всем телом. Он крепко обнял ее за талию, медленно наклонился и мягко коснулся ее губ своими губами. Она обвила руками его шею и ответила на поцелуй. Девушка почувствовала, как он вопросительно проводит кончиком языка по ее нижней губе, и услышала его стон, когда она приоткрыла рот. Их языки сплелись, они прижались другу к другу еще сильнее. Желание переполняло обоих. Она отстранилась и загадочно улыбнулась, медленно расстегивая его белую рубашку и стаскивая ее с его плеч. Пробежала пальчиками по его обнаженной груди, нежно прикоснувшись к соскам, затем провела по животу и дотронулась до пояса его брюк. Он поймал ее руку, поднес ее к губам и нежно поцеловал ладонь. Он посмотрел ей в глаза и улыбнулся. - Я так люблю тебя, Гермиона, - прошептал он, прижимая ее пальцы к своей щеке. Она заглянула в его почти черные глаза и свободной рукой провела по его волосам. - Я тоже люблю тебя, - ответила она. – Северус. Гермиона села в постели и тряхнула головой, отгоняя сон. Он был настолько реальным! Северус снился ей почти каждую ночь, начиная с того самого судьбоносного вечера в его комнатах. Разумеется, Снейп и представить себе не мог, как он мучил ее этими снами. Гермиона взглянула на часы – половина пятого. Она вздохнула и вновь откинулась на подушки. Сегодня приезжают студенты, а вместе с ними прибудут и всевозможные болячки, травмы и несчастные случаи, с которыми ей придется иметь дело. Она зажмурилась, досчитала до десяти и решительно сбросила одеяло. Все равно, снова заснуть не удастся. Гермиона схватила свой красный махровый халат и направилась в ванную. Было ужасно холодно идти босиком по голому деревянному полу. Девушка стянула через голову ночную рубашку, залезла в душ и включила воду. Она задумчиво осмотрела два крана – из одного сейчас бежала вода, а второй был подвешен под потолком и смотрел на девушку своим невидящим глазом. Гермиона хмыкнула, открыла второй кран и шагнула в струю теплой воды. «Интересно, у всех в ванной по два крана»? – размышляла девушка, подставляя лицо каплям теплой воды. Пар обволакивал все тело, и это было просто чудесно. Она просмотрела на второй душ, который сейчас казался удивительно пустым, и задумалась о том, каково это – принимать душ вдвоем. Гермиона прикрыла глаза, прислонилась лбом к еще прохладной стене и представила себе человека с темными волосами и почти черными глубокими глазами. Погрузившись в свои мысли, девушка едва ли не чувствовала прикосновения его сильных рук, ощущала его дыхание, слышала его шепот, его бархатный, завораживающий голос, голос, который мог свести ее с ума. Она провела руками по плечам, растирая мыльную пену, и вздохнула. Если бы это его руки прикасались к ее пылающей коже… Она открыла глаза и отогнала грустные мысли, пытаясь сконцентрироваться на предстоящем дне. Бессмысленно любить человека, который никогда не ответит на твои чувства. Северус протянул руку и прикоснулся к ее вьющимся волосам, наслаждаясь тем, как локоны свободно пробегают между пальцами. Она глубоко вдохнула, дотронулась до его щеки, провела большим пальцем по губам, потом притянула его к себе и осторожно поцеловала. Он прижал ее сильнее и медленно провел кончиком языка по ее губам, как бы прося разрешения двинуться дальше. Она приоткрыла рот, позволяя ему проникнуть глубже, и тихо застонала. Их языки сплелись, поцелуй становился все более и более страстным. Она отпрянула от него и остановила взгляд на нем, - в ее глазах горело желание. - Я так люблю тебя, Северус, - прошептала она, проводя пальцем по его подбородку. Ее лицо было освещено отблесками пламени свечей, в глазах плясали огоньки, каштановые волосы светящимся нимбом окружали голову. Он улыбнулся в ответ, взял ее за руку, поднес ладонь к губам и поцеловал каждый пальчик. - Я тоже люблю тебя, - прошептал он, крепко обнимая девушку. – Гермиона. Северус резко сел в постели. Он дышал очень тяжело, будто только что бежал от стаи разъяренных драконов. Пару секунд он непонимающе озирался по сторонам, но вскорости, не обнаружив причин для беспокойства, снова откинулся на подушки и вцепился пальцами в волосы. Гермиона снилась ему регулярно с тех самых пор, как имела неосторожность назвать его симпатичным. Естественно, она и подумать не могла о том, что является в снах профессору Снейпу каждую ночь. Он посмотрел на часы на прикроватной тумбочке – четыре тридцать утра. Заснуть сегодня, похоже, больше не удастся. Профессор выбрался из-под одеяла и вздрогнул, босой ногой коснувшись холодного пола. Он направился в ванную, включил воду, стащил боксеры и шагнул под струю. Ничего не могло разбудить его лучше, чем прохладный душ. Северус провел руками по намыленным животу и груди, представляя, как было бы здорово, если бы это были руки Гермионы. Периодически действие его снов разворачивалось в ванной, чрезвычайно возбуждающих снов. «Какой смысл любить женщину, которая никогда не ответит на твое чувство»? – подумал он, смывая с себя остатки пены. Он задвинул в самый дальний уголок сознания мысли о Гермионе и продолжил свой ежедневный утренний ритуал. *** Гермиона распахнула дверь, ведущую в Большой зал, медленно направилась к столу для преподавателей и села на свое обычное место между профессорами Люпином и Спраут. - Добрый вечер, Гермиона, - поприветствовал ее Ремус, пододвигая девушке стул. - Добрый вечер, - ответила она, облокачиваясь на стол. Гермиона огляделась по сторонам и встретилась взглядом с темноволосым мужчиной, застывшим у входа в зал. Северус был одет в черную форменную мантию, застегнутую на все пуговицы черную рубашку и черные брюки. К удивлению Гермионы, его волосы все еще были чистыми, как и во время каникул. Она улыбнулась и кивнула в ответ на его приветствие. Он тоже кивнул, и Гермионе показалось, что она увидела тень улыбки на суровом лице профессора. Он подошел к столу и сел рядом с Дамблдором, шумно задвинув свой стул. - О, Северус! – воскликнул директор, хлопая его по плечу. – Выглядишь весьма отдохнувшим! Что заставило тебя сменить имидж? – он с пониманием посмотрел на Северуса, ехидно улыбнувшись. Снейп нахмурился и покачал головой. - Альбус, я не собираюсь отвечать на ваши вопросы. К тому же, кажется, у вас на все есть свой ответ, - пробормотал он, расправляя свою мантию. Дамблдор расхохотался и наклонился к профессору. - Ох, Северус, - начал он, посмеиваясь, - у тебя отличный вкус, - он посмотрел на противоположный конец стола, где Гермиона о чем-то оживленно беседовала с профессором Спраут. – Она на самом деле очень привлекательна. И очень подходит тебе по складу ума! – он слегка сжал ладонь Северуса. – Не упускай ее, Северус. Не упускай. - Я и не собираюсь, Альбус, - прошептал Снейп в ответ, глядя в сияющие глаза директора. – Но, для начала, как я могу ее упустить, если она мне не принадлежит? - Северус, счастье всегда можно упустить, - задумчиво проговорил Дамблдор. – Особенно, если даже не пытаться как-то получить это самое счастье. Это – худшее, что может случиться, - он повернулся к Снейпу. – Представь только, как было бы чудесно провести всю жизнь рядом с удивительным человеком. С тем, кто будет понимать тебя без слов, Северус. А теперь представь, что ты никогда не говорил ей о своих чувствах. Представь, каково это будет – видеть ее каждый день, но с другим мужчиной. – Дамблдор на секунду замолчал, наблюдая, как выражение лица Снейпа меняется, как он хмурится и грустнеет. – Ты хочешь увидеть это, Северус? Или ты решишься и, наконец, дашь себе шанс? Снейп стиснул кулаки, на миг представив, как Гермиона держит за руку другого мужчину, как целует его и шепчет ему что-то на ухо. - Нет, Альбус, - ответил он, прикрывая глаза. – Я никогда бы этого не захотел. - Так не допусти этого! – отчаянно прошептал Дамблдор, неожиданно сильно стискивая локоть Северуса. – Я хочу видеть тебя счастливым, Северус. Ты мне почти как сын, я очень переживаю за тебя, мой мальчик. Снейп вздрогнул, услышав слова директора, необычное для профессора тепло тронуло его сердце. - Спасибо, Альбус, - прошептал Снейп, накрывая руку Дамблдора своей. Он почувствовал, что на глаза наворачиваются слезы. А профессор-то думал, что давно разучился плакать… Снейп сглотнул и прикрыл веки, не желая встречаться с Дамблдором взглядом. Он не знал, чего ожидать от самого себя. Но, в любом случае, как только двери распахнулись, и Большой зал наполнился переговаривающимися и смеющимися учениками, лицо Снейпа уже было по-прежнему непроницаемо. Гермиона смотрела, как студенты постепенно рассаживаются за столы своих факультетов. Теперь оставались незанятыми лишь места во главе каждого из столов. Девушка почувствовала знакомую нервозность, вспоминая свою церемонию Распределения. Она вспомнила то чувство, которое накрыло ее, когда Гермиона надела Шляпу и подумала, что будет, если она сейчас огласит на весь зал, что ошиблась, и эта девочка не может учиться с юными волшебниками и ведьмами. В конце концов, она была всего лишь обычной магглорожденной. А потом, когда Шляпа громко выкрикнула «Гриффиндор», девушка почувствовала огромное облегчение, страх отступил так же быстро, как и появился. Она очень хорошо помнила охватившую ее эйфорию, помнила, как восторженно села за стол своего факультета, как забилось тогда ее сердце. Она отвлеклась от своих мыслей как раз в тот момент, когда дверь снова раскрылась, и вошли первоклашки, как и всегда, сопровождаемые профессором МакГонагалл. Гермиона улыбнулась, заметив знакомое выражение смеси ужаса и восторга на лицах этих детей. Интересно, она выглядела такой же напуганной, когда впервые вошла в этот зал? - У тебя было точно такое же выражение лица в тот день, - прошептала Гермионе на ухо профессор Спраут. «Боже, неужели все, кто сидит за этим столом, умеют читать мысли», - подумала девушка. Она покачала головой и снова взглянула на профессора МакГонагалл, которая тем временем начала церемонию Распределения. Гермиона вежливо хлопала каждому распределенному ученику, начиная с Анастасии Адамс, Слизерин, и заканчивая Мэдисон Юдчестер, Хаффлпафф. Дамблдор поднялся со своего места и удовлетворенно оглядел толпу учеников, восторженно взиравших на своего директора. - Поздравляю вас с началом нового учебного года! – провозгласил он, взмахивая рукой. – Я счастлив видеть новые лица тех, кто присоединился к нам в этом году. Уверен, что все вы станете прекрасными волшебниками и волшебницами. – Он повернулся к Гермионе и едва заметно кивнул, девушка приготовилась встать, когда он представит ее. – Я хотел бы представить вам нашего нового колдомедика – Гермиона Грэйнджер! – далее следовала привычная пауза для аплодисментов, самые бурные овации, естественно, раздавались со стороны стола гриффиндорцев, к тому же, некоторые старшекурсники позволили себе одобрительно присвистнуть. Гермиона густо покраснела, осторожно взглянув на Северуса. Он ехидно ухмылялся, а плечи его тряслись от беззвучного смеха. Девушка гневно посмотрела на него, а потом широко улыбнулась ученикам, кивнула головой и снова села на место. Гермиона снова обернулась к Северусу – он все еще смеялся. - Думаешь, что это забавно? – шикнула девушка, все еще пылая от смущения. Он просто кивнул, а потом отвернулся и стал рассматривать учеников, оставляя Гермиону наедине с ее гневом.